Тартен: 2 глава 1 часть
Это исключительно фанатский перевод. Перевод взят на оффициальном источнике RIDIBOOK. В тексте могут быть ошибки, если вы их обнаружите сообщите автору канала через предложку. В этой новелле содержится жестокость, насилие, унижение, кровь и убийства. Это новелла Хардкор, людям с чувствительной психикой не советуется читать эту работу.
Переведено каналом https://t.me/Christ_In_Rich
Оригинал можно купить: https://ridibooks.com/bl/ebook
Там не было даже дверной таблички.
Впрочем, возможно, она и висела где-то на ограде. Однако эта ограда была слишком длинной, чтобы осматривать её всю в поисках таблички с именем.
— Я видел немало домов тех, кто считает себя важными персонами, да и дом Кайла отнюдь не назовешь скромным, но это...
Чон Тэи пробормотал это, глядя на стену, которая — если слегка преувеличить — казалась бесконечной.
Как он и сказал, благодаря своему гениальному брату, которого с самого детства часто приглашали в дома высокопоставленных чиновников, Тэи довелось повидать множество знаменитых особняков.
Однако поместье, стоявшее сейчас перед его глазами, было особенным даже среди них.
— И кто же живет в таком дворце?.. Ого. Даже здания не видно.
Словно деревенская женщина, впервые приехавшая посмотреть на Сеул, Тэи моргал от изумления перед оградой. Сквозь просветы огромных кованых ворот с тяжелыми железными прутьями где-то вдали виднелось здание, но он не мог понять, было ли это основное строение.
Тэи взглянул на записку в руке. Адрес, написанный каллиграфическим почермом Кайла, он успел выучить наизусть, пока перечитывал его несколько раз. Однако он всё еще не был уверен, совпадает ли адрес этого дома с тем, что в записке. Он хотел свериться с именем на табличке, но её-то как раз и не было видно.
Прямо рядом с железными воротами находилась небольшая будка охраны. Двое охранников в униформе, сидевших внутри, бросали на него подозрительные взгляды.
Впрочем, это было ожидаемо. Какой-то незнакомый азиат околачивается возле дома и внимательно высматривает что-то — должно быть, ту самую табличку — это явно выглядело подозрительно.
— Нет ничего надежнее, чем просто спросить.
Тэи убрал записку в карман и направился к ним. Стоило ему подойти ближе, как один из охранников встал и вышел из будки.
Столкнувшись с человеком лицом к лицу через железные прутья, Тэи почувствовал себя немного странно. Но, поразмыслив, он решил, что раз сам он находится снаружи, то и странностей никаких быть не должно. Если разобраться, разве не эти люди заперты внутри, за решеткой?
— По какому делу вы пришли? — спросил охранник вежливым, но сухим тоном. В его взгляде, а также во взглядах, доносившихся из глубины будки охраны, смешивались настороженность и любопытство.
— А... я пришел найти Кристину Тартен.
Выражение лица охранника стало странным.
В то время как он повторил имя, произнесенное Чон Тэи, на его лице отразилось полное недоумение. Он склонил голову набок и оглянулся на будку охраны. Сидевший внутри второй охранник тоже коротко качнул головой из стороны в сторону.
Этот жест, означавший, что они ничего об этом не знают и не слышали, привел в замешательство уже самого Чон Тэи. Хотя ему и не удалось проверить табличку на воротах, он был уверен на восемь-девять из десяти, что это именно тот дом. Кайл говорил, что дом настолько огромный, что стоит только оказаться в этом районе, как он тут же бросится в глаза. А в окрестностях это был единственный дом, который выделялся своими размерами. Если говорить точнее, он был неоспоримо, заметно велик.
— Такого человека здесь нет, — решительно произнес охранник, вернувшись после короткого обмена фразами с напарником в будке.
Чон Тэи какое-то время молча обменивался взглядами с охранником. Не было похоже, что тот лжет. Да и причин для этого у него не было. Тэи почесал затылок.
Всё как-то пошло наперекосяк с самого начала. Где и что именно перепуталось?
На всякий случай он спросил, нет ли поблизости другой семьи Тартен, но охранник лишь покачал головой с таким видом, будто услышал несусветную глупость.
