Бесстыжий мир. Глава 121
— Я слышал, что руководитель Джи Хо молод, но переход на неформальный тон — это как-то обидно.
На сухом лице мелькнула слабая усмешка. Хоть его и застали на чужом месте в отсутствие хозяина, он не выглядел смущённым. Более того, Ки Мён Хён был настолько спокоен, что даже позволил указать на фамильярный тон.
— Если старше, значит, можно садиться в кресло директора?
Гук Джи Хо по привычке огляделся вокруг. Похоже, компьютер не был включён. Ки Мён Хён осмотрел предметы на столе и продолжил:
— Да просто присел попробовать. Кресло и правда отличное. Тем, кто долго сидит, точно подойдёт... А у меня ведь сейчас столько работы.
Его манера всё чаще вставлять неформальную речь раздражала. Когда Гук Джи Хо решительно подошёл ближе, мужчина плавно повернул кресло и развернулся прямо к нему.
Лицо, поднятое вверх с подпёртым на ладонь подбородком, было вытянутым. В нём не было ничего особо резкого, но из-за слишком тонких бровей выражение выглядело слабовольным. Казалось, стоит чуть надавить — и он согнётся, как намокший тростник.
— Этот галстук, наверное, дорогой? Видно, что намазан деньгами. Красивый.
Ки Мён Хён зачем-то начал говорить о его галстуке. Он просто взял первый попавшийся из гардероба, даже не задумываясь о его стоимости, красивый он или нет. От таких странных комментариев Гук Джи Хо свирепо нахмурился.
— Нет, наверное, это самая дешёвая вещь из всего, что вы на себя надели. А сколько стоят эти часы? Это ведь другие, не те, что я видел раньше.
— Что за чушь вы несёте, дядя?
Ки Мён Хён смотрел на Гук Джи Хо, как на кусок мяса, висящий на крюке.
— Да я просто не понимаю. Сейчас ведь многие люксовый шмот на вторичке продают. Если так трудно с деньгами, можно же было по одной продавать.
Гук Джи Хо подошёл к мужчине поближе. Наклонив голову, он помахал запястьем прямо перед его глазами и неожиданно задал вопрос на эту странную тему:
— Вот это? Поможете продать? Живу-то я неплохо, но интересно, сколько дадут.
— Вы, случайно, не следили за мной?
В глазах Ки Мён Хёна мелькнуло подозрительная искра. Казалось, он что-то понял. Он пожал плечами и кончиком языка обвел внутреннюю сторону щеки.
— О… Как же вы соблазнительно это сказали.
От его ухмылки и подмигивания подступила тошнота. Хоть он и пытался держать себя в руках, просто потому что находился в кабинете Пэк Хэ Гёна, но, пожалуй, выражение «крышу сорвало» здесь подошло бы лучше всего. Гук Джи Хо приблизил своё лицо вплотную и задал вопрос:
— Руководитель, сколько вы весите?
Удивлённые глаза, поднятые вверх, совершенно не предвидели того, что вот-вот должно произойти.
— Если окажетесь слишком лёгким, мне жаль.
Мужчина, которого резко подняли, схватив за шиворот, был вынужденно выдран с кресла. Он неуклюже приподнял зад, повиснув на руках Гук Джи Хо. Послышался скользящий звук — туфли заскрипели по полу.
— Э-э… руководитель Джи Хо, акх...!
Бах! Он без церемоний впечатал его в стену, не отпуская ворот. Тот, сильно ударившись затылком и спиной, вскрикнул, обхватив руками затылок. Когда у него подломились колени, и он попытался сползти вниз по стене, его снова дёрнули за ворот вверх, удерживая.
Мускулы на руках Гук Джи Хо напряглись. Ки Мён Хён, утратив контроль над своим телом, беспомощно повис.
— Давайте различать, что можно говорить, а что нельзя. Ладно? Пока я к вам с уважением, лучше договориться по-хорошему.
Угрожающий тон вызвал у мужчины лишь нервный смешок.
