Бесстыжий мир. Глава 65
Гук Джи Хо вспомнил, как вчера они покидали отель в Тамяне через аварийный выход.
Это было тёмное место. Луч света от телефона выхватывал плавающие в воздухе частицы пыли, которые блестели, словно мелкие звёзды.
— А, я в такси проверял номер машины, который засветился на видеорегистраторе, через базу данных. Оказалось, номера поддельные.
В сыром, затхлом помещении Гук Джи Хо озвучил информацию, которая пришла ему в голову с запозданием. Пэк Хэ Гён на мгновение остановился, затем лишь кивнул, словно это было совсем не удивительно.
— У меня кроме вас, начальник, нет других людей, которых я могу использовать.
Пэк Хэ Гён укоризненно покачал головой, но всё же усмехнулся, его голос прозвучал чуть выдохшимся.
— …Думаете, они приняли нас за коней и поэтому прислали зубы? [1]
[1] Отсылка к выражению «Дарёному коню в зубы не смотрят», связанное с осмотром зубов лошади для определения её возраста или состояния. Здесь может подразумеваться, что отправка зубов — это своего рода тест или проверка.
Зубы на тарелке… На мгновение этот образ снова всплыл перед глазами. Белесые, местами пожелтевшие… Тошнота подступила к горлу. Гук Джи Хо глубоко вдохнул, но это не помогло — казалось, что пыль оседает внутри него, заполняя горло, нос, лёгкие.
— Главное выяснить, следили ли за нами или начали отслеживать с фермы.
Спокойный голос прозвучал в тишине, но ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать смысл сказанного. Шедший впереди мужчина внезапно обернулся и увидел судорожно дёргающийся кадык, едва сдерживаемый рвотный позыв, сжатые в гримасе отвращения брови.
Пэк Хэ Гён подошёл к Гук Джи Хо и дважды медленно провёл рукой по его затылку, затем крепко сжал шею. На мгновение это ощущение напомнило плен, но его большая ладонь на самом деле оказывала точечное давление, разгоняя застоявшуюся кровь. Тошнота действительно начала потихоньку отступать.
— Джи Хо, ты, оказывается, не такой выносливый.
— Да, потому что я привык к чистоте.
Он сильно надавил большим пальцем на впадину между головой и шеей, словно пытаясь привести его в чувство. Этот молчаливый жест было предупреждением — соберись. Гук Джи Хо, моргнув, наконец вспомнил слова начальника.
— А… вы сказали, что важно понять, это слежка или отслеживание. Но я до конца не понимаю. В чём между ними разница?
— Если это слежка, то мы не знаем, кто этот человек, — спокойно пояснил Пэк Хэ Гён. Это очевидно.
— Если отслеживание… то этот человек — высокопоставленный офицер полиции из Чолла-Намдо.
Такая уверенность, с которой он подвёл итог, вызывала у Гук Джи Хо недоумение. Он прикусил пересохшие губы. Конечно, Пэк Хэ Гён не стал бы говорить ерунду, но для того, чтобы прийти к такому выводу, нужно было связать воедино множество разрозненных деталей. Но сам он пока не видел ни одной из этих связующих нитей.
Его руки продолжали массировать шею, пока тот не почувствовал, как тепло постепенно растекается по телу.
Как только его рука без колебаний оторвалась, вместе с ней пропало и согревающее тепло его тела.
— Нет... Конечно, полиция вела себя подозрительно. Но как этот человек связан с высокопоставленными чинами в полиции?
Пэк Хэ Гён, поняв его недоумение, наклонился ближе и зашептал, быстро и точно:
— Если тебя отслеживали, то в том контейнере было что-то, что позволяло отследить. Как я установил видеорегистратор, там могли быть второй телефон или ещё что. Давай назовём это просто «датчиком».
Гук Джи Хо чуть кивнул. Если их начали отслеживать со склада, то всё началось бы с этой гипотезы.
Пэк Хэ Гён прищурил свои миндалевидные глаза. Будто превратившись в «того человека», он начал выслеживать Гук Джи Хо, неизвестного нарушителя, обнаруженного с помощью датчика.
— Кто-то ведь действительно приходил, да? Лицо незнакомое. Кто же это? По одному симпатичному личику ничего не разберёшь.
Их взгляды встретились. Гук Джи Хо нахмурился, словно выражая протест против этой насмешки, но Пэк Хэ Гён лишь улыбнулся и продолжил свой рассказ.
— Кроме этого, полезной информацией будет время, когда этот человек был там... Ах, ну конечно, достаточно проверить такси, которые проезжали по обоим направлениям дороги, ведущей к ферме, и прилегающим маршрутам. Тут ведь такси редко бывают, так что сразу бросится в глаза.
