Партнёр на полставки. Глава 13
Руководство компании заняло жёсткую позицию: поскольку он не доработал до конца стажировки, сертификат о её прохождении выдать ему отказались. Он всё ещё питал слабую надежду, что после личного разговора с руководителем отдела ситуация может обернуться иначе, что, быть может, тот выскажет мнение, отличное от позиции Пак Джэ Сопа. Но после встречи эти иллюзии окончательно рассыпались. Впрочем, если подумать, это была наивная надежда. Руководитель и Пак Джэ Соп всегда выступали единым фронтом, и из-за какого-то там стажёра вряд ли кто-то стал бы поднимать вопрос его увольнения на более высоком уровне.
Другой стажёр, с которым он работал, рассказал ему, что официальная версия была такой: Шин Кю Хо не смог закончить стажировку из-за личных обстоятельств. Видимо, именно поэтому Но Ё Джин прислала ему короткое сообщение: «Ну и ну» — и всё.
Осознание того, что единственный человек, к которому он действительно испытывал уважение в процессе работы, теперь его неправильно понял, вызывало досаду. Ему было обидно, но расписывать всё по телефону казалось неудобным, поэтому он просто не стал отвечать. Как тот узнал — неизвестно, но вскоре и от Кана пришло короткое сообщение. Он боялся, что тот осудит его или цокнет языком, но, к его удивлению, Кан лишь написал: «Молодец».
Погрузиться в депрессию надолго не получилось: стажировка затянулась почти до самого конца летних каникул, и стоило провести пару дней в тоскливой апатии, как уже начался новый семестр. Самобичевание за то, что он угробил всё лето на стажировку, которую даже в резюме теперь не укажешь, ненадолго затмило разум. Но, в конце концов, валяться без дела из-за пары ублюдков — это ещё более жалкое зрелище.
Хотелось, будто выстрелив в воздух, взять и отправить жалобу куда-нибудь, но он прекрасно понимал: в нынешней ситуации, когда он даже не стал полноценной частью медиасообщества, заполучить клеймо внутреннего доносчика — было бы чистейшее безумие. Тем более что факт передачи информации вовсе не гарантировал, что по ней выйдет статья.
Восхищаясь собственной способностью так быстро всё просчитывать — даже если эта холодная расчётливость отдавала мелочным цинизмом — Шин Кю Хо в итоге отказался от этой идеи. Да, ему было обидно, очень обидно, но сделать он ничего не мог. Ему слишком сильно хотелось стать журналистом, чтобы так просто всё бросить. И, честно говоря, он чувствовал лёгкое отвращение к себе за то, как легко мог сорваться и наговорить лишнего в порыве злости после увольнения. Всё это казалось… ударом об стену реальности — прямым, тяжёлым и беспощадным.
С тех пор он больше ни разу не пересекался с Со Юн Гоном. Даже через другие номера их общение, казавшееся до того почти непрерывным, вдруг оборвалось, словно его никогда не существовало. Было горько, но чувствовал, что, вероятно, это был единственно правильный выход для них обоих. В тот день, когда его терзали злость, обида, стыд и недоверие, самым болезненным оказалось не увольнение, не разочарование в Пак Джэ Сопе, не равнодушие начальства и даже не крах иллюзий о журналистике. Больше всего его убивала мысль, что однажды Со Юн Гон будет смотреть на Шин Кю Хо тем же взглядом, каким смотрели все те люди в тот день.
— О, Шин Кю Хо! Эй, э-эй, Шин Кю Хо!
Он впервые понял: когда человек действительно нравится, могут начать пугать вещи, которых раньше никогда не боялся. Придя в себя, он осознал, что сам погрузился в те самые глупые эмоциональные игры, над которыми всегда посмеивался. Даже мысленно упрекая себя — как я вообще умудрился влюбиться в такого человека? — он всё равно ничего не мог с собой поделать.
Кю Хо, подперев подбородок, лениво помахал рукой. С противоположной стороны дороги к нему шёл здоровенный парень — это был Ли Сэ Хён.
— Куда это ты? Сейчас же встреча клуба.
— …Да так. Просто. Встретиться кое с кем.
Хотя они не договаривались о встрече заранее, он всё равно придумал отговорку. Если бы он этого не сделал, тот наверняка начал бы приставать с предложением пойти в клуб. А заодно стал бы расспрашивать, как у него дела. Кю Хо пока не хотел говорить о стажировке. Да и лицо, которое он неизбежно увидел бы в клубе, — с ним он тоже ещё не был готов встретиться спокойно.
— Чего? Значит, в клуб не идёшь? — спросил Ли Сэ Хён, осушив за один глоток свой напиток, морща брови в странную восьмёрку.
— Ага. И вообще, я ведь с клубной деятельностью окончательно завязал. Идти странно как-то.
— Ну и что! Сан Хи тоже придёт. Он ведь тоже давно уже закончил? Даже работу нашёл.
С этими словами Ли Сэ Хён схватил его за ремешок сумки и начал болтать туда-сюда. Похоже, о недавнем неудачном свидании он уже полностью забыл и сиял радостью. Кю Хо, скользнув по нему взглядом, пожал плечами.
— Он уже как застоявшаяся вода.
Ответил грубовато. Сэ Хён тут же сник.
— Ах... Ну нельзя так! У меня совсем друзей не останется.
Он начал жалобно мять свои уши, бормоча что-то про то, какой он застенчивый. Смешно было слушать одну и ту же песню сотый раз, но Кю Хо не стал даже спорить и просто промычал: «Угу». Как тот это интерпретировал неизвестно, но Сэ Хён тут же изменил маршрут и прилип к нему сбоку. В итоге пришлось слушать новости, которые его совершенно не интересовали — например, о том, как после той самой встречи у Сэ Хёна наконец-то появилась девушка.
— Так ты теперь правда совсем не будешь ходить в клуб? Почему? Подготовка к трудоустройству такая тяжёлая? Эта твоя работа журналистом?
Сэ Хён продолжал сыпать вопросами, когда Шин Кю Хо остановился у курилки перед факультетом, чтобы закурить. Когда он чиркнул зажигалкой, Ли Сэ Хён, хоть и сделал шаг назад от дыма, всё равно не ушёл. Кю Хо глубоко затянулся и ответил:
— Ага. Всё-таки… теперь нужно стараться усерднее.
Пока Кю Хо произносил эту стандартную отговорку, Сэ Хён, сидя на каменной ограде, ворчал о том, что ему одиноко, что всё пропало. Он краем глаза посмотрел на него и, после короткой паузы, неуверенно начал:
— …Но у тебя ведь кое-кто всё же есть.
Он долго решался, стоит ли вообще говорить это вслух. На эти слова Сэ Хён поднял голову: «М?». Кю Хо стряхнул пепел с сигареты.
— У меня правда нет друзей... Пак Сан Хи? У него в клубе слишком много знакомых, ему не до меня. А Ли Дон Ён, этот балбес, вообще душу продал за свою любовь. Хм... правда, никого.
Имя, которое он ждал, так и не прозвучало. Чувствуя лёгкое замешательство, Кю Хо только сильнее затянулся сигаретой.
— А, — вдруг воскликнул Ли Сэ Хён, уставившись в небо. — Со Юн Гон?
Он посмотрел на него своими невинными глазами, будто ища подтверждения. Шин Кю Хо непроизвольно кивнул: «Угу», тут же поспешно отвёл взгляд, а потом снова вернулся к нему. Ли Сэ Хён почесал затылок.
— Я пришёл в универ, смотрю — его нет. Написал ему, а он ответил, что взял академ. Говнюк. Даже словом не обмолвился. Тебе тоже ничего не сказал? Я думал, вы с ним близки.
Он слышал об этом впервые. Академ? Со Юн Гон? Кю Хо несколько раз непроизвольно моргнул. Ли Сэ Хён, сидящий напротив, тоже хлопал глазами, их взгляды то встречались, то расходились.
Понадобилось немного времени, чтобы справиться с замешательством. Кю Хо потушил сигарету. Если подумать, у Юн Гона действительно больше не было ни одной причины рассказывать ему что-то из своей жизни. Стало нормой — ничего не знать. Они больше никем друг другу не приходились.
— Вау, вот же сукин сын. Если ни ты, ни я не знали — значит, вообще никто не знал. Как можно вот так, ничего никому не сказать, и вдруг взять и уйти в академку? Блин. Обидно же.
И всё равно странное ощущение не отпускало. Кю Хо раздавил окурок с таким усилием, что он переломился пополам. Со Юн Гон взял академический отпуск…?
Хотя в университете это было обычным делом, в этот раз новость звучала чуждо. Насколько Шин Кю Хо знал, Юн Гон был не из тех, кто бы стал бросать учёбу без веской причины.
— Говорят, он вроде как на работу устроился. Типа на стажировку или что-то серьёзное. Он же всегда был крутым, наверное, попал в какую-нибудь крупную фирму. Я даже не стал спрашивать, куда именно, потому что всё равно бы не понял, — проворчал Сэ Хён.
Шин Кю Хо, стоя в оцепенении, с запозданием кивнул. Позже он узнает, что по клубу поползли слухи: Юн Гона перехватили на стажировку в крупную компанию, причём его лично пригласил начальник отдела кадров.
Шин Кю Хо столкнулся с тем самым стажёром крупной компании спустя несколько дней вечером у входа в офистель.
Парень, одетый чуть более неформально, чем обычно, как раз выходил наружу, только что оторвав взгляд от телефона в руках. Его лицо, которое Кю Хо видел впервые после их долгого разговора на лестнице, казалось ещё более худым, почти остроугольным.
На мгновение повисла неловкая тишина. Оба, заметив друг друга, тут же рефлекторно замерли.
— Похоже, ты куда-то собрался.
— Говорят, ты теперь работаешь?
Он нарочно отвёл взгляд в сторону, как будто ничего особенного не происходило, и услышал лёгкое: «А...». Кю Хо, облизнув пересохшие губы, снова посмотрел на него.
Он ожидал, что Юн Гон тоже отведёт глаза, но, удивительно, их взгляды встретились в пустоте между ними. Реакция другого человека была странной — едва заметная улыбка, как будто ему было неловко.
— Угу. Так получилось, — ответ последовал с небольшой задержкой. — …Наверное, уже слухи пошли. Хотя вроде бы не так много людей знали.
— А… это… ну, мне Ли Сэ Хён сказал.
На этом разговор снова оборвался. Шин Кю Хо машинально провёл пальцем по губам. Неловкость, которую он почти никогда не чувствовал рядом с партнёром, сейчас давила. Он понятия не имел, что сказать.
Он уже собирался сделать шаг в сторону, чтобы закончить неловкую встречу, как вдруг Со Юн Гон снова заговорил.
— Там всё нормально? Не слишком тяжело?
— Ты вроде с Ли Сэ Хёном тусуешься?
— Да нет... так, просто пересекаемся иногда.
Слова срывались быстрее, чем следовало бы, будто он оправдывался, хотя на то не было ни малейшей причины. Он прокашлялся. Юн Гон тихо усмехнулся.
— Ничего. Хорошо, если вы подружились. Ли Сэ Хён… Хм, ну, он нормальный. Простой, без заморочек. …До тех пор, пока не начнёт чересчур приставать.
— Эм, ну… Ничего такого. …Разве ты не спешил по делам?
На вопрос Юн Гон мельком глянул на телефон, потом пожал плечами.
— …Провожу тебя. Ты ведь домой идёшь?
Кю Хо только моргнул. Его квартира находилась на втором этаже, а они стояли прямо в лобби — расстояние было таким абсурдным, что «провожать» тут казалось несколько нелепым.
— А… Тебя это не напрягает? Я ничего такого не имел в виду.
Похоже, Юн Гон уловил настроение, потому быстро добавил. Шин Кю Хо осторожно кивнул.
— Да, немного… То есть, не то чтобы это нужно было...
— М-м. Угу. Но... А, секунду. Извини.
Только Юн Гон собрался что-то ещё сказать, как в его руке завибрировал телефон. Шин Кю Хо, стоя напротив, неловко провёл рукой по шее, пока тот без промедления отвечал на звонок. Видимо, звонил кто-то знакомый — Юн Гон сразу коротко сказал «да», затем тяжело вздохнул и бросил в его сторону быстрый взгляд. «Да, понял. Сейчас подойду», — тон был непривычно покладистым. Даже чуть тёплым. На мгновение мелькнула мысль: «Девушка?». Шин Кю Хо и сам удивился, что ему пришло такое в голову. Пока он пытался отогнать ненужные мысли, мотая головой, в этот момент...
— Извини. Мне надо идти. Человек, с которым я договорился встретиться, пришёл чуть раньше.
Закончив разговор, Юн Гон быстро вернулся в обычный спокойный тон. Кю Хо так же быстро кивнул в ответ.
Он неловко помахал рукой, а Юн Гон чуть улыбнулся и тихо заговорил.
Но слова застыли на его губах. Он, не отрывая взгляда, открыл рот, будто что-то обдумывал.
Такое банальное прощание. Слово, которое они никогда не использовали раньше, когда проводили вместе почти каждый день.
Шин Кю Хо кивнул, а затем повернулся в сторону лестницы, почти одновременно с тем, как Юн Гон направился к выходу. Два разных шага на мгновение пересеклись — а потом снова разошлись, растворившись в тишине. Точно так же, как Юн Гон постепенно исчезал из повседневной жизни Шин Кю Хо.
Конечно, с Со Юн Гоном или без него, время в кампусе текло своим чередом. Когда лето окончательно подходило к концу, Шин Кю Хо обнаружил, что бродит по университету в одиночестве. Ю Джин не выходила на связь — похоже, была по уши занята работой в депутатской приёмной и восстановлением заваленных оценок, так что Кю Хо решил лишний раз её не тревожить.
Тот самый Ли Сэ Хён, что ещё недавно жаловался на одиночество, похоже, уже завёл себе друзей в клубе, а Пак Сан Хи вроде как был полностью поглощён работой в компании. Им Со Мин тоже почти не писала — настолько редко, что это даже казалось странным. Сам Шин Кю Хо тоже с головой ушёл в подготовку к экзаменам по журналистике, так что свободного времени почти не оставалось. Время просто мчалось без остановки.
На удивление, тем, кто стал писать ему чаще обычного, оказался Кан. Несмотря на то, что после стажировки он официально стал младшим репортёром и, казалось бы, должен быть по горло в работе, сообщений от него стало заметно больше. Наверное, он беспокоился из-за истории с «Daily News». Это было приятно, но в то же время слегка напрягало — человек, который раньше почти не писал, теперь так заботливо проявлял участие. Поэтому он обычно коротко отписывался: «Да-да», — и на этом разговор заканчивался.
«Daily News» объявляет набор стажёров и младших репортёров на вторую половину года
Тем временем на интернет-форуме для готовящихся к экзаменам в СМИ время от времени появлялись объявления о наборе стажёров и младших журналистов в «Daily News». Каждый раз, когда он видел их, внутри всё закипало.
— Вот же ублюдки, никак не сдохнут.
Цокнув языком, Шин Кю Хо отложил телефон. Снаружи в окно стучали ветки клёна, украшенные листьями всех оттенков осени, потревоженные ветром. Звук раздражал и без того натянутые нервы. Он мрачно уставился в окно, потом снова взял в руки телефон.