Одной рукой Гук Джи Хо приложил ладонь к его блестящему лбу, будто измеряя температуру, а другой прижал грудь Ки Мён Хёна к стене, лишив возможности вырваться. Взгляд Ки Мён Хёна метался в растерянности.
— Лучше закончить до того, как он придёт.
Бам! Рука, схватившая его идеально уложенную гелем чёлку, с силой ударила голову об стену.
— Удар по затылку сразу приводит в чувство. И никаких следов.
— Ак…! Ты, блядский… Эй, псих. Угх...
— Ваша чёлка такая хрустящая, очень удобно держать. Ещё разок?
Вопреки тому, как уверенно он орал, его обувь лишь бессильно скользила по полу. Гук Джи Хо каждый раз прижимал предплечьем корпус противника, когда тот яростно дёргался, пытаясь вырваться.
— Да-а, руководитель Ки. Что, голова кружится? Ноги подкашиваются?
В этот момент раздался сигнал, за которым последовал голос сотрудника ресепшена: «Директор скоро войдёт».
— Понял. А... Там не же слышно, о чём мы тут болтаем, да?
Гук Джи Хо, разговаривая сам с собой, отпустил Ки Мён Хёна и отошёл на пару шагов назад, отряхивая руки. Тот, ошарашенный, согнулся, опершись руками на колени, затем медленно опустился на пол.
— Ах, ну правда. Он же вот-вот зайдёт.
«Вставай уже, ну». Гук Джи Хо сказал это в своём фирменном небрежном тоне. Если Пэк Хэ Гён войдёт и застанет их за дракой, будь то односторонней или взаимной, зрелище получится так себе.
Скрипя сердцем, он всё же поднял Ки Мён Хёна, скрестив пальцы перед его лицом и громко щёлкнув.
— Давайте, приходите в себя, пока директор не вошёл. Иначе нас обоих прикончат. Окей?
Слова «нас обоих прикончат» вернули ему небольшую ясность во взгляде.
Он похлопал его по спине, но Ки Мён Хён отмахнулся локтем.
— Хватит меня хлопать, долбоёб.
Он говорил, сжав челюсти так сильно, что лицо покраснело. Видимо, кожа у него слишком тонкая — совсем ему не шло.
— Ах… Чёлка у вас совсем будто мыши погрызли.
Гук Джи Хо осторожно пригладил его растрёпанную челку. Когда тот снова отбил его руку тыльной стороной ладони, он попытался его урезонить:
— Да постойте вы спокойно. Вы сейчас всем видом кричите, что мы только что дрались.
— Ничего нет? Вот, хотя бы это приложите к лицу.
Гук Джи Хо поднял металлический лоток для канцелярии с рабочего стола и прижал его к щеке Ки Мён Хёна.
Одновременно быстрыми движениями он небрежно поправил ему галстук и пригладил рубашку.
— Ты правда ненормальный, в курсе?
— Да. Так что потерпите немного.
Лицо Ки Мён Хёна то краснело, то бледнело. Вероятно, его раздражало не только то, что его избили, но и то, что ему приходилось смиренно принимать помощь, когда обидчик пытался привести его лицо в порядок, чтобы скрыть следы этих избиений. Это, пожалуй, было даже более унизительно.
Однако если об этом узнают, очевидно, Ки Мён Хёну тоже грозят неприятности.
Не прошло и минуты, как дверь открылась. Не успев как следует выправить воротник, как Пэк Хэ Гён вошёл, неся на пальто запах свежего ветра.
Гук Джи Хо, который в этот момент как раз разглаживал пиджак, с каменным лицом почтительно поклонился.
Ки Мён Хён слегка замешкался, прежде чем поприветствовать его.
Пэк Хэ Гён переводил взгляд между ними, уловив странную атмосферу, а затем уставился прямо на Гук Джи Хо. Он, казалось, ждал объяснений, но Гук Джи Хо молчал.
Оба продолжали смотреть только на кончики туфель Пэк Хэ Гёна, отслеживая, в какую сторону они повернутся. Спина начинала неметь, дыхание становилось горячим.