— Вот же незадача... — пробормотал Чон Тэи со вздохом. Похоже, придется связаться с Кайлом.
Тартен. Это имя за последнее время он слышал не раз.
Когда он узнал, что фамилия человека по имени Кристина — Тартен, только тогда Чон Тэи понял, почему она была гостьей, которую нельзя было просто так выставить за дверь. Для человека из семьи, с которой поддерживались отношения более ста с лишним лет, это было вполне объяснимо.
Только теперь он наконец понял, как у такого человека, как Илай, вообще мог существовать друг детства.
Он пришел сюда, заранее приготовившись к тому, что встреча с этой непростой — судя по рассказам — личностью обернется суровыми испытаниями, но никак не ожидал, что всё пойдет наперекосяк еще до того, как он кого-либо встретит.
«Что ж, для начала свяжусь с Кайлом и уточню еще раз...»
Как раз в тот момент, когда Чон Тэи собрался отойти от ворот, к ним подъехал и остановился темно-синий легковой автомобиль, очевидно, прибывший в это поместье с визитом. Охранник, завидев машину и опознав человека за рулем, начал открывать ворота.
Пока ворота открывались, окно машины опустилось — видимо, находившихся внутри заинтересовал незнакомый азиат, одиноко стоящий неподалеку. Внутри сидели трое молодых людей, казавшихся сверстниками.
Юноша на пассажирском сиденье непринужденно заговорил с Чон Тэи, в его тоне слышалась легкая насмешка.
Судя по едва уловимому фамильному сходству, эти молодые люди были членами семьи или родственниками. Раз уж они приехали целой компанией, велика была вероятность, что они — кровная родня этого дома. Возможно, имя какой-нибудь дальней родственницы, которое было неизвестно охране, было знакомо им.
Чон Тэи ответил с надеждой, стараясь улыбнуться как можно дружелюбнее.
К сожалению, выражение лица юноши, повторившего: «Кристина?», — мало чем отличалось от того, что ранее продемонстрировал охранник. Чон Тэи внутренне горько причмокнул губами. Похоже, ему действительно придется связаться с Кайлом.
Однако как раз в тот момент, когда Чон Тэи собрался отступить на шаг, юноша на пассажирском сиденье, бормотавший имя «Кристина», внезапно еще сильнее застыл в лице.
Чон Тхэ Ин перестал отступать.
И не только этот юноша — остальные в машине вели себя так же. С некоторой задержкой во времени, но выражения их лиц менялись одно за другим, будто они вспомнили это имя.
Вот только... «бинго» — это хорошо, но почему у них такие лица...
Тэи мельком оценил атмосферу внутри машины. Их выражения не ограничивались просто удивлением или изумлением. Они начали свирепо оглядывать Чон Тэи с явной настороженностью и враждебностью. Он понял, что наступил на что-то не то, но не мог понять, на что именно, поэтому слегка наклонил голову. Атмосфера была такой, будто его вот-вот побьют всей толпой.
Даже тон мгновенно стал грубым.
— По просьбе знакомого, пришел забрать назад одолженную вещь.
Чон Тэи отвечал невозмутимо и спокойно, внимательно наблюдая за ними. В их устремленных на него взглядах откровенно расцветала враждебность.
Судя по всему, у этих молодых людей были крайне плохие отношения с Кристиной. Впрочем, с кем мог бы ладить человек, способный быть другом или коллегой Илаю? Если они не «одного поля ягоды», то это невозможно.
В этом плане было очевидно, что эти юноши — не из «той же породы». К счастью для них самих.
— Так вот, Кристина сейчас дома?
Когда Чон Тэи задал этот вопрос, после короткого молчания последовал грубый крик:
«Сначала выспрашивали всё подряд, а теперь заявляют, что такого человека нет — и что мне с этим делать?» — подумал он.
Однако прежде чем Тэи успел стереть с лица недоуменное выражение и сказать что-то в ответ, молодые люди сплюнули в окно, сверкнули глазами и снова засыпали его вопросами:
«...Как много у них, оказывается, вопросов о человеке, которого "не существует"», — Тэи цокнул языком и вздохнул.
