Бесстыжий мир. Глава 125
В некогда безжизненном помещении теперь было полно вещей. На диване разбросаны удобная одежда и плед, на столе лежали зубная паста и щётка, а также флакон с лосьоном, которым часто пользовался Гук Джи Хо. Обстановка была скромной.
Его уставшие глаза скользнули к стрелкам настольных часов. Он тихо пробормотал:
— Даже не заметил, как время пролетело.
Он был в костюме. В том же виде, в каком видел его в аэропорту и на банкете.
На полу, будто остров, валялось его пальто. Похоже, он использовал его как покрывало, но в какой-то момент уронил и до сих пор не заметил. Проследив за взглядом, Гук Джи Хо только тогда заметил его, отряхнул от пыли и повесил на спинку стула.
— ...Вы уходите домой, директор? — спросил Гук Джи Хо, будто хотел побыстрее попрощаться. То ли понимая свою вину, то ли нет, он моргнул припухшими глазами.
— Ты смылся с корпоратива. Что ты вообще творишь?
— Простите. Я работаю недостаточно эффективно. Слишком мало времени остаётся на все эти передвижения… — Гук Джи Хо неуверенно заговорил, почесав бровь.
Видно, как он изо всех сил пытался держать веки открытыми, пытаясь не потерять фокус. Но становилось ясно, что он на пределе.
— …Банкет был не таким уж важным, поэтому я ушёл пораньше.
На приказной интонации Гук Джи Хо как-то незаметно встал перед Пэк Хэ Гёном, заложив руки за спину.
— Это мероприятие в честь переноса центра. Ты, как коллега, равный по званию, обязан был остаться до конца. Ты хоть раз видел, чтобы другие командиры бросали своих парней и уходили работать в одиночку?
Неважно, был ли он занят делами или ушёл по какой-то другой причине. Никого не интересуют конкретные обстоятельства. Если на собрании Хвандо командир не на месте, оставшиеся бойцы второй группы остаются без прикрытия и начинают по этому поводу строить догадки. Поведение, способное создать лишние проблемы.
— …Не подумал об этом. Извините.
Гук Джи Хо смиренно признал свою ошибку, никак не оправдываясь.
Когда он сделал жест рукой, Гук Джи Хо подошёл ближе. Виски парня были слегка влажными, будто он несколько раз умывался, а от лица доносился слабый запах лосьона.
Гук Джи Хо посмотрел снизу вверх с выражением, будто не понимает, зачем его подозвали. В ту же секунду в груди начала подниматься тяжесть.
Каждый слог звучал с нажимом. Господин Сан Чхоль. Господин Мён Хён. Если бы он так обратился к подчинённым, у них бы по спине побежали мурашки, и они тут же потёрли бы плечи.
— Да, директор, — спокойно ответил Гук Джи Хо. А потом покорно ждал ответа как овчарка, готовая исполнить любой приказ.
Он молча смотрел на него, пытаясь выровнять дыхание, а тот, словно увлечён своими мыслями, начал бормотать себе под нос:
— ...Темп работы ускоряется. Всё-таки это новая область, многому нужно научиться.
— Все члены второй группы до сих пор на банкете?
— А, в будущем... я буду внимательнее следить за поведением других лидеров групп.
Гук Джи Хо приподнял опущенную голову, чтобы встретить его взгляд. Пэк Хэ Гён, не отрываясь, коснулся указательным пальцем края стола.
На его лице отразилось замешательство. Тот сжал губы, будто не мог поверить, что это действительно заметили. Вид был болезненно уязвим.
Пэк Хэ Гён сжал кулак, а потом снова разжал. Он ведь приказывал — где бы ты ни был, всегда держи при себе хотя бы одного человека. Он считал, что нет нужды напоминать о ситуации Чи Сан Чхоля или повторять этот приказ снова.
Последнее время казалось, что он изматывает Вон Ху Пёна, и они вместе уходят с работы под утро. А теперь опять один.
— Если ты не способен соблюдать элементарные правила, что ты вообще потянешь? Что, никчёмная бумажная работа — твой предел?
Он кивнул подбородком в сторону кипы бумаг, и Гук Джи Хо, проглотив возможные отговорки, послушно опустил взгляд.
Он слегка расставил ноги и крепче сцепил руки за спиной. Это была поза человека, готового принять удар. Видимо, нахватался дурных привычек.
Это кроткое поведение, совсем на него не похожее, скорее напоминало скрытое неповиновение.
Он стоял, казалось бы, смиренно, будто раскаивался в своей вине, но в нём не чувствовалось ни капли сломленности. Этот упрямый жеребец, что мчится вперёд, видя лишь цель, абсолютно точно расставил приоритеты.
— У меня нет времени следить, соблюдает ли какой-то щенок правила.
— Я сделаю всё, чтобы вас не беспокоить. И… буду стараться ещё усерднее, чтобы вы могли использовать меня, когда потребуется.
Он говорил медленно, будто подбирал каждое слово, как красивый камешек, оставляя между фразами аккуратные паузы.
В голове звенело. То ли из-за усталости, то ли из-за слишком сложных мыслей.
Он, как начальник, указал на поведение подчинённого, и тот признал свою ошибку. Всё должно было завершиться на этом.