Мужчина бросил короткую, укоризненную реплику и пошёл вперёд. Бардак?.. Неужели он что-то понял? Хотя внешне выражение было полностью под контролем. Гук Джи Хо повернул голову и посмотрел в сторону. На лице Ки Мён Хёна читалась лишь растерянность, никаких явных признаков того, что произошло что-то из ряда вон выходящее, не было.
Однако шаги остановились неподалёку. Скоро до их ушей донёсся звук мягкого погружения в кожаный диван. Он сел на диван, стоящий посреди кабинета перед столом. Гук Джи Хо быстро последовал за ним и сел на правое кресло.
Заняв более почётное место, а не слева, он услышал за спиной недовольный вздох. Но вскоре и Ки Мён Хён присоединился, заняв левое кресло.
Некоторое время все трое сидели в тишине, причина которой была неочевидна.
Пэк Хэ Гён был слишком проницательным человеком. Одного взгляда на приглаживание воротничков хватило, чтобы догадаться о недавнем конфликте между руководителями.
Тем не менее, Гук Джи Хо не жалел о том, что поднял на него руку. С такими, как Ки Мён Хён, если хотя бы раз прогнуться, их эго раздувается до небес, поэтому важно при каждом удобном случае показывать свой характер.
Именно в тот момент он размышлял об этом. Он слегка вздрогнул, когда тишину нарушил голос, окликнувший его.
Тот тихо вздохнул и скрестил руки на груди, продолжая пристально смотреть на него. Пэк Хэ Гён редко проявлял эмоции, но он уже знал: если он смотрит вот так — это самый опасный момент. Почему… он так сердится?
Не в силах полностью опустить глаза, он просто выдерживал взгляд, когда тот, будто выплёвывая, произнёс:
— Расскажи, что знаешь о коин-миксинге.
Это был внезапный устный экзамен. В последнее время тесты на знание проходили на каждом уединённом разговоре, но делать это в присутствии Ки Мён Хёна было куда более позорно. Если он ошибётся, будет сильно неловко.
Сам мужчина, проводящий экзамен, оставался невозмутимым, а глаза Ки Мён Хёна быстро заблестели от интереса. Если он начнёт тянуть время, только выставит себя дураком.
— Миксинг… это один из способов отмывания криптовалюты. Его используют, чтобы избежать проверки со стороны финансовых органов. Когда клиент хочет перевести деньги другому лицу, миксер делит их на множество транзакций и переводит на сотни разных кошельков. Затем он перемешивает эти средства в своём пуле и создаёт ещё тысячи транзакций. В итоге средства выводятся из другого кошелька, принадлежащего миксеру, что делает цепочку транзакций практически неотслеживаемой.
«О», — Ки Мён Хён выразительно округлил губы в восхищении. Гук Джи Хо смерил его взглядом. Нет ничего более раздражающего, чем одноклассник, который всегда пытается вставить никому ненужное слово во время экзамена.
— Какие ограничения есть у пылевой атаки? — сразу последовал следующий вопрос.
— Пыль означает остатки криптовалюты. Пылевая атака заключается в том, чтобы случайно отправить пыль на разные кошельки с целью идентифицировать другие аккаунты. Когда владелец кошелька, получивший пыль, переводит её на свой основной адрес, кошелёк становится идентифицируемым. Однако, если получатель не совершает никаких действий с полученной пылью, атака оказывается бесполезной. Это и есть её ключевое ограничение.
Кхм. Гук Джи Хо перевёл дух. К счастью, он вспомнил материал, который штудировал в два часа ночи.
— Теперь пусть руководитель Ки задаст вопрос.
Но это было вне всяких правил. Он метнул взгляд в сторону Ки Мён Хёна — тот, похоже, тоже изрядно смутился. Он неловко поправил свою позу и, слегка запинаясь, начал говорить:
— ...А, что ж, да. Хм... Итак, знаете, что такое рикошет? Слышали об этом?