Разговор с этими парнями явно не сулил ничего хорошего. Он решил, что лучше поскорее спровадить их и поискать другой способ.
Тэи отступил от машины и махнул рукой, показывая, чтобы они проезжали. Ворота уже были распахнуты настежь, и охранник изнутри с любопытством наблюдал за назревающей ссорой.
Охранник её не знал. Эти люди, несомненно, знали её, но когда он впервые произнес это имя, им потребовалось время, чтобы вспомнить. Кайл указал этот адрес как её домашний.
Чон Тэи, слегка склонив голову, начал собирать детали ситуации воедино. Однако стройного вывода никак не получалось, и пока он, нахмурившись, бормотал «м-да...», сзади снова раздался грубый крик.
Обернувшись, он увидел, что молодые люди и не думали заезжать внутрь. Более того, по их виду было понятно, что они не дадут ему спокойно собраться с мыслями.
«Вот же зараза. Что ж всё так не ладится с самого начала?»
— Эй! Я тебя спрашиваю, по чьему поручению ты пришел?! Не собираешься говорить нормально?!
В этих людях кипело столько обиды на Кристину, что они были готовы наброситься на Чон Тэи, едва услышав от него это имя. Один из них и вовсе вышел из машины, открыв заднюю дверь.
Тэи, который крайне не любил вступать в драку, находясь в невыгодном положении, в итоге позволил тому схватить себя за грудки.
Он уже слышал, что вернуть книги будет непросто, но не ожидал, что «процесс возврата» будет включать в себя подобные этапы еще до встречи с самой Кристиной.
— Зачем ты ищешь этого типа, а?! — грубо выкрикнул юноша, вцепившийся в воротник Тэи.
Видя, что охранник вдалеке медлит и в итоге не подходит, Тэи понял, что тот, судя по всему, намерен просто наблюдать до конца. Значит, из этой ситуации ему придется выбираться собственными силами.
«Если я один раз врежу ему и сбегу, велика вероятность, что позже возникнут проблемы», — размышлял Тэи, пока его трясли за шиворот.
Позади их машины, преграждавшей путь перед главными воротами, подъехал другой автомобиль. Черный седан бесшумно замер сзади, не издав ни единого гудка. Окно на заднем сиденье опустилось.
— Что здесь происходит, прямо перед воротами?
Как только раздался этот голос, молодые люди, окружавшие Чон Тэи, мгновенно затихли. А Тэи повернул голову в ту сторону, откуда донесся этот почему-то знакомый ему голос.
Тэи невольно пробормотал это себе под нос. Мужчину, который сидел на заднем сиденье седана и смотрел наружу, Тэи уже видел раньше.
Это был он. Тот самый человек, который на днях приходил к Кайлу — или, скорее, к Илаю. Мужчина с приятным лицом и спокойной улыбкой. Да, это был тот самый человек, который заказывал у Илая какую-то работу.
Но мужчина, не зная о сомнениях Чон Тэи, прищурился от любопытства и склонил голову, когда их взгляды встретились.
Стоило мужчине тихо спросить об этом, как юноша, до этого момента державший Чон Тэи за грудки, поспешно разжал руки. Затем он выкрикнул, словно оправдываясь за свое поведение:
— Это не гость! Это какой-то...
Смущенный тем, что показал себя с неприглядной стороны перед этим мужчиной, юноша начал заикаться и посыпал оправданиями. Чон Тэи молча отряхнул воротник и снова посмотрел на мужчину. Их взгляды встретились.
Мужчина внимательно осмотрел Чон Тэи и вежливо спросил:
Вместо ответа Чон Тэи некоторое время просто смотрел на него.
Охранник не знал этого имени, а те молодые люди проявили к нему враждебность. Тогда этот мужчина... вряд ли он станет размахивать кулаками без предупреждения.
Чон Тэи, глядя мужчине прямо в глаза, произнес это имя в третий раз. Мужчина ничего не ответил.
Он лишь пристально рассматривал Чон Тэи. С ног до головы, медленно. Не слишком нагло — ровно настолько, чтобы это не задело чувств. Наконец он медленно заговорил:
— Кристина Тартен. Вы вряд ли могли услышать это имя напрямую от него... Если это не будет грубостью, могу я спросить, по чьей рекомендации вы пришли?
