Глава 79. Поместье Дин
Дин Сунъянь с улыбкой поинтересовался у Сюй Чанъаня:
— Как продвигаются твои занятия боевыми искусствами?
Сюй Чанъань, стоя в воротах, взволнованно ответил:
— Это «Сокровенное искусство Отсутствия Изъянов» намного превосходит то, чему меня прежде учил наставник. Все это время я заново, сверяясь с ним, проходил Закалку тела и Тренировку ци. Тело стало крепче, ци – обильнее, и я уже могу переходить к открытию врат.
Разговорившись, Сюй Чанъань немного расслабился и искренне вздохнул:
— Настоящая техника отличается от заурядной не на какую-то там малость! Брат Дин, техники секты Сяомин наверняка еще лучше. Какую ты выбрал основной?
— «Канон свечи, озаряющей долгую ночь», — Дин Сунъянь приветливо посмотрел на парня.
— Отчего же не «Книгу звезд Великого Предела»? — Сюй Чанъань был несколько озадачен. — Она же намного смертоноснее, а еще позволяет вовне тела развернуть звездное небо. О таком только мечтать можно.
Дин Сунъянь наконец перестал улыбаться и ответил со всей серьезностью:
— Демоница Цзи меня тогда чуть до смерти не напугала. Вот и решил выучить хоть что-то, способное подавить техники Пути Искоренения Мудрости.
Сюй Чанъань бросил на него короткий взгляд, но ничего не осмелился произнести вслух.
Дин Сунъянь даже пяткой мог догадаться, о чем сейчас думает этот парень:
«С силой и статусом демоницы Цзи, брат Дин, если только тебе не подвернется небывалая удача, в этой жизни ты ее ни за что не одолеешь...»
— А где моя «Легенда о Белой змее»? — Дин Сунъянь все понял, но не стал разоблачать друга и просто сменил тему.
Сюй Чанъань провел брата Дина в дом и достал из тайника ту самую «Легенду о Белой змее», собственноручно переписанную Цзи Ханьи. Возвращая вещь законному владельцу, он тихо спросил:
— Брат Дин, это... это ведь демоница Цзи своей рукой переписала? Я раньше видел, как она упражнялась в каллиграфии.
Уголки губ Дин Сунъяня чуть дрогнули, и он показал Сюй Чанъаню большой палец.
(Прим. ред.: В Китае эпохи Мин действительно существовал такой жест (竪大拇指) как знак похвалы и признания превосходства.)
«Все никак забыть ее не можешь, да? Раз уж зовешь меня братом Дином, так и быть: как выйду из учеников и разбогатею, свожу тебя пару раз в веселый дом попить цветочного вина. Но разве о демонице Цзи тебе грезить? Она тебе не по зубам».
Спрятав книгу, Дин Сунъянь осторожно спросил:
— За это время ничего не случилось?
— Нет, — Сюй Чанъань только теперь вспомнил, что нужно отчитаться. — Брат Дин, я все сделал, как ты велел: принял тот двор в переулке Драгоценной Тишины и распустил большинство слуг. Оставил только повара и чернорабочую – они муж и жена, еще двух слуг и привратника. Если у тебя нет семьи и ты не планируешь там часто жить, этого хватит.
Их ежемесячное жалованье вместе с едой обойдется в десять лянов серебра. Можешь не отдавать, я сам буду платить им. «Сокровенное искусство Отсутствия Изъянов» стоит куда дороже!
Дин Сунъянь не стал отнекиваться и лишь рассмеялся:
— Твоих денег и на три месяца не хватит. Тебе еще придется покупать целебные отвары для Закалки тела, Тренировки ци и Открытия врат. А если в будущем начнешь созидать врата, расходы будут еще больше.
Сюй Чанъаня мгновенно скис и пробормотал:
— Может, мне тогда и оставшуюся прислугу распустить? Я буду каждые три дня приходить убираться, да и готовлю я неплохо.
— Не торопись, — снова с улыбкой сказал Дин Сунъянь. — Отблагодарить меня можно не только серебром. Пойдем, покажешь мне этот двор.
Подул осенний ветер, и Сюй Чанъань вдруг поежился – ему показалось, что в словах брата Дина скрыт какой-то подвох. Заперев ворота, он посмотрел в другую сторону Застенного переулка:
— Брат Дин, тот двор, где вы жили раньше, уже сдали.
— Так быстро? — небрежно бросил Дин Сунъянь.
— Здесь хорошо, плата невысокая, так что место нарасхват. Говорят, его сняла семья, торгующая пампушками. Я в последнее время был занят тренировками, поэтому их не видел.
Он вывел Дин Сунъяня из Застенного переулка, и они направились в сторону переулка Драгоценной Тишины, расположенного ближе к южной части города. По пути Сюй Чанъань достал увесистый слиток серебра:
— Брат Дин, Общество сказителей заплатило за твою «Легенду о Белой змее» десять лянов. Из будущих доходов тебе еще три десятых отойдут, расчет раз в полгода. Это серебро я проверил, настоящее.
