Мировая война УЖЕ идет. Нет, она закончится не скоро
Перевод новой статьи от Рэя Далио. Автор перевода: Грязин.
Начну с того, что пожелаю вам стойкости в это непростое время и сразу скажу: картина, которую я опишу дальше, - не та, которую мне хотелось бы видеть. Это та картина, которую я считаю реальной, исходя из своего опыта и тех индикаторов, на которые я опираюсь, чтобы объективно оценивать реальность.
Как глобальный макроинвестор с более чем 50-летним опытом, которому пришлось изучать факторы, влияющие на рынки за последние 500 лет, чтобы понимать, что нас ждет дальше, я вижу одну и ту же ошибку: большинство людей концентрируются на ярких, привлекающих внимание событиях - вроде текущей ситуации с Ираном - и упускают куда более важные, масштабные и долгосрочные процессы, которые на самом деле определяют происходящее и то, что будет дальше.
На сегодняшний день главное - это то, что конфликт между США, Израилем и Ираном является лишь частью мировой войны, в которой мы уже находимся, и которая не закончится в ближайшее время.
Безусловно, события вокруг Ормузского пролива (в первую очередь - кто будет контролировать проход через него и какие страны готовы платить за это кровью и ресурсами) будут иметь колоссальные последствия по всему миру. Важны и другие вопросы: сохранит ли Иран способность наносить удары по соседям с помощью ракет и потенциального ядерного оружия, сколько войск США направят и какие задачи они будут выполнять, как это скажется на ценах на топливо и как повлияет на предстоящие промежуточные выборы в США.
Все эти краткосрочные факторы значимы, но именно они отвлекают внимание от по-настоящему больших и важных процессов. Большинство людей мыслят короткими отрезками, поэтому сейчас и общество, и рынки исходят из того, что эта война будет недолгой и после завершения все вернется к «норме».
Практически никто не говорит о том, что мы находимся на ранней стадии мировой войны, которая не закончится в ближайшее время. Поскольку моя точка зрения отличается, я объясню ее далее.
Вот ключевые процессы, на которые, как мне кажется, стоит обратить внимание:
1. Мы уже находимся в мировой войне, которая не закончится в ближайшее время
Хотя это может звучать как преувеличение, факт остается фактом: мы живем в взаимосвязанном мире, где одновременно идут несколько «горячих» войн (например, конфликт Россия–Украина–Европа–США; Израиль–Газа–Ливан–Сирия; Йемен–Судан–Саудовская Аравия–ОАЭ с участием Кувейта, Египта, Иордании и других стран; а также противостояние США–Израиль–страны Персидского залива–Иран).
Большинство этих конфликтов так или иначе вовлекают ядерные державы. Кроме того, параллельно идут не менее значимые «холодные» войны - торговые, экономические, финансовые, технологические и геополитические - в которых участвует почти весь мир.
В совокупности все эти конфликты формируют классическую картину мировой войны, очень похожую на предыдущие. Исторически «мировые войны» не начинались с четкой даты или официального объявления - это были цепочки взаимосвязанных конфликтов, в которые страны постепенно втягивались. Эти войны складывались в единую систему, влияя друг на друга - ровно так же, как это происходит сейчас.
Я подробно описал эту динамику в главе 6 - «Большой цикл внешнего порядка и беспорядка» - в своей книге Principles for Dealing with the Changing World Order, опубликованной около пяти лет назад (прим. - перевод можете почитать тут). В ней разобрана логика происходящего сейчас и возможные сценарии дальнейшего развития.
2. Крайне важно понимать, как формируются блоки и какие между ними отношения
Достаточно просто увидеть, как выстраиваются стороны, если смотреть на такие индикаторы, как международные договоры и формальные союзы, голосования в ООН, заявления лидеров и реальные действия стран.