— ...Я сегодня в Дрездене впервые.
Мужчина замолчал. Его взгляд, пытающийся оценить, что именно собирается сказать Чон Тэи, слегка сузился.
— Я не только не знаю, то ли это место, куда я пришел, но и никогда не встречал Кристину. Я не знаю, какое положение этот человек занимает здесь и какие отношения он строит с другими. Разумеется, я также не знаю, что мне следует говорить, а о чем стоит промолчать.
Похоже, мужчина понял смысл этих слов, за которыми скрывалось: «Я не могу ответить на ваш вопрос».
Некоторое время он смотрел на Чон Тэи, а затем кивнул.
— Понимаю. Я вас провожу. Добро пожаловать в Тартен.
Мужчина произнес это с приветливой улыбкой, от которой его глаза слегка сузились.
Казалось, этот человек, в отличие от тех юношей, не был в ссоре с Кристиной. Впрочем, даже Илай не враждовал абсолютно со всеми в UNHRDO.
Увидев, что мужчина указывает на место рядом с собой, Чон Тэи кивнул, обошел машину и живо запрыгнул внутрь. Один из молодых людей, наблюдавших за происходящим со стороны, скривился и выкрикнул:
— Рихард! Этот тип пришел к тому самому человеку!
Услышав этот крик, Чон Тэи перевел взгляд с юноши на мужчину.
Это имя промелькнуло в давнем разговоре между его дядей и Кайлом. О нем говорили как о ком-то весьма многообещающем.
Мужчина, не обращая внимания на взгляд Чон Тэи, спокойно ответил тому юноше. В его твердом голосе, не допускавшем возражений, Тэи почувствовал, что этому человеку присуща не только мягкость.
Сев рядом с мужчиной, Чон Тэи лучезарно улыбнулся разъяренным юношам и въехал в ворота.
«Теперь и я в положении запертого за железной решёткой», — подумал он, глядя в окно машины.
Это была обширная территория. Стоило проехать ещё немного, как вдали показался особняк.
Этот особняк тускло-белого цвета, имевший форму буквы «ㄷ», обладал такими масштабами, что от одного взгляда на него издалека становилось не по себе. За ним тянулись пологие холмы. Не слишком густой, но сочно-зелёный лес сиял красками, в которых гармонично сочетались рука человека и рука природы. В этом лесу, казавшемся довольно просторным, было бы приятно прогуляться или принять лесные ванны.
— В той стороне хорошо обустроены маршруты для верховой езды. А за ними лес смыкается с горным хребтом, поэтому, когда есть свободное время, мы выбираем день и отправляемся на охоту.
Мужчина, сидевший рядом, объяснил это, видимо, проследив за взглядом Чон Тэи.
— Кажется, что это одно здание, но на самом деле особняк состоит из трёх отдельных корпусов. Если стоять спиной к главному зданию, то справа — восточное крыло, а слева — западное.
Этот человек, который, даже не зная, кто такой Чон Тэи, мягко и подробно объяснял ему обстановку, при ближайшем рассмотрении всё так же производил приятное впечатление. Атмосфера вокруг него была кроткой и дружелюбной.
«...Кстати говоря, Илай ведь говорил об этом человеке. Что он — супер-извращенец». Чон Тэи, прищурившись, снова начал пристально изучать мужчину.
Этот человек, обладавший типажом статного* и надежного красавца даже при взгляде в упор, ни единой чертой не выдавал в себе «супер-извращенца».
[호남형 (Honam-hyeong): Устоявшееся выражение для описания типажа мужчины: рослый, с правильными, мужественными чертами лица, вызывающий доверие. «Типаж достойного мужчины».]
На Илае тоже не написано, что он сумасшедший, но стоит тому открыть рот, как это сразу становится заметно, а у этого мужчины даже его низкий и мягкий тон не вызывал подобного ощущения.
— Хотя люди, которые мастерски прикидываются нормальными, обычно как раз и бывают самыми страшными...