Дин Сунъянь взвесил слиток в руке и с усмешкой сказал:
— Надо было просить больше серебра сразу, а долю от прибыли сбросить до двух, а то и одной десятой. Хе-хе, в конце концов, какие там общие доходы – это будет говорить само Общество сказителей, верно? Даже если б у меня были силы проверять их счета, вряд ли бы я что-то нашел. Уж лучше сразу взять побольше, да в карман положить – оно и спокойнее.
В прошлой жизни, даже когда финансовая система была куда прозрачнее, он пару раз попадал на такие уловки. Что уж говорить об этом мире Великой Пустоши, напоминающем глубокую древность.
— Ты личный ученик главы Тао, они вряд ли посмеют тебя обмануть.
Сюй Чанъань, будучи опытным вором, тоже об этом думал. На своем веку он повидал дельцов, готовых ощипать и пролетающего мимо гуся. Однако он верил, что Общество сказителей не станет перегибать палку и предпочтет наладить добрые отношения из уважения к секте Сяомин и главе Тао.
— Разве ты не слышал таких выражений, как «ненасытная алчность» или «ослепленный выгодой разум»? Не слышал, что ради выгоды человек может продать даже ту веревку, на которой его же и повесят?
— Первое слышал. — Сюй Чанъань в общих чертах уловил и смысл второй фразы.
За непринужденной беседой они дошли до переулка Драгоценной Тишины.
Здесь было намного просторнее, чем в Застенном переулке. Здания по обеим сторонам улицы выглядели заметно богаче, а среди прохожих часто встречались люди в шелках и атласе, то и дело проезжали повозки и паланкины.
Тот самый двор, некогда принадлежавший поместью Чжэнь, находился в средней части переулка. Главные ворота смотрели на юго-восток. В первой части располагались парадный зал, кабинет для приема гостей, гостевые комнаты, стена-экран, а также обращенные на север комнаты для прислуги, сторожка и помещение для повозок.
Из первой во вторую часть двора можно было попасть через цветочные ворота рядом с парадным залом или по крытым галереям с обеих сторон. Там раскинулся просторный внутренний сад: росли деревья, стояли чаны с водой, в пруду плавали рыбки, и был вырыт колодец. В обычные дни это место отлично подходило для занятий боевыми искусствами и отдыха в тени.
Главный дом поражал размерами, по бокам к нему примыкали пристройки-«уши», одну из которых переоборудовали в отхожее место с водяным ковшом и унитазом. В восточной и западной пристройках было по три комнаты, и к ним также примыкали небольшие пристройки-уборные. Кухня находилась в юго-восточном углу, между первым и вторым дворами.
За главным домом располагался третий двор, куда вели боковые галереи. Здесь располагался небольшой сад – тихое и уединенное место с тремя главными комнатами, двумя пристройками по бокам, малой кухней, отхожим местом и прочим.
Завершив обход усадьбы вместе с Сюй Чанъанем, Дин Сунъянь мысленно прицокнул языком от восхищения:
«Такое поместье – и всего сотня с лишним лянов... А какая-то книжонка с "Сокровенным искусством Отсутствия Изъянов" тянет на десятки тысяч, если не больше... Хотя, с другой стороны, овладев этим искусством, купить подобное поместье – проще простого».
Вернувшись в парадный зал первого двора, Дин Сунъянь уселся на главное место и принял из рук Сюй Чанъаня документ на землю. На нем уже стояла красная печать управы – в народе такие бумаги назывались «красными купчими».
— Уездная управа не стала взимать налог на недвижимость. Сказали, что это награда, — пояснил Сюй Чанъань.
Затем он повернулся к слугам, уже ожидавшим в зале:
— Это прямой ученик секты Сяомин, молодой воин Дин. Этот двор принадлежит ему, а я лишь помогаю управлять делами.
Слуги растерянно переглянулись, не зная, как к новому хозяину обратиться: назвать «господином»? Но молодой воин Дин, похоже, еще не завершил обучение. Назвать «молодым господином»? Но родителей у него нет, он сам себе глава семьи.
— Называйте его вторым господином, — распорядился Сюй Чанъань.
Когда они почтительно поклонились, Дин Сунъянь оглядел двух слуг – одного высокого, другого низкого, но с виду довольно проворных, и коренастую чернорабочую, после чего слегка кивнул:
— Приберите главный дом и восточную пристройку. Скоро прибудут гости.
Затем он обратился к повару с двойным подбородком:
— Приготовь еды, за серебром обратишься к Сюй Далану.
Перебросившись еще парой слов с привратником и отослав его, Дин Сунъянь повернулся к Сюй Чанъаню с искренней улыбкой.
— Брат Дин, что-то еще? — у парня настороженно дернулось веко.