— Постойте, а откуда вы узнаете, что я приехал на такси?
— Джи Хо, это место — сплошная грязь. На пустыре остались следы от шин машины, которая въезжала задним ходом и разворачивалась. Но отпечатков ног от водительского сиденья нет, только один след от заднего сиденья.
— Значит, он сел в такси? Теперь, если связать участки дороги с установленными камерами наблюдения, можно отследить маршрут. А что делать дальше, когда он прибудет в отель?
— Запросить содействие у службы безопасности. Узнать, в какой номер он зашел.
— Ага, именно так и нужно отслеживать.
Пэк Хэ Гён крепко сжал плечо Гук Джи Хо одной рукой.
Так просто? ...Это слишком легко.
Словно прочитав его мысли, мужчина спросил:
— А знаешь, почему ты так думаешь?
Когда он, чувствуя себя разоблачённым, рассеянно задал вопрос, тот с непроницаемым выражением лица спокойно ответил:
— Если бы ты был обычным человеком, то не смог бы сразу ответить на мой вопрос, что нужно запросить содействие службы безопасности.
Как полицейский, Гук Джи Хо осознал, что именно это завершение его логических выводов.
Верно. То, что легко только для полиции и что может сделать только полиция, называется «полицейской властью».
— Между твоим уходом с фермы и доставкой зубов прошло всего два часа. Чтобы отследить так быстро... всё должно быть именно настолько просто, верно?
Гук Джи Хо, даже полностью убедившись в его правоте, пытался найти противоречия и сопротивляться:
— А как вы можете быть уверены, что датчик был установлен внутри контейнера? Его могли разместить и снаружи, как наш. Если оно было снаружи, то для отслеживания не нужна полиция. Снаружи отслеживать проще, мой маршрут был бы частично понятен, и это даёт возможность следовать за мной в реальном времени.
— Тебе, кажется, очень хотелось возразить. Это хорошо. Но подумай: зачем тому человеку понадобилось использовать датчик? Что он хотел узнать?
— Ну, не знаю... Для начала, он забрал тело и удалил татуировку, так что, вероятно, хотел убедиться, что его следы хорошо замаскированы. А поскольку преступник всегда возвращается на место преступления, если убийцы действительно появятся снова, он, наверное, хотел увидеть их лица.
— «Место, откуда забрали тело», «место, где удалили татуировку», «место, куда могут вернуться убийцы», — Пэк Хэ Гён загибал пальцы по мере перечисления. — Всё это связано с контейнером, верно?
— Устройства слежения обычно устанавливают в местах, которые наблюдатель считает важными. Мы, например, решили, что важен весь объект, и разместили камеру так, чтобы видеть всех, кто приближается к ферме.
— Логично… А! Наша камера... Если он установил устройство снаружи контейнера, наша камера это должна была зафиксировать? Ведь она охватывает всю ферму.
— Видеорегистратор был установлен идеально.
— Дерьмо… Почему вы сразу это не сказали? Я тут голову ломал.
Пэк Хэ Гён выглядел действительно довольным. Точнее, ему явно нравилось наблюдать, как Гук Джи Хо напрягает мозги.
Пэк Хэ Гён слегка улыбнулся. Его взгляд был удивительно нежным, как у учителя, наблюдающего за усердием своего ученика, даже если тот продолжает задавать вопросы и сомневаться.
— ...А если датчик был установлен с самого начала? То есть ещё до того, как мы поставили видеорегистратор.
— Это возможно, но маловероятно. Этот человек впервые посетил ферму именно в тот день.
Пэк Хэ Гён показал видеозапись на телефоне. Это был момент, который Гук Джи Хо упустил — кадры того, как «тот человек» только что прибыл к контейнеру.
В вечерней темноте ко входу медленно подъезжает машина — чёрный Genesis. Немного погодя водитель выходит из автомобиля, периодически сверяясь с экраном своего телефона и оглядывая ферму.
— Он проверяет, совпадает ли изображение фермы с фотографией, которую он получил. Он здесь первый раз.
Хотя урок импровизированного дедуктивного анализа от Пэк Хэ Гёна подходил к концу, чувство беспокойства не исчезло. Всегда ли он был настолько подозрительным, или это результат того, что впервые участвует в таком сложном анализе, где одна гипотеза накладывается на другую?
— ...Ха-а. Если подумать, может, он и правда коп.
Он решил оставить при себе мысль о том, что директор мог просто придумывать вещи, которые просто звучат правдоподобно.
