Единый Бог и Религия
Кто иной мог бы сотворить существа одушевленные, если не Бог единственный? Выходит, что Бог один. Это очень смешно, ты согласен, что мир всегда только один, Солнце одно, Луна одна, божественная деятельность одна, и ты хотел бы, чтобы Бог был не один?! (Менар: Не есть ли это один и тот же самый, действующий разными способами?)
Сам Бог учит нас в CH XI, что есть только один Бог. Это не означает, что герметизм является монотеистической традицией, но означает что источником всего сущего, а также иных сил и богов, является Бог.
Единый Бог свободен от всех ограничений, трансцендентен в самой своей имманентности и трансцендентен в самой своей трансцендентности, который все же остается имманентным. Это Он являет Себя нам, как в чувственной реальности, так и в нашем разуме.
В соответствии с тем, что Гермес сообщил нам в своих многочисленных стихах о единстве Бога, последователи Гермеса могут видеть условного Бога Герметизма как божественный источник всех других духовных и религиозных сообществ. Это так, несмотря на существующее разнообразие Его теофаний, их абсолютный или ограниченный характер, их трансцендентность или имманентность и разнообразие Его проявлений.
Бог проявляет Себя за пределами всех форм, в то же время проявляя Себя и в каждой форме, но уже отдельно, без союза/соединения. Для некоторых Он может проявлять Себя в форме божественного человека, или например в форме огня, или в форме света и тьмы, или в неисчислимом можестве других форм.
Он явил Себя каждому человеку, который поклоняется какой-то конкретной вещи — камню, дереву или животному — в форме этой вещи, ибо никто из тех, кто поклоняется конечной вещи, конечно же не поклоняется ей ради самой вещи. То, чему они поклоняются, есть проявление в этой форме атрибутов Единого Бога.
Эти особые формы или образы представляют не что иное как божественный аспект, который по праву соответствует представленному образу, но при этом за пределами этого разнообразия теофанических форм Тот, кому поклоняются все эти поклонники, есть Один. Их ошибка, если это действительно ошибка, состоит только в том, что они ограничивают себя ограниченным образом, придерживаясь исключительно одной или нескольких особых форм или образов.
Религия Разума
«Теперь я буду говорить вам как пророк: после нас не будет никого, кто имел бы ту простую любовь, которая есть природа философии. Она состоит в частом созерцании и благоговейном поклонении, посредством которых только и может быть познана божественность»
Описывая герметизм как «religion mentis» в своей книге «Египетский Гермес: исторический подход к позднеязыческому сознанию», Фоуден подчеркивает, что Путь Гермеса по сути своей является религией, сосредоточенной на разуме, знании и интеллектуальном взаимодействии с духовными и метафизическими истинами.
Это контрастирует с более внешними, ритуальными, культовыми или догматическими формами любой из религии, подчеркивая вместо этого именно внутреннее путешествие и ментальные аспекты духовности.
Аспект «religion mentis» в герметизме подчеркивает важность понимания истинной природы себя и его связи с Нусом, божественным разумом и космосом.
В отличие от многих традиционных религий, делающих упор на внешние ритуалы и общее демонстративное поклонение, герметизм фокусируется на внутреннем духовном опыте и личной трансформации. Речь идет о развитии прямого, опытного знания, называемого гнозисом, которое и трансформирует восприятие реальности человеком.
Различные Откровения
«Существует лишь один способ поклоняться Богу: не творить зла»
Бог Един, как и учил нас Гермес, но Он явил Себя последователям Гермеса через иное откровение, чем то, через которое Он явил Себя в Своем откровении христианам, иудеям, буддистам, индуистам, мусульманам или любым другим духовным или религиозным общинам, сектам или традициям, которые мир знает или знал.
Несмотря на это разнообразие, Тот, кто являет Себя, Един, не изменяясь, от вечности без начала до вечности без конца. Он явит Себя каждому существу, наделенному Разумом (nous) в соответствии с мерой их разума.
Последователь Гермеса может четко видеть, что все религии согласны с общей фундаментальной природой поклонения, присущей всем людям, даже это осознают немногие. Это согласие остается верным, пока преданность рассматривается в ее чистой форме, а не при рассмотрении каких-то конкретных способов ее практики.
В мире может не быть никого, независимо от того, идентифицируют ли они себя как «рационалиста», «натуралиста», «материалиста» или кого-то еще, кто был бы настоящим атеистом. Подлинный атеизм или полное неверие в любую форму высшей силы или духовной истины, возможно, практически и не существует на самом деле. Скорее, то, что может показаться атеизмом или неверием, часто может быть неверным толкованием или же относительной, а не абсолютной позицией.
