Советское языкознание 1920-1950-х гг.: основные достижения
Первая половина ХХ-го века во всём мире характеризуется огромным рывком вперёд во всех сферах. Это и военная наука (обогащённая опытом болотного ада Первой мировой), и науки точные, и науки гуманитарные. А уж про изменения в обществе и вовсе говорить бессмысленно – с масштабом культурного переворота интербеллума может соперничать только культурный переворот эпохи хиппи и рок-н-ролла. Колоссальные изменения затронули все сферы жизни во всех странах. За период меж двух великих войн весь мир шагнул вперёд дальше, чем за любой другой аналогичный по длительности период мировой истории.
А что касается Советской России, то к ней всё вышесказанное относится вдвойне. Во-первых, война империалистическая вылилась в две революции и в войну гражданскую, а после и вовсе в кардинальные изменения в жизни страны, каких она никогда ранее не испытывала. Почти десять лет нескончаемой бойни, которую прошла страна, неожиданно увидевшая, что всесильный самодержец может исчезнуть без следа, а затем как власть может прийти к людям, от народа не столь отдалённым, которые заявляют идеи весьма близкие этому народу – и всё это на фоне миллионов смертей. Теперь власть в общем заботится о просвещении (ликбезы, всеобщее образование), о рабочих, о крестьянах. Да и образованные кадры нужны власти, стремящейся стремительно модернизировать страну и наверстать отставание длиной в несколько веков за короткий срок.
Кто-то ушёл в эмиграцию, кто-то остался. В том числе остались люди с огромным опытом и знаниями, накопленными ещё до всех этих событий. И перед ними встал ряд задач огромной сложности. Эти задачи были как теоретические (дальнейшее развитие языкознания как науки), так и практические (развитие огромного количества языков, существовавших в стране). Советское языкознание резво взялось за выполнение этих задач. И именно предпринятые усилия стали причиной тех успехов, которых советское языкознание на своём пути достигло.
Языковое строительство
Начнём с языкового строительства. Перед революцией процент грамотного населения находился в районе 30. Причём эти 30% были сосредоточены в основном на западе огромной империи, в то время как гигантские регионы оставались неграмотными по сути повально, например Средняя Азия. Там существовала масса языков, которые были бесписьменными. При этом русского там тоже нередко не знали, что явно представляло проблему дальнейшего развития территорий. И для развития политики коренизации следовало этим регионам алфавит дать.
Здесь важно понимать, что языковое строительство велось не только с точки зрения создания письменности там, где её не было, но и с точки зрения переработки письменности там, где она уже была. В этом плане было важно уйти от арабской письменности у тюркских народов. И здесь на помощь пришла латинская графика. Её появление в контексте языкового строительства было обусловлено рядом причин, главная из которых – идеологическая. Считалось, что кириллическая письменность – это пережиток царских времён, вызывающая воспоминания о политике русификации, что она несёт в себе великорусский шовинизм, короче говоря, являлась следом угнетения. Аналогичным эффектом, как считалось, обладала арабская графика, только она за собой несла арабскую культуру. В то время как латиница представляла собой некий универсальный вариант, который позволял избежать недостатков других доступных вариантов.
Работа по латинизации пошла достаточно активно. Ярким примером стал Азербайджан. Там существовал арабизированный алфавит. Перед советскими учёными встала задача по переработке его в латинизированный алфавит, который должен был бы стать более удобным для дальнейшего обучения граждан. Для этого было принято решение создавать такой алфавит, в котором каждый употребляемый звук имел своё буквенное обозначение. От типичного для латиницы обозначения отдельных звуков сочетанием нескольких букв было решено отказаться. Кроме того, существовала ещё одна проблема – банально не хватало букв. Пришлось создавать новые путём добавления различных графических элементов – подстрочных петель, срединных поясков.
Новая азербайджанская письменность была принята азербайджанским правительством, и уже 21 июля 1922 года был создан Комитет по проведению нового тюркского алфавита. Новообразованному органу пришлось столкнуться с определённым сопротивлением со стороны противников реформы. Однако главная проблема – это отсутствие условий. Не было шрифтов, не было материальных средств для проведения реформы, не хватало людей. И тем не менее, работа пошла активными темпами. Согласно монографии М.И. Исаева «Языковое строительство в СССР» в 1927 году порядка 300 тыс. человек по всему Азербайджану было обучено грамоте на новой графике. А в 1928 году – к шестилетию Комитета азербайджанское правительство соответствующим декретом потребовало перехода всего делопроизводства, всей прессы и всего обучения на латинскую графику.
Схожие процессы происходили по всему Советскому союзу. Где-то они шли легче, где-то – тяжелее. Н.Ф. Яковлев, советский лингвист-кавказовед, отмечал, что новые алфавиты легче усваиваются там, где было до введения нового алфавита меньше грамотных. Однако в общем и в целом к концу 20-х были сформированы соответствующие органы, которые занимались универсализацией алфавитов. Это был уже второй шаг на пути установления и укрепления новой письменности. Этот шаг, который продолжался затем и в 30-х, позволил создать сводный алфавит тюркских языков, состоявший, в итоге, из 39 букв, хотя в каждом из отдельных алфавитов букв было меньше. Среди этих 39 букв были как неизменённые латинские символы, так и общие для разных языков символы, имеющие, однако, в разных языках разное значение. Впрочем, без проблем не обошлось. Существовали недостатки графического характера: зачастую, похожие знаки не соответствовали друг другу с точки зрения модификации издаваемого звука. Но главное, не везде была проведена столь мощная работа, как с тюркскими языками в Средней Азии, что вело к тому, что в некоторых языках письменность в силу объективных причин (малая численность носителей и т.д.) не закреплялась, в других были большие сложности с синхронизацией и универсализацией. Хватало даже «организационных» нюансов – орфография, терминология новых письменностей требовала постоянных доработок и уточнений. Всё это требовало постоянной работы огромного количества учёных, научных учреждений и даже СМИ. Так пленум Научного совета Всесоюзного центрального комитета нового алфавита 16-20 февраля 1933 года собрал представителей более 20 различных учреждений со всего Союза, имевших отношение как к работе с языком в целом, так и к вопросу коренизации в частности.
Однако языковое строительство не ограничивалось только латинизацией. Там, где уже так или иначе существовала кириллическая письменность, её реформировали. И если реформа русского языка готовилась ещё до революции, то вот малые языки, которые уже обладали кириллическим письмом, реформировались уже Советской Россией.
В целом же говоря о языковом строительстве нельзя не сказать, что оно, имея своей задачей исполнение не только практических, но и идеологических требований, стало в будущем своего рода фундаментом для сепаратизма в азиатских республиках. Но если абстрагироваться от этого момента, то нельзя не признать, что принесение новой письменности в большое количество языков – это огромное достижение советских учёных, которое никто у них отнять не сможет. А ведь среди участников языкового строительства гремел целый ряд хорошо известных имён – в частности Е.Д. Поливанов.
В следующей части поговорим о том, как развивалась теоретическая часть.
Подписывайся на телеграм-канал Cat_Cat, чтобы не пропустить интересные посты
НА КОРМ КОТИКАМ ---> 💰