Последнее время его дни были невыносимо пустыми. Настолько, что сам себе не верил — ведь ещё недавно учёба мчалась как вихрь. Всего один семестр и каникулы. Подумаешь, какой-то короткий промежуток времени... И всё же он успел куда сильнее привыкнуть к одному человеку, чем сам ожидал.
«Кю Хо. Я скажу тебе, чтобы ты не заблуждался. Ты не в моём вкусе.»
Глядя на быстро темнеющее небо, он вдруг вспомнил фразу, сказанную тем самым парнем в тёмном переулке. Даже сейчас, вспоминая, он не мог не признать — странный же он.
«Этот ублюдыш тоже был не в своём уме.»
Усмехнувшись, Шин Кю Хо покачал головой. Он снова попытался вернуться к чтению — уставился в статью в газете, но каждое слово рассыпалось в сознании, как лёгкие зёрнышки риса. В трещинах между словами снова пробивались воспоминания: Со Юн Гон, Со Юн Гон и снова Со Юн Гон.
— Прямо приз за святую любовь можно вручать… Блять, — пробормотал он, потирая глаза.
Хорошо хоть, рядом никого не было. Он крепко прижал пальцы к векам. Почему, когда отношения закончены, он так по-детски не может справиться с этим? Почему до сих пор несёт в себе эту тяжесть? Их непринуждённая беседа в лобби офистеля казалась теперь чуть ли не чудом. Он откинул голову назад, позволяя телу немного сползти в кресле. Затылок лёг на край спинки.
— И как так вышло, что откат сильнее, чем от пары месяцев вместе…
«sqh0707? А, это типа прозвища? Такое милое. Кю Хо, можно мне тоже так тебя называть? sqh0707?»
Раньше, после расставания, он всегда думал — пора снова использовать приложение, но теперь даже такого желания не возникало. Одна мысль о дейтинг-приложении вызывала только раздражающие воспоминания из прошлого. Он беззвучно цокнул языком. Поехавший придурок… Да и сам не лучше, бегал за ним, как идиот.
Поток мыслей вдруг вывел его к забывшемуся факту: если подумать, всё это время не пользовался приложением, но аккаунт-то остался активным. Пальцем он пролистал экран телефона. Раз уж вспомнил — надо бы удалить его совсем. Не то чтобы он хотел сейчас с кем-то знакомиться, но оставленный аккаунт всё равно снова приведёт к мыслям о Со Юн Гоне, стоит только наткнуться на собственное имя пользователя. А в таком тесном сообществе, как это, лучше уж подчистить за собой заранее.
Недоумение появилось в момент, когда он наконец нашёл нужное приложение среди беспорядочных иконок. Вроде бы не активничал, ничего не писал, но в папке с сообщениями горел красный значок с числом «+99». Между бровями непроизвольно залегла складка. Может, кто-то из старых контактов, с кем он когда-то общался, вдруг решил завалить его дрянными сообщениями? Ненадолго задумавшись, он всё же коснулся значка входящих.
Несмотря на число «+99», входящих практически не было. Почти никто не писал. Несколько уведомлений от самой платформы, пара сообщений, похожих на спам. Но среди всего этого выделялся один неизвестный ID — «syq1226». И именно он составлял почти весь этот «+99».
Аккаунт с плохо различимой фотографией, которая и близко не соответствовала стандартам модерации. Странно, как такая анкета вообще прошла проверку. Сначала он подумал, что это очередной пустой аккаунт, коих полно, но для фейка он был слишком назойлив. Он нажал на чат. Там не было ничего особенного — лишь странные, бессвязные сообщения. Всё началось с первого сообщения ещё летом: «sqh0707-ним». Потом наступила тишина. И только к концу августа снова появились сообщения. Теперь всё стало ясно: кто-то просто выбирал случайных собеседников и писал в пустоту одно и то же — «Скучаю», «Скучаю», «Скучаю» — снова и снова.
Типичный долбанный извращенец.
Неужели в наши дни всё ещё существуют такие? Кю Хо пролистывал сообщения, подперев рукой подбородок. Приложение ведь считалось строгим, с жёсткими правилами, и всё же кто-то ухитрился их обойти, чтобы заниматься вот этим. Жизнь у таких людей была по-настоящему жалкой. Он коротко ответил:
sqh0707: Психам не отвечаю
Голос за спиной прозвучал именно в тот момент, когда он только что отправил сообщение. Он вздрогнул, мгновенно заблокировал телефон и обернулся, увидев совершенно неожиданное лицо. Перед ним стояла Им Со Мин.
— Ах, бл, ты чего так пугаешь… Что ты тут делаешь?
С момента их последней встречи она сильно изменилась. Волосы стали заметно короче — настолько, что это уже было не просто каре, а почти «под мальчика», ближе к спортивной стрижке. Одежда тоже была непривычной: чёрная ветровка вместо лёгких, струящихся нарядов, которые обычно предпочитала Со Мин. Всё это, наложенное на угрюмое лицо, делало её образ немного гнетущим.
— …Мимо проходила, увидела тебя. Есть минутка?
Кроме того, её глаза были опухшими. Шин Кю Хо невольно оглядел её с ног до головы. Откуда-то донёсся сдавленный всхлип — похоже, она шмыгнула носом.
— Нету? — с лёгким нажимом она переспросила.
Кю Хо открыл рот. Внезапное появление и прямой вопрос застали его врасплох. Да и внешний вид Со Мин оказался неожиданным. Дело было не во внешности как таковой — просто она так сильно сменила стиль, что в первый момент он даже не сразу её узнал.
— Эм… ну, вообще, время есть, но...
— Тогда выпей со мной, — резко заявила Со Мин, прижимая ладонь к глазам. В её голосе не было ни привычной мягкости — наоборот, она звучала напористо, даже чуть грубовато.
Пока он колебался, Им Со Мин снова всхлипнула. Может, потому что в её состоянии он невольно увидел себя, каким был месяц-два назад, маячила смутная догадка, что случилось. После короткой паузы Кю Хо начал неспешно собирать свои вещи.
— Подонок! Я же! Я же всё под него подстроила! Да как он мог! Даже стиль ради него изменила, потому что он говорил, что ему нравится!
Как и ожидалось. Шин Кю Хо молча подливал, глотая неглубокий вздох. Со Мин, натянувшая на голову непонятно откуда взявшуюся кепку, пила без передышки. Всё было ясно без слов — снова разбитое сердце.
— Как… как он мог так со мной? Я ведь всю себя… сердце, душу, печень — всё ему отдала…
Он уже догадывался почему, едва увидев его, она буквально потащила его за собой. Мало кто знал, что у Со Мин был тайный роман внутри клуба, и Шин Кю Хо входил в число этих немногих. Вместо ответа он наполнил ей бокал. Он слишком хорошо знал, что она чувствует, чтобы отговаривать.
— Я же говорил — не надо так подстраиваться под человека…
На эти слова Со Мин тяжело выдохнула и замотала головой. Когда любишь, иначе не получается, мол. …Ну да, так и есть. Когда чувства заходят слишком далеко, разум отключается — в этом Шин Кю Хо убедился на собственном опыте. Он кивнул и плеснул себе ещё.
— Хватит. Что ты вообще понимаешь! Оппа, ты холодный как лёд! Ты же никогда по-настоящему не влюблялся.
Он не стал отвечать. Алкоголь, который жёг горло, казался особенно горьким. А Со Мин уже вскрикивала: «Я любила тебя, Ким Хён Джин!». Теперь она собиралась найти кого-нибудь получше. У неё, как всегда, была завидная способность восстанавливаться.
— Оппа, у тебя всё время телефон звонит.
Когда он вернулся из туалета, Со Мин протянула ему руку, в которой держала мобильник Шин Кю Хо. Он бросил взгляд на экран — номер был незнакомым. Он перевернул телефон и поставил его в беззвучный режим.
— Неизвестный номер. Спам какой-нибудь. Всё, пойдём уже. Разве у тебя завтра нет пар?
— Завтра выходной, между прочим. И с чего это вдруг собираться? Погнали на второй. Второй раунд!
— Какой ещё второй раунд, у меня денег нет.
Он отмахнулся, стараясь съехать с темы, но Со Мин тут же нашла альтернативу: «Тогда на хате и продолжим!». Сказала, что сбегает за пивом в магазин. И без того было ясно, о какой хате она говорит. Кю Хо сунул руки в карманы.
— Серьёзно, с каких это пор моя квартира — общественное достояние? Вот же…
Она его вообще не слушала. Кю Хо только вздохнул, махнув рукой. Тем временем Со Мин уже забежала в круглосуточный магазин и вышла с пакетами — пиво, закуски и даже мороженое. Шин Кю Хо обречённо стоял с сигаретой в зубах.
— Ты правда хочешь пить у меня дома? — спросил он, туша сигарету.
Со Мин с совершенно наглой физиономией ответила: «А что, нельзя?».
— Думаешь, можно? — переспросил Кю Хо, глядя на неё с видом полного недоумения.
Со Мин тут же состроила обиженную мину:
— Ну а что такого? Когда я в прошлый раз рассталась с парнем, мы ведь тоже у тебя пили. А сейчас мне в сто раз хуже. Я ведь реально его сильно любила. Никто ведь не знает, как мне тяжело.
— После расставания даже в клубе неудобно показываться. А на потоке вообще нет никого, с кем бы я была близка...
— …Айя. Нытьё — твоя коронная фишка, да?
Ответ прозвучал колко, но Им Со Мин не впечатлилась — только открыла банку пива и вставила в неё трубочку. Она потрясла пакетом с закусками. Ну да, если бы она была из тех, кто обижается на пару едких слов, вряд ли бы они с Кю Хо вообще так близко сдружились.
В конце концов, сдался именно Кю Хо. Сделал вид, что грозит, но голос был уже не тот. Со Мин фыркнула:
— Ну-ну. А Ю Джин онни и Кана оппу ты чуть ли не каждую неделю у себя ночевать оставляешь.
— Кстати, может, и Ю Джин онни позовём? Вместе выпьем.
— Завязывай. Оставь свои заигрывания при себе, просто дай мне пива.
Тут же Со Мин протянула ему новую, только что открытую банку пива, даже вставив туда трубочку. Шин Кю Хо отхлебнул и двинулся в сторону офистеля. Да, говорил он немного грубовато, но если всё ограничится лёгкой выпивкой и спокойным возвращением домой — он не видел большой проблемы в том, чтобы впустить её в свою квартиру. Тем более Со Мин знала о его предпочтениях, так что это не казалось обременительным.
Они вдвоём пересекли дорогу, потягивая пиво через соломинки. Улица уже погрузилась в темноту, и лишь редкие уличные фонари тускло освещали путь. До второго этажа было рукой подать. Кю Хо открыл дверь своей квартиры, Со Мин тут же юркнула внутрь. И в тот же момент — ПИИИИП! — по улице сотрясся оглушительный сигнал клаксона. Даже Шин Кю Хо, уже начавший закрывать дверь, вздрогнул от неожиданности. Со Мин широко раскрыла глаза.
— Там что, авария? Э-э… — она подошла к окну и выглянула наружу.
Кю Хо тоже подошёл ближе. На улице один из автомобилей с бешеной скоростью влетел в переулок рядом с их зданием, не обращая внимания ни на знаки, ни на светофоры. Кю Хо цокнул языком и отстранился от окна.
— Совсем с катушек съехал. Он что, под чем-то?
— Офигеть… Ты видел? Я подумала, что это гонки какие-то. Куда вообще можно спешить в таком районе? Это ведь просто жилой квартал.
— Кто ж их знает. Кто разберёт, что у таких в голове.
Со Мин отступила от окна и тут же начала выкладывать еду на маленький столик, который принёс Шин Кю Хо. Он вскрыл упаковку с чипсами, убрал оставшееся пиво в холодильник и сел напротив. Они только собрались чокнуться банками, как вдруг — БАХ! — вся квартира вздрогнула от резкого удара.
— …Что за хрень? — с онемевшим выражением спросил Кю Хо, выплюнув соломинку.
Со Мин, распахнув глаза, покачала головой. В тот же момент зазвонил домофон. Кю Хо неуверенно поднялся с места. На синеватом экране видеодомофона показалась фигура в надвинутой на лоб кепке. …Знакомая фигура. Шин Кю Хо невольно нахмурился.
— Что? Кто там? — спросила Со Мин сзади.
На фоне вопроса Со Мин вдруг раздался стук в дверь. Неужели… Кю Хо, стараясь подавить нарастающее беспокойство, протянул руку и нажал кнопку домофона.
Голос прозвучал из динамика одновременно с его движением.
Собеседник тяжело дышал, будто только что бегал.
[…Мы можем немного поговорить?]
Голос с домофона звучал спокойно, но в нём слышалась дрожь. Со Мин, похоже, ещё не поняла, кто это. «Эм…» — Кю Хо машинально переводил взгляд с неё на экран. Как назло, они были знакомы. «Подожди секунду», — тихо сказал он, слегка отодвигая Со Мин в сторону.
— Это… прости, но у меня гость.
— Угу. Не знаю, в чём дело, но сейчас немного…
Со Мин, конечно, знала о его ориентации. Но вот ориентация человека за дверью — совсем другое дело. Она наверняка до сих пор считает, что они в ссоре, и если вдруг узнает, кто сейчас долбится в его квартиру, объясниться будет почти невозможно. Нет, даже не в этом дело, всё ведь уже закончилось. Раскрытие подробностей прошлого никому пользы не принесёт — особенно человеку, который всегда жил как гетеро. Кю Хо краем глаза взглянул на Со Мин. И как раз в тот момент, когда потянулся, чтобы выключить домофон…
Он снова назвал его имя. Но теперь в этом голосе было нечто трагическое.
[У меня тут сейчас кое-что в руках…]
В этот момент Со Мин шепнула: «Этот человек немного странный». На экране под кепкой едва угадывались черты лица, а потому он выглядел куда более угрожающе. Что у него в руках? Шин Кю Хо непонимающе щурился в нижнюю часть экрана, где цвета были слишком тёмными, чтобы разобрать детали. Он принёс подарок? Так внезапно?
— …Оппа, — тут же ткнула его Со Мин, — это разве не огнетушитель?
[Если я его использую, тебе это точно не понравится.]
На слова Со Мин он поспешно нажал кнопку соединения и заговорил, — в этот момент собеседник слегка поднял голову, и лицо почти попало в кадр. В панике Кю Хо оттолкнул Со Мин назад и встал перед экраном, заслоняя собой обзор.
— Нет, ты что, с ума сошёл? С чего вдруг ты…!
Человек за дверью молчал. В эту же секунду в голове вспыхнуло воспоминание — как он сам, будучи пьяным, пытался выбить дверь собеседника. Этот психованный совсем рехнулся? Он уже собрался крикнуть, чтобы остановить Со Юн Гона, как вдруг…
[С какой стати мне быть в здравом уме, когда ты привёл в свою квартиру какого-то ублюдка?]
— …Ого, стоп. Что вообще происходит?
[Кю Хо. Как можно тащить нового трах-партнёра в то же здание, где ещё дышит бывший, а? Разве это не то самое, от чего даже у самого спокойного человека крыша поедет?]
