Урок романтики. Глава 5.2
«Что бы написать сонбэ…» — с этой мыслью он убирал книги в шкафчик факультетской комнаты, когда дверь распахнулась. Знакомое, но неприятное лицо. Му Джин натянуто улыбнулся. С сигаретой в зубах вошёл Ким Тэ Ён — старший на несколько курсов. Держался, как всегда, беззастенчиво нагло.
— Давно не виделись. И без того статная внешность стала ещё лучше. Что, хорошие новости? — заговорил он, не давая вставить и слова.
— Ничего особенного, — тихо ответил Му Джин.
В другой раз он, может, и попытался бы изобразить дружелюбие, но перед глазами вдруг всплыло лицо Кана, и желание подыгрывать исчезло. Да и вообще, Ким Тэ Ён, что при каждом удобном случае отпускал сальные комментарии о первокурсницах, всегда оставлял мерзкое впечатление. Видимо, он и сам не ждал особой реакции — раскинув ноги, плюхнулся на старый диван и щёлкнул зажигалкой раз, другой. Пламя не загоралось. Му Джин нахмурился.
— Сонбэним, в комнате факультета…
— Хён, здесь нельзя курить, — перебил чужой голос, словно сорвав слова с языка. Это был парень, вошедший следом за Тэ Ёном.
— Да ладно, никто ж не узнает. Забей. Что, каждый раз до курилки у лестницы бегать?
— Запах въестся. Просто потуши, — жёстко пресёк его тот.
Фигура у него была достаточно крупная, чтобы производить даже слегка угрожающее впечатление, но смуглое лицо и кудрявые волосы добавляли в образ забавное очарование. Тэ Ён недовольно надул губы.
— Юн Джэ Сок, ты что, серьёзно решил быть таким мелочным?
Тот лишь пожал плечами. Юн Джэ Сок. Имя показалось смутно знакомым. Му Джин ещё раз внимательно всмотрелся, но лицо так и не вспомнил. Впрочем, на факультете у Пак Му Джина знакомых вообще было немного. Ким Тэ Ён тем временем сдался: поворчав, швырнул зажигалку на стол, перевёл взгляд с Му Джина на Джэ Сока и обратно, а затем вдруг громко хлопнул в ладоши.
— Точно! Эй, вы же не знакомы?
Му Джин ощутил на себе взгляд Джэ Сока. Тот покачал головой.
— Ай-яй, ну давайте знакомиться! Слышь, Пак Му Джин, это Юн Джэ Сок. Сейчас готовится к экзамену на госслужбу, поэтому редко появляется в универе. Он старше тебя на два года, так что зови его хёном, — тараторил Ким Тэ Ён, полностью оправдывая свою славу «вечно лезущего не в своё дело».
Му Джин едва заметно кивнул. Юн Джэ Сок ответил открытой улыбкой — лицо у него было из тех, что сразу располагают. «Рад знакомству», — сказал он, протянув руку без лишних формальностей, сразу на «ты». Му Джин некоторое время смотрел на него, потом всё же слегка пожал ладонь. Он точно слышал это имя, но где вспомнить так и не смог.
— Юн Джэ, это Пак Му Джин, двадцать пять лет. Недавно перевёлся. На факультете о нём уже шепчутся — мол, и мужскую задницу трахнуть не постесняется.
«Пиздец красавчик, правда?» — хихикнул Ким Тэ Ён. Му Джин нахмурился. На лице Юн Джэ Сока, только что опустившего руку, тоже мелькнуло замешательство. Но Тэ Ён, кажется, не уловил неловкости и снова принялся вертеть зажигалку.
— Ах, не, — протянул он, будто только что вспомнив, — это же Джэ Сок у нас вроде как не постесняется мужика выебать, верно?
Му Джин заметил, как лицо Юн Джэ Сока слегка изменилось. В нём появилась холодность, но эмоция не сильная — скорее раздражение, чем ярость. Миловидное лицо вдруг стало бесстрастным, но уже через секунду он легко пожал плечами.
— Хён, ты как всегда… Ладно, в любом случае, приятно познакомиться. Ты только из армии?
И вот он уже снова улыбался. Му Джин ощутил непонятное чувство, потому и ответ прозвучал с заметной паузой:
— Круто. Раз уж вернулся, значит, пока никого рядом нет. Давай в следующий раз, как пересечёмся, выпьем. Я угощаю.
Он дважды легко коснулся рукой руки Му Джина. Тот молча кивнул. Юн Джэ Сок приподнял уголки губ и протянул телефон — мол, дай номер. Потом слегка пошевелил пальцами — намёк был вполне очевиден. Му Джин протянул ему свой смартфон, и в тот же миг тот завибрировал прямо в руках Джэ Сока.
Пак Му Джин: Кстати, вы вчера хорошо провели время? Я вот в клуб ходил.^^
Сумасшедший. Тогда уж написал бы сразу: «А ещё с Мун Каном тренировался в поцелуях».