Дин Сунъянь поднялся. Заложив левую руку с мечом за спину, он сделал пару шагов вперед и улыбнулся:
— У меня для тебя есть одна невероятная возможность.
Он хотел было сказать «нежданная удача», но побоялся, что душа наставника Яня от злости восстанет из мертвых и закричит: «Это мои слова!»
— Возможность... — Сюй Чанъань инстинктивно замотал головой. — Не нужно, не нужно, брат Дин. Та книга, что ты мне дал, «Сокровенного искусства Отсутствия Изъянов» – это уже моя величайшая возможность.
— Я тут нашел в секте Сяомин одну технику. Она показалась мне занятной. Хочу, чтобы ты опробовал ее части, касающиеся Закалки тела и циркуляции ци. Сравним с «Сокровенным искусством». Если техника стоящая, в будущем слуги в моем поместье смогут изучить ее для самозащиты и охраны поместья.
— И это все? — с облегчением выдохнул Сюй Чанъань.
— У этой техники, похоже, безграничный потенциал, — Дин Сунъянь извлек из потайного кармана рукопись с Девятью техниками Первозданного Хаоса и Главой о прямом и обратном круговращении и протянул ее парню. — Пока что разучи только первую форму.
Сюй Чанъань открыл книгу и начал внимательно изучать первую форму Девяти техник Первозданного Хаоса – Первичное разделение Двух Начал.
Спустя некоторое время он отложил манускрипт на чайный столик и принял стойку прямо посреди залы.
Слегка расставив ноги, он прижал левую руку к груди, а правую вытянул вперед, начав плавно двигаться. Это была медленная часть Первичного разделения Двух Начал.
Вскоре лоб Сюй Чанъаня обильно покрылся испариной. На его лице отразилось удивление – он явно не ожидал, что этот метод Закалки тела окажется таким изматывающим.
Когда он, попеременно заглядывая в книгу, заучивая и повторяя движения, добрался до конца четвертой формы, силы покинули его полностью:
— Брат Дин, я больше не могу. Эти Девять техник Первозданного Хаоса выглядят просто, но на деле практиковать их невероятно сложно. Я занимался всего полстражи, но устал так, будто тренировался целых две.
— Но практиковать-то можно? — Дин Сунъяня больше заботило именно это.
Сюй Чанъань пошевелился, расслабляя гудящие мышцы:
«Раз можно – уже хорошо...» — Дин Сунъянь немного поразмыслил, попросил принести кисть и тушь, забрал книгу и сделал примечания в разделе Девяти техник Первозданного Хаоса:
«Новичку достаточно отрабатывать лишь одну форму в день – утром после пробуждения и после полудня, каждый раз по полстражи. По мере того как тело будет крепнуть, переходить на две формы в день.
Когда станет возможным выполнять по девять форм ежедневно, Закалка тела будет считаться завершенной.
При достижении трех форм в день должна зародиться ци, но нельзя забрасывать практику этой техники – нужно непременно дойти до девяти форм в день».
— Брат Дин... — Сюй Чанъань, стоявший позади, наблюдал, как тот самозабвенно выводит иероглифы. — Твой тон... ты пишешь так, словно ты уже Великий мастер, постигший вершину боевого пути.
— Привыкаю заранее, — шутливо ответил Дин Сунъянь.
Затем Сюй Чанъань уселся со скрещенными ногами и начал практиковать Главу о прямом и обратном круговращении.
Этим методом циркуляции ци он восхищался без умолку:
— Если не считать того, что один малый небесный круг здесь слишком сложен и занимает уйму времени, то, по-моему, эта техника куда сильнее моей. Я попрактиковался всего ничего, а результат – как за целый день тренировок по «Сокровенному искусству Отсутствия Изъянов»!
— Вот и хорошо, можешь практиковать больше, а завтра разучи оставшиеся пять форм Девяти техник Первозданного Хаоса. Если где-то что-то не будет получаться, обязательно скажи мне, — получивший подтверждение своим догадкам, Дин Сунъянь пребывал в прекрасном настроении.
— Пойдем, купим пару кувшинов вина.
— С чего вдруг пить вино? — удивленно спросил Сюй Чанъань. Ведь только что друг велел повару лишь приготовить еды.
— Я вступил в секту Сяомин, ты получил «Сокровенное искусство Отсутствия Изъянов». Нас обоих ждет светлое будущее! Как тут не напиться до беспамятства?
— Точно! — воодушевился Сюй Чанъань.
Они вдвоем вышли из поместья Дин и сделали буквально несколько шагов, как вдруг до их ушей донесся знакомый голос:
Дин Сунъянь обернулся и увидел, как из двора позади них выпрыгивает одноногий, трехглазый Цюй Чжунхэн.
Планировка традиционного китайского богатого дома – сыхэюань (四合院) с тремя внутренними дворами, с четырех сторон окруженных домами.
Подробнее на китайском здесь: https://cj.sina.com.cn/articles/view/6154232641/16ed2234100101bazw?froms=ggmp