— Это что, реально любовный триллер?
[Теперь открой дверь. Иначе я сам не знаю, на что сейчас способен.]
Голоса Со Мин и Юн Гона звучали наперебой. Кю Хо отчаянно пытался заслонить экран, чтобы она не увидела лицо. Но в тот момент Со Юн Гон уже сдвинул козырёк кепки и приподнял голову — теперь вполне ясно было видно: в руках у него действительно огнетушитель. И он, похоже, серьёзно прикидывал, сколько ударов потребуется, чтобы вышибить дверь. Кю Хо в панике закричал:
— Т-т-ты, мать твою, сделаешь это — считай, тебя для меня не существует!
Из динамика больше не доносилось ни звука. Только взгляд — их глаза на секунду встретились. Юн Гон, уже занёсший руку, словно окаменел. Он стоял, не двигаясь, в том же положении.
[…Ты слишком легко бросаешь такие слова.]
Наконец, спустя долгое молчание, он забормотал. Со Мин, тем временем, с зажатым носом тихо шепнула: «Хочешь, я что-нибудь скажу?». Какая головная боль.
[Из-за одной твоей фразы мне приходится прокручивать всё это в голове сотню раз…]
Он примерно понимал в чём недоразумение, но не мог понять, почему оно вообще возникло. Сейчас главное — успокоить этого чересчур эмоционального идиота и выдворить его домой, пока не случилось что-то хуже. Кю Хо тихо вздохнул и только собрался что-то сказать…
— Раз уж всё понял, проваливай уже, придурок! Мы тут вообще-то прекрасно проводим время! — Со Мин с силой оттолкнула Кю Хо в сторону и, зажав нос, прокричала в сторону домофона, понизив голос, насколько могла.
Глаза Шин Кю Хо распахнулись от шока. Стоило ему вскрикнуть: «Ты что творишь?!», как Со Мин тем же голосом отрезала: «Сталкерам нельзя давать даже крупицу надежды».
— Это не так! Слушай, стой, подожди. Не пойми неправильно. Это… просто Им… ох, блять! Эй, ты можешь отойти назад?
Из-за них он реально с ума сойдёт. Он уже собрался оправдаться и назвать имя Со Мин, но тут же осознал — это слишком явная зацепка, которая может выдать личность Юн Гона. Слова застряли в горле. Шин Кю Хо в отчаянии забарабанил кулаками по своей груди. И в этот момент.
На экране домофона появилось лицо Юн Гона, застывшее в ледяной маске. В тишине послышался его короткий, безжизненный смешок.
[Если я сейчас сигану вниз, ты выйдешь? Это же всего лишь второй этаж — не умру. Ну, может, сломаю что-нибудь. Ногу или руку. Ты же не будешь прятаться дома с другим, пока я валяюсь внизу, правда?]
— Этот сумас… ты что вообще несёшь, психованный ублюдок?! Ты что, состоишь в кружке «навреди себе — получи внимание»? Ты совсем ёбнулся?
На его вспышку ярости в ответ на нелепость тот спокойно, почти вызывающе задал встречный вопрос. Теперь лицо Юн Гона было видно почти полностью.
В голосе прозвучала обречённая усмешка. Шин Кю Хо машинально взглянул на него, намереваясь просто спокойно уговорить его уйти, и тут же вздрогнул.
[Терпеть? Уйти? Отпустить? Потому что тебе это неприятно?]
На лице быстро говорящего собеседника вдруг что-то блеснуло. Сначала он решил, что это игра света, но в следующий миг Юн Гон медленно вытер щёку тыльной стороной ладони. Это была не иллюзия.
Он плачет? Шин Кю Хо остолбенело смотрел в экран.
Тем временем Юн Гон поднял руку с огнетушителем. Он пытался улыбнуться, но уголки губ дёргались, его искажённое лицо можно было полностью разглядеть. «Оппа, этот тип правда какой-то странный…» — прошептала Со Мин, максимально приглушив голос.
[Ты правда думаешь, что можно вот так жить, когда кажется, что сейчас умрёшь, м…?]
Но стоило ему услышать этот сломанный голос, как Шин Кю Хо, будто в трансе, уже оказался у входной двери. Со Мин он велел остаться в задней части квартиры.
— Эй, сначала просто успокойся…
Он приоткрыл дверь совсем немного — хотел объяснить Юн Гону, что у него в гостях Со Мин, и попросить его уйти. Но Юн Гон, будто только этого и ждал, резко просунул руку в щель и распахнул дверь.
С грохотом огнетушитель упал на пол и покатился по коридору. В следующую секунду его тело было перехвачено — Юн Гон, словно утопающий в спасательный круг, вцепился в него и начал осыпать лицо поцелуями. Шин Кю Хо не успел ни оттолкнуть его, ни что-то сказать — не было ни времени, ни сил. Лишь рефлекторно схватил его за плечи от удивления, но на этом всё. Он чувствовал, как рука Юн Гона скользнула под край его футболки.
Это произошло одновременно с прикосновением жара к губам. Когда всё тело было сжато в крепких объятиях, Юн Гон скользнул вверх по спине ладонью, а затем легко провёл языком по нижней губе. «Прости…» — прошептал он снова, продолжая без остановки целовать его, не давая и секунды передышки.
Кю Хо, почти повиснув на Со Юн Гоне, пятился вглубь квартиры. Тот так настойчиво его теснил, что не было даже времени осознать, что происходит. Именно в этот момент…
— Хочешь, покажу, что будет дальше?
Голос Юн гона стал другим — насмешливым, колючим, не имевшим ничего общего с тем отчаянным, что звал Шин Кю Хо раньше. Было очевидно, кому он это говорил. Этот конченный ублюдок реально… Как только он осознал, что произошло, лицо вспыхнуло, будто его опалили. А Со Юн Гон тем временем сжал его так крепко, что дышать было почти невозможно. Он начал ёрзать, пытаясь вырваться, а Юн Гон произнёс короткое «м-м» и поцеловал его в висок. Затем холодным голосом обратился в сторону по диагонали:
— Если у тебя есть хоть капля мозгов, проваливай. Не видишь, мы заняты?
Он даже не удосужился взглянуть на того, к кому обращался. А на полу между тем лежала его наполовину раздавленная кепка.
Лицо пылало. Кю Хо сжал его куртку так сильно, что ткань собралась в складки у него в кулаках.
«Это не то, о чём ты подумала, бля-я-ять…»
Но эти слова так и не вырвались наружу. И не только потому, что Юн Гон снова наклонился и прошептал «прости…», касаясь губами к его шее.
Со Мин стояла с широко раскрытыми глазами, попеременно указывая пальцами обеих рук на Шин Кю Хо и Со Юн Гона. Юн Гон бросил в её сторону мимолётный взгляд. «А…» — выдохнул он, но в голосе не было ни стыда, ни замешательства.
Наоборот, больше всех растерялась именно Им Со Мин. Она то приоткрывала рот, то тут же сжимала губы, не в силах скрыть шок. «Ах, блять…» — выдохнул Шин Кю Хо, забыв даже о тревоге, которая грызла его с самого начала. Тем временем дыхание Юн Гона, которое прежде было сбивчивым и тяжёлым, немного успокоилось. Он, кажется, даже слегка хмыкнул.
С этими словами Юн Гон вновь мягко притянул Кю Хо к себе. Шёпотом, с выдохом, он произнёс:
Голос явно выдавал облегчение — было слышно, как спало напряжение. Даже для Шин Кю Хо этот тон показался слишком приторным, что у самого невозмутимого человека залились бы щёки. Тем более, что Юн Гон наконец-то начал дышать спокойно, словно только сейчас по-настоящему выдохнул.
— Я правда чуть с ума не сошёл…
С нежностью в голосе, будто пропитанной лаской, Юн Гон прижался щекой к волосам Кю Хо. Казалось, его совсем не волновало, что Со Мин теперь знает об их отношениях. В то же время от руки, обвившей его, передавалась лёгкая дрожь. Эта ясная осязаемость момента остановила сопротивление Кю Хо.
Восклицание Со Мин звучало будто далёкий фоновый шум. Но Юн Гон, словно ни при чём, всё так же крепко обнимал его. «Вот это да…» — пробормотала Им Со Мин. А Шин Кю Хо, захлёбываясь стыдом, потянул Юн Гона ближе, уткнувшись лицом в его грудь. И как раз в тот момент, когда он пытался восстановить дыхание, чтобы хоть как-то вернуть себе самообладание...
Внезапно его плечи ощутимо потяжелели, тело откинулось назад, будто под тяжестью Со Юн Гона.
— Слышь, не наваливайся. Не дави…
Шин Кю Хо пытался оттолкнуть его, говоря это, но в ответ — тишина. Что за… Он моргнул и приподнял голову.
Юн Гон закрыл глаза. Слышалось лёгкое, ровное сопение. Что за хрень? Моргавшие глаза неосознанно замерли. Он протянул руку и слегка похлопал его.
И с этим он лениво улыбнулся, ещё крепче обнял его и мягко подтолкнул в сторону кровати. Спина тут же уткнулась в неубранное одеяло. От этого абсурда у Кю Хо отвисла челюсть, а тот, будто и не замечая ничего, погрузился в безмятежное дыхание.
— Он что…? — зашептала Со Мин с нескрываемым замешательством. — Оппа что, уснул…?
Со Мин, немного сжавшись, поспешно ушла. Судя по всему, шок от произошедшего напрочь вытеснил боль от недавнего разрыва — она всё сидела и повторяла только: «Вау», «Вау…», «Вау……». Тем временем Юн Гон, словно обессилев, уснул прямо так, не разжимая рук. Из-за этого Шин Кю Хо даже не смог как следует её проводить.
Кю Хо, запертый в его объятиях, просто неподвижно лежал. Хотя он видел всё тот же потолок своей квартиры, как и каждое утро до этого, всё вокруг казалось каким-то нереальным.
«Что, мать вашу, только что произошло?»
Он моргнул, пытаясь воспроизвести события дня. Встретился с Им Со Мин, выпили, потом вроде бы просто решили зайти на второй раунд к нему домой, внезапно ввалился Со Юн Гон и заснул… Какая-то дурацкая ситком-комедия.
— Ха… — непроизвольно вырвался смешок.
Он взглянул в сторону — несмотря на весь недавний переполох, Юн Гон тихо посапывал, полностью погрузившись в сон. Хотя одежда, которую он надел, была не совсем в его стиле и казалась непривычной, его спокойный и аккуратный спящий облик безошибочно напоминал того самого Со Юн Гона. Учитывая, как бурно он себя вёл и как резко отключился, он даже подумал, не напился ли тот в хлам. Но вместо запаха алкоголя от него исходил лёгкий аромат вроде шампуня.
«Но как этот балбес вообще понял, что внутри кто-то есть?»
Глядя на лицо парня, Шин Кю Хо сам не заметил, как впал в размышления. Вспомнилось, как Со Юн Гон яростно колотил в дверь. Он ведь явно знал, что он дома, причём не один. И эта уверенность сейчас казалась странной. Может, случайно увидел? Но даже в таком случае сразу решить, что у него в комнате любовник? Подозрительно. Нет, даже не это главное…
…Они ведь уже не в тех отношениях, чтобы злиться из-за подобного.
— Слышь, у тебя телефон звонит.
Из кармана его куртки торчал телефон. Вдруг экран загорелся — на нём крупно появилась иконка входящего звонка. Он несколько раз окликнул Юн Гона, но тот лишь крепче прижал Кю Хо к себе, не подавая признаков пробуждения. Тем временем телефон, не получив ответа, погас — вызов сбросился.
Следом за звонком пришло короткое сообщение. Казалось бы — вежливое, даже дружелюбное, но подтекст читался не совсем весёлый. «Может, просто встряхнуть этого идиота, чтобы проснулся?» — подумал Шин Кю Хо, глядя на лицо Юн Гона, но в этот момент экран телефона снова вспыхнул. Снова вызов.
Немного поколебавшись, Шин Кю Хо всё же ответил на звонок. Надо хотя бы сообщить, что тот сейчас не может говорить.
[Алло? Алло-о-о? Ах, ну наконец-то. Человек, значит, неделю жаловался, что не спал ни минуты и вот-вот сдохнет, и вдруг исчезает — ничего, что тут все в панике? А вы, смотрю, вполне себе расслаблены. Неважно. Мы сейчас на финальной проверке, куда ты положил файл?]
Но стоило голосу зазвучать в трубке, причина, по которой ответил на звонок, моментально вылетела из головы. Шин Кю Хо недоумённо склонил голову. Сколько бы он ни вслушивался — голос на другом конце был слишком знакомым.
[С чего это ты вдруг про хёна болтаешь… Э?]
— Хён, почему ты звонишь на этот телефон?
[Что за... Кю Хо? …А, погоди. Он что, реально рухнул? Он в скорой? В больнице?]
[М? Нет? Тогда где Со Юн Гон? Слушай, Кю Хо, прости, но это очень срочно — он должен подтвердить одну вещь в статье, которая уже уходит в печать. Он рядом?]
— Статья? Какая статья? Нет. Короче, он сейчас не может говорить. Постой…
Он уже собирался выяснить, с каких пор они вообще созваниваются, как вдруг кто-то аккуратно вытащил телефон из его руки. Он повернул голову — Юн Гон приоткрыл глаза и, всё ещё с сонным лицом, смотрел на него. Когда их взгляды встретились, тот едва заметно улыбнулся. Затем, не торопясь, поднёс телефон к уху.
Голос у Юн Гона был немного хриплым от сна.
— Да-да. А… это. Я оставил его там. В нижнем ящике у тебя на столе. Самый крайний… М? Какой ещё побег? Я же записку оставил. А… а, да. Да ничего такого, просто ты, знаешь… резковат.
Говоря это вполголоса, тот обнял Кю Хо крепче. Он оказался прижат к его телу почти без сопротивления. С другой стороны трубки приглушённо доносился голос Кана, что-то громко выкрикивающий.
— Хм. Да, всё. Проверил? Там на флешке есть папка, в папке с делом — аудиофайл номер 13. С отметки 7:21. …Да, да. Если проверил, я отключаюсь. И больше не звони.
С этими словами Юн Гон небрежно отбросил телефон на кровать. Тот отлетел к краю, стукнувшись о стену, но он, похоже, даже глазом не моргнул.
— …Прости. Я вырубился. Последнее время вообще почти не спал… Ещё и таблетку от простуды выпил перед выходом, плохо себя чувствовал.
Он положил руку себе на лоб, взглянув на Шин Кю Хо. Затем потёр глаза.
— М-м… Значит, мы остались вдвоём?
Формально — да, они остались вдвоём, но вслух это подтверждать почему-то было неловко. Кю Хо лишь слегка поморщился. Юн Гон уставился на него в ответ, их взгляды пересеклись.
— Раз проснулся — отпусти, дай встать.
На это Юн Гон закатил глаза. Казалось, он секунду колебался, но в итоге ослабил объятия. Кю Хо сел, и тут же почувствовал, как тот внимательно на него смотрит.