— Это я просто сфоткал, потому что был рад увидеть брата
Будто уловив скрытые сомнения Гук Джи Хо, он смахнул экран и показал скриншот приложения. Как и сказал, на изображении действительно был Пэк Хэ Уми.
Высокий, стройный мужчина и средней длины волосами стоял в характерной небрежной позе, опираясь на одну ногу. Рядом с ним стоял его шестёрка, который почти уткнулся носом в грязь, будто собирался нырнуть прямо в неё. Он внимательно рассматривал форму грязевого следа — раздавленный в форме колеса ком земли, края которого приподнялись, напоминая миниатюрную земляную стену.
Это место... Место явно было тем, где остались следы такси, на котором приехал Гук Джи Хо.
Звук пробуксовки колёс, когда такси пыталось выехать из грязи, снова зазвучал в памяти.
Он словно слышал голос одного из этих людей с фото: «Этот парень, похоже, приехал на такси».
— Мда... Директор, может быть, Пэк Хэ Уми пришёл сюда не просто так, а потому что тот человек его отправил. Возможно, у них есть какая-то связь, и он попросил его проверить место происшествия...
Гук Джи Хо высказал предположение, что, возможно, это он сам невольно привёл Пэк Хэ Уми на это место.
Если это правда, вероятность «слежки» значительно снижается. Первым шагом в отслеживании всегда является проверка места происшествия.
— Давай окончательно проверим это, когда вернёмся в Сеул.
— Но ведь уже и так всё понятно...
— Мы просто рассмотрели самый вероятный сценарий.
Гук Джи Хо опустил голову. Если «тот человек» действительно поделился данными с датчика с Пэк Хэ Уми, это означало, что их с Пэк Хэ Гёном прибытие в Тамян стало известным. Он просто хотел всё сделать как можно лучше, но даже представить не мог, что всё пойдёт наперекосяк.
Пэк Хэ Гён легонько ударил Гук Джи Хо по верхней части руки. Тот, покачнувшись от удара, тут же извинился:
Эти слова он хотел сказать уже давно, ещё с момента, как им прислали зубы, а особенно после того, как стало ясно, что Пэк Хэ Уми был на ферме. Он просто не находил подходящего момента, а теперь они вырвались сами собой.
Пэк Хэ Гён, похлопывая его по пояснице, и, вопреки ожиданиям, добавил:
— Ничего страшного. Всё можно исправить.
Тогда эти слова звучали как огромное облегчение. Он ещё не знал, что вскоре после возвращения в Сеул тому придётся составлять завещание.
Это было место, где Гук Джи Хо любил отдыхать. Его привычку знали немногие, но сообразительный Вон Ху Пён однажды заметил и специально принёс сюда скамейку. Крыша отличалась от ухоженных садов с газоном, цветами, фонтанами и искусственными ручьями. Здесь были только голый бетонный пол, одна одинокая скамейка и урна, совмещённая с пепельницей.
Место выглядело сурово, но Гук Джи Хо был доволен этим минимализмом.
Гук Джи Хо лежал на скамейке, уставившись на голубое небо. В его глазах отражались белые облака, плавающие прямо над ним. Одна его нога свешивалась за край скамейки, и он лениво покачивал ступнёй в воздухе, затягиваясь сигаретой.
Каждый раз, стряхивая пепел, он обнаруживал рядом с собой Вон Ху Пёна, который услужливо подставлял переносную пепельницу.
— Ну же, расскажи что-нибудь смешное.
Позади Вон Ху Пёна, Лысый и Двухподбородочный, стоявшие на посту, обменялись взглядами, затем зашептались: «У тебя есть что-нибудь?» и «Быстрее придумай что-нибудь смешное». После того случая, когда их недоразумение в лифте закончилось взбучкой, привычка переглядываться и обсуждать всё шёпотом стала у них рефлексом.
В отличие от тех времён, когда ему приходилось постоянно быть начеку, после инцидента в Тамяне Гук Джи Хо наслаждался монотонным, но спокойным существованием. Жизнь вернулась к предсказуемой рутине. Хотя он подозревал, что под поверхностью всё ещё что-то происходит, внешне всё оставалось спокойным.
— Но разве вы недавно не ездили с директором на что-то интересное?
Что ж, оставались нерешённые вопросы. Но самое главное — личность «того человека» была раскрыта.
Пэк Хэ Гён связался с Хан Сэ Гёном, директором строительной компании Ханпён Констракшн, который на самом деле был сотрудником Национальной разведывательной службы, и попросил его найти информацию о «знакомом Ко Гван Тэ из полиции провинции Чолла-Намдо». Менее чем через час он получил полный профиль «того человека».