Кан тихо цокнул языком. Из-за занятий он почти три часа не брал телефон в руки — и вот что увидел. Только начал верить, что Му Джин наконец меняется в лучшую сторону, но нет, снова его куда-то заносит. Плюс в том, что врать он не умеет, минус — болтает лишнее. И этот странный стиль речи [1] — сколько он ни просил от него избавиться, всё равно вылезает. В личке Му Джин не пишет так чинно, но стоит написать в аккаунт Мо Ю Джин — снова этот неестественный, чересчур вежливый тон. Что тут ответить… Подумав немного, Кан набрал:
[1] Тут дословно «стиль речи с окончаниями -다, -나, -까». Первый — книжный, повествовательный стиль, второй — вопросительное окончание с оттенком сомнения или размышления, третий — окончание предположения или предложения (может…).
Пак Му Джин: На самом деле я давно туда не ходил… хех но было очень весело.
Представив, как Му Джин в растерянности читает сообщение, Кан невольно усмехнулся и начал тихонько насвистывать. На экране вспыхнула галочка — значит, Пак Му Джин увидел сообщение. И сразу же зазвонил телефон. Кан машинально ответил.
[Сонбэним, вы же со мной вчера в клуб ходили!]
На короткий ответ из динамика раздался приглушённый стон. А…
[Мо Ю Джин говорила, что ходила в ночной клуб…?]
[…Где вы сейчас? Я заеду за вами.]
— Ловко уходишь от темы. Я у читального зала гуманитарного института. Голодный. До места, что ты забронировал, далеко?
Хотя Кан и переживал, как завтра смотреть ему в глаза, слова всё равно сами собой ложились в речь. Пак Му Джин, похоже, и сам не придавал случившемуся веса — говорил бодро. Так, значит, правда ничего страшного? Как бы сильно тот ни доверял, разве можно объяснить его действия лишь «обучением на практике»?
Впрочем, и среди гетеросексуалов хватает тех, кто спит с мужчинами просто ради тепла чужого тела. Наличие или отсутствие физической близости не всегда совпадает с сексуальной ориентацией. Ну да, если так — то хорошо. …Хотя какое уж тут «хорошо»? Тысячи мыслей разом нахлынули, но Кан усилием воли отмахнулся от них и толкнул дверь на лестницу для курильщиков. Он хотел успеть выкурить сигарету до того, как Пак Му Джин доберётся до гуманитарного института. И точно: по телефону тот только что сказал, что уже идёт, и повесил трубку. Представив, как Му Джин скоро появится, торопливо семеня ногами, Кан хмыкнул.
Неожиданный звук раздался в тот момент. В телефоне шли короткие гудки. Кто-то здесь оказался раньше. Доказательство — у росписи на стене клубился тонкий дымок.
Первым заговорил другой. Он отвёл взгляд, стряхнул пепел с сигареты и спросил:
Кан не стал отвечать и направился вниз по лестнице. Лишь спустя некоторое время шаги позади смолкли.
— А мой рот что, не рот? [2] Скатился тут камешек и старый выбил, да? [3] Значит, втроём мясо поесть собрались, а меня — мимо. Я в шоке. Просто нет слов.
[2] Вообще здесь идиома «Моё мнение не в счёт?», но так как речь про мясо, решила оставить в буквальном переводе.
[3] Пословица «Прикатившийся камень вытесняет вбитый камень», то есть новичок занял место старожила.
При этом его палочки двигались быстрее всех. Му Джин молча перекладывал мясо щипцами на тарелки Ю Джин и Кана. Шин Кю Хо тяжело вздохнул:
— Пак Му Джин, даже если я тебе не нравлюсь… В прошлый раз ведь я тебя мясом угощал. Разве не положено отплатить добром за добро?
— Шин Кю Хо, ты зачем припёрся, да ещё к Му Джину цепляешься?
— А что, по-твоему, если собираются есть мраморную говядину, я не появлюсь? Смешная ты, нуна, ну реально.
Он никогда не уступал в перепалках. Пак Му Джин промолчал. Спокойно положил кусок мяса в миску Мо Ю Джин. Та весело улыбнулась и поблагодарила. Му Джин лишь слегка кивнул и перевёл взгляд вперёд. Сидевший напротив будто почувствовал его внимание и резко поднял голову. На губах виднелась ранка, похожая на лепесток. Му Джин поспешно опустил глаза и переложил мясо в его тарелку. Движение было автоматическим.
В его тарелке уже выросла целая гора мяса. Видимо, перекладывая по кусочку, он сам не заметил, как переборщил. По телефону или в переписке всё не казалось таким неловким… А сейчас Му Джин, так и не решаясь встретиться взглядом с собеседником, только жевал мясо.
— Одним хоть умоляй — не дождёшься, а другим и просить не надо, мясо само летит в рот. Как несправедлив мир, ох, как несправедлив.
Всё это время шумел только Шин Кю Хо. Му Джин смотрел, как тот тянет кусок из миски Кана. Взгляд получился почти злым. Но Шин Кю Хо, встретившись глазами, и не подумал смутиться.