Но если так рассуждать, то придётся опасаться вообще каждого встречного в мире, а это — дело невыполнимое. Когда Чон Тэи невольно пробормотал это себе под нос, мужчина, услышав его слова, с недоумением обернулся. Тэи поспешно замахал руками, показывая, что это ничего не значит.
Машина, проехав некоторое время по ухоженной аллее, вскоре остановилась перед особняком.
Стоило увидеть его вблизи, как масштаб строения перестал поддаваться оценке, и на душе у Тэи стало как-то неспокойно.
Он первым вышел из машины и принялся осматривать фасад особняка, а тем временем к нему подошел мужчина. Издалека к ним направлялся человек, похожий на рассыльного или слугу, который стоял у главных дверей. Глядя на его суровое и застывшее лицо, Чон Тэи внезапно заскучал по Рите.
В любом случае, нужно поскорее найти книгу, вернуться — и делу конец.
Тэи посмотрел на мужчину, который подошел вплотную и молча сверху вниз разглядывал его. Затем он поблагодарил этого отзывчивого человека, который оказал огромную помощь в том, чтобы он смог без проблем попасть внутрь.
— Спасибо. Благодаря вам я доехал с комфортом. Скажите, а где я могу найти госпожу Кристину Тартен?
Мужчина молча и пристально вглядывался в лицо Чон Тэи, словно пытаясь раскопать в нем какую-то скрытую ложь. От этого взгляда Тэи стало не по себе, и он неловко почесал затылок; лишь тогда мужчина наконец заговорил:
— Если вы войдете в главное здание и сообщите дворецкому о своем визите, тому человеку передадут весть. Но если вы в близких отношениях, можете сразу отправиться в западное крыло.
Чон Тэи на мгновение задумался.
Сам он никогда в жизни не видел Кристину, так что по правилам ему следовало бы сначала пойти в главное здание и встретиться с дворецким. Однако Кайл говорил, что заранее свяжется с Кристиной. И, насколько можно было судить, Кайл с ней в довольно близких отношениях. Значит ли это, что правильнее будет сразу пойти в западное крыло и спросить её, сославшись на имя Кайла?
К тому же, весь этот процесс — идти в главное здание, торжественно разыскивать дворецкого, сообщать о визите и ждать, пока передадут весть — казался ему крайне хлопотным и нудным. Раз они уже связались, то прямой визит в западное крыло не должен был показаться грубостью.
— ...Я пойду в западное крыло. Вы ведь говорили, что то здание и есть западное крыло?
Чон Тэи указал на здание, соединенное с основным корпусом небольшим переходом в виде башни, и задал вопрос. Мужчина на мгновение замолчал, а затем кивнул.
Вскоре подошел рассыльный, стоявший у дверей главного здания, и принял у мужчины багаж. Тэи дождался, пока тот отдаст несколько коротких формальных распоряжений и снова повернется к нему.
Тэи уже собирался бодрым шагом направиться к западному крылу, но, почувствовав на себе его взгляд, остановился.
«Точно, нужно ведь напоследок еще раз вежливо попрощаться...»
Однако прежде чем Тэи успел открыть рот, мужчина спросил первым:
— Простите, а как имя того, кто нас посетил?
— А? Ах... И правда, я ведь тоже еще не представился. Вы родственник Кристины?
Хотя Тэи уже знал имя мужчины, тот еще не называл его официально. Тэи с улыбкой протянул ему руку. Мужчина на мгновение выглядел намеренно озадаченным, но всё же ответил на рукопожатие.
— Ах, вот как. Меня зовут Рихард Тартен. Я его* двоюродный брат.
[그의 사촌 (Geu-ui sachon): Очень важный момент. Рихард говорит: «Я его (geu) кузен». В корейском языке geu (그) — это местоимение мужского рода «он». Рихард прямо указывает на то, что Кристина — мужчина, но Тэи в своем заблуждении пока не фиксирует эту грамматическую деталь. Рихард, кстати, говорил о Крисе в мужском роде и ранее, но Тэй это игнорирует.]
«Понятно, двоюродный брат», — пробормотал про себя Тэи и склонил голову набок.
Как бы ни была устроена эта семья, если этот человек — тот самый, кого Кайл оценивал как крайне перспективного, то вряд ли он какой-то дальний родственник. И всё же, когда он спросил о ней, они поначалу не могли вспомнить это имя.