В голосе откровенно чувствовалось колебание — то ли спросить, то ли промолчать. Шин Кю Хо лишь сухо усмехнулся:
— …Я в таком шоке, что даже сил злиться нет. Представь, если бы это была не Им Со Мин, а кто-нибудь другой. Что тогда?
Вопрос прозвучал резко, но Юн Гон сразу послушно признал свою вину. После он даже и не знал, что добавить. Если подвести итог, Со Мин и так знала об ориентации Шин Кю Хо, по-настоящему внезапный каминг-аут устроил именно Со Юн Гон. И что, его это совсем не волнует? Кю Хо мельком окинул Юн Гона взглядом. Тот смотрел на него с притворно кроткими, оленьими глазами. Почему-то от этого опять стало неловко. Кю Хо прочистил горло.
— Ладно. …Лучше скажи, чего ты так внезапно припёрся? Как узнал, что я не один? И что это был за звонок? Почему Кан хён тебе звонит?
На этот шквал вопросов Юн Гон просто повернулся на бок, затем положил руку на бедро сидящего рядом Шин Кю Хо.
— Я ехал, и… увидел, как ты заходишь в дом с Им Со Мин. Просто мельком заметил. Со стороны её стиль показался немного мужским… и, наверное, в моменте неправильно понял.
— И всё? Мельком заметил и поэтому устроил такую сцену? …У тебя с башкой всё нормально? Или это уже паранойя?
Юн Гон на секунду замолчал. Было видно, как тот чуть отвёл взгляд. Что-то он явно не договаривал. Кю Хо нарочно нахмурил брови так, чтобы это нельзя было проигнорировать. Юн Гон тихо вздохнул.
— Это… — он осторожно заговорил, и, немного косясь в его сторону, продолжил: — Приложение…
Тон у него был немного дерзкий. Приложение? От неожиданного слова брови сами собой поползли вверх. Если речь о каком-то приложении… в голову приходила только одна вещь. И всё же…
— Как ты вообще об этом узнал?
Со Юн Гон ничего не ответил, просто наклонился и положил голову прямо на бедро Шин Кю Хо. Но ответ и так уже был на поверхности. Те странные, повторяющиеся сообщения от незнакомого пользователя, которые он просматривал ещё в библиотеке. Кю Хо невольно фыркнул.
— …Кстати, насчёт того приложения… — Юн Гон поспешно сменил тему. — Там круглый год одни озабоченные, как на подбор. Уровень просто днище. Сплошные идиоты. Полный отстой.
— Ты же в курсе, что я тоже им пользуюсь?
— Ты хочешь найти нового партнёра?
Кю Хо собирался вытащить из него, что за история с Мун Каном, но Со Юн Гон вдруг перебил его. Он чуть приподнял подбородок и посмотрел вверх. Настолько неожиданный вопрос, что Кю Хо не знал, как ответить. Оправдания в духе «я просто зашёл на минуту, прежде чем удалить аккаунт» звучали бы ещё глупее.
Шин Кю Хо в изумлении посмотрел вниз — Со Юн Гон уже уткнулся лбом в живот и тихо добавил: «Голова кружится…». Шин Кю Хо не смог выдавить ни слова, только бессильно выдохнул.
— Как ты мог так быстро подумать найти кого-то нового?
И только тогда он снова поднял голову и обнял за талию сидящего Кю Хо.
— И вообще, зачем тебе новый партнёр? Чтобы привезти его в эту квартиру? Как ты можешь даже подумать об этом, когда я всё ещё здесь, живой, всё вижу собственными глазами, м? Хочешь, чтобы я в психушку слёг?
— Прекрати нести херню и убери руки, пока я по-хорошему прошу.
— Кю Хо, тебе стоит ещё раз всё обдумать. Где ты кого найдёшь? Это ж не абы кто подойдёт, ведь ты у нас, знаешь ли, очень страстный. Делать это почти каждый день, как мы — не всякий выдержит. Что, будешь партнёров по дням недели делить? Тогда тебе придётся расписание составить: понедельник — один, вторник — другой… Так и до беды недалеко, понимаешь? А иначе остаётся только встречаться с каким-нибудь гориллоподобным бодибилдером без мозгов, но зато с выносливостью. Ты этого хочешь?
— Я уже был с одним идиотом, у которого кроме голого хуя не на что больше смотреть. После такого горилла — не самая большая проблема, — с показной скукой ответил Кю Хо.
Юн Гон приподнял подбородок, глядя ему в глаза. Один уголок его брови дернулся. Затем он с видом настоящего удивления спросил:
— …Кю Хо, у тебя что, какая-то гиперфиксация на секс-партнёре? Это прям настолько важно для тебя?
Это было настолько нелепо, что у него задрожали руки. Не сдержавшись, Шин Кю Хо взорвался:
— Ты что, совсем дегенерат…? До того, как с тобой связался, я вообще не знал, что такие отношения существуют! Ты же сам первым это предложил, а теперь вдруг на меня наезжаешь? Вот же ублюдок…!
На фоне его взволнованных слов Юн Гон тихо рассмеялся. С этим смехом жар слегка утих. «Шучу я», — пробормотал он, и в тот же момент его рука скользнула по животу, далее по талии и спине. Только вот его объятия оставались слишком крепкими, чтобы воспринять всё сказанное лишь как шутку.
Разумеется. Через мгновение Юн Гон снова забормотал. Он уже поднял корпус и обвил Кю Хо руками, заключая в невидимую клетку.
— Пожалуйста, не встречайся… ладно? — произнёс он, устанавливая зрительный контакт.
В его глазах, как в зеркале, отражался сам Шин Кю Хо. Кю Хо, на секунду замешкавшись, вполголоса возразил:
— С какой стати ты вообще можешь о чём-то таком меня просить?
На лице Юн Гона проявилась лёгкая тень. Он посмотрел на Шин Кю Хо, потом опустил голову. «Понял», — произнёс он еле слышно. Между ними снова повисло знакомое молчание. Напряжение немного спало — та нервная, лихорадочная вспышка, что только что витала в воздухе, рассеялась. И вместе с тем это уже не напоминало ту серую, вязкую тоску последних недель.
В памяти всплыло лицо Юн Гона, когда он тогда без предупреждения распахнул дверь и ворвался внутрь. На нём была отчётливо читаема неотфильтрованная, необузданная тревога. …Такого выражения он раньше никогда не видел. Даже когда Со Юн Гон злился, он всегда сохранял какую-то внутреннюю прохладу и сдержанность. А тогда это был совсем другой человек.
— Я снова стану твоим партнёром.
— Только я и ты… Никого больше. Пока ты не почувствуешь себя уверенно рядом со мной.
Снова затевая какую-то фигню, Со Юн Гон, тем не менее, не отводил взгляда от Шин Кю Хо. С немного раскрасневшимся лицом и, что было на него не похоже, сухо сглотнув.
— Так может это у тебя гиперфикс на секс-партнёре? Какого хера ты снова всё это начинаешь?
Шин Кю Хо резко отвёл взгляд. Слишком неловко было выдерживать этот обнажённый взгляд. Возможно, именно поэтому он и услышал лёгкий смешок.
— Секс — это не обязательно. Если ты не хочешь — не будем. Я могу потерпеть. Просто…
— …Просто мне невыносимо думать, что ты будешь с кем-то ещё.
Голос, который вроде только что звучал уверенно, к концу ощутимо дрогнул. «М-м?» — промычал Юн Гон, то ли спрашивая, то ли просто озвучивая неуверенность. Шин Кю Хо не ответил, но и не оттолкнул его. Так и остался, пока Юн Гон, не дождавшись реакции, не уткнулся лбом ему в плечо.
— Я не собираюсь игнорировать то, что ты сказал. Всё так. Мы с тобой разные. Я и думаю иначе, и живу по-другому. Если ты — из тех, кто задаётся вопросом, как правильно жить, то я — тот, кто думает, какие бывают люди, и раздаёт им ярлыки. Иногда даже, как ты и говорил, смеюсь про себя над другими.
Говорил он спокойно, размеренно, но руки, которыми крепко держал Шин Кю Хо, были прохладными. Юн Гон прижался губами к его шее.
— Знаю. Я ведь не такой уж хороший человек.
— Я не могу сказать, что смогу стать другим. Что начну мыслить и действовать как ты. Что поверю во всё то, во что веришь ты… Такое вряд ли возможно. Я, в отличие от тебя, не умею быть искренним с другими. Это так. Если честно… мне чужая боль не особо интересна. …Но.
Его чуть потряхивало. Через миг губы оторвались от шеи. Юн Гон медленно отстранился, и их взгляды снова встретились. Теперь Юн Гон говорил спокойно:
— Но я не хочу, чтобы тебе было больно.
— Я не хочу, чтобы ты грустил. Не хочу, чтобы ты разочаровывался или чувствовал себя беспомощным. Мне плевать, что чувствуют или думают другие люди. Но не ты, Кю Хо. Я не выношу, когда тебе плохо. И если я хоть как-то могу сделать так, чтобы ты не чувствовал себя так… нет, даже если хоть немного смогу облегчить эти чувства — я готов терпеть хоть сто, хоть тысячу раз.
Для человека вроде Со Юн Гона это звучало слишком просто и прямолинейно. И от осознания этого становилось как-то странно, будто смотрит на чужую уязвимость слишком близко. Кю Хо провёл языком по губам.
— Разве этого недостаточно? — теребя пальцы, спросил Юн Гон. — Даже если мы думаем по-разному, если у нас разные мнения и суждения… Даже если я не чувствую того же, что чувствуешь ты.
На этот раз Шин Кю Хо не отвёл взгляд. Юн Гон продолжал:
— Я ведь всё равно могу уважать тебя, Шин Кю Хо, — таким, какой ты есть. Могу беречь и любить тебя вместе с твоими чувствами.
Голос звучал не просто уверенно — в нём была твёрдость. Шин Кю Хо, который считал, что Юн Гон уже давно всё отпустил и не будет возвращаться к причинам финала их отношений, вдруг понял: тот всё это время искал способ сократить дистанцию между ними. Этот факт встревожил разум. Кю Хо сглотнул. Тем временем Юн Гон продолжил:
— Это мой ответ на всё, что ты сказал мне тогда. Правильный он или нет, заслуживаю ли я доверия… я не знаю. Просто присмотрись ко мне и оцени сам. Пока ты будешь решать, кем бы ты меня ни считал — партнёром, секс-партнёром или другом — я не буду возражать. …Только…
Он, всё ещё сидя напротив, взял руки Кю Хо в свои. Осторожно потянул их к себе и легко коснулся лбом его лба. Прикосновение было почти обжигающим. Он взглянул — Юн Гон закрыл глаза. Через мгновение тот отстранился и глубоко выдохнул, будто сдерживал что-то внутри до последнего.
— Других ублюдков не будет. Никогда.
Глаза стали свирепыми — совсем не такими, как мгновение назад. Так серьёзно он говорил, что любое лёгкое «ты всё неправильно понял» застряло в горле. Кю Хо не ответил.
— Шин Кю Хо, ты ведь отказал мне не потому, что я тебе противен. Ты испугался, боялся мне довериться. Я… потому что я не дал тебе уверенности. Знаю, это моя вина.
Юн Гон спокойно продолжил, голос оставался ровным, но в нём ощущался жар.
— Но даже так, я не могу тебя отпустить. Я не из тех, кто будет стоять в сторонке, смотреть, как ты развлекаешься с кем-то другим, и молиться о твоём счастье… Я не настолько благородный идиот.
Угроза прозвучала почти как клятва. Шин Кю Хо уставился на него. На губах Юн Гона играла его обычная полуулыбка, но под ней угадывалась та самая нервозность, что он видел на экране домофона, когда тот стоял с огнетушителем у его двери.
— Да уж… ты правда не из тех, кто способен на такое, — не успев подумать, Шин Кю Хо пробормотал вслух.
Юн Гон чуть опешил — явно не такой реакции ожидал. Но Кю Хо продолжал внимательно изучать собеседника. …Его измождённое лицо не выглядело в порядке.
— Ах… — вздох вырвался сам собой.
Он оттолкнул лицо Юн Гона и, глядя в потолок, рухнул на спину.
— …Чего вздыхаешь? — Юн Гон следом упал рядом на бок и задал вопрос.
— А ты как думаешь? Потому что всё это — сплошная головная боль. С тобой вообще мозг закипает.
— То есть, ты не хочешь, чтобы я был рядом?
— Но и прямо сказать «нет» — тоже не можешь, да?
Может, он взял академ, чтобы пройти курсы телепатии? Слова шли точно в цель, будто знал, что у него на душе. Шин Кю Хо не ответил — просто повернулся спиной. Он почувствовал, как тот мягко обнял его сзади.
Тот шумно выдохнул. А потом тихо засмеялся.
— Просто мне кажется, что пока я рядом с тобой, я жив…
— …Ты вообще не знаешь, что такое стыд, да? Я бы от позора просто сгорел на месте.
— Хм… За что именно? За то, что неправильно понял? Или за то, что сейчас говорю такое?
«Да за всё сразу», — хотел было сказать, но сдержался. Рука Юн Гона, касавшаяся кожи, была слишком тёплой. Кю Хо лишь чуть поёрзал. «Кю Хо», — хмыкнул Юн Гон.
— Когда чувствуешь, что свихнёшься, какой уж тут стыд? Говорю, как есть.
Он продолжал мягко водить ладонью по телу. Даже носом фыркнул, приговаривая: «Ты пахнешь алкоголем». Не с явным подтекстом на секс, но настолько часто и по-разному, что сам начинал поневоле напрягаться.
— …Так что там у тебя с Кан хёном? Почему это ты решаешь, подтверждать статью или нет? — лёжа в том же положении, спросил Шин Кю Хо сухим голосом.
Юн Гон, лениво проводя рукой по его руке, протянул: «М-м-м».
— Хм… скажем, история про мерзкое предложение, которое я получил во время стажировки?
— Мерзкое предложение? У тебя тоже были проблемы? Это что, та самая стажировка в крупной компании?
— Крупная компания… Слухи немного преувеличены. Когда статья точно выйдет, я всё расскажу. Сейчас… м-м, пока не ясно, как всё повернётся.
Голос Юн Гона становился всё тише. Он прижался лицом к макушке Кю Хо.
— Можно я сегодня останусь у тебя?
«Опять?» — хотелось спросить, но голос Юн Гона звучал так, будто он уже наполовину спал. Вспомнились слова Кана, что тот не спал неделю. Не хотелось снова просто всё спускать на тормозах, но и выставлять его сейчас за дверь — рука не поднималась.
Когда он едва слышно пробормотал согласие, Юн Гон тихо застонал и крепче прижал его к себе.
— Спасибо… — и почти шёпотом добавил: — Пока я сплю… не уходи никуда.
— И никаких больше приложений…
— Ты реально чокнутый… Спи давай, а? Спи!
В ответ лишь услышал тихий смех. А затем — ровное дыхание. Юн Гон, обычно чуткий до паранойи, уснул почти сразу, несмотря на скомканные простыни и разбросанную одежду. Значит, действительно был измотан.
Если он и правда не спал неделю — неудивительно, что просто вырубился. Даже странно, как ему хватило сил дотащиться сюда на машине и вообще внятно говорить.
«Хорошо хоть, что под капельницу не попал.»
