Бесстыжий мир. Глава 125
В некогда безжизненном помещении теперь было полно вещей. На диване разбросаны удобная одежда и плед, на столе лежали зубная паста и щётка, а также флакон с лосьоном, которым часто пользовался Гук Джи Хо. Обстановка была скромной.
Его уставшие глаза скользнули к стрелкам настольных часов. Он тихо пробормотал:
— Даже не заметил, как время пролетело.
Он был в костюме. В том же виде, в каком видел его в аэропорту и на банкете.
На полу, будто остров, валялось его пальто. Похоже, он использовал его как покрывало, но в какой-то момент уронил и до сих пор не заметил. Проследив за взглядом, Гук Джи Хо только тогда заметил его, отряхнул от пыли и повесил на спинку стула.
— ...Вы уходите домой, директор? — спросил Гук Джи Хо, будто хотел побыстрее попрощаться. То ли понимая свою вину, то ли нет, он моргнул припухшими глазами.
— Ты смылся с корпоратива. Что ты вообще творишь?
— Простите. Я работаю недостаточно эффективно. Слишком мало времени остаётся на все эти передвижения… — Гук Джи Хо неуверенно заговорил, почесав бровь.
Видно, как он изо всех сил пытался держать веки открытыми, пытаясь не потерять фокус. Но становилось ясно, что он на пределе.
— …Банкет был не таким уж важным, поэтому я ушёл пораньше.
На приказной интонации Гук Джи Хо как-то незаметно встал перед Пэк Хэ Гёном, заложив руки за спину.
— Это мероприятие в честь переноса центра. Ты, как коллега, равный по званию, обязан был остаться до конца. Ты хоть раз видел, чтобы другие командиры бросали своих парней и уходили работать в одиночку?
Неважно, был ли он занят делами или ушёл по какой-то другой причине. Никого не интересуют конкретные обстоятельства. Если на собрании Хвандо командир не на месте, оставшиеся бойцы второй группы остаются без прикрытия и начинают по этому поводу строить догадки. Поведение, способное создать лишние проблемы.
— …Не подумал об этом. Извините.
Гук Джи Хо смиренно признал свою ошибку, никак не оправдываясь.
Когда он сделал жест рукой, Гук Джи Хо подошёл ближе. Виски парня были слегка влажными, будто он несколько раз умывался, а от лица доносился слабый запах лосьона.
Гук Джи Хо посмотрел снизу вверх с выражением, будто не понимает, зачем его подозвали. В ту же секунду в груди начала подниматься тяжесть.
Каждый слог звучал с нажимом. Господин Сан Чхоль. Господин Мён Хён. Если бы он так обратился к подчинённым, у них бы по спине побежали мурашки, и они тут же потёрли бы плечи.
— Да, директор, — спокойно ответил Гук Джи Хо. А потом покорно ждал ответа как овчарка, готовая исполнить любой приказ.
— В решающий момент ты непременно поступаешь по-своему.
— Что? А… Я не знал, что совместный ужин настолько важен…
Пэк Хэ Гён оборвал его на полуслове, и Гук Джи Хо поднял слегка опущенную голову, встречаясь с ним взглядом. Пэк Хэ Гён упёр указательный палец в край стола.
На лице Гук Джи Хо мгновенно проступила растерянность. Словно он не ожидал, что ему укажут именно на это, его губы плотно сжались. Вид у него был совершенно обескураженный.
Пэк Хэ Гён сжал кулак, а потом снова разжал. Он ведь приказывал: где бы ты ни был, всегда держи при себе хотя бы одного человека. Он считал, что нет нужды напоминать о ситуации Чи Сан Чхоля или повторять этот приказ снова.
Последнее время казалось, что он изматывает Вон Ху Пёна, и они вместе уходят с работы под утро. А теперь опять один.
— Если ты не способен соблюдать элементарные правила, что ты вообще потянешь? Что, никчёмная бумажная работа — твой предел?
Он кивнул подбородком в сторону кипы бумаг, и Гук Джи Хо, проглотив возможные отговорки, послушно опустил взгляд.
Он слегка расставил ноги и крепче сцепил руки за спиной. Это была поза человека, готового принять удар. И где только понабрался таких мерзких привычек?
Это кроткое поведение, совсем на него не похожее, скорее напоминало скрытое неповиновение.
Он стоял, казалось бы, смиренно, будто раскаивался в своей вине, но в нём не чувствовалось ни капли сломленности. Этот упрямый жеребец, что мчится вперёд, видя лишь цель, абсолютно точно расставил приоритеты.
— У меня нет времени следить, соблюдает ли какой-то щенок правила.
— Я сделаю всё, чтобы вас не беспокоить. И… буду стараться ещё усерднее, чтобы вы могли использовать меня, когда потребуется.
Он говорил медленно, будто подбирал каждое слово, как красивый камешек, оставляя между фразами аккуратные паузы.
В голове звенело. То ли из-за усталости, то ли из-за слишком сложных мыслей.
