Бесстыжий мир. Глава 19
Гук Джи Хо с удивлением отметил, насколько аккуратным и современным оказалось место, называемое «общежитием». Оно скорее напоминало стильные апартаменты в районе Каннам, где в каждой квартире проживало по шесть человек. В одной комнате стояло три двухъярусные кровати, остальные помещения были оборудованы как тренажёрный зал и гардеробная.
Бандиты живут слишком уж шикарно.
Вспоминая свои дни, когда он жил в тренировочных лагерях, Гук Джи Хо понимал, что условия там были куда скромнее. Если была горячая вода и толстое одеяло — это уже считалось роскошью. Но тут всё выглядело так, будто Пэк Хэ Гён потратил кучу денег. Даже ночной вид на Сеул из окна балкона казался впечатляющим.
Среда обитания влияет на людей. Интересно, Пэк Хэ Гён всегда был таким утончённым? Или жизнь сделала его таким, потому что всегда жил в достатке как сын влиятельного гангстера? Эти мысли продолжали крутиться у него в голове в этот спокойный вечер.
Гук Джи Хо был распределён в общежитие, где не было Чи Сан Чхоля. Вместо него соседями оказались другие подчинённые, которые раньше избегали прямого контакта с ним. Теперь же они, не зная, как вести себя, бесцельно следовали за ним. Даже когда он хотел просто попить воды, они суетливо пытались услужить, подавая стакан или бутылку, боясь сделать что-то не так.
— Называйте меня руководителем.
Гук Джи Хо отметил, что один из новых соседей, пухлый парень, выглядел даже немного мило. Не внешне, а из-за своего поведения. Его нервозность и зажатость явно выдавали неопытность в криминальной жизни. На вид ему было около двадцати с небольшим. Все пять соседей по общежитию оказались довольно молодыми, что заставило Гук Джи Хо подумать, что Пэк Хэ Гён слишком старался создать для него комфортные условия.
В одной комнате с этими юнцами… Он даже немного разочаровался, что не оказался в одной комнате с Чи Сан Чхолем. Это была бы отличная возможность «навести порядок в родословной».
— Ты знаешь предыдущего руководителя?
— А… ну, я не очень хорошо знаю о деле руководителя Сона, так как это было до моего прихода в компанию, директор.
Шин Ён Ги, похоже, был совершенно не готов к такому вопросу. Если путаницу между «хённим» и «руководитель», ещё можно было объяснить путаницей в терминах, то путать «руководителя» и «директора» было уже чем-то из ряда вон — разница между званиями была очевидна даже для самого несообразительного человека.
Гук Джи Хо, с трудом сдерживая раздражение, продолжил допрос:
— Но откуда ты знаешь, тот человек был руководителем Соном? Раз уж ты так уверенно его называешь, значит, слышал что-то?
Этот идиот замешкался, его глаза заметно замельтешили, как будто он пытался придумать правдоподобный ответ.
— Тебе жить надоело? — прорычал Гук Джи Хо, угрожающе глядя на него.
Тот вздрогнул, его внушительное тело слегка задрожало. Он неловко облизал губы. Неужели думает, что это как-то поможет? Этот розовый язык на лице уродливого ублюдка — зрелище не из приятных.
— Ну, понимаете… говорить о покойных предшественниках у нас… это как бы… табу…
— Табу? Ого, какие слова знаешь. Слушай, ты ещё скажи, что если я что-то спрошу, ты всегда мне будешь отвечать: «Это табу», — и просто закроешь рот.
Это уже было похоже на игру с издёвкой. Тон становился всё жёстче, и остальные, сидящие в комнате, начали украдкой бросать взгляды, стараясь не вмешиваться. Они быстро поняли, что Шин Ён Ги попал под раздачу.
— Сколько раз тебе говорить? Руководитель.
Гук Джи Хо скомандовал, и тот, несмотря на массивное телосложение, молниеносно рухнул на пол. Казалось, он тренировался в этом, падая с таким звуком, будто ударился об пол всем телом.
На удивление, другой парень подошёл с клюшкой для гольфа в руках, словно заранее знал, что она понадобится.
[1] Имя Бо Сон (보성) созвучно с «보송보송» (бо-сон-бо-сон), что означает мягкий, пушистый.
Бо Сон быстро отошёл на шаг назад и встал, сложив руки за спиной. Остальные последовали его примеру, вытянувшись в струнку.
Что за странная атмосфера... Гук Джи Хо почувствовал что-то не то. Он даже не пытался наводить порядок, но, похоже, кто-то уже успел установить жёсткую дисциплину до него. Неужели здесь настолько строгая система иерархии?
Ему было известно, что в Хвандо сильная иерархия, это естественно для подобных структур. Но их поведение, слишком натянутое и механическое, заставляло его задуматься. Даже зная о разнице в рангах, он не ожидал такой напряжённой покорности.
Гук Джи Хо был достаточно самокритичен, чтобы понимать, как он выглядит. Его внешность, по словам окружающих, часто напоминала что-то вроде уличного хулигана — симпатичного, но вызывающего. Пока он не покажет свою силу, такие черты в мужских коллективах были скорее недостатком. Его стройное телосложение вызывало вопросы у тех, кто привык видеть в силе громоздкие мышцы.