Полежав немного в объятиях Юн Гона, заменяя ему бамбуковую жену, Шин Кю Хо осторожно начал шевелиться. Он хотел выбраться из его рук и, пока Со Юн Гон спал, позвонить Кану. Но удалось не с первой попытки: каждый раз, когда он начинал двигаться, Юн Гон почти сразу просыпался и хватал его обратно.
Наконец, выбравшись, он подошёл к небольшому столику, на котором Со Мин расставила еду и пиво. Его телефон валялся там же. Он вздохнул, глядя на всё это.
Подняв телефон, Шин Кю Хо поднёс к губам недопитую банку пива. Он собирался набрать Кана, но взгляд зацепился за сообщение, пришедшее чуть раньше. От того самого человека, которому он и собирался звонить, пришла ссылка и короткая фраза: «Передай, что он молодец». Он сделал глоток пива и, особо не задумываясь, кликнул по ссылке. Она вела на статью. В ней было написано следующее:
[Эксклюзив] «Daily News» — подозрения в манипулятивной подаче информации
Пиво тут же встало комом в горле. Он рефлекторно поперхнулся. Долго не в силах остановить кашель, Кю Хо, моргая и потирая глаза, снова уставился в экран телефона. Под тем самым заголовком, который он только что прочитал, красовалась подпись: «Мун Кан». Он в спешке пролистал страницу вниз. То, что, как он был уверен, никогда не станет статьёй, теперь развернулось перед ним на экране.
— Э, э, это… Это что вообще такое?! Эта статья… Это ты её написал?!
Только после серии звонков Кан наконец взял трубку, будто ничего особенного не произошло. Кю Хо, всё ещё не оправившийся от потрясения, уже успел перечитать статью несколько раз. Не в силах совладать с эмоциями, он выскочил из квартиры и теперь метался взад-вперёд у зоны для курения перед офистелем.
Кан спросил с лёгким беспокойством в голосе. Шин Кю Хо едва не швырнул телефон на асфальт. Не от злости — просто всё это было слишком провокационно. Он был так взвинчен, что ему хотелось пнуть воздух перед собой.
Суть статьи была следующей: в редакции «Daily News» давно стало нормой менять содержание и направление статей в зависимости от интересов руководства. Ссылаясь на жёсткую иерархию в индустрии, такая практика навязывалась новичкам — стажёрам и молодым репортёрам. А в случае скандала либо выдавали «статью с опровержением», либо попросту замалчивали инцидент. Ключевыми доказательствами выступали свидетельства анонимного источника, ранее работавшего в «Daily News», и аудиозаписи. Кроме того, продолжилась критика в адрес отраслевой практики, при которой ради трафика нарушается журналистская этика, а кликбейтные материалы публикуются по принципу «сначала выпустить, потом разберёмся».
— Ты в своём уме? Кому это не понравилась… Ха, да просто слов нет. Не понравилась?! Как можно вообще такое ляпнуть? Нет, хён, как ты вообще это добыл? Это… это реально можно было опубликовать? Офигеть, правда… вот это… это?! Как ты нашёл источник? Нет, серьёзно, как?!
— Такие вещи ведь легко отслеживаются, да? Потому обычно никто на такое не решается. Я сам… ну, обозначился вскользь и всё... Ты, конечно, тоже не промах, но источник тут с яйцами. Он что, вообще уже не надеется остаться в этой сфере?
Кан, до этого лишь изредка дававший о себе знать вперемешку со смехом, на эти слова вдруг отреагировал: «Э?». Это произошло как раз в тот момент, когда Кю Хо подносил огонь к сигарете, зажатой в губах.
[Про мой источник. Разве вы не виделись?]
— …О чём ты? Как я мог встретиться с твоим источником?
В какой-то момент в его голове промелькнула странная мысль, но Кю Хо всё же задал вопрос, удержавшись от того, чтобы произнести вслух то, что только что пришло на ум. Это просто невозможно. В самом деле, это же нелепо. Даже если Со Юн Гон в последнее время неожиданно начал общаться с Каном, это не значит…
[Он и есть источник этой статьи.]
Изо рта вырвался тонкий дымок. Кю Хо просто выдыхал воздух, не в силах пошевелиться. Казалось, мозг на секунду отключился.
Тем временем Кан, словно только сейчас до конца осознав что-то, заговорил другим голосом — уже без дремоты и с явным замешательством.
[Выходит, я… не смог защитить свой источник...? А…хм. Нет, вообще-то о том, что ты ушёл из DailyNews, я узнал от него. А иначе откуда бы я знал? Ты же сам ни слова мне не сказал.]
— …Разве про меня не ходили слухи по всей индустрии?
[В индустрии? Да нет…? Ты же не ушёл с каким-то скандалом. Почему это должно было разойтись? А вот сейчас слухи как раз и пошли. Парень, проходивший стажировку, слил всё подчистую. Говорят, из-за него у репортёров настоящая паника. Боятся, что на них тоже кто-нибудь стуканёт.]
— Ха… — невольный смешок сорвался с губ.
Кю Хо судорожно затянулся сигаретой. Он даже не успел испытать неловкость от своей раздутой самоуверенности — смущение захлестнуло его раньше. Он ведь уже несколько раз перечитал статью Кана. И безо всяких подсказок было ясно: всё, что составляет суть материала разоблачения «DailyNews» — структура и доказательства — держалось на источнике. Без внутреннего информатора статья бы просто не существовала. …И теперь этот источник — Со Юн Гон? Он выпустил длинную струю дыма и сразу же затушил сигарету.
— Нет, с хрена ли вообще этот придурок… Он же… ему ж вообще плевать на такие вещи…
В голове всё путалось. Он прижал пальцы к глазам. С другой стороны трубки Кан ответил с лёгким недоумением в голосе:
[Плевать? …Да не похоже? По-моему, наоборот, очень даже горел. Он пришёл ко мне буквально на следующий день после того, как ты уволился. С тех пор будто крылья выросли. Напрямую ничего не говорил, но было ясно — он зол.]
[Сразу сказал, что хочет попасть в Daily News… Что-то там про советы для прохождения собеседования спрашивал? Я сперва подумал: ну и чудак, он же даже ни к каким медиаэкзаменам не готовился, а тут вдруг лезет. Но потом подумал — у меня ведь тоже всё было спонтанно, плюс он первым рассказал мне о твоей ситуации. Так что я решил немного помочь. …И, знаешь, он ведь справился. Оказалось, башка у него варит шикарно.]
Башка у него, конечно, работает — в этом сомнений не было. Но дело ведь не в этом. Кан мог и не задумываться, но Шин Кю Хо знал Со Юн Гона слишком хорошо. Юн Гон — точно не тот человек, который бы интересовался коррупцией в медиа, замятыми скандалами или социальными проблемами, вызванными чьей-то продажностью. Абсолютно.
— …Так он что, устроился туда только ради этой статьи?
[Эм… В лоб я у него не спрашивал, но похоже, что так? Он почти сразу уволился.]
[Ага, если вслух сказать — действительно звучит дико. Но знаешь, он работал просто на ура. Может, потому что он с факультета управления? Моментально схватывал, откуда идут деньги, куда текут, кто на чём спекулирует, где акции, где откаты… И главное — сам носился, сам приносил информацию. Даже втирался в доверие и втихаря добывал слухи. Видно было, что он этой статьёй буквально жил и готов выложить её любой ценой.]
«Даже если мы думаем по-разному, у нас разные мнения и суждения… Даже если я не чувствую того же, что и ты.»
За голосом Кана эхом в голове, как фоновая мелодия, звучали слова, сказанные Юн Гоном ранее. Кю Хо тихо простонал.
«Я ведь всё равно могу уважать тебя как личность, Шин Кю Хо, — таким, какой ты есть. Могу уважать, оберегать и любить тебя вместе с тем, как ты чувствуешь.»
Тогда он подумал, что это просто красиво выстроенная фраза, продуманная до запятых. Но сейчас… сейчас она вдруг звучала совсем по-другому. Вес этих слов теперь буквально давил на мозг. Шин Кю Хо проглотил стон, который продолжал вырываться. После короткой паузы он спросил:
— …Так, значит, всё это он сам подготовил?
— В статье есть видео с голосами сотрудников. Один из них… Это чей голос?
[А. Ты поди из-за обработки не узнал. Это же та сволочь, что был у тебя наставником. Кажется, когда Со Юн Гон туда устроился, произошла ситуация, похожая на твою. Типа продолжение истории. Хотя, честно говоря, похоже, он его специально подтолкнул в нужную сторону… Хм. В общем, когда он прислал тому типу черновик статьи, тот прямо упомянул тебя. Мол, прошлый стажёр даже с таким не справился и его уволили. Для нас это была золотая жила.]
— …Ты сам-то не вляпаешься из-за этой публикации?
[Да какое там вляпаюсь. Мы всё согласовали с редакцией, да и доказательства железные — сонбэ просто кивнули и дали ход. А тот сонбэ, с которым мы тогда вместе копали по делу Хи Мина, сейчас готовит продолжение — на этот раз о том, как СМИ пытались замять дело. К тому же другие редакции уже начали перепечатывать наш материал.]
На этих словах Кю Хо облегчённо выдохнул. Хотя бы с этим всё в порядке. К тому же теперь Кан стал полноценным журналистом, так что, как бы ни повернулось, публикация явно пойдёт ему в плюс. Он присел на корточки у клумбы и достал новую сигарету.
— Всё так… гладко пошло. А ведь тогда всё была так вяло, будто всем плевать.
[Когда бьёшь — бей наверняка, когда подлизываешься — тоже без полумер, что тут сказать. Ну и давай честно… с Daily News можно и не церемониться, вряд ли они потом будут мстить. И ещё… не будем притворяться, твоя история тоже сыграла свою роль. Всё-таки какой-то зелёный пацан пошёл против системы и тут же вылетел. Журналистам самим, наверное, стыдно стало.]
Кан тихо хмыкнул. Шин Кю Хо тем временем глубоко затянулся новой сигаретой. Он выдохнул и с лёгкой грустью сказал:
— Сказал бы хоть. Если бы сказал… я бы поддержал...
[Да брось. Этот господин же чуть ли не с глазами на выкат орал, чтобы никто не узнал, что вы с ним знакомы. А то, мол, не дай бог тебе из-за этого потом репутацию подпортят. Ах, вот думаю сейчас — смешной ведь тип. Выходит, меня под раздачу, а тебя под защиту, так?]
Кю Хо почувствовал лёгкое смущение. Он промолчал, не зная, как ответить. Щёки вспыхнули.
[В любом случае. В конце концов, если бы ты тогда не врезался лбом в эту стену и не ушёл оттуда, никакой статьи вообще бы не было. И дело Хи Мина дальше бы не двинулось. Так что считай, что половина этого материала — твоя заслуга. Не каждый стажёр способен на такое. Слушай, Шин Кю Хо, ты ведь правда…]
Кан, похоже, хотел продолжить ворчать на него, но зевнул. Кю Хо тут же оборвал поток его слов:
— Понял. Всё, иди спать. Ты же собирался. И…
— …Спасибо за всё. И извини, если доставил неудобства.
В ответ донёсся лёгкий смешок. И вместе с ним — тёплый, уставший голос Кана:
[А меня-то за что благодарить? Я ж тебе уже сказал — от замысла до сбора доказательств он сделал сам.]
[Хороший он парень. По характеру вы даже чем-то похожи, так что думаю, вы отлично подходите друг другу. Тем более ты ж его так лю…]
— Эй, дядя. Вам спать пора, ясно?
На том конце раздался ехидный смех «хе-хе-хе». Тот явно решил поддразнить напоследок.
[Дожил, называется… О? Да чтобы наш Кю Хо, гляди-ка…]
Связь оборвалась. Дальше пошли бы шуточки про «любовь-морковь» и всё прочее в его стиле. Шин Кю Хо сам не раз дразнил его точно так же, поэтому прекрасно знал, к чему всё идёт.
Он вспомнил, как разговаривал с Каном после той статьи о насилии над ребёнком. Тогда он тоже пытался шутить, мол, у вас есть шанс. Правда, случилось это на следующий день после одной из худших ссор с Со Юн Гоном, а их отношения достигли самой низшей точки. Он тогда едва не взорвался. Сидя на корточках, слегка покачиваясь вперёд-назад, Кю Хо покачал головой. Вот поэтому нельзя давать Канy и Ю Джин ни малейшего повода. И всё же после летней поездки он выдал им их слишком много.
Мысль мгновенно откинула его на несколько месяцев назад.
Тогда на его признание парень смог ответить только это. И вот теперь этот человек спит в его квартире. После недели бессонных ночей, делая то, что было совсем не в его стиле. И в конце концов просто вырубился от усталости.
Выбросив окурок в мусорку, Кю Хо поплёлся обратно в здание. Слова Кана о Юн Гоне неотступно звенели в голове как назойливый комар. Когда он поднимался по лестнице, казалось, будто этот звук буквально прилип к уху. Он что, взял академ, чтобы всё это провернуть? Всё по-прежнему казалось каким-то абсурдом.
Уже осень. Семестр давно в разгаре. Со Юн Гон — его ровесник, в том возрасте, когда уже стоит думать о карьере. Он учится на факультете, совершенно не связанном с журналистикой, и, по сути, никогда особого интереса к этой сфере не проявлял. Умный, с отличными навыками, с резюме, которым можно пробить любую дверь, — у него не было ни малейшей необходимости устраиваться в такое место, как «Daily News», где приходится конфликтовать и идти на компромиссы. Поэтому всё, что сделал Юн Гон… можно охарактеризовать одним словом: «зачем?».
Кан может и отмахнулся лёгким «он ведь справился», но Шин Кю Хо как никто другой знал, насколько это непросто — ворваться в отрасль, о которой раньше не имел ни малейшего представления, и с ходу попасть туда хотя бы стажёром. Особенно если с самого начала не планируешь там задерживаться. Это ведь не просто «несколько месяцев» — это месяцы из самой насыщенной части жизни, выброшенные без гарантий. Сверх того — тяжёлый, выматывающий труд, который мало кто способен выдержать. И не только это. Во время работы в «Daily News» он собрал сведения, передал их Кану, помогал с подготовкой статьи. Это не могло быть легко.
— …Странный тип, — буркнул Кю Хо, глядя на того, кто спокойно спал на его кровати.
Он сел рядом, опустив руки на край матраса. Опустив подбородок, продолжал молча глядеть на сопящего Юн Гона.
Юн Гон спал безмятежно. Раньше, стоило его позвать, он тут же просыпался, будто спал вполглаза. А сейчас даже не шелохнулся, только ровно дышал. Шин Кю Хо не отрывал взгляда от лица. Необычно бледное, будто кем-то нарисованное. Даже во сне он умудрялся выглядеть аккуратным.
Он ведь всегда просчитывает ходы наперёд и не мог не понимать, что вся эта выматывающая история никак не сыграет ему на руку. Нет, должно быть, он понимал это лучше других. Юн Гон не из тех, кто ввязывается в бесполезные и утомительные дела без выгоды. Даже если предположить, что у него была личная мотивация вроде интереса или принципа… на самом деле, он скорее был тем типом, у кого таких интересов и принципов просто нет. …Он снова и снова спрашивал себя, почему такой человек сам вызвался заняться этим. И сколько бы он ни прокручивал в голове возможные причины, оставался только один по-настоящему логичный ответ.