Ки Мён Хён задал вопрос, используя вежливую речь, как это обычно делают с вышестоящими. Но, несмотря на свою растерянность, он не упустил возможности задать достаточно сложный вопрос. Улыбающееся лицо не сбило с толку Гук Джи Хо, он спокойно начал отвечать:
— Рикошет — это процесс маршрутизации транзакций через множество дополнительных адресов в процессе миксинга. Это создаёт ненужные промежуточные транзакции, ещё больше затрудняя отслеживание потока криптовалюты.
Гук Джи Хо положил руки на колени и слегка вытянул ноги, лёгким ударом касаясь обуви Ки Мён Хёна под столом. Эй. Доволен?
— Неплохо. Могу задать ещё один вопрос?
Длиннолицый обратился к Пэк Хэ Гёну, готовясь задать очередной вопрос. Когда тот слегка кивнул в знак согласия, Ки Мён Хён наклонился вперёд, намеренно надавив своим ботинком на его носок.
— Как думаете, чем я занимался в Чунцине?
— Слышал, вы работали в центре по отмыванию денег. Вероятно, вы были миксером… Так мне кажется.
— Как я и думал, быстро соображаешь. Верно! — Ки Мён Хён язвительно усмехнулся, выглядя до невозможности противно.
Если попытаться убрать ногу, на которую наступили, даже на ковре наверняка послышался бы звук. Они лишь молча сверлили друг друга взглядами, пока в центр стола не шмякнулся конверт с документами.
— Предложение для пятого раунда переговоров. Две копии, так что не деритесь, берите по одной.
Услышав слова Пэк Хэ Гёна, Ки Мён Хён первым протянул руку за бумагами, а Гук Джи Хо воспользовался моментом, чтобы вытащить ногу. Но сразу же, в отместку, он резко наступил на его ногу.
— Сегодня в шесть вечера пройдёт пятый раунд переговоров с корейским филиалом Хунчохве. На этот раз руководитель Гук пойдёт со мной.
Гук Джи Хо слегка кивнул. Ки Мён Хён, похоже, уже знал о его участии, потому что его лицо осталось таким же самодовольным.
— Руководителю Ки не хватает рук. Руководитель Гук, изучи его работу и помоги.
Теперь он понял, что сегодняшнее испытание было частью плана обучить его для помощи Ки Мён Хёну. Вот почему тот так ехидно улыбался весь этот разговор.
— Руководитель Ки, можешь идти. Руководитель Гук, останься.
Ки Мён Хён весело попрощался и вышел из кабинета. После того, как дверь за ним закрылась, в помещении наступила тишина. Гук Джи Хо, опустив взгляд, разглядывал текстуру ковра, ожидая дальнейших указаний.
В кабинете с панорамным окном тени от облаков непрерывно менялись, создавая игру света и тьмы. Иногда в мягкой полутьме зрение на мгновение теряло резкость. Мужчина, сидящий напротив, периодически проводил пальцем по экрану планшета.
Если вы очень заняты, могу подождать снаружи. Хотите кофе? Сигарету... Нет.
Гук Джи Хо несколько раз пытался начать разговор, но подходящих слов не находил и лишь молчал. В кабинете воздух казался куда более тяжёлым, чем когда они были с Ки Мён Хёном втроём.
— Так и не научился сдерживать свой характер? — спросил Пэк Хэ Гён, не отрывая взгляда от планшета.
Значит, он всё-таки знал. Оправдания вроде «он первым спровоцировал меня» застряли в горле. Но возразить Гук Джи Хо не мог.
— В последнее время тебе, видно, слишком легко живётся?
Гук Джи Хо до боли закусил губу. Да, виноват он сам — до сих пор так и не сумел перевоспитать себя. Не следовало вмешиваться…
Сколько времени прошло? По напряжённо выпрямленной спине пробежала дрожь, а руки, лежавшие на коленях, вспотели. Из-за занятий дзюдо кожа на них в последнее время стала особенно грубой, и теперь пот обильно стекал по её неровностям.
Лишь спустя долгое время мужчина наконец заговорил:
На губах Пэк Хэ Гёна мелькнула едва заметная улыбка. Отложив планшет, он взглянул на наручные часы, а затем произнёс, словно внезапно вспомнил:
Человек, отдавший приказ, переплёл пальцы в замок. Прислушиваясь к звуку, с которым его спина упёрлась в кожаную спинку дивана, Гук Джи Хо снял пиджак, затем жилет, галстук, освобождаясь от одежды один за другим.