В спортивной команде важно было хорошо тренироваться, в спецназе — качественно выполнять задания, а в спецотряде — справляться с миссиями.
А что нужно здесь? В этой банде, похоже, нужно действовать тупыми, но эффективными методами. Он расстегнул пуговицы на рукавах рубашки и закатал их, обнажая предплечья. Даже в спортивной команде ему не приходилось делать такого... но сейчас он воспринимал это как своего рода рабочую необходимость. Как физический труд.
Молодые бандиты нервно прикусили губы, когда он разминал плечи перед ударом.
Тишину быстро нарушили звуки ударов и сдержанных вскриков. Гук Джи Хо не нравился этот шум, но он понимал, что таковы были правила игры. Через несколько минут всё было кончено.
После экзекуции молодёжь дружно склонилась на 90 градусов в низком поклоне, выкрикивая: «Спасибо, руководитель!»
Гук Джи Хо поднял указательный палец к губам, призывая их замолчать.
Информации, которую он добыл с помощью побоев, было немного, но всё же она оказалась интересной.
Во-первых, в Хвандо существовало правило: «О мёртвых не говорят».
Во-вторых, до него были три других руководителя: руководитель Сон, руководитель Им и руководитель Пак. Все они умерли в возрасте около 30 лет.
В-третьих, они погибли в разных обстоятельствах: в драке, при нападении на корабль с контрабандой, или в схожей ситуации.
В-четвёртых, директор предпочитал в качестве правой руки брать умных людей. Его предыдущие помощники были «очень умными».
В-пятых, все три руководителя работали с Пэк Хэ Гёном на разных этапах его карьеры: когда он сам был руководителем, заместителем главы и уже директором. Но отношения между ними были скорее холодными. И, несмотря на свой ум, они изрядно страдали от его характера.
Последняя крупица информации, которую удалось вытянуть, заключалась в том, что у Пэк Хэ Гёна не было личных или сексуальных отношений с предыдущими руководителями.
Тем не менее, использовать насилие для поиска истины — затея сомнительная. Достоверность такой информации оставалась под вопросом: подчинённые могли просто говорить то, что, по их мнению, он хотел услышать.
«Мы мелкие сошки, мы правда ничего не знаем!» — этот их крик казался искренним. Всё, что они выдали, выглядело как остатки их смутных воспоминаний и догадок.
Однако один факт становился всё более очевидным: поведение Пэк Хэ Гёна с Гук Джи Хо отличалось от того, как он вел себя с предыдущими помощниками.
Эта его чрезмерная заботливость просто игра?
Все пятеро вновь хором отозвались с пугающей синхронностью, несмотря на приказ говорить тише.
— Наш директор, — начал он, и эти балбесы тут же уставились на его губы, ожидая продолжения.
— Правда? Значит, у него есть парень?
— Эм, пока нет, но он точно не занимается сексом с женщинами. Кажется… ну, у него просто… не стоит.
— С мужчинами... наверное, может. Только у него слишком высокие требования, понимаете. Вы знаете актёра Ю Джэ Хёна?
Ю Джэ Хён — это бывший айдол, которого называли чудом почти разорившейся компании. Он был единственным участником несостоявшейся группы, кому удалось выжить в индустрии благодаря внешности, и впоследствии он стал успешным актёром. Сейчас его называли одной из главных звёзд среди актёров и айдолов двадцати с лишним лет. Такого лица у обычных людей не найти.
— Нет, что вы. Просто, насколько я слышал, ему нравятся лица такого типа. А такие, вы сами понимаете, нечасто встречаются. Мы, кстати, пытались подсовывать ему достаточно симпатичных парней, но он всех отвергал.
— Мы даже шутим между собой, что, если найдёшь идеального красавца для директора, тебя точно повысят.
Эффект от побоев, видимо, оказался полезным, потому что Шин Ён Ги начал выдавать информацию безо всякой просьбы.
— Да, простите! Просто мы уже привыкли к его предпочтениям. Мы даже перестали считать это чем-то странным. Простите за оплошность.
Гук Джи Хо приподнял бровь и хмыкнул.
— Слушайте сюда. Всё равно нужно сохранять трезвый взгляд. В мире есть инь и ян. Как гомосексуальность может быть нормальной? Согласны?
— Да, руководитель! — громко и хором ответили парни, как будто он только что преподал им урок.
— Если ты так сразу меняешь мнение, тогда что наш гей-директор должен о себе подумать?
Шин Ён Ги замялся, не зная, как реагировать. Но, прежде чем он смог что-то сказать, Гук Джи Хо с улыбкой легко похлопал его по плечу.
— Да шучу я, шучу. Может, мне самому найти парня в его вкусе. Надо же как-то повышаться по службе.
Он улыбнулся широкой, ослепительной улыбкой.
Молодые подчинённые, стоявшие вокруг, смотрели на него словно зачарованные. Некоторые даже начали думать, что искать никого и не надо — нужное лицо уже здесь. Но никто из них не осмелился сказать это вслух, не желая снова оказаться под градом ударов.