«С расчётом на всю оставшуюся жизнь.»
Лицо пылало, будто сгорело под солнцем. Да. Сколько бы он ни думал, всё сводилось к одному. Шин Кю Хо, только ради него. Значит, это…
«Мне невыносимо, что даже для тебя я могу быть… надоедливым, утомительным человеком.»
Это были слова, которые он тогда сказал Со Юн Гону.
«Важные для меня вещи могут быть абсолютно незначительными для тебя. Может, даже кажется смешным, что я так отчаянно пытаюсь их защитить. Не сейчас, но такой момент когда-нибудь может наступить. Если честно, от этого немного страшно.»
То, что сказал Шин Кю Хо, сидя на ступеньках.
Теперь уже не осталось ни малейших сомнений. Статья Юн Гона была не просто прямым ударом по «Daily News» и Пак Джэ Сопу, но и в деталях отражала именно ту ситуацию, которую пережил сам Кю Хо в «Daily News». Словно всё было спланировано заранее. …Если это не было каким-то внезапным просветлением свыше, Со Юн Гон сам по себе никогда бы не заинтересовался этим делом.
Глядя на спящее лицо, Шин Кю Хо подошёл к кровати. Юн Гон, даже не переодевшись, крепко спал в уличной одежде. Он подумывал снять с него хотя бы куртку, но передумал. Вместо этого Шин Кю Хо накрыл его тонким одеялом и улёгся рядом, уставившись в потолок.
«Я не хочу, чтобы ты грустил. Не хочу, чтобы ты разочаровывался или чувствовал себя беспомощным. Мне плевать, что чувствуют или думают другие люди. Но не ты, Кю Хо. Я не выношу, когда тебе плохо.»
Так всё это было по-настоящему?
«И если я хоть как-то могу сделать так, чтобы ты не чувствовал себя так… нет, даже если хоть немного смогу облегчить эти чувства — я готов терпеть хоть сто, хоть тысячу раз.»
«Ты мне нравишься, Шин Кю Хо.»
Просто вспоминая это, Шин Кю Хо снова почувствовал, как лицо вспыхнуло. Он повернулся на бок.
Спящий Юн Гон был прямо перед глазами. Кю Хо скользнул по нему взглядом с головы до ног, и, сам того не замечая, прошептал: «Сумасшедший…». Он отлично помнил тот разговор на лестнице офистеля. Атмосфера была далека от тёплой, скорее, это было похоже на негласное соглашение закончить отношения. …И вот после такого он вдруг пошёл к Кану и решил обрушиться на «DailyNews»? Просто невероятно. Нормальным это точно не назовёшь...
— …Чёрт, как же ты мне нравишься.
Оба странные — один другого стоит.
Шин Кю Хо плотнее прижался к спящему Юн Гону. Будто почувствовав это, тот тихо выдохнул, издав звук, похожий на слабую, сонную усмешку. Кю Хо обнял его крепче. Они полежали так какое-то время, и вскоре Со Юн Гон прекратил свои сонные бормотания, напоминающие капризы. Кю Хо закинул ногу на его тело и, зарываясь в бок, устроился рядышком, будто вырыл там себе уютную нору.
Первое, что он ощутил, едва открыв глаза, — это вес. Юн Гон моргнул. Одна нога и одна рука Шин Кю Хо были закинуты на него. Похоже, привычка снова дала о себе знать даже во сне.
Но его это вполне устраивало. Юн Гон без лишнего шума повернулся лицом к нему и обнял в ответ. Подражая его позе, он закинул ногу поверх ноги Шин Кю Хо и тут же услышал недовольное бормотание. Тот задвигался, словно хотел отвернуться. «Ага, конечно», — Юн Гон крепче обнял его за талию. Во сне лицо Кю Хо немного поморщилось.
— Больно… — пробормотал Шин Кю Хо, не просыпаясь.
Спросив, он немного ослабил хватку, а Шин Кю Хо в ответ резко распахнул глаза. В следующий миг уже сидел. Их взгляды естественно пересеклись. Юн Гон, глядя на него, слегка улыбнулся. Шин Кю Хо прочистил горло:
Тот самый случай, когда сам только что проснулся, но делает вид, будто давно бодрствует. Это было слишком мило. Юн Гон едва сдержал улыбку и кивнул.
— Ты спал как убитый. …И как вообще в таком состоянии за руль сел? Мог же влететь, понимаешь?
— За рулём я был в состоянии полной боевой готовности.
Он думал, что ещё чуть-чуть, и увидел бы Шин Кю Хо, лежащего рядом с какой-то бомжеватой тенью, не дай бог раздетым. В ту же секунду сон как рукой сняло. Уже потом, когда увидел, что это просто Им Со Мин, — вот тогда и отпустило.
— Кю Хо, ты проснулся позже меня, — нарочито спокойно сказал Юн Гон, глядя на него снизу вверх, и тут же услышал фырк в ответ.
Тот ответил, что просто поздно вчера лёг. Юн Гон лишь слегка усмехнулся, не собираясь спорить. Он заметил, как Шин Кю Хо по привычке потянулся к шее, почесал затылок, а затем махнул в сторону ванной.
— В любом случае, если проснулся — иди умойся. Тебе, должно быть, противно. Ты ж прямо как был в одежде отключился.
— Ну так поднимись к себе и помойся. Квартира прямо наверху, не на другой же конец города…
— Не хочу. Вдруг ты опять дверь на замок запрёшь.
На сказанную в шутку, но вполне серьёзную фразу Шин Кю Хо нахмурился. Не запрёт. Юн Гон пожал плечами. Когда он стал демонстративно смотреть в сторону, будто тема исчерпана, Кю Хо начал слегка пинать его ногой. Юн Гон всё так же лежал, не реагируя.
— Ах, да не запру я. Не запру!
— И с какой стати мне врать о такой фигне?!
На это Шин Кю Хо с силой хлопнул себя в грудь. Юн Гон тихо рассмеялся. Видимо, с дразнилками и играми пора было заканчивать — дальше это уже выглядело бы как издёвка.
— Ладно, понял, — мягко сказал он и выпрямился.
Видимо, внезапное движение застало Шин Кю Хо врасплох — на его лице промелькнуло лёгкое замешательство. Лицо у него сейчас такое, что хочется поцеловать. Юн Гон едва заметно провёл языком по внутренней стороне губ, с трудом подавляя вспыхнувший порыв.
На спокойный ответ Кю Хо моргнул. С его упрямым, прямолинейным характером, каждый раз, когда он вёл себя так слабо и покорно, тот терялся и не знал, как реагировать. Потому что наивный, как ни посмотри. Юн Гон, не выдавая своих мыслей, уже собрался подняться, но тут…
— А, нет. Стой. Кто тебя гнал? Я предложил умыться, чтобы тебе, чистюле, не было мерзко.
Рука схватила край его куртки. Когда он посмотрел вниз, Шин Кю Хо сжал ткань так крепко, что остались складки.
— …Останься. Я принесу бельё из твоей квартиры.
Что-то в его поведении сегодня было немного не таким, как обычно. Юн Гон слегка наклонил голову. Вчера, хоть они и поговорили серьёзно, атмосфера всё же не была настолько мягкой… Он вгляделся в Кю Хо.
Шин Кю Хо уже натянул шорты и прежде, чем он успел хоть что-то сказать, выскользнул за дверь. Юн Гон остался сидеть, глядя в пустоту, а потом неторопливо снял куртку.
Шин Кю Хо вернулся довольно быстро, держа в руках комплект одежды: его нижнее бельё, футболку, удобные домашние штаны. Протянув одежду, он тут же начал ворчать — мол, с ума сошёл, почему до сих пор не сменил пароль. Видимо, имел в виду код от двери, что он рассказал ему, когда Шин Кю Хо жил между 13-м и своим этажом. Юн Гон только пожал плечами. В конце концов, Шин Кю Хо был первым, кому он вообще сообщил код от дома, будучи просто партнёром по сексу. И если тот когда-нибудь вдруг решит без предупреждения войти, даже если это будет незаконное проникновение в частную собственность, он будет счастлив.
Когда он вышел из душа, Кю Хо уже занял одну из сторон маленького обеденного стола. Юн Гон, вытирая последние капли воды с волос, сел напротив. Атмосфера вдруг обрела какой-то вес. В лице Кю Хо сквозило странное напряжение, как будто он готовился сказать что-то серьёзное. Юн Гон тоже невольно напрягся и попытался натянуть улыбку. Всё это неожиданное тепло с утра — не является ли оно подготовкой к окончательному отказу?
Кю Хо несколько раз смочил губы. Было видно, как он мучительно подбирает слова, не зная, с чего начать. Юн Гон невольно вспомнил вчерашний вечер. Он действительно перегнул палку — в словах, в поступках, во всём. Кажется, даже и объясниться толком не смог. Он машинально сглотнул, провёл ладонью по губам. И именно в этот момент Шин Кю Хо заговорил:
— Пока ты спал, я поговорил с Каном хёном. Он рассказал, что произошло.
Точно, Мун Кан ведь звонил. Но вчера вечером Юн Гон был полностью поглощён тем, чтобы уговорить Кю Хо пустить его, что напрочь забыл об этом разговоре. Раз Мун Кан даже позвонил, скорее всего, статья, которую они вместе готовили, наконец-то опубликована.
— Хён сказал, что ты через многое прошёл… из-за той статьи про «Daily News».
Шин Кю Хо мягко изложил суть. Юн Гон, немного подумав, что сказать, просто слегка кивнул. Кю Хо в ответ тоже чуть кивнул, затем провёл обеими руками по лицу.
«Это его напрягает?» — подумал Юн Гон, наблюдая за его реакцией. Он не знал точно, как именно Мун Кан передал новость, но даже если всё было разложено по фактам, для Шин Кю Хо это могло прозвучать слишком неожиданно. Юн Гон ведь изначально хотел всё объяснить спокойно, уже после публикации статьи, дав время всё осмыслить. Но из-за того, что вчера он вырубился от усталости, план пошёл наперекосяк. Он приоткрыл рот, чтобы хоть как-то объясниться. И именно в тот момент, когда встретился взглядом с Кю Хо…
— Спасибо, — тихо произнёс Шин Кю Хо.
У него покраснели уши, заметно мялся, что вообще для него было нехарактерно. Голова на мгновение отключилась.
— …Ты сделал всё это из-за меня?
Шин Кю Хо, потирая одну сторону лица, вдруг запоздало задал вопрос. Ответ был настолько очевиден, что не требовал подтверждения. Юн Гон промолчал, просто смотрел на него. Шин Кю Хо пытался сохранять спокойствие, но чем сильнее он это делал, тем отчётливее проявлялось его замешательство. Юн Гон, сам того не замечая, сглотнул.
Ответ прозвучал спустя несколько секунд.
— Я всё это сделал, думая о тебе.
Сейчас не было времени притворяться скромным. Глупость вроде «ничего страшного, если Шин Кю Хо даже не узнает об этом» даже не приходила в голову.
— Всё это время только о тебе и думал, Кю Хо.
Он смотрел ему прямо в глаза, и тот замолчал. Видно было, как Кю Хо прикусил губу.
То, как он запнулся, выглядело до смешного наивным. Юн Гон непроизвольно улыбнулся. Шин Кю Хо снова потянулся к шее, как будто не знал, куда себя деть.
Юн Гон, заворожённо глядя на Кю Хо, который говорил с явным румянцем, не мог отвести взгляда. Во рту пересохло, как будто он не пил воду несколько дней. «Хочу его поцеловать», — промелькнуло в голове, пока он наблюдал, как Шин Кю Хо проводит пальцами по подбородку.
Чтобы не поддаться этому порыву, пришлось отвести взгляд. Вчера он ещё сдержался — тогда обстановка была на грани, да и Со Юн Гон был явно на взводе. Но сейчас… Шин Кю Хо не был из тех, кто способен хладнокровно стерпеть поцелуй в такой момент.
Придётся подождать. Он это понимал. Всё это напряжение он создал сам и теперь не мог себе позволить действовать сгоряча. Ах… но всё же…
Сидеть вот так напротив лица, которое хочется поцеловать, и ничего не делать —настоящее испытание.
Юн Гон неловко хмыкнул. Шин Кю Хо, похоже, тоже чувствовал себя неловко, поэтому молчал. Так они и сидели вдвоём в этой тишине, наполненной странным, почти щекочущим напряжением. Казалось, сам воздух вокруг стола дрожит. Юн Гон опёрся подбородком на ладонь и украдкой посматривал на него. Удержаться от улыбки становилось всё труднее — она сама собой начинала расползаться по лицу. Он даже прикрыл рот рукой, чтобы не выдать себя.
— Ну… — первым нарушил тишину Шин Кю Хо. — Может… поедим?
Он слегка пнул ножку стола. Юн Гон кивнул, не было ни одной причины отказываться. Кю Хо, как бы подтверждая, тоже кивнул, а затем первым поднялся со своего места.
— Пойдём… э… хм. Хочешь съесть что-то определённое?
— Мне всё равно. Давай поедим то, что ты хочешь.
— Да у меня-то тоже нет особых желаний… — пробормотал Шин Кю Хо себе под нос, почти ворча.
Юн Гон тем временем надел куртку, а Кю Хо, порывшись вокруг стола, нашёл валяющуюся кепку и натянул её — голова, похожая на жёлудь, утонула под ней.
— Суп? Китайская? Хотя нет, это перебор. Тогда… А, может, в закусочную напротив?
Если бы вместо еды можно было просто поцеловать эту макушку — было бы в сто раз лучше.
Пока он думал об этом, Шин Кю Хо, уже стоявший у входной двери, вдруг обернулся — Юн Гон оказался прямо у него за спиной, почти прижатый грудью к его спине. Одновременно его висок слегка ударился о тело Юн Гона. Тёплый, чуть желтоватый свет косо скользнул по лицу Кю Хо под полями надетой кепки.
— …Просто… потому что ты мне нравишься.
Юн Гон произнёс это прежде, чем успел осознать.
Он слегка приподнял кепку Шин Кю Хо. Из-за того, что та была надета наспех, пряди выбились вперёд и сползли к глазам. Юн Гон бережно заправил их обратно. Он почувствовал, как Шин Кю Хо поднял на него взгляд.
В тот же миг в теле Юн Гона что-то сжалось — от этого случайного касания будто лёгкое электричество пробежало по коже. Он схватился за дверную ручку другой рукой. Надо было идти. Если он ещё чуть-чуть так постоит — его решимость подождать испарится.
Он уже собирался нажать на ручку, когда непроизвольно повернул голову — их взгляды встретились. Шин Кю Хо тоже смотрел на него с выражением странной осязаемой напряжённости. Юн Гон моргнул. Его взгляд прошёлся по чуть приоткрытым губам, по тому загадочному, не до конца читаемому выражению на лице. Даже немного приподнятый подбородок — словно в предчувствии чего-то — казался частью того мгновения, которое затаило дыхание.