Но внутри бурлила злость — не угасшая, а, напротив, только что перешедшая порог кипения.
— Использовать, как только потребуешься... Хороший мальчик. Чего ты так торопишься? Боишься, что я не захочу тебя использовать?
Из уст вырвался непривычно взволнованный голос. Безлюдная заря, пустое здание — вокруг было тихо. Голос, должно быть, особенно чётко достиг его ушей.
Гук Джи Хо молча поднял глаза. Брови изогнулись вверх, и в его глазах ясно выделялись белки под и над зрачком — острый, пронизывающий трёхбелковый взгляд. Такое лицо давно не доводилось видеть.
— Да, хённим, — дерзко ответил парень.
Очевидно, он нарочно выбрал именно это обращение.
Даже после отповеди он встречает взгляд стойко. В зрачках, чуть дрожащих от растянутых интонаций собеседника, постепенно поднимается волна тихого, но упрямого сопротивления.
— Думаешь, я ничего не смогу с тобой сделать?
Гук Джи Хо на мгновение склонил голову в сторону, словно задумавшись, а потом ответил с видом, будто признаёт сказанное:
— Думаю, у вас просто нет времени, чтобы как следует меня вздрючить.
Он стоял в той же неподвижной позе, но его слова были правдой.
— В условиях такой занятости вы вряд ли станете тратить время, чтобы исправлять мои привычки, гоняя по секундомеру, верно?
— Это не так сложно. Я же знаю, ты учишься на практике. Почему бы и нет?
— Но сначала, хённим. Мне кажется... я не сделал ничего плохого.
Гук Джи Хо разжал руки за спиной, затем сорвал с себя галстук и с силой бросил его на пол. Галстук, напоминающий сброшенную змеиную кожу, смялся на ковре.
— Сегодня я кое-где накосячил, но, похоже, злятся на меня не из-за этого.
Он слегка кивнул, будто подтверждая, что прав.
— Вы дали мне задание, я заткнулся и честно работаю. Опоздал ли я хоть раз? А, один раз с завещанием. За это уже получил нагоняй, так что не в счёт.
Уместно ли использовать фразу «не в счёт» в такой ситуации? Гук Джи Хо упёрся руками в бока. Сделал глубокий вдох — живот втянулся, и стала заметна талия, ещё более узкая и подтянутая, чем раньше.
— ...Вы сами сказали, я даже не запрашивал перераспределения задач. Сейчас сплю три часа в сутки и продолжаю работать, но ничего, я крепкий, могу и вовсе без сна. Вон, красный женьшень сосу, здоровье берегу.
На столе валялись опустошённые упаковки от женьшеневых стикеров, подтверждая его слова.
— Более того, вся картина складывается именно так, как вы её нарисовали. Всё идёт так, как запланировано, так в чём проблема? Ыкх...
В глазах сверкнула искра. Пэк Хэ Гён резко схватил этого нахального мальчишку за воротник и дёрнул на себя. Мужчина, чьё горло оказалось сдавленным, сдержанно застонал, но всё же не отвёл взгляд в сторону.
В вопросе Гук Джи Хо читалось искреннее любопытство.
Раскалённые щёки, налитые кровью глаза оказались ещё ближе. Расстояние между ними сократилось до того, что дыхание коснулось кожи. Ветерок напряжённого выдоха, пропитанное гневом и досадой, донёсся прямо в лицо.
— Что мне сделать? Просто скажите, и я всё выполню.
Его глаза блестели, отражая лицо. И в этот момент Пэк Хэ Гён понял.
Прошёл месяц, но он так и не смог, да и не захотел принять тот факт, что Гук Джи Хо вернулся.
Парадокс в том, что страстное послушание Гук Джи Хо казалось яростным бунтом — и именно в этом крылась суть. Чем усерднее он работал, чем больше рвался в бой, стараясь быть полезным, тем сильнее внутри кипела злость.
Как и сказал, времени, чтобы как следует его проучить, действительно не было. Возможно, просто ждал, что тот сделает серьёзную ошибку, чтобы было за что зацепиться. Но в этом и была проблема: Гук Джи Хо работал так самоотверженно, что не совершил ни одной ошибки, из-за чего лишил его даже этой возможности.
В конце концов, проблема оказалась в нём самом.
Сопляк, что сжёг себе все пути к отступлению. Он уже принял его, но всё равно не мог до конца это признать.
Недовольство и раздражение оттого, что в завещании, которое он получил, не было ни намёка на страх.
И эта самоуверенность Гук Джи Хо уже не казалась милой.
Мышцы под кожей, сжимающие воротник, чуть подёргивались. Гук Джи Хо тяжело дышал. Даже звук, с которым он сглотнул, казался оглушительно громким на этом расстоянии. Двое мужчин замерли, деля один воздух, но ни один не отводил взгляда.
— Но всё же вы разговариваете со мной?
Пэк Хэ Гён отпустил руку и лёгким движением ударил его по плечу. Гук Джи Хо, не оказав никакого сопротивления, покачнулся и на мгновение потерял равновесие.
Гук Джи Хо, согнув одно колено, потёр шею и, кашлянув, попытался прийти в себя. Поднявшись, он услышал в свой адрес короткую реплику.
Он резко открыл дверь и вышел в тёмный коридор. Следом за ним потянулись шаркающие шаги.