Например, видно, как Китай выстраивает связи с Россией, а Россия - с Ираном, Северной Кореей и Кубой. Этот блок в значительной степени противостоит США, Украине (связанной с большинством европейских стран), Израилю, странам Персидского залива, Японии и Австралии.
Эти союзы имеют огромное значение для понимания того, как будут развиваться события, поэтому их необходимо учитывать при анализе текущей ситуации и прогнозировании будущего. Например, это отражается в позициях Китая и России в ООН по вопросу Ормузского пролива и роли Ирана.
Еще пример: часто утверждается, что Китай сильно пострадает от возможного перекрытия Ормузского пролива. Однако это не совсем так. Благодаря взаимной поддержке с Ираном, Китай, скорее всего, сможет продолжать получать нефть от него, а отношения с Россией обеспечат поставки российской нефти. Кроме того, у Китая есть собственные энергетические ресурсы (уголь, солнечная энергия) и значительные запасы нефти - примерно на 90–120 дней.
Важно и то, что Китай потребляет 80–90% иранской нефти, что дополнительно усиливает их взаимозависимость.
В совокупности это приводит к выводу, что Китай и Россия могут оказаться относительными экономическими и геополитическими выгодоприобретателями в этом конфликте. США же находятся в выгодной позиции с точки зрения энергетики, поскольку являются экспортером энергоресурсов.
Существует множество способов оценивать подобные союзы - от анализа голосований в ООН до изучения экономических связей и ключевых международных соглашений. Все эти данные в целом подтверждают описанную картину.
3. Изучение аналогичных исторических кейсов и их сопоставление с текущими событиями - редкая, но крайне ценная практика
Лично для меня это было и остается чрезвычайно полезным, и, возможно, будет полезно и вам.
Например, анализ исторических аналогий и простая логика показывают: то, как США (доминирующая сила мирового порядка после 1945 года) проявят себя в конфликте с Ираном (средней державой), сколько ресурсов - денег и военной техники - они потратят и истощат, а также насколько эффективно смогут защитить (или не защитить) своих союзников, будет внимательно отслеживаться другими странами и окажет огромное влияние на трансформацию мирового порядка.
Ключевой момент: исход конфликта США–Израиль–(теперь и) страны Персидского залива против Ирана существенно повлияет на поведение других государств - прежде всего в Азии и Европе - а значит, и на дальнейшее устройство мира.
Причем эти изменения будут происходить по хорошо знакомым историческим сценариям. Например, изучая историю, легко увидеть, как формируются «перерастянутые» империи, определить признаки их перегрузки и понять, как именно они начинают деградировать.
Если посмотреть на текущую ситуацию, логично обратить внимание на США: сегодня у них около 750–800 военных баз в 70–80 странах (для сравнения, у Китая - всего одна), а также огромное количество обязательств, создающих дорогостоящие и уязвимые точки по всему миру.
Очевидно и то, что перерастянутые державы не могут эффективно вести войны сразу на нескольких фронтах. Это неизбежно ставит под сомнение способность США вести еще один крупный конфликт - например, в Азии или Европе.
Отсюда возникает логичный вопрос: какие последствия будет иметь текущий конфликт с Ираном не только для Ближнего Востока, но и для Азии и Европы? Не удивительно, если в Азии возникнут ситуации, которые проверят готовность США отвечать на вызовы.
И здесь у США есть проблема: их ресурсы уже сильно задействованы на Ближнем Востоке, а внутри страны нет достаточной общественной поддержки для войны с Ираном, особенно на фоне приближающихся промежуточных выборов. Это делает участие в еще одном конфликте крайне маловероятным.
Такая динамика может привести к тому, что другие страны, наблюдая за действиями США в конфликте с Ираном, начнут пересматривать свои стратегии и поведение - а это, в свою очередь, будет менять мировой порядок.
Например, лидеры стран, на территории которых размещены американские военные базы и которые рассчитывают на защиту США, могут сделать выводы из того, как США действуют (или не действуют) в отношении своих союзников на Ближнем Востоке.