Всё это было скрыто под лёгкой тенью. Юн Гон наконец понял, что сам наклонился к нему ближе, чем думал. Тело едва заметно дрогнуло. Он не был уверен, можно ли сейчас сдвинуться, и потому, будто под заклятием, остался стоять на месте. Тогда же снизу к его губам медленно потянулись другие. Они лишь скользнули, едва касаясь, а затем, словно само собой, их губы слились в поцелуе.
Поцелуй, начавшийся как рябь на воде, в одно мгновение стал штормом. Языки переплелись, губы стали влажными. Юн Гон сначала осторожно касался его, будто изучая, но вскоре вцепился в него с неутолимым голодом. Кю Хо отвечал тем же. Скоро за спиной почувствовался обувной шкаф, потом — стена, а в следующую секунду — пол. Разум остался где-то там, за гранью.
Стоило только сорваться с цепи — Со Юн Гон бросился на него, как обезумевший бык. Всё началось с импульсивного поцелуя.
Он тут же жадно соединился с ним в поцелуе, перемешав языки, и без колебаний запустил руку под одежду, сжимая грудь. Он так сильно впился зубами в шею, что стало больно. Вместе с его прикосновениями слышалось и учащённое, совершенно несвойственное ему тяжёлое дыхание. Кепка уже давно слетела. Куртка Юн Гона тоже уже валялась где-то на полу — как и они сами.
— Кю Хо… — позвал он низким голосом.
Юн Гон прижался своим возбуждённым пахом к телу Шин Кю Хо и начал медленно тереться. Затем опустил голову к его груди, одновременно нежно пощипывая и перекручивая один из сосков.
Он тут же раскрыл рот — звук сосания груди был слишком отчётливым. Под ним Шин Кю Хо рефлекторно вздрогнул всем телом. Когда Юн Гон взял один из сосков в рот и начал ласкать его языком, по телу пробежала щекочущая волна. Шин Кю Хо машинально дёрнул ногой, словно пытался пнуть воздух, но в ответ Юн Гон сжал его грудь крепче. От ощущения, которого он не испытывал уже давно, всё тело заполнилось расплывающимся жаром.
Он протянул руку и мягко помял внизу — Юн Гон тихо застонал. Кю Хо нащупал пряжку его брюк и расстегнул её. Стоило просунуть руку внутрь, как Со Юн Гон тут же потянулся к нему с поцелуем. Их языки слились в вязком движении. Дыхание Юн Гона, касающееся щеки, было обжигающе горячим.
Нижнее бельё под штанами оказалось слегка мокрым. Прикоснувшись к месту влаги, Юн Гон начал нежно водить языком, посасывая, затем оторвался с выразительным чмокающим звуком. Шин Кю Хо до конца стянул с него брюки, за ними — футболку. Тем временем Юн Гон, оставшийся практически нагим, продолжал гладить и изучать руками тело Кю Хо. Силуэт, выпирающий под нижним бельём, выглядел особенно заметным. Кончик слегка вылез наружу.
— Кю Хо, ты подзагорел? — почти шёпотом говорит парень, который, целуя Шин Кю Хо в колено, тянул штаны вниз.
Тот прижался губами к колену и начал посасывать кожу, будто собирался оставить там засос. Он даже не успел ответить на вопрос, как язык скользнул вниз по его бедру. Нежная кожа продолжала подвергаться стимуляции, отчего тело слегка вздрогнуло от давно забытого ощущения. Шин Кю Хо чуть шире раздвинул ноги. Медленно поднимаясь вверх, Юн Гон ласкал языком внутреннюю сторону правого бедра, одновременно стягивая с Кю Хо боксеры.
Он стащил нижнее бельё и швырнул его, затем поцеловал в пах так, что раздался хлюпающий звук. Он повторил это несколько раз, а затем, спустя некоторое время, взял член в рот и начал сосать. Он аккуратно прижимал плоть губами, стараясь не причинить боль зубами, втягивал её в рот и щекотал языком. Это была такая чувствительная зона, что ноги сами по себе подрагивали. Кю Хо, не задумываясь, схватил Юн Гона за голову и прижался к ней. Тот широко раскрыл рот и, словно проглатывая, захватил яички. Звуки сосания раздавались чересчур смачно и непристойно. Кю Хо невольно подался бёдрами вперёд. Тем временем возбуждённый член то касался щеки Юн Гона, то снова отрывался. Немного приподняв голову, Юн Гон снова раскрыл рот. Кю Хо выдохнул. Он видел, как его орган скользнул в рот Юн Гона, и в ту же секунду его накрыло жаркое, влажное ощущение, что бёдра непроизвольного сжались.
Юн Гон крепко прижал дрожащие ноги Кю Хо, затем полностью охватил его ртом. Каждое движение губ — сосание, облизывание, скольжение по тонкой коже — было одновременно мягким и настойчивым. И пока он работал ртом, снизу доносились странно влажные, липкие звуки, словно он сам себя ласкал.
Юн Гон посасывал член, словно леденец, временами прерывисто выдыхая. С каждым выдохом из его горла вырывался хрипловатый, слегка царапающий звук — и в этом было что-то удивительно возбуждающее. Кю Хо, глядя вниз, невольно облизнулся. Когда он крепко сжал волосы Юн Гона, тот скользнул по нему взглядом и, приоткрыв рот, чмокнул член и отстранился. Когда тот поднялся выше, Шин Кю Хо инстинктивно потянулся к нему за поцелуем. Рука, только что ласкавшая самого Юн Гона, опустилась вниз — к его паху. В тот же момент твёрдая плоть коснулась его кожи, оставляя на ней следы влаги. Юн Гон начал неспешно тереться о него снизу. Обменявшись торопливыми движениями языков, Кю Хо приоткрыл глаза. Юн Гон тоже словил его взгляд, узко раскрыв веки.
Их губы разъединились. Когда взгляды пересеклись, Юн Гон вдруг слегка улыбнулся — с выражением то ли растерянности, то ли смущения.
Юн Гон взял Кю Хо за руку и направил её вниз. То, что оказалось в ладони, было твёрдым буквально, как дубинка, и, судя по влажному кончику, он был уже почти на грани, словно прелюдия длилась слишком долго. Кю Хо был не в том положении, чтобы насмешливо это комментировать, потому лишь слегка прикусил губу и тихо ответил:
Хоть он и не собирался этого показывать, в голосе проскользнула нотка смущения. Всего лишь лёгкие ласки Со Юн Гона ртом, а возбуждение уже было слишком очевидным — именно это смущало ещё больше. Его стоящий пенис даже казался немного покрасневшим. Юн Гон тихо усмехнулся в ответ. Их глаза снова встретились.
— Можно сразу начать? — тихо спросил Юн Гон, целуя его.
Кю Хо молча кивнул. Тогда Юн Гон игриво щипнул один из его сосков, а затем прошептал на ухо:
После этих слов Кю Хо развернулся. Встав на колени, он почувствовал, как Юн Гон раздвинул его ягодицы, сжав их обеими руками. К его заду прикоснулось что-то тёплое и мягкое, отчего Шин Кю Хо невольно вздрогнул. Юн Гон поддержал его спереди, но прикосновения к нежной коже вызвали лёгкое покалывание по всему телу. Всё сопровождалось касанием пальца, описывающего круги у самого входа.
Тут же Со Юн Гон игриво прикусил его ягодицу. Почти одновременно Кю Хо ощутил, как внутрь медленно входит палец. Это забытое ощущение пронеслось по телу короткой дрожью. Бёдра инстинктивно напряглись.
— Не больно? Немного туговато, — пробормотал Юн Гон и вытянул вперёд вторую руку.
Его указательный палец мягко коснулся губ Кю Хо, слегка прижимая их.
Он приоткрыл рот, и палец тут же скользнул внутрь. Шин Кю Хо начал посасывать и облизывать его, словно конфету. Когда Юн Гон повернул руку и провёл пальцем по нёбу, это вызвало по-своему приятную щекочущую дрожь. Тем временем сзади уже ощущались два пальца — лёгкое давление лишь усиливало удовольствие.
Юн Гон сменил руку. Его пальцы, покрытые слюной, вновь мягко проникли внутрь отверстия. Он уверенно надавил на внутренние стенки, а затем начал двигать только средним пальцем, точно и ритмично проникая глубже. Ноги невольно сводились вместе, а из члена, казалось, уже начинало что-то медленно вытекать.
Шин Кю Хо вздрогнул всем телом и, словно не в силах справиться с ощущениями, пополз по полу. Юн Гон обхватил его за грудь и крепко прижал к себе. В тот же момент он ввёл ещё один палец и начал быстро надавливать и двигать ими внутри.
Возбуждение накатывало как буря, захватывая сознание. Кю Хо, не контролируя себя, сильно сжал себя спереди. То ли из-за слишком долгого перерыва, то ли от слишком сильного возбуждения, казалось, что он вот-вот кончит, даже не начав по-настоящему. Видимо, Юн Гон тоже это почувствовал: он замедлил движения и осторожно вытащил пальцы, а спустя мгновение что-то твёрдое коснулось его входа.
— Прости, не смог как следует растянуть тебя…
Со Юн Гон начал проникать внутрь, в то место, где ещё ощущался отголосок прежней стимуляции. Казалось, он старался войти медленно, но движения всё равно были заметно торопливее, чем прежде. Чувствуя, как он нетерпеливо продвигается всё глубже, Шин Кю Хо медленно выдохнул, пытаясь расслабиться. Но даже наполовину войдя, Юн Гон уже почти полностью заполнил его изнутри — давление было пугающе сильным.
Плотно прижавшись всем телом, Юн Гон полностью вошёл в него сзади и прикусил ухо. Он принялся посасывать мочку, одновременно резко притянув его к себе — их соединение стало ещё плотнее и глубже. Он даже почувствовал, как касающиеся ягодиц яйца Юн Гона слегка качнулись.
Губы коснулись его спины. Он ощущал, как ладонь скользит по обнажённой коже, легко нащупывая каждый участок — всё, к чему он прикасался, мгновенно становилось горячим. Пенис, до отказа заполнивший его, наконец начал медленно двигаться. Ощущения были такими яркими, что стоило ему только осознать их, как с губ сорвался первый стон. Возможно, из-за накопленного возбуждения, но каждое движение Юн Гона ощущалось в разы острее, чем раньше.
Юн Гон, удерживая его за бёдра, постепенно ускорял ритм. Каждый толчок — глубокий, сильный — сначала проходил туго и с лёгким натяжением, но вскоре тело само раскрылось, становясь мягким и податливым. Каждый раз, когда Юн Гон задевал особенно чувствительное место внутри, он терял фокус, будто всё вокруг рассыпалось. Кю Хо лихорадочно сжал свой член и начал поглаживать. «Ах…» — когда из его губ вырвался тихий стон, Юн Гон накрыл его ладонь своей и начал быстро и уверенно двигаться вместе с ним. Всё тело будто вибрировало от острой волны — как будто взрыв был уже неотвратим.
— Шин Кю Хо… Кю Хо… ты и представить не можешь… ах… как сильно я скучал по тебе…
— Ха, а-а…! Ах, бля, ещё… ещё…
— Пока думал о тебе, даже во сне кончил, блять… Я ведь хороший?
— М-м… Кю Хо, язык… дай мне язык, м?
Юн Гон, продолжая невнятно бормотать себе под нос, прижался плотнее и начал требовательно двигаться. Стоило запрокинуть голову, как тот тут же впился в его губы. Пройдясь по зубам, он начал жадно исследовать его рот, словно смаковал изысканное блюдо, облизывая и посасывая язык. При этом его бёдра продолжали ритмично двигаться с глухими, отчётливыми ударами. Все стоны растворялись в глубине поцелуя. От волны нарастающего блаженства, пронзившей его снизу, Шин Кю Хо непроизвольно сжал ягодицы, на что низкий стон Юн Гона прозвучал особенно соблазнительно. Он начал двигаться быстрее, энергичнее, и теперь влажные звуки их соединения проникали прямо в уши. Шин Кю Хо слегка сжал его язык губами, но Юн Гон продолжал настойчиво и грубо тереться губами о его рот.
Головка в его руке была уже вся влажная. Похоже, возбуждение с самого начала зашкаливало, и теперь он буквально не находил себе места от нетерпения. Он схватил Юн Гона за руку и прижал её к своей груди.
— Потрогай меня тут ещё немного.
В ответ из-за спины послышался пустой смешок.
В тот же миг Юн Гон крепко сжал его плоскую грудь, сдавив её в ладонях, и начал грубо мять и тереть, не прекращая мощно вбиваться сзади. В глазах потемнело — мир закружился, словно потеряв равновесие. Невыносимый зуд, накатывающий перед самой кульминацией, и жар, охвативший всё тело, доводили его до грани. Кю Хо больше не сдерживался и громко застонал. Ноги дрожали, а колени подламывались, готовые поддаться в любую секунду.
— Ах! А-а… м-м! Ух, хорошо… Ах, как хорошо…!
— М-м… мне тоже… Ха, и куда же мне спустить, м?
Накатившее чувство оргазма сжало всё тело, будто оно само сворачивалось внутрь от напряжения. В то же время его внутренности издавали хлюпающие звуки, жадно принимая Юн Гона без малейшего сопротивления. Почувствовав это, Юн Гон ускорился — быстрыми, но глубокими толчками, будто их тела слились в одно, он уверенно бил в самое чувствительное место внутри. В тот самый момент, когда он надавил особенно резко и точно, из члена Кю Хо хлынула сперма. Всё тело сотряслось как от электрического разряда, а он сам, не выдержав, вытянул руку вперёд и царапнул пол.
Бормоча, Юн Гон почти полностью выскользнул, оставив лишь головку, а затем резко вонзился обратно. На пол капнуло семя, оставляя заметные следы. Не до конца утихшее наслаждение продолжало щекотать всё тело изнутри. В следующее мгновение он ощутил, как сверху наваливается вес, и Со Юн Гон вновь прижался к нему, вцепившись зубами в шею.
Юн Гон резко вытащил член. Тёплая жидкость брызнула в ложбинку между ягодиц. Лишь в этот момент Шин Кю Хо осознал, что всё это время они занимались сексом без презерватива. Юн Гон, крепко сжимая себя у основания, будто пытаясь удержать остатки, дрожал, но затем снова прижался к его ягодицам и начал тереться, размазывая сперму по коже. Это был первобытный, даже животный жест — совсем не в духе Со Юн Гона.
Кю Хо обернулся. Юн Гон с лёгким румянцем на лице смотрел на него из-под опущенных ресниц. Его пальцы были все в сперме. Когда их взгляды встретились, тот, всё ещё переводя дыхание, мягко улыбнулся, глаза при этом изогнулись полумесяцем. Затем он, сложив пальцы прищепкой, нежно, без боли щипнул один из сосков Кю Хо.
— Понравилось? — спросил он, прижавшись лбом к его лбу.
Он прервался на миг — перехватило дыхание.
— …Ты правда прирождённый талант.
На этот едва выговоренный ответ Юн Гон расхохотался, затем мягко коснулся губами того места на груди, которое только что игриво ущипнул.
— Ну, раз уж хочу быть любимым Кю Хо, не стоит подыхать где попало, ведя себя как шлюха.
— У меня же кроме голого хуя смотреть-то не на что.
Шин Кю Хо не сдержался и тоже рассмеялся. Раскинувшись на полу, он ощущал, как от смеха чуть подрагивает живот.
Юн Гон вскоре накрыл его своим телом. Его всё ещё твёрдый член мягко постукивал по коже. Кю Хо почувствовал, как Юн Гон смотрит на него с каким-то молчаливым ожиданием, и повернул голову. Когда их взгляды встретились, Со Юн Гон тут же чмокнул его в губы. Кю Хо рефлекторно зажмурился на долю секунды.
На его невольно срывающиеся с губ капризные слова тот отозвался новым поцелуем, в его взгляде всё ещё плескалось неутихшее желание. Кю Хо, не отводя глаз, схватил его за волосы и притянул его к себе за затылок. Их губы сами собой раскрылись, языки вновь связались. В следующий момент его тело поднялось — Юн Гон подхватил его руками под спину и бёдра и, легко подняв, встал с ним на руках. Не выпуская, он перенёс Кю Хо прямо на кровать, под спиной приятно разошлась мягкость матраса.
— А презерватив? — вставая на колени, спросил Юн Гон.
Кю Хо сел, приподнявшись с постели. На лице Со Юн Гона на миг промелькнуло замешательство — и Кю Хо вдруг подумал, что такой помешанный на чистоте и гигиене парень, возможно, чувствует себя неприятно в текущей ситуации. Но тут же сам себе возразил: есть ли вообще смысл переживать об этом сейчас, если они уже один раз сделали это без защиты? Кю Хо задумался об этом в момент, когда уже облизывал кончик вертикально стоящего перед ним члена Юн Гона.
— Ты в порядке? — когда головка вошла в рот, Юн Гон, поглаживая его по голове, задал вопрос.
Шин Кю Хо мельком взглянул вверх. Со Юн Гон прищурился, а затем мягко толкнулся бёдрами, погружаясь глубже в его рот. Челюсть инстинктивно раскрылась шире.
— Не уверен, что в этот раз я смогу себя контролировать и вытащить вовремя…
Челюсть начинала ныть. Несмотря на нежный цвет и внешнюю мягкость, член Юн Гона был довольно внушительным — каждый раз принимать его было непросто. Кю Хо раскрыл рот как можно шире и начал слегка кивать головой, размеренно двигаясь. Юн Гон, наблюдая за этим зрелищем, провёл языком по своим губам. «Ах...» — тихо простонал он.
Одновременно с этим Юн Гон начал медленно продвигать себя глубже. Когда его необычно гладкий член скользил в рот и выходил снова, Шин Кю Хо чувствовал себя странно — словно всё тело охватывало туманное оцепенение.
Когда он ещё шире открыл рот, Юн Гон, прижав его голову, начал жёстко вталкиваться глубже. Волна странного возбуждения накрыла одновременно — между бёдрами всё покалывало и щекотало так, что становилось трудно дышать. Казалось, что из него даже начала сочиться влага. Он вцепился в бёдра Юн Гона, пальцы сжались крепче. Освободив горло, он начал тщательно облизывать головку, сосредоточившись на её чувствительной части. Лицо Юн Гона, которое он уловил краем глаза, было полным возбуждённого жара. Внизу снова всё стало твёрдо.
Видимо, он заметил, куда опустился взгляд. Юн Гон спросил с лёгкой усмешкой в голосе — вроде поддразнивал, но без прежней расслабленности. Он не ответил, лишь медленно опустил руку себе между ног. Тогда Юн Гон хмыкнул и вытащил свой зловеще поблёскивающий член, покрытый слюной. Кю Хо сглотнул и просто лёг на спину.
Видимо, всё дело в том, что прошло слишком много времени — нетерпение накатывало всё сильнее. Он раздвинул ноги, оставив их свободно согнутыми. Юн Гон с лёгкой улыбкой склонился вниз. Подражая тому, что только что делал Шин Кю Хо, он взял в рот его головку и чмокнул, издав смачный звук. Кю Хо ещё больше раскинул ноги. Юн Гон приподнял язык и провёл им вдоль уретры, а затем медленно облизал ствол, спускаясь по нему до основания — он видел каждое движение.
Язык скользнул ещё ниже. Сначала он поласкал яички, а затем добрался до плотно сомкнутого входа. Тёплое дыхание Юн Гона мягко коснулось мягкой кожи. Раскрыв рот так, будто собрался захватить всё сразу, он начал ритмично посасывать вокруг ануса, издавая влажные звуки — чуп, чуп. От резкого прилива ощущений пальцы на ногах сами собой сжались. Кю Хо вцепился в простыню.
В глазах закружилось, словно всё поплыло. Юн Гон слегка раздвинул вход пальцами и погрузил внутрь язык. Необычное, пульсирующее ощущение, распирающего изнутри, заставило Шин Кю Хо прикусить губу. Юн Гон, будто собираясь зарыться туда с головой, продолжал жадно посасывать и облизывать всё вокруг. Внутри пронеслась дрожь. Из прижатой пальцем уретры медленно просочился предэякулят. Не отдавая себе отчёта в собственных действиях, он сжал коленями голову Юн Гона.
— Ах… Безумие, как же хорошо…! Ах, хорошо…
Когда он ближе притянул голову Юн Гона, тот начал сосать с такой жадностью, словно был одержим. Это сводило с ума. Жар стремительно поднимался к голове, затмевая мысли. Мягкое, скользкое, но тёплое ощущение сворачивало тело в неуправляемой дрожи. Казалось, что он вот-вот кончит, и, пытаясь оттянуть кульминацию, он крепко сжал кончик своего члена.
— Погоди… ах…! Подожди немного…!
На звук его крика, сопровождаемого извивающимся телом, Юн Гон, наконец, оторвал губы от промежности. Но даже тогда, словно не желая отпускать, он медленно провёл языком по вздрагивающему входу. Кю Хо, тяжело дыша, посмотрел вниз. Их глаза столкнулись — он ясно почувствовал, как Юн Гон просто прожигал его этим пристальным взглядом.
Кю Хо, сжав свой член, будто в отчаянной мольбе, почти зарычал, — Юн Гон в ответ тихо усмехнулся. Послушно поднявшись выше, он расположился над ним. Кю Хо, тяжело дыша, вдруг заметил, как тёмно-красный, налитый возбуждением член Юн Гона прижимается к его входу, слегка подталкивая снизу.
Видимо, после столь долгих ласк языком проникновение прошло удивительно гладко — совсем не так, как вначале. Он ощутил, как внутренности будто сами обвились вокруг Со Юн Гона, принимая его с жадной готовностью. Тот продвигался медленно, неторопливо, пока не вошёл полностью, до самого конца. Когда их тела полностью соприкоснулись, он почувствовал, как плотно наполнен. Кю Хо поднял взгляд, всё ещё удерживая себя за бёдра, и встретился глазами с Юн Гоном. Тот изучающе провёл по нему взглядом, а затем улыбнулся и тихо пробормотал:
Это был почти звериный звук удовлетворения с примесью лёгкой отрешённости, будто он был в сладком забытьи. Особенно его лицо, полностью лишённое самообладания, делало этот голос особенно сладким. Щёки Кю Хо слегка залились румянцем. В этот момент Юн Гон поцеловал его в губы. Этого, видимо, оказалось недостаточно — он тут же начал осыпать его звучными поцелуями в разные участки лица.
Он уже собирался сказать, чтобы Юн Гон двигался, но тот опередил его, снова чмокнув его в губы. Это произошло так неожиданно, что на секунду сознание застыло, провалившись в пустоту. Лицо пылало, словно вот-вот взорвётся. Со Юн Гон тихо захихикал.
— Ты такой милашка, когда краснеешь.
— Что такое, не любишь целоваться?
Нет, это не так. И всё же от того, как настойчиво Юн Гон продолжал свои нежности, на душе становилось странно щекотно. А ещё то, что он никак не начинал двигаться, будто нарочно — как будто забыл, что делать дальше, — выводило из себя куда больше, чем хотелось признать. Сказать что-то внятное Кю Хо не мог, лишь широко распахнул глаза, глядя на него в упор. Юн Гон хмыкнул, не сдержав смех.
Он начал медленно двигаться. Сначала он будто собирался войти до самых яичек — лишь немного отступал, чтобы тут же снова глубоко проникнуть, точно прощупывая каждую точку. Когда внутренности стали мягче и податливее, он перешёл к ритмичным, уверенным толчкам.
Не прошло и нескольких секунд, как комнату снова наполнили липкие звуки. Разгорячённое тело моментально отозвалось — волна жара стремительно накрыла его с новой силой.
Каждый раз, когда Юн Гон ударял вглубь, у него кружилась голова. Он уже отпустил руку, которой себе мастурбировал, и лишь обнимал Со Юн Гона, вцепившись в его спину, — и всё же член оставался твёрдым, продолжая получать стимуляцию даже без прикосновений.
Их языки сплелись. Юн Гон немного изменил угол, и, двигая только бёдрами, начал коротко и точно проникать неглубоко, в чувствительную зону у входа. Стоны срывались с губ Кю Хо всё чаще, и он сам начал подмахивать бёдрами навстречу. Юн Гон мягко двигался по кругу, медленно дразня изнутри, а затем вдруг резко — одним мощным движением — до конца вбился внутрь.
Резкий, внезапный толчок вызвал мгновенную реакцию тела — Кю Хо царапнул ногтями по спине партнёра. Юн Гон, не отрываясь от поцелуя, продолжал яростно насаживать его снизу, теряя контроль. Удовольствие накрывало с головой — казалось, сознание сейчас ускользнёт.
— Ух… м-м, да… ах, ещё, не останавливайся… ещё…
Стоит Юн Гону толкнуться вглубь, как из уретры начинала сочиться влага. С каждым толчком его член слегка подскакивал и ударялся о живот, оставляя на коже влажные следы. Неосознанно Шин Кю Хо вонзил зубы в тыльную сторону своей ладони, изо рта постоянно вытекала слюна. Он притянул Со Юн Гона ближе, обвив его ногами, и тот начал двигаться с такой силой, что влажные хлопки раздавались по всей комнате. Между их животами сдавливался его член — и это была грань.
— Ага, кончай… можешь кончить, ах…
Он, словно оседлав его, притянул Юн Гона к себе покрепче. На его движение тот отозвался короткой фразой и ускорил ритм. В этот момент напряжённый до предела член с силой тёрся о твёрдый живот Юн Гона, отчего в голове будто взорвались фейерверки — вспышка, выбившая дыхание и мысли.
Кю Хо изо всех сил обхватил партнёра, прижимая его к себе. Он почувствовал, как по животу стекает тёплая жидкость. На фоне разрядки, прошедшей сквозь всё тело, мышцы внутри сжались сами собой. В следующее мгновение у самого уха раздался сдавленный стон Юн Гона, лаская слух. Задыхаясь, тот продолжал вталкиваться глубже. Шин Кю Хо всё ещё дрожал от не до конца отпустившей кульминации, когда...
— Сводишь с ума, блять… — пробормотал Юн Гон севшим от стонов голосом.
Его движения, всё ещё задевающие послевкусие оргазма, лишь усиливали внутренний отклик — из головки выстреливали последние капли семени, отражая остатки наслаждения. В тот же момент их языки вновь переплелись в горячем, захватывающем поцелуе.
Обвив его в своих объятиях, Шин Кю Хо жадно втягивал его язык и глотал слюну, смешанную с дыханием. Он ощущал, как толчки стали грубыми и беспощадными — Юн Гон вёл себя как зверь в гоне, потерявший контроль на пике возбуждения. Его тело трясло прямо в объятиях Кю Хо, и в следующую секунду Юн Гон, запыхавшись, вжался губами в его рот и резко, до самого конца, вогнал себя внутрь. Он отчётливо почувствовал, как горячая сперма хлынула прямо в него — это было новое, ни с чем не сравнимое ощущение. Изнутри становилось жарко.
Сверху Юн Гон тяжело, прерывисто дышал. Его тело дрожало, но он всё так же продолжал вталкиваться — глубоко, до конца, будто хотел выжать из себя остатки спермы, не оставив ни капли. Кю Хо провёл рукой по его спине, под пальцами чувствовался пот. Он посмотрел на его лицо: оно было покрыто пятнами румянца, словно растекшейся акварелью, смешанным с каплями пота.
— Я слишком сильно возбудился… правда?
Так вот что Юн Гон называет «красивым»? Шин Кю Хо рассеянно уставился на его лицо, будто зачарованный. Похоже, Юн Гон уловил этот взгляд — уголки его губ чуть приподнялись в едва заметной улыбке. «Что?» — прошептал он и поцеловал его в лоб, лишь потом медленно вытащил свой член. Когда он полностью вышел, Кю Хо ощутил, как жидкость, которую сдерживало его тело, начала вытекать. Внизу стало влажно.
— Прости, не смог сдержаться… Я тоже никогда раньше не делал это без презерватива…
Будто потеряв все силы, он лёг рядом и тут же притянул Шин Кю Хо в объятия. Их тела были перепачканы потом и спермой, но Юн Гон, казалось, вовсе не придавал этому значения. Некоторое время они просто лежали, давая телу остыть. Кю Хо повернулся к нему и прижался ближе, а Юн Гон, будто по инстинкту, обнял его в ответ. Шин Кю Хо чуть приподнял подбородок и увидел его лицо.
— Хотел, чтобы я остался внутри? — Юн Гон встретился с ним взглядом и тихо задал вопрос.
Он крепко сжал его ягодицы — изнутри всё ещё вытекала жидкость. Видимо, сам почувствовав неловкость от происходящего, Юн Гон чуть смущённо улыбнулся. В следующий момент раздался мягкий чмокающий звук, когда он поцеловал его в нос. Кю Хо, не отрываясь, смотрел на него. Перед ним было лицо, на котором всё ещё оставались следы страсти, и вместе с тем в глазах светилась такая мягкость и тепло, будто тот видел самое редкое, что может подарить мир.
Кю Хо уткнулся лицом в грудь, слушая, как бьётся его сердце. Крепко прижавшись, он обнял обнажённое тело. Юн Гон тёрся носом о его волосы, крепко обняв его в ответ.
Шин Кю Хо, сам не понимая зачем, ещё ближе прижался лицом к его коже и обвил тело одной ногой, словно не желая отпускать. Показалось, будто где-то в тишине скользнул лёгкий смешок Юн Гона. Продолжая тереться о его тело, не размыкая объятий, он снова поднял взгляд вверх. Юн Гон, словно по инстинкту, опустил свой.
Кю Хо легко поцеловал его в подбородок — то, что было ближе всего. Он увидел, как Юн Гон медленно моргнул, словно отзываясь на прикосновение, а затем спокойно закрыл глаза. Кю Хо, чуть приподнявшись, поцеловал его в нос. Мягкое касание длилось недолго, и когда его губы отстранились, звук был удивительно сладким. Юн Гон медленно открыл глаза, как будто следуя за ритмом этого поцелуя. Их взгляды встретились — Шин Кю Хо снова чуть улыбнулся, прежде чем вновь прильнуть к его губам. Он наконец ощутил солнечный свет, падающий на постель. Тот самый, особенный, прозрачный свет погожего осеннего дня.