Тэи, мучимый смутным сомнением, уже собирался назвать свое имя, как вдруг...
Внезапно краем глаза он заметил нечто, несущееся в их сторону на пугающей скорости.
Поднимая густые облака пыли, белая лошадь скакала со стороны леса, примыкающего к западному крылу, прямо к главному зданию.
Этот безудержный галоп, казавшийся способным растоптать и раздавить всё на своём пути, был направлен точно в их сторону.
Хотя оставалось ещё достаточное расстояние, чтобы уклониться, Чон Тэи ошеломлённо уставился на коня. Как бы ни был велик этот дом, пространство перед главным зданием, где ездят машины и ходят люди, вряд ли могло быть трассой для верховой езды.
Рихард, стоявший перед Тэи, мельком взглянул в ту сторону и, не выказав ни капли удивления, отступил на несколько шагов. Только тогда Тэи последовал его примеру и тоже отошёл.
Конь — точнее говоря — мчался не прямо на них. Просто они оказались посреди пути, по которому он скакал. Словно собираясь пронестись мимо, не заботясь о том, уступят они дорогу или нет, конь приблизился, не сбавляя скорости, и тогда Тэи разглядел сидящего верхом человека.
Там был всадник, одетый в такой же белоснежный костюм для верховой езды, как и сам конь.
Увидев его, Рихард выкрикнул не слишком громким, но отчётливо слышным голосом:
— Кристоф. К тебе пришёл гость.
Чон Тэи обернулся к Рихарду, указывая на себя большим пальцем, безмолвно спрашивая: «Ко мне?». Рихард же продолжал смотреть на коня.
Конь, настигавший их, в следующее же мгновение резко вскинулся всем телом. Торможение почти без дистанции для замедления.
Это резкое снижение скорости, которое было бы непростым даже для закалённого наездника, произошло плавно, словно течение воды. Прямо перед глазами.
Всадник, продемонстрировавший искусство верховой езды*, способное восхитить даже Чон Тэи, у которого опыта в этом почти не было, замер прямо перед ними.
[마술 (馬術 — Masul): В корейском языке это слово означает «искусство верховой езды» (выездку, умение управлять лошадью). Звучит так же, как «магия» (魔術), что создаёт дополнительный акцент на невероятности трюка.]
Великолепная белая лошадь, которую редко где встретишь, спокойно сделала несколько шагов перед ними, словно и не неслась только что во весь опор. Если бы не тяжёлое дыхание, трудно было бы поверить, что она так бежала.
Пока Чон Тэи смотрел в чёрные глаза белого коня, который настороженно изучал незнакомца, сверху раздался безучастный голос:
Вместе с этим голосом всадник пару раз качнул поводьями в сторону. Конь слегка развернул корпус. Только тогда Чон Тэи смог увидеть человека, сидящего верхом.
Сияющий платиновый блонд. Глубокие синие глаза, в которых застыли меланхолия и скука. Высокое, стройное тело. Чон Тэи знал этого юношу — человека с настолько яркой внешностью, что, увидев однажды, забыть его было невозможно.
Он видел его буквально позавчера. В Берлине, примерно в двухстах километрах от Дрездена. В том безмолвном соборе, отрезанном от мира проливным дождем.
Юноша, кажется, тоже вспомнил Чон Тэи. В его скучающих глазах промелькнул странный блеск.
Юноша наклонился с лошади и принялся внимательно рассматривать Чон Тэи с головы до ног. Словно проверяя, не ошибся ли он.
— Вы говорили, что не встречались, но, похоже, вы уже знакомы, — произнес стоявший рядом Рихард.
Тэи перевел взгляд с юноши, который лишь скользнул глазами в сторону Рихарда, и неловко улыбнулся.
— Да, мы мельком пересеклись недавно... но Кристина Тартен — это, случайно, не...
Чон Тэи, из-за внезапного появления этого человека, на мгновение забыл о приличиях и указал на него пальцем.
Как только эти слова сорвались с губ Чон Тэи, выражение лица юноши резко изменилось. Безразличное и скучающее лицо вмиг стало холодным, как лед. Пугающая бесстрастность взирала на Чон Тэи сверху вниз.