Он, как начальник, указал на поведение подчинённого, и тот признал свою ошибку. Всё должно было завершиться на этом.
Однако гнев так и не утих. Нет, лишь теперь, перешагнув критическую черту, он начал закипать.
— Забыл, что пока находишься на испытательном сроке? Я уже не уверен, стоит ли тебя вообще использовать.
Вопреки обыкновению, его голос звучал повышенно. Предрассветный час, пустое здание — вокруг царила мёртвая тишина. Голос, должно быть, особенно чётко достиг его ушей.
Гук Джи Хо молча поднял глаза. Брови изогнулись вверх, а в глазах ясно выделялись белки под и над зрачком — острый, пронизывающий трёхбелковый взгляд. Такое лицо давно не доводилось видеть.
— Да, хённим, — дерзко ответил парень.
Очевидно, он нарочно выбрал именно это обращение.
Даже после отповеди он встречает взгляд стойко. В зрачках, чуть дрожащих от растянутых интонаций собеседника, постепенно поднимается волна тихого, но упрямого неповиновения.
— Вот теперь ты похож на Гук Джи Хо.
Сам не выполняет приказы, а держится с такой уверенностью.
Гук Джи Хо расцепил руки за спиной, сорвал галстук и грубо швырнул его на пол. Смятый галстук растянулся по ковру, словно сброшенная змеиная кожа.
— Сегодня я допустил несколько ошибок, но мне кажется, сейчас вы злитесь не из-за них.
Он разок дёрнул головой, словно спрашивая: разве не так?
— Вы поручили мне работу, и я, закрыв рот, усердно её выполняю. Я хоть раз нарушил срок? А, завещание однажды сдал с опозданием.
Гук Джи Хо упёр руки в бока. Сделал глубокий вдох — живот втянулся, и стала заметна талия, ещё более узкая и подтянутая, чем раньше.
— ...Вы сами сказали, я даже не запрашивал перераспределения задач. Сейчас сплю три часа в сутки и продолжаю работать, но ничего, я крепкий, могу и вовсе без сна. Вон, красный женьшень сосу, здоровье берегу.
На столе валялись опустошённые упаковки от женьшеневых стикеров, подтверждая его слова.
— Более того, вся картина складывается именно так, как вы её нарисовали. Всё идёт по вашему плану, так в чём проблема? Ыкх...
В глазах сверкнула искра. Пэк Хэ Гён резко схватил этого нахального мальчишку за воротник и дёрнул на себя. Мужчина, чьё горло оказалось сдавленным, сдержанно застонал, но всё же не отвёл взгляд в сторону.
В вопросе Гук Джи Хо читалось искреннее любопытство.
Раскалённые щёки, налитые кровью глаза оказались ещё ближе. Расстояние между ними сократилось до того, что дыхание коснулось кожи. Ветерок напряжённого выдоха, пропитанное гневом и досадой, донёсся прямо в лицо.
— Что мне сделать? Скажите — и я всё исполню. А этот испытательный срок… может, уже хватит? Меня ведь и так серьёзно наказали.
Его глаза блестели, отражая лицо. И в этот момент Пэк Хэ Гён понял.
Прошёл месяц, но он так и не смог, да и не захотел принять тот факт, что Гук Джи Хо вернулся.
Именно отсюда проистекало противоречивое ощущение, будто беззаветная преданность Гук Джи Хо была яростным неповиновением. Чем усерднее он работал, чем больше рвался в бой, стараясь быть полезным, тем сильнее внутри кипел гнев.
Возможно, всё это время он лишь ждал, когда Гук Джи Хо допустит какую-нибудь серьёзную ошибку. Поэтому, если спросить, в чём проблема, ответ был прост: Гук Джи Хо работал так самоотверженно, что не совершил ни одной ошибки, из-за чего лишил его возможности выместить душившее его раздражение.
В конце концов, проблема оказалась в нём самом.
Сопляк, что сжёг себе все пути к отступлению. Он уже принял его, но всё равно не мог до конца это признать.
Недовольство и раздражение оттого, что в завещании, которое он получил, не было ни намёка на страх.
И эта самоуверенность Гук Джи Хо уже не казалась милой.
Мышцы под кожей, сжимающие воротник, чуть подёргивались. Гук Джи Хо тяжело дышал. Даже звук, с которым он сглотнул, казался оглушительно громким на этом расстоянии. Двое мужчин замерли, деля один воздух, но ни один не отводил взгляда.
— Но всё же вы разговариваете со мной?
Пэк Хэ Гён отпустил руку и лёгким движением ударил его по плечу. Гук Джи Хо, не оказав никакого сопротивления, покачнулся и на мгновение потерял равновесие.
Гук Джи Хо, согнув одно колено, потёр шею и, кашлянув, попытался прийти в себя. Поднявшись, он услышал в свой адрес короткую реплику.
Он резко открыл дверь и вышел в тёмный коридор. Следом за ним потянулись шаркающие шаги.