Когда он снял рубашку, слегка прилипшую к телу от холодного пота, по коже резко пронеслась ледяная дрожь. Кажется, на снятие всей одежды сверху у него ушло меньше минуты.
Подчинившись его приказу, он забрался на стол. Он встал на колени, полностью открыв спину, чтобы Пэк Хэ Гёну было хорошо её видно. Ступни не помещались на столе, поэтому лодыжки свесились с края и болтались в воздухе.По спине словно скользнуло дыхание Пэк Хэ Гёна — повеяло коротким порывом воздуха. Сама же спина всё ещё горела и болела.
Наверняка рисунок уже немного расплылся, а на коже проступили синяки. Вчера Гук Джи Хо впервые прошёл процедуру лазерного удаления татуировки и едва не умер от жгучей боли. Площадь была большая, и за всё время он десятки раз скручивал шею плюшевому медведю.
Пока он размышлял о своей дорожке страданий, связанной с мучительной процедурой сведения татуировки, вдруг почувствовал лёгкое прикосновение к щиколотке. Неясно, зачем, но Пэк Хэ Гён снял с него туфель и уронил его на пол.
— ...Теперь хоть немного жалеешь?
Мысль о том, что эту процедуру придётся проходить больше десяти раз с интервалом в месяц, приводила в ужас, но боль заканчивалась, стоило лишь её перетерпеть. Гук Джи Хо всё же счёл нужным добавить:
— …Некоторое время спина, наверное, будет болеть, если её натрёт форма для дзюдо.
Мужчина кивком указал на одежду и вновь перевёл взгляд на планшет. Гук Джи Хо сунул ноги в снятые туфли. На одной из них расплывчатым следом отпечатался ботинок Ки Мён Хёна.
Закусив губу, он начал с рубашки. Застёгивая крошечные пуговицы, несколько раз промахивался пальцами, но продолжал.
Подняв галстук, он натянул его за оба конца, а затем обернул вокруг шеи.
— А если она останется даже через год? — спросил Пэк Хэ Гён словно самого себя.
Даже если это была лишь насмешка, прозвучало слишком мягко, и Гук Джи Хо на мгновение замер.
— …Всё будет в порядке. Краска была качественной. Да и кожа у меня, говорят, крепкая и хорошо заживает, — ответил он, заправляя рубашку в брюки.
Пэк Хэ Гён положил планшет и окинул Гук Джи Хо взглядом. Раздевался он быстро, но почему-то одевание заняло больше времени. Глаза задержались на его обуви.
— Корейский филиал Хунчохве… Ты знаешь, кто там сверху. Ошибаться нельзя.
— Я поспал три часа перед тем, как приехать.
Пэк Хэ Гён контролировал его распорядок дня, поэтому нередко спрашивал, сколько тот спал, сколько тренировался и что ел.
Гук Джи Хо ответил без утайки.
— Поспи хотя бы пару часов. Здесь.
Гук Джи Хо медленно моргнул. Кожаный диван всё ещё хранил тепло сидевшего на нём Пэк Хэ Гёна.
Заметив его замешательство, Пэк Хэ Гён нахмурился. Лишь теперь в его облике проступило раздражение.
— Мне обязательно предлагать тебе дважды, а то и трижды?
Гук Джи Хо первым делом снял туфли и забрался на диван. Лёг на бок, спиной к стене, и свернулся калачиком. Хотя диван и не был предназначен для сна, мягкое, тёплое прикосновение кожи оказалось на удивление приятным.
Запах кожи… Уютное тепло и влажность, изредка слышавшийся шелест переворачиваемой страницы. Не успев долго поразмышлять о том, ложился ли Пэк Хэ Гён на этот диван, когда уставал, Гук Джи Хо провалился в глубокий сон.
В кабинете Пэк Хэ Гёна, под его взглядом, сон оказался до смешного сладким.