В это мгновение Чон Тэи осознал свою ошибку. Хотя он и не понимал, в чём именно заключалась ошибка, он осознал, что совершил её.
Юноша смотрел на Чон Тэи с лицом, лишенным эмоций, словно призрак, и вдруг пробормотал, будто обращаясь к самому себе:
— Ах, вот оно как... да... точно. Так оно и было. Было. Понятно, значит, вот как. Так, значит...
Слушая это бормотание, которое невозможно было понять, сколько ни вдумывайся, Чон Тэи вновь вспомнил о странности этого юноши, которую он уже подметил в соборе.
— Пришёл за книгой? — внезапно бросил юноша.
— Это я её забрал. Сказали, что пришлют кого-то другого вместо себя, так это ты.
Чон Тэи ошеломлённо уставился на юношу перед собой. Все обстоятельства указывали на то, что этот юноша и был тем самым книжным вором по имени Кристина. Однако сам он явно не принадлежал к тому полу, которому соответствовало бы имя Кристина, к тому же здесь его называли Кристофом.
— ...? Ты? — с сомнением переспросил Чон Тэи.
С появлением столь неожиданного персонажа доверие к самой ситуации резко упало.
Действительно ли этот мужчина — тот, кого он ищет? Если вспомнить, что Кайл говорил о личности по имени Кристина, то это определенно...
Как раз в тот момент, когда Чон Тэи пытался восстановить в памяти детали, седан, стоявший у подножия лестницы главного входа, отъехал, а на его место тут же встал другой автомобиль. Это были те самые молодые люди, которых он видел у ворот.
Передав ключи от машины рассыльному и шумной толпой высыпав наружу, они с недоумением, но всё так же агрессивно направились к Чон Тэи, юноше и Рихарду, которые стояли друг напротив друга, словно в противостоянии.
— Видно, давно тебя тут не было, раз ты забыл, где находятся дорожки для верховой езды.
— Если совсем память отшибло, не стой тут и не мешайся, а катись в конюшню и там развлекайся.
Объектом их враждебности больше не был Чон Тэи. Они говорили это, глядя снизу вверх на юношу, который с прямой спиной неподвижно сидел в седле, и их слова были пропитаны сарказмом.
Рихард, молча наблюдавший за этой сценой рядом с Тэи, слегка нахмурился.
— Да ты посмотри! Стоило этому парню вернуться, как вся атмосфера пошла коту под хвост. С чего это он вообще сюда припёрся, когда он здесь больше никто.
Один из молодых людей вышел вперёд. Это был тот, кто сидел за рулём — судя по всему, старший среди них.
«Да уж, и здесь обстановка та ещё. Не к добру это всё, ох, не к добру», — подумал Тэи.
Чон Тэи «наблюдал за пожаром с другого берега реки», всей душой надеясь, что искры от этого костра до него не долетят. Было очевидно, что подобная манера цепляться друг к другу сформировалась у них далеко не за один день.
Один из парней, судя по виду — самый младший в этой компании, подошёл ближе и слегка пнул коня. Его взгляд на мгновение скользнул по Чон Тэи.
— Кстати, как он там тебя назвал? Кристина? Ха, ну да, мордашка у тебя смазливая, так что сойдёшь и за Кристину. Кристина...
Юноша, сидевший верхом и холодно взиравший на них сверху вниз, пристально посмотрел на этого парня и бросил:
— Это вы, похоже, подзабыли, кто я такой, раз меня давно не было.
Он закончил фразу будничным тоном, без капли гнева.
И в то же мгновение в воздухе раздался резкий, леденящий душу свист, рассекающий пространство.
Хлысть!! — следом донёсся сухой звук удара. Красные капли крови разлетелись по земле.
Всё произошло в одно мгновение.
Даже не вскрикнув, юноша, чья кожа была рассечена ударом хлыста, лишь растерянно ощупывал своё лицо, словно не понимая, что произошло. И прежде чем он успел прийти в себя, сухие звуки ударов прозвучали дважды подряд. На этот раз вырвался крик. Юноши, чья плоть была разодрана ещё до того, как они успели предпринять попытку контратаковать, вытаращили глаза, глядя на кровь, которая мгновенно хлынула по шеям, пропитывая их рубашки.
— Даже если пройдёт 10 или 20 лет, нельзя забывать то, что забывать не следует. Не прошло и десяти лет с тех пор, как я покинул этот дом, а вы уже такие... На что вам тогда ваши головы? Ну же, попробуй ещё раз назвать меня тем именем. Кем, ты сказал?
Юноша бормотал это совершенно спокойно, не повышая голоса. Его слегка медлительная манера речи казалась даже скучающей.
«Ох...» — Чон Тэи запоздало прикрыл рот рукой. Похоже, это имя было под строжайшим запретом.
«Кайл, вы должны были предупредить об этом заранее! У меня ведь тоже кусок кожи мог отлететь от этого хлыста!»
К счастью, юноша, судя по всему, не собирался наказывать Тэи, припоминая ему: «Кстати, ты ведь тоже меня так только что назвал?». Он легко спрыгнул с лошади и встал на землю. Его движения были привычными: он небрежно привязал хлыст к седлу.
В этот момент кто-то из молодых людей, кажется, попытался нанести ответный удар. Слово «кажется» здесь потому, что попытка была, но юноша без труда уклонился, и кулак противника лишь рассёк воздух.
— Бесполезной оказалась не только голова... Ну и ну.
Юноша разочарованно вздохнул. Спрятав руки в карманы, словно окончательно потеряв всякий интерес к драке, он безжалостно ударил парня по колену ногой в сапоге для верховой езды. Раздался жуткий звук. Глядя на то, как суставы человека на его глазах выворачиваются в причудливом направлении, Чон Тэи замолчал. Юноша же и бровью не повёвел.
Так и было. Кайл говорил. Об этом человеке Кайл говорил следующее...
Друг детства Илэя. Бывший коллега по временам мобильного отряда T&R.
Тот самый раз, когда они совсем недавно встретились в соборе. В то время этот юноша как раз заехал к Кайлу домой и возвращался с книгой.
В глазах у Тэи внезапно потемнело. Жизнь — это сплошной бег с препятствиями.
«Разделывать людей до полусмерти, не проявляя при этом ни грамма возбуждения… сразу видно, чей он друг», — подумал Чон Тэи.
Он стоял, совершенно опешив, и пришел в себя лишь тогда, когда снова раздался истошный крик.
Как бы то ни было, это семейные дела чужих людей, но Тэи почувствовал, что должен вмешаться и остановить это. Но почему, когда прямо перед главными дверями особняка разворачивается сцена форменной бойни, никто не выходит наружу?
В полном замешательстве Чон Тэи направился к ним, но тут же замер.
Рихард, подошедший со спины, перехватил руку юноши, который наносил удары один за другим так часто, что вклиниться было невозможно.
Юноша, чей локоть был крепко зажат, вздрогнул и застыл. Его глаза, до этого момента сохранявшие скучающее выражение, даже когда он избивал молодых людей, теперь полыхнули ледяным синим блеском.
Рычащий голос, с которым он обернулся к Рихарду, принадлежал хищнику, готовому в любой момент вцепиться в глотку противника.
Рихард послушно разжал руку. И, словно действительно имея дело с диким зверем, он отступил на пару шагов, демонстрируя пустые ладони.
Юноша яростно уставился на него и принялся нервно тереть предплечье, за которое его держали. Он тер его так неистово, словно хотел содрать кожу в этом месте, и в конце концов разразился ругательствами.
— Прежде чем останавливать меня, присмотри за своими цепными псами, Рихард. Иначе, как только эти тупицы снова выкинут какую-нибудь глупость в мой адрес, я их прикончу.
Рихард тихо ответил и кивнул. Юноша бросил на него яростный взгляд и резко развернулся. Направляясь размашистым шагом в сторону западного крыла, он, не оборачиваясь, крикнул Чон Тэи:
Чон Тэи, цокнув языком при виде окровавленных людей, лежащих на земле, молча двинулся следом. Проходя мимо Рихарда, он не забыл вежливо кивнуть ему на прощание.