Тот, кто не знает Бога и поэтому не верит в Него, возможно, не знает и не верит в конкретный образ или форму, обусловленные определенными верованиями, придерживающимися относительно Него. Точно так же, как тот, кто знает Бога и верит в Него, возможно, на деле поклоняется только образу или форме, обусловленным исключительно теми верованиями, которых он придерживается относительно Него. Соответственно, эти образы или формы могут открыть им Бога лишь в форме, ограниченной рамками их верований, но Единый Бог так или иначе находится за пределами всех возможных образов и форм.
«Мы благодарим тебя, верховный и высочайший бог, по чьей милости мы достигли света твоего знания; святое имя, которое должно быть почитаемо, единственное имя, которым наша исконная вера благословляет одного бога, мы благодарим тебя, который соизволил даровать всем отцовскую верность, почтение и любовь, вместе с любой силой, которая является куда слаще, когда дарует нам дар nous, logos и gnosis«.
Герметизм, как это заметно проиллюстрировано в благодарственной молитве Асклепия, воплощает духовную традицию, выходящую за рамки отдельных религий и предлагающую универсальную основу для понимания божественного.
Молитва признает «высшего и высочайшего бога» и подчеркивает, что именно через божественную благодать человечество может достичь света истинного знания. Этот центральный принцип герметизма — признание единого, всеобъемлющего Источника Всего — подчеркивает его несомненную совместимость с различными религиозными традициями.
Всеобщее присутствие и благосклонность
Латинская версия молитвы благодарения включает строку «одно имя, которым наша исконная вера благословляет одного бога», подчеркивая уважение и единство, являющиеся центральными элементами в герметическом мировоззрении. Она предполагает, что существует одно общее божественное имя, почитаемое прошлыми поколениями, указывающее на всеобщую взаимоблагожелательность.
Герметизм не ставит своей целью как-то заменить собой существующие религии, а напротив стремится обогатить их, подчеркивая то общее единство, являющееся их источником, среди всех существующих духовных путей.
Гермес призывает своих последователей смотреть дальше поверхностных различий между религиями, способных разделить нас и легко настроить друг против друга, сосредоточиться именно на общих основных принципах: стремлении к мудрости, практике благочестия, благодарности и сострадания, а также признании и почтении к высшим силам.
Различия могут быть лишь поверхностными, но в то же время это отнюдь не делает их незначительными или неважными. В качестве примера нередко используется метафора призмы: самим источником является чистый белый свет, но когда он проходит через призму, он «разбивается» на спектр самых разных цветов. Каждый из цветов — это и есть тот самый чистый свет, но в то же время это и не совсем так. «Цвета» — множественное число, а «свет» — единственное, разница заключается в этом.
Это можно назвать перенниализмом («Вечной Философией») что вполне может быть правдой, поскольку эта герметическая точка зрения позволяет ясно увидеть, что все религиозные традиции имеют единое метафизическое происхождение, из которого возникают все эзотерические и экзотерические знания и доктрины.
Перенниализм может стать в том числе и чем-то негативным. Например, он становится негативным, если кто-то думает, что призма (а не свет), как упомянуто выше, является некой чистой древней теологией, тогда уже она (призма, а не свет) становится Prisca theologia. Или когда кто-то думает, что лишь то, что универсально в религиозных традициях, является значимым, а то, что является для кого-то частным, всегда является незначительным. Несомненно важноым является и многообразие традиций, так же как в красивом и здоровом саду обычно растут много разных видов цветов, а не только один.
Подчеркнем, что описанная выше монистическая точка зрения на деле не является Prisca theologia («древней теологией»), поскольку сама эта доктрина утверждает, что существует древняя, единая, истинная теология, пронизывающая собой все религии и которая была дана людям самим Богом, что в глубине является негативной точкой зрения, поскольку она остается безразлична и местами неуважительна к другим традициям и их прекрасному разнообразию.
Герметизм воспитывает чувство духовной инклюзивности и взаимного уважения. Он побуждает людей осознавать их общий божественный источник, лежащий в основе всех религиозных переживаний и выражений.
Более того, акцент герметизма на внутреннем просветлении и личном духовном росте также резонирует с мистическими и эзотерическими традициями многих религий. Это внутреннее путешествие к пониманию божественной сущности или связи между собой, Космосом и Богом может дополнять и углублять духовные практики других верований.
Благодарность молитвы за «отцовскую доброту, привязанность, любовь и сладчайшую деятельность» подчеркивает заботливый и любящий аспект божественного, который является универсальной темой во многих религиозных традициях.
Эту отцовскую заботу можно интерпретировать как универсальное божественное руководство и поддержку, доступные абсолютно всем, независимо от религиозной принадлежности. Концентрируясь на этой общей божественной любви и заботе, герметизм поощряет гармоничный и инклюзивный подход к духовности и всем духовным и религиозным традициям независимо от первоначальной традиции.