О Сан Гюн, начальник 112 ситуационного центра полиции в Чолла-Намдо, носитель звания «цветок полиции» — полковник.
Должность впечатляющая. О Сан Гюн... «Тот человек». Хотя о причинах, по которым он отправил зубы, и о его связях с Пэк Хэ Уми и другими криминальными структурами предстояло ещё разобраться, на данный момент активных действий не требовалось.
Ко Гван Тэ, этот дядька каждый раз пытался протолкнуть в Парламенте законопроект, который требовал бы от спекулянтов на рынке недвижимости сообщать властям о продаже долевых участков в зелёной зоне. Он прекрасно знал, что эти дельцы разбивают дешёвые земли на куски и продают их втридорога, наживаясь на простых людях. Но каждый раз его законопроект проваливался. Как же человек с такими высокими идеалами мог быть другом О Сан Гюна?
Пока он размышлял, Вон Ху Пён мягко ответил:
— Вот как. Рад слышать, что у вас всё прошло хорошо, хённим.
Искренняя улыбка Ху Пёна с округлившимися щеками вдруг натолкнула Гук Джи Хо на мысль.
Гук Джи Хо серьёзно посмотрел на него. В любом случае...
— Будь честен со мной. Думаю, я раскрыл твою маленькую тайну.
От слов Гук Джи Хо, напрягся не только Вон Ху Пён, но Лысый и Двухподбородочный.
— Тебя ведь называют Хоппан, правда? Вон Хоппан — стопроцентное попадание!
Гук Джи Хо вытянул руку с сигаретой за пределы скамьи и усмехнулся. Он уже приподнялся и лёг на бок, подперев шею одной рукой, наслаждаясь растерянным выражением лица Вон Ху Пёна.
— ...Что? У меня нет такого прозвища, но у вас отменное чувство юмора, хённим.
Тот неловко улыбнулся и почесал затылок. Однако Гук Джи Хо даже не пытался скрыть свой проницательный взгляд.
— Никто никогда не звал тебя Хоппаном...? Вон Ху Пён, Вон Хоппан — да это же очевидно. Разве это не подозрительно?
На эти слова Вон Ху Пён нарочно сделал вид, будто поражён, замахал руками и заметался, отчаянно оправдываясь. Вечно он переигрывает.
— Ай, хённим! Это вы только что придумали, и, честно говоря, никто не может переплюнуть вашу изобретательность. Зовите меня Хоппаном, мне даже нравится. Хахах.
Хоппан расслабился и, поклонившись, закачался, перекатываясь на своих округлых формах. Казалось, у него есть врождённое чувство ритма — его движения выглядели так, словно рэпер лениво ловит ритм.
С озорной улыбкой на губах Гук Джи Хо снова откинулся на скамью и уставился в небо. Целый день шутить и болтать — насколько же это беззаботно. Он выпустил длинную струю дыма, которая больше напоминала глубокий вздох. Над ним продолжали медленно плыть белые облака.
— Ах, да, хённим… А тот новичок, это вы его привели?
— Что? Новичок? О чём ты говоришь?
Гук Джи Хо нахмурился. Для него это было новостью. Как оказалось, Ху Пён знал о приходе нового человека, но почему-то сам он, будучи координатором и лидером группы, об этом слышал впервые.
— А, не так? Просто услышал, что к нам в команду добавят нового человека, и почему-то решил, что это вы его позвали, потому что у вас, вроде как, «родословная» пересекается. Простите, хённим, я, наверное, что-то перепутал.
Родословная пересекается? Гук Джи Хо резко сел. Вон Ху Пён и другие парни тут же втянули шеи, будто опасаясь, что он начнёт раздавать удары. Когда он жестом позвал Вон Ху Пёна подойти ближе, тот начал осторожно, неуверенно приближаться.
— Рассказывай всё, что знаешь, в деталях, — произнёс Гук Джи Хо, жуя фильтр своей сигареты и выплёвывая слова сквозь зубы.
— Да… Ну, вы же, хённим, говорили, что раньше были в Рич в Пусане? Так вот, говорят, оттуда кого-то к нам переводят. Этот человек вроде как хорошо разбирается в казино.
Гук Джи Хо нахмурился, на его лбу появилась глубокая складка. Вон Ху Пён, почувствовав напряжение, инстинктивно отступил на шаг.
Именно в этот момент дверь на крышу распахнулась.
— Приветствую! Вы, оказывается, здесь.
Незнакомец с улыбкой на лице уверенно шагал вперёд. Это было похоже на момент, когда ты беспомощно наблюдаешь, как сама опасность принимает форму и несётся прямо на тебя.