— Ю Джин, кушайте побольше, — стараясь скрыть недовольство, сказал Му Джин.
Мо Ю Джин, жуя мясо, счастливо улыбнулась и закивала. Ловко собрав в листья салата чеснок, периллу и соус, она с аппетитом отправила всё в рот. Такая милая… Му Джин украдкой посмотрел на неё, но быстро отвёл взгляд. В опущенном поле зрения снова оказались губы Кана. Он невольно провёл языком по своим, ощущая, как во рту уже какое-то время без всякой причины скапливается слюна.
Мун Кан выглядел странно подавленным. Не то чтобы в дурном настроении — скорее обессилевшим. В голове снова и снова прокручивался вчерашний поцелуй. Может, что-то случилось… Или, если взглянуть иначе, сам факт, что он, решив помочь едва знакомому младшему, дошёл до поцелуя, оказался ему неприятен? Мысли вспыхивали и тут же гасли. Внутри перемешались разумные догадки и нелепые фантазии. Но Кан, не подозревая о смятении Му Джина, положил руку на плечо Кю Хо и что-то тихо сказал. Шин Кю Хо, не меняя равнодушного выражения, только дёрнул бровями.
— А я холодную лапшу ещё хотел поесть.
Он пришёл не для того, чтобы кормить всех подряд… Сплошная суета. Му Джин постарался смягчить застывшее лицо. Шин Кю Хо снова залез в тарелку Кана, ухватил кусок и нагло отправил его в рот. Подмигивания Канy выглядели нарочито раздражающе. Кан прокашлялся, прочистив горло. Его язык скользнул по нижней губе и исчез.
— Мы пойдём первыми, — сказал Кан, глядя прямо на Му Джина.
— Что, почему? — собирая новый рулетик, спросила Мо Ю Джин.
— У Кана хёна дела. Да и вечером работа.
— А, в академии? Ты же говорил, что сократил себе часы? Сегодня занятие?
— А, ну… попросили один день провести замену.
— Ага. Но Кю Хо почему уходит? У тебя же после обеда пара, нет?
«Ну и драму устроили», — сказала Ю Джин с игривой усмешкой. Кан, опершись на спинку стула, резко встал. На секунду его взгляд пересёкся с Му Джином. Тут же вспомнилось: он ведь говорил, что уйдёт сразу после еды. А. Му Джин сам не заметил, как тоже вскочил.
Шин Кю Хо, доедавший последний кусок мяса, взглянул на него. Му Джин поспешно засуетился: сунул кошелёк в задний карман, схватил сумку. Лицо Кю Хо стало озадаченным. Кан тоже выглядел сбитым с толку и мягко хлопнул его по плечу. Подойдя ближе, он тихо сказал:
Голос прозвучал растерянно. Зачем? Му Джин, сжимая в руках лёгкое пальто, мысленно повторил вопрос. Кан снова слегка толкнул его плечом в грудь.
В месте их соприкосновения тело жгло огнём.
Му Джин запнулся. Предложить подвезти казалось таким естественным, но стоило услышать прямое «зачем?» — и слова будто исчезли.
— Академия ведь далеко… эм, и у меня есть машина…
— Что ты несёшь… Забыл? В этом семестре я не работаю в академии.
— Да никуда. Это просто предлог, чтобы уйти, — очень тихо пробормотал Кан.
От его голоса лёгкий пушок за ухом то падал, то вновь вставал дыбом. Знакомый аромат ши-баттера, что всегда держался возле Кана, сейчас ощущался особенно близко. Мышцы под коленями невольно свело от напряжения.
Кан снова нежным толчком коснулся его груди. «Я пойду», — шёпот мягко скользнул в ухо. Му Джин едва подался вперёд, будто стремясь услышать его ещё раз. Но слова иссякли: Шин Кю Хо проглотил последний кусок и встал, а Кан, словно гонимый невидимым порывом, быстро вышел.
В тот день Пак Му Джин и Мо Ю Джин разделили на десерт холодную лапшу и рагу. Их неспешная беседа звучала по-домашнему тепло, а шаги после оплаты счёта были почти невесомыми. В благодарность за обед Мо Ю Джин угостила его кофе. Му Джин, заказывая карамельный макиато, признался, что любит сладкое. Она назвала это милым, и его щёки тут же зарделись до мочек ушей.
Пак Му Джин не допустил ни одной ошибки — всё текло естественно. Когда они шли рядом, край её одежды порой скользил по его кисти, запястью, плечу. У Ю Джин была особая способность создавать вокруг себя уют. Оставшись с ним один на один, она предложила: «Может, перейдём на "ты"?» — и без колебаний заговорила неформально. Это, конечно, было приятно, но странным образом на этот раз он не почувствовал привычного восторга. Му Джин лишь спокойно шагал рядом, подстраиваясь под её ритм. А в глазах тем временем снова и снова, как мираж, вспыхивал и исчезал знакомый силуэт.