Точно так же страны, находящиеся рядом со стратегически важными проливами или имеющие американские базы в потенциальных зонах конфликта (например, в Азии, где возможен конфликт США и Китая), будут внимательно наблюдать и извлекать уроки из происходящего вокруг Ирана.
И это не гипотеза - именно так сейчас и думают мировые лидеры. Более того, подобные процессы уже многократно происходили в истории на аналогичных этапах «Большого цикла».
Эти расчеты - часть классической последовательности событий, ведущей к крупным войнам, которая уже неоднократно реализовывалась и, по всей видимости, реализуется сейчас.
Если смотреть на текущие события через призму этого исторического цикла мирового порядка и конфликтов, то, на мой взгляд, мы уже дошли до девятого этапа. Узнаете картину?
Вот эта классическая последовательность шагов:
1. Экономическая и военная мощь доминирующей державы (или держав) снижается относительно растущих сил, в результате чего они становятся сопоставимыми и начинают вступать в экономические и военные конфликты из-за своих разногласий.
2. Экономические войны резко усиливаются - в форме санкций и торговых ограничений.
3. Формируются экономические, военные и идеологические союзы.
4. Увеличивается количество прокси-войн.
5. Растет финансовое давление: увеличиваются дефициты и долги, особенно у ведущих держав, которые уже перегружены обязательствами.
6. Ключевые отрасли и цепочки поставок все больше переходят под контроль государств.
7. Торговые «узкие места» (стратегические маршруты и точки) начинают использоваться как оружие.
8. Активно разрабатываются новые мощные военные технологии.
9. Конфликты начинают одновременно происходить в нескольких регионах.
10. Внутри стран усиливается требование лояльности к власти, а несогласие с войной и политикой подавляется - как говорил Авраам Линкольн, цитируя Библию: «Дом, разделенный в себе, не устоит», особенно во время войны.
11. Начинаются прямые военные столкновения между крупными державами.
12. Для финансирования войн резко увеличиваются налоги, государственные заимствования, эмиссия денег, вводятся валютные и капитальные ограничения, усиливается финансовое подавление. В отдельных случаях рынки могут даже закрываться.
13. В итоге одна сторона одерживает победу и устанавливает новый мировой порядок, который формируется победителем.
У меня есть множество индикаторов, указывающих на то, что мы находимся на этапе «Большого цикла», когда разрушается монетарный порядок, некоторые внутренние политические системы и сам мировой геополитический порядок.
Эти индикаторы говорят о том, что мы переходим от стадии предконфликтного напряжения к стадии открытых столкновений - примерно так же, как это происходило в периоды 1913–1914 и 1938–1939 годов. При этом важно понимать: эти индикаторы не дают точной картины и не позволяют определить точные сроки.
Они лишь задают общее направление.
История показывает, что у войн, как правило, нет четкой даты начала (за исключением редких случаев вроде убийства эрцгерцога Фердинанда, вторжения Германии в Польшу или атаки на Перл-Харбор). Экономические, финансовые и военные конфликты обычно начинаются задолго до официальных объявлений войны.
Крупным войнам, как правило, предшествуют характерные признаки:
- истощение военных запасов и ресурсов;
- рост бюджетов, долгов, денежной эмиссии и введение контроля за капиталом;
- наблюдение конкурирующих стран за воюющими государствами с целью выявить их сильные и слабые стороны;
- перегруженность ведущей державы, вынужденной одновременно решать задачи на нескольких удаленных друг от друга фронтах.
Все эти факторы имеют значение, и мои оценки показывают, что текущая ситуация вызывает серьезные основания для беспокойства.
Классическая логика этого этапа цикла такова, что конфликты со временем усиливаются, а не затухают. Поэтому дальнейшее развитие событий во многом будет зависеть от того, как будет развиваться конфликт между США и Ираном.
Например, уже сейчас в ряде стран снижается уверенность в том, что США действительно будут их защищать. В сочетании с пониманием того, что ядерное оружие является не только наступательным, но и мощным инструментом сдерживания, это приводит к тому, что все больше политических лидеров начинают обсуждать необходимость получения собственного ядерного арсенала и наращивания запасов вооружений - особенно ракет и систем противоракетной обороны.
Хочу еще раз подчеркнуть: я не утверждаю, что события обязательно дойдут до полномасштабной мировой войны. Я не знаю, как все сложится, и по-прежнему надеюсь на мир, построенный на взаимовыгодных отношениях, а не на сценарии, где все проигрывают.
Со своей стороны я стараюсь, пусть и в небольшом масштабе, этому способствовать. Например, на протяжении 42 лет у меня были отличные отношения как с китайскими, так и с американскими высокопоставленными политиками (а также с людьми вне власти). В прошлом и особенно сейчас, в период высокой напряженности, я пытался поддерживать формат win-win взаимодействия так, чтобы это воспринималось позитивно обеими сторонами.
Я делаю это потому, что испытываю симпатию к людям по обе стороны и потому что взаимовыгодные отношения всегда лучше, чем те, где все проигрывают - хотя в последнее время это становится сложнее, поскольку все чаще звучит логика: «друг моего врага - мой враг».
На этой стадии «Большого цикла», прямо перед крупными войнами, такие факторы, как невозможность разрешить принципиальные противоречия через компромиссы, обычно толкают систему от одной стадии к следующей - вплоть до насильственного разрешения конфликта. Поэтому важно понимать, как устроен этот цикл, и внимательно следить за происходящим.
Предлагая свою модель для сопоставления с реальными событиями, я надеюсь помочь вам увидеть то, что вижу я, и уже на основе этого самостоятельно решить, какие выводы делать и как действовать.
В этом контексте важно осознать: мировой порядок уже изменился. Мы ушли от многосторонней системы, основанной на правилах и поддерживаемой доминирующей ролью США и их союзников (например, стран G7), к миру, где действует принцип «прав тот, у кого больше силы», и где нет единого центра, обеспечивающего порядок. А значит, можно ожидать дальнейшего роста конфликтов.
Любой, кто изучал историю, увидит, что нынешний мировой порядок гораздо больше напоминает тот, который существовал на протяжении большей части истории до 1945 года, чем привычную нам систему послевоенного периода — со всеми вытекающими последствиями.
4. Как показывает история, главный фактор победы - не сила, а способность дольше выдерживать боль
История ясно показывает: решающим фактором победы является не то, кто сильнее, а то, кто способен дольше переносить потери и давление.
Это напрямую относится и к конфликту между США и Ираном. При этом президент уверяет американское общество, что война закончится за пару недель, цены на топливо снизятся, и все вернется к привычной благополучной норме.
Однако существует множество показателей, позволяющих оценить, насколько страна способна выдерживать длительное напряжение. В демократических странах это, например, уровень общественной поддержки (опросы), а в авторитарных - способность власти удерживать контроль независимо от общественного мнения.
Важно понимать: победа в войне наступает не тогда, когда противник ослаблен, а когда он сдается. Полностью уничтожить врага невозможно - можно лишь заставить его прекратить сопротивление.
Когда Китай вступил в Корейскую войну против США, несмотря на огромный разрыв в силе (США обладали ядерным оружием), Мао, как считается, сказал: «Они не могут убить нас всех». Смысл в том, что победа невозможна, пока есть те, кто готов продолжать борьбу.
Уроки Вьетнама, Ирака и Афганистана это подтверждают: победа - это не уничтожение противника, а ситуация, в которой победившая сторона может выйти из конфликта, не опасаясь дальнейшей угрозы.
И хотя США остаются самой мощной страной в мире, они одновременно являются и наиболее перегруженной великой державой - а значит, хуже других приспособлены к длительному выдерживанию давления.
5. Все это происходит в рамках классической логики «Большого цикла»
Под «классическим Большим циклом» я имею в виду, что происходящее определяется пятью ключевыми силами:
1. денежные и долговые циклы, ведущие к смене монетарного порядка;
2. разрушение политических и социальных систем из-за сильного неравенства в доходах и ценностях;
3. распад регионального и глобального порядка по тем же причинам;
4. быстрые технологические прорывы, которые используются как в мирных, так и в военных целях, а также связанные с ними финансовые пузыри, заканчивающиеся кризисами;
5. природные факторы - засухи, наводнения, пандемии.
6. Наличие качественных индикаторов и умение им следовать - бесценно
Многие из индикаторов, которые я использую для отслеживания происходящих событий, подробно описаны в книге Principles for Dealing with the Changing World Order. Особенно рекомендую главу 6 - «Большой цикл внешнего порядка и беспорядка» (прим. читайте перевод тут).
А если вас интересуют инвестиционные процессы, которые обычно происходят во время войн и кажутся немыслимыми в мирное время, обратите внимание на главу 7 - «Инвестирование в контексте Большого цикла».
Недавно я выложил эти главы в открытый доступ, и их можно найти онлайн.
Это и есть моя текущая картина происходящего в широком масштабе. Поскольку я использую ее для принятия инвестиционных решений и в других сферах жизни, далее я перейду именно к этим практическим аспектам.
Ниже приведены два приложения: в них собрана информация о ключевых союзах между странами, а также краткие обзоры существующих и потенциальных крупных конфликтов.
Приложение 1: Ключевые международные договоры
Ниже представлены, на мой взгляд, наиболее важные договоры, оценка силы обязательств по каждому из них (по шкале от 1 до 5), а также краткое описание.
В целом другие показатели союзов - такие как заявления лидеров и реальные действия стран - соответствуют этим договоренностям. Однако становится все более очевидно, что любые договоры, особенно с участием США, могут изменяться, и в конечном итоге реальные действия оказываются важнее формальных соглашений.
2. Ключевые договоры Китай–Россия–Иран–Северная Корея
Приложение 2: Существующие и потенциальные войны
Ниже приведены, на мой взгляд, основные текущие и возможные конфликты, краткое описание их ситуации и моя оценка вероятности военной эскалации или начала войны в ближайшие пять лет.
Это уже полномасштабная война, которая, судя по всему, усиливается, при этом все стороны постепенно истощают свои ресурсы.
На что стоит обращать внимание:
a) кто в итоге будет контролировать Ормузский пролив, ядерные материалы Ирана и его ракетные системы;
b) готовность сторон тратить ресурсы и нести потери ради победы;
c) удовлетворенность стран своими союзами;
d) возможное вмешательство союзников Ирана (например, Северной Кореи) или поставки вооружений с их стороны, а также вероятность возникновения параллельного конфликта в Азии, который поставит США перед выбором - выполнять обязательства или нет;
e) восстановление безопасности в регионе Персидского залива.
2. Прямой конфликт Украина–НАТО–Россия
Это уже активная война с участием крупнейших военных держав (за исключением Китая), и она остается крайне рискованной, хотя за три года не вышла за пределы Украины - что пока предотвращает более масштабный конфликт.
На текущий момент Россия ведет боевые действия против Украины, НАТО поставляет Украине вооружение, неся значительные финансовые издержки, а в Европе растут военные бюджеты и подготовка к возможному конфликту с Россией.
Сдерживающими факторами остаются отсутствие прямого участия войск НАТО и взаимный страх перед ядерной эскалацией.
Сигналы ухудшения ситуации: удар России по территории НАТО, атаки на линии снабжения, прямое вмешательство НАТО или случайное столкновение между Россией и одной из стран альянса.
Я считаю, что вероятность расширения конфликта за пределы Украины составляет около 30–40% в ближайшие пять лет.
3. Тайвань → возможная война США и Китