Забытый партнёр. Глава 1.6
Шин Кю Хо, пережив марафон секса, кивнул самому себе. Растянувшись на кровати с раскинутыми руками, он ощущал себя детективом, только что раскрывшим запутанное дело.
Прошло не так уж много времени, но все сомнения насчёт Со Юн Гона рассеялись. Почему они встречались? Да потому что невозможно было не встречаться. Характер у него, конечно, не сахар — но что с того? Одного только лица, словно вышедшего из его грёз, хватило бы с лихвой, а тут ещё и физическая совместимость оказалась безупречной.
«Вот это лотерея, настоящий джекпот».
Он беззаботно улыбался, охваченный почти благоговейным восторгом. Из ванной особенно громко доносился шум воды. Кто знает, что так завело его бывшего, но едва закончилась их первая близость, тот повёл себя словно сорвавшийся с цепи пёс — кусал, жадно целовал, требовал ещё. А теперь ушёл в душ.
«Похоже, ради этого я с ним и жил…»
Невольная мысль заставила Шин Кю Хо провести пальцами по губам. Оттого что партнёр не переставал вымаливать поцелуи, они стали чуть припухшими. Вдруг перед глазами всплыло лицо человека, который, будто опьянённый, без остановки целовал его. На протяжении всего акта он то улыбался, то с пугающей нежностью произносил его имя.
Вместе с этим внутри что-то дрогнуло, словно сердце сбилось с ритма. Он приложил ладонь к груди, внимая странной вибрации, и медленно перевернулся на бок. В ту же секунду открылась дверь ванной. Почему-то лицо стало горячим.
Погружённый в размышления, Шин Кю Хо бессознательно начал тереться о матрас. И вдруг…
С тенью, склонившейся над телом, пришёл лёгкий аромат. Кю Хо чуть повернул голову. Неясно, когда он успел выйти, но теперь Со Юн Гон, закутанный в банный халат, стоял рядом и смотрел сверху вниз.
Он забрался на кровать и улёгся на бок, точно повторяя позу Шин Кю Хо. Спина лишь слегка соприкоснулась с животом, как Юн Гон мягко обхватил его плечи и повернул лицом к себе. Перед глазами снова оказался потолок.
— Знаешь... — прежде чем Кю Хо успел вымолвить хоть слово упрёка, Со Юн Гон заговорил первым. — Кажется, мы с тобой и правда хорошо подходим друг другу, да?
Его лицо озаряла лёгкая улыбка. Кю Хо, глядя на него, заслоняющего свет от лампы над головой, молча кивнул. И только потом тихо произнёс:
Со Юн Гон негромко усмехнулся. Его голос зазвучал спокойно и размеренно:
— Сначала я всё время думал об этом. Мы ведь одного пола, да и характер у тебя совсем не похож на мой… Но со временем я начал смотреть на это иначе.
— Хм… как бы сказать… Мысли приходят совсем другие. Наверное, если отбросить все условности, я всё равно хочу жить с тобой…
Договорив, он мельком посмотрел вниз на Кю Хо. Тот не отвёл взгляда. Перед ним был Со Юн Гон — прищуренный, со знакомой и в то же время чужой улыбкой, такой тёплой, что могла бы растопить самый крепкий лёд в разгар зимы.
— Может, мы и правда любили друг друга?
Он, возможно, на мгновение потерялся, любуясь этой улыбкой, потому не сразу уловил, что сказал Со Юн Гон. Шин Кю Хо несколько раз моргнул, пока слова медленно проходили сквозь его сознание. И тут с губ сорвался непроизвольный смешок:
Юн Гон уверенно повторил это слово, будто и не уловил насмешки в голосе собеседника. В этой простоте и искренности было что-то такое, что заставило Кю Хо растеряться. Он притих, задержав паузу.
Любовь… Такая мысль даже в голову не приходила. По правде говоря, после этого внезапного, но до неприличия удовлетворяющего секса он лишь смутно догадывался: за те годы, что стёрлись из памяти, между ними, должно быть, выросла мощная телесная привязанность.
— Почему у тебя такой удивлённый вид? Если мы так долго встречались, разве это не самое логичное объяснение?
Похоже, он прочитал его выражение. Со Юн Гон сказал это и слегка рассмеялся. Несмотря на прямоту слов, тон оставался лёгким — как будто он заранее знал, какой будет реакция.
— Нет… так-то всё верно, но… — Шин Кю Хо невольно замялся. — Просто… не обязательно все пары испытывают такие сильные чувства. И потом… наша ситуация сейчас…
— Ах… да не знаю. Просто, на мой взгляд, это чересчур слащавое предположение.
Скорее, он просто не мог заставить себя признаться, что ему неловко слышать такие слова от бывшего, с которым до недавнего времени они были на ножах после больницы. С момента, как Со Юн Гон встретил его, охваченного тоской, дома и протянул руку, Шин Кю Хо уже начал догадываться: в их договорённости о расставании, достигнутой прошлой ночью, что-то дало трещину. Как бы это объяснить… Оставалось ощущение, будто он совершил ошибку. И неважно, насколько субъективно раздражающим казался ему вчерашний Со Юн Гон — нутро подсказывало, что дело вовсе не в этом.
— А ты как думаешь, Кю Хо? Почему мы встречались столько лет, если, по словам твоих друзей, выглядели как «пара, которая вряд ли когда-то просто возьмёт и расстанется»? — спросил Юн Гон, заметив его нервно шевелящиеся пальцы.
Шин Кю Хо замер. Он ведь сам недавно признал: с ним невозможно было не встречаться. Но в его понимании причина была куда менее сентиментальной, чем «любовь». После небольшой паузы он наконец осторожно заговорил:
Едва слово сорвалось с его губ, лицо Со Юн Гона приобрело странное выражение.
Он закончил с вопросительной интонацией, и Юн Гон, приподняв брови, протяжно усмехнулся: «Хм-м-м». Кю Хо почесал щёку. Он ведь всего лишь озвучил мысль, что мелькнула после их интима, но, несмотря на честность, почему-то всё равно стало неловко.
— Если бы всё сводилось только к этому, мы бы не стали встречаться, — возразил Юн Гон твёрдым, уверенным голосом.
И всё же странно резонировало это «только». Можно, что ли, спать друг с другом, не встречаясь? Шин Кю Хо слегка нахмурился. Почти сразу в памяти всплыло слово, которое обронил Кан: «секс-партнёр». «А, вот оно что…» — понял он. И одновременно окончательно запутался. Если между ними и вправду было «только» это, тогда, возможно, Юн Гон прав — встречаться им было вовсе не обязательно.
«Значит, всё-таки… не только это?»
Стараясь сделать вид, что не слышит приторных слов Юн Гона, он задал себе немой вопрос. В это время Со Юн Гон, прищурив глаза в узкие треугольнички, внимательно изучал его.
— Ну, просто… встречаться — это ведь не что-то грандиозное. Я имею в виду… если непременно нужно найти причину, почему мы тогда были вместе, то при всей информации, что у меня есть сейчас… именно эта выглядит наиболее правдоподобной. Вот что я хотел сказать.
Слова сами собой зазвучали как оправдание, хотя он лишь озвучил то, что крутилось в голове. Досада смешалась с внезапным холодком, пробежавшим по спине. Казалось, он должен немедленно уточнить, что именно подразумевал под «телесной привязанностью». Кю Хо неловко завершил мысль.
— Нет, — сразу прозвучало опровержение.
— По такой причине не начинают отношения.
Хотя он отлично знал, что оба ничего не помнят, Со Юн Гон оставался непреклонным. Не дав ему времени на ответ, он продолжил:
— Готов поспорить: если мы действительно встречались, значит, я любил тебя до безумия.
Слова, от которых по коже побежали мурашки. Кю Хо только моргнул. Резкая смена позиции собеседника оставила его наполовину растерянным, наполовину взволнованным: сердце колотилось то ли от жёсткой интонации, то ли от неожиданной откровенности.
— Что за… Ты ж ещё вчера пытался выгнать меня из дома. С чего вдруг такая уверенность?
Возражая чисто из упрямства, Шин Кю Хо несколько раз провёл ладонью по губам. Сбоку ощущался прожигающий взгляд. Со Юн Гон, лёжа на боку, опирался рукой на подбородок и не сводил с него глаз.
— Я почувствовал это в процессе.
То, что он сказал следом, прозвучало до неприличия нагло, особенно в таком контексте. В процессе? Шин Кю Хо вскинул бровь. Если это чувство пришло во время секса, то чем оно отличается от той самой телесной привязанности?
— Когда я делал это… ты был таким любимым.
И всё бы осталось в пределах терпимого, если бы Со Юн Гон не добавил эту фразу.
— Я раньше никогда не чувствовал такого к человеку. Даже если это из-за амнезии — никогда не испытывал симпатии к тому, с кем провёл так мало времени. А сейчас, когда смотрел на тебя, вдруг подумал: наверное, вот оно, то самое чувство… вот что значит любимый… Ып.
Со Юн Гон, губы которого поспешно закрыла ладонь, медленно моргнул. Кю Хо с трудом опустил дрожащую руку. Лицо пылало.
— Ч-что за херню ты несёшь! Лю… Бля, ладно, ясно, ты из тех, кто быстро влюбляется. Но твои перепады слишком резкие, понимаешь? Я за тобой не успеваю. Так что хватит, п-просто спи.
Смущение было настолько сильным, что он даже начал заикаться. Особенно оттого, что голос Со Юн Гона звучал чересчур ласково.
— Быстро влюбляюсь, значит, — Юн Гон убрал его руку от губ и хмыкнул. В голосе звенел откровенный смешок. — Если мы правда так долго были вместе, то в моей памяти это ведь первая любовь.
Ну правда, больше нечего было добавить. Всё отдавало слащавостью. Шин Кю Хо буркнул: «Ох, блять», — и перевернулся на другой бок. Он уже хотел сказать «просто давай спать», но в этот момент…
— Ты-то как считаешь? Какими были наши отношения?
Сзади накрыли объятия. Голос прозвучал ближе, чем когда-либо, дыхание скользнуло по уху, и Кю Хо на секунду застыл. Это прикосновение после секса было на редкость лёгким, почти невесомым жестом нежности, но по какой-то причине во рту всё же пересохло.
— Какими… — заговорил он с опозданием, голос слегка дрогнул. — Раз сказали, что встречались, значит, встречались.
— У нас с тобой, конечно, всё по-разному, но я ни на миг не усомнился, что мы были вместе. Просто принял это как данность. Единственное, что меня удивило, — что это продолжалось так долго.
Может, всему виной голос, что снова и снова касался уха, или в лёгкой нотке смеха в нём? Без всякой причины ухо стало зудеть. Шин Кю Хо машинально потёр его пальцами, и в тот же миг Юн Гон, точно щенок, слегка подтолкнул его руку носом. Когда он обернулся, тот весело сморщил нос и улыбнулся. «Играет мастерски», — подумал Кю Хо, но, будто загипнотизированный, продолжал смотреть на его лицо.
— …Я никогда не был в долгих отношениях.
Похоже, защита дала сбой — слова, которые он не собирался произносить, вырвались сами.
— Обычно через несколько месяцев всё скатывалось в ссоры и заканчивалось расставанием. Ты, наверное, уже заметил, что характер у меня своеобразный. Так что с кем бы я ни встречался, долго мы друг друга не выдерживали.
Даже под приглушённый голос собеседника Юн Гон всё ещё улыбался той самой улыбкой. Кю Хо немного помедлил, потом повернулся и лёг лицом к нему. Когда они оказались друг напротив друга, Юн Гон наконец неторопливо ответил:
Это всё. В самом деле — всё. И всё же именно от этого почти бессмысленного звука, которым обычно закрывают неловкую паузу, у него вдруг сжалось сердце. После того как они, пользуясь провалом в памяти, даже успели обсудить расставание, подобные чувства выглядели слишком запоздалыми. Но остановить их он был не в силах.
— Это… это не значит, что я придираюсь на пустом месте. Просто… я не самый ласковый человек. …Иногда думаю, может, всё это время ты просто терпел меня, — сказал Кю Хо в оправдание.
Это похоже на попытку распахнуть тугую дверцу переполненного шкафа: то, что раньше едва проглядывало в узкой щели, теперь начинало медленно вываливаться наружу, стоило лишь приоткрыть дверь чуть шире. Странное чувство.
«Что за… разве стоит так напрягаться только потому, что я заговорил о своих недостатках?»
В обычном состоянии это показалось бы ему нелепицей. Если бы речь шла о ком-то постороннем — плевать, пусть думает что угодно или не думает вовсе. Но теперь ему становилось не по себе от того, что Со Юн Гон никак не реагировал. Иронично, ведь именно Кю Хо первым признался, что у него были только короткие отношения, тем самым поставив под сомнение теорию собеседника о «любви».
Юн Гон заговорил снова лишь спустя паузу.
Голос звучал мягко, но в нём чувствовалась непоколебимая уверенность. Кю Хо бросил на него хмурый взгляд.
— …А ты откуда знаешь? У тебя что, память вернулась?
Они долго смотрели друг другу в глаза. Когда прозвучал вопрос, Юн Гон слегка покачал головой и ответил: «Чуйка». Такой абсурд, что ухмылка сама собой появилась на лице. «Бред какой-то», — пробормотал Кю Хо. Юн Гон лишь пожал плечами и добавил:
— В любом случае, вот как я это вижу. Мы любили друг друга настолько, что терпели и твой странный характер, и мой, как ты выразился, дерьмовый. Кто знает, каким было наше первое впечатление, но раз мы так прикипели, значит, с самого начала что-то щёлкнуло. Ты говоришь, что не особо понимаешь, что такое любовь… Может, я первым влюбился в тебя, а потом, когда чувства стали взаимными, ты, уже имея опыт отношений с мужчинами, повёл нас дальше. Вот так всё и сложилось. Как тебе версия?
— Фигню городишь. Я же сказал, мы только этим и занимались. Просто секс-партнёры.
— И что, это проблема? Ну да, начали с тела. Типа разведка перед настоящими отношениями. С расчётом, что потом всё перерастёт во что-то большее… ну, в таком духе. Так тоже бывает.
Словно сцена из какого-нибудь любовного романа. Кю Хо фыркнул, но тут же задумался. Любовь, ради которой люди мирятся с характерами друг друга… Трудно поверить, что такое вообще возможно. И всё же он не мог игнорировать, как сердце то сжималось, то разжималось — бросая то в холод, то в жар — всякий раз, когда Со Юн Гон открывал рот. Немного помедлив, он буркнул:
— …Ну, допустим. Пусть будет так.
Если память вернётся — он узнает правду. Если нет — всё так и останется за завесой. В любом случае спорить с красивыми словами, которые приятно ложились на слух, не имело смысла.
Со Юн Гон улыбнулся так, словно по-своему услышал ответ, и нежно коснулся его щеки ладонью.
«Что за ветер налетел, что всего за несколько часов всё так изменилось?»
С этой мыслью Шин Кю Хо всё-таки обнял Со Юн Гона за талию, отвечая на ласку. От него исходил знакомый, приятный аромат, мягко заполнявший пространство между ними. Оглядываясь назад, Кю Хо сам не находил объяснения, почему всё вдруг перевернулось за столь короткое время. Его сердце было столь же непредсказуемым, как этот ветер.
— Эй, — тихо позвал он, — даже если всё было не так…
Любовь, говорит… Похоже, романтики в этом парне больше, чем ожидалось. С этой мыслью Кю Хо теснее прижался к Юн Гону. Тот, лёжа, потянулся к телефону, чтобы выключить свет. «М-м?» — рассеянно откликнулся он, и Кю Хо продолжил:
Сразу после его слов комната накрылась тьмой. Тишину прорезал тихий смешок. Кю Хо спрятал вспыхнувшее лицо в темноте и закрыл глаза. Почти сразу рука мягко легла ему на спину и притянула в объятия. Как же уютно.
В ту ночь ему приснился сон — будто он смотрит фильм. Сюжет был о том, как заносчивый секс-партнёр, с которым он познакомился в университете, постепенно превращается в возлюбленного. На протяжении всего сеанса фоном звучало непонятно откуда взявшееся «дорогой». Главную роль, разумеется, играл Со Юн Гон, а среди ключевых реквизитов отчего-то оказался огнетушитель. Казалось, фильм должен завершиться ночью, озарённой вспышками фейерверков, но вместо этого он перетёк в дораму и тянулся дальше, как плёнка, развёрнутая в космосе. Внутри сна он шагал по этой киноплёнке, словно по мосту из камней, осторожно ступая от кадра к кадру. До самых финальных титров.
Вот только сколько бы ни шёл, титры так и не начинались.
С первыми лучами солнца он открыл глаза и встретился с лицом только что проснувшегося любимого.
Кю Хо несколько раз моргнул, сон ещё держал его взгляд затуманенным. Чьи-то пальцы бережно перебирали пряди чёлки. Юн Гон улыбался. В его глазах мелькало что-то новое, незнакомое, чего не было вчера. Шин Кю Хо понял без слов: он тоже видел этот фильм.
Прежде чем он успел толком удивиться этому идеальному совпадению, Со Юн Гон уже прижался лбом к его лбу. Шин Кю Хо фыркнул, позволил улыбке вырваться наружу и тихо рассмеялся. Лишь спустя время он смог отметить: догадка оказалась верной разве что в одном — в любви.
— Ах… Ты ведь тоже согласился. И вообще, считаешь нормальным сейчас спорить о том, что произошло в той ситуации?
— Вот именно. Представь, как мне было больно, раз я всё-таки согласился, Кю Хо.
— Вау, ну и циркач. Слышь, напомню, что первым хотел вышвырнуть меня из дома именно ты, ага? У тебя вечно так: стоит хоть чуть-чуть подыграть — сразу начинаешь выёживаться…
Шин Кю Хо, ворча, откусил печенье и с хрустом принялся жевать, будто разъярённый зверёк. С надутыми щёчками он выглядел точь-в-точь как грызун.
— М-м-м. Ну и что. Всё равно я вне подозрений. Я-то с первого дня понял, что у нас всё по-настоящему.
Юн Гон сунул возлюбленному в рот ещё одно печенье и обнял крепче. Они сидели на кровати и неспешно болтали о том, что случилось за последние два дня. В отличие от той короткой полосы амнезии, теперь оба отчётливо помнили и то, что было раньше, и все мелкие ссоры последних двух суток. Будто кто-то наслал чары.
— Всё потому, что ты сам по себе довольно романтичный. Ну и раз уж мы встречались, догадаться, в чём дело, было несложно. Всё равно что пользоваться шпаргалкой.
После такого сухого ответа Шин Кю Хо возмущённо хлопнул себя по груди, будто был смертельно оскорблён. Юн Гон хмыкнул. Его возлюбленный уже несколько часов расплачивался за то, что, воспользовавшись провалом в памяти, поспешил предложить расстаться. Строго говоря, сам Юн Гон не блистал зрелостью и не имел права укорять, но именно в такие моменты он был бесстыден до мастерства.
К тому же, если уж по-честному, у Со Юн Гона было вполне себе моральное право на поблажку. Один день… точнее, полдня он держался колючим, а потом вдруг стал таким мягким, что сам себе казался смешным. Хотя он ничего не помнил, мало ему было ловить каждый каприз настроения Шин Кю Хо, так ещё и ни с того ни с сего начинал прижиматься, целовать… Даже по его меркам планка оказалась возмутительно низкой. Поссорились — и сразу в постель, ещё и обнимать начал. Нелепо до такой степени, что самому становилось стыдно.
— Всё равно обидно. Кю Хо, выходит, тебя инстинктивно ко мне совсем не тянуло?
Даже если голова ничего не помнит, тело всё равно реагирует. Если бы это сказал кто-то другой, он бы только усмехнулся, но раз это случилось с ним, внутри даже мелькнула тень гордости. Юн Гон разжал объятия, отпуская Кю Хо. Тот, с печеньем в руке, тяжело выдохнул:
— Слушай, если тебя инстинктивно тянет к тому, кого сам сходу называешь грязным и отвратительным, то это, блять, извращение…
— Это всего лишь защитный механизм, чтобы справиться с притяжением, дорогой.
— Вау… ну и ебанина… хватит, окей? И вообще, если уж на то пошло… я тоже с тобой спал! Потому что меня тянуло.
— Нет. Там было не по любви. Было что-то типа: «Чё-то на душе херово, может, займёмся сексом?» А потом ты, естественно, подумал: «Да этот ублюдок в постели просто охуеть как хорош». Вот тебе и телесная привязанность. Я не прав?
— Не-е… Я предложил это только потому, что мы изначально были секс-партнёрами, ну, вдруг прокатит. Я тоже, когда смотрел на тебя, чувствовал себя странно, понимаешь? Хотелось всё время лезть, прижаться, э-э, вот это вот всё. Но если бы я резко так начал себя вести, выглядело бы дико, вот и завернул в такое предложение. И потом, раз ты был хорош в постели, с чего мне думать, что ты плох? Меня что, загипнотизировали? Ты охуенно трахался, мне понравилось, вот я и подумал: может, у меня к тебе физическая привязанность… но только на секунду!
— Нет, я имею в виду… Ха. Это… То, что у нас были разные взгляды на отношения, не значит, что я чувствовал меньше. Это просто результат различий в ценностях, которые у нас были с самого начала. Вот о чём я. Ну? Доволен?
Юн Гон безапелляционно рухнул на кровать, снова и снова твердя о своей обиде. Шин Кю Хо хоть и уставился на него с выражением полного недоумения, всё равно то прикусывал нижнюю губу, то отпускал её. Видно, задело. Юн Гон, глядя снизу вверх, слегка улыбнулся. Как-то незаметно его рука вновь оказалась на талии партнёра.
— …Опять что-то хочешь от меня, да? — моментально бросил Шин Кю Хо.
«Какой проницательный», — усмехнулся про себя Юн Гон, лениво растянув губы в улыбке. С протяжным «кто знает…» его ладонь легко скользнула под свободную футболку Шин Кю Хо.
Поддев ткань кончиками пальцев, он приподнялся и чмокнул живот любимого. Шин Кю Хо тут же уставился на него с лицом «что ты опять выдумал?», но Юн Гон лишь расплылся в ухмылке.
— Ещё раз сделай то, что тогда.
Сказав это, Юн Гон, пародируя голос возлюбленного, негромко воскликнул: «Выгони меня, если сможешь!» Шин Кю Хо, похоже, тоже вспомнил тот эпизод — пробормотал «айщ…» и дёрнул коленями. Казалось, будто он пытался сбросить Юн Гона, прилипшего к его бёдрам, но движения выходили такими осторожными, что становилось очевидно: причинить боль он себе не позволит.
Наверное, Шин Кю Хо до сих пор не знает, насколько сильно Со Юн Гону нравится эта его сторона. Потому он не понимал, как Юн Гон, даже лишённый воспоминаний, смог так быстро обрести уверенность в чувствах. Но именно это всегда и было в нём самым очаровательным.
Юн Гон вцепился, как упрямый ребёнок. Шин Кю Хо, проворчав «не заводи эту тему», попытался отпихнуть его ногой, но тот поймал её и втянул тело под тонкое одеяло. Кю Хо забрыкался, но Юн Гон лишь крепче прижал его к себе и перекатился вместе с ним. Спина ощутила изголовье кровати, а кончики пальцев — тепло обнажённой кожи. В этой возне футболка на Кю Хо задралась, и Юн Гон смаковал каждое мгновение её касаний. Он снова поддразнил его стриптизом, и возлюбленный, буркнув ругательство, всё же сдался — скинул широкую футболку и домашние штаны. Юн Гон тихо рассмеялся. Было обычное летнее утро, залитое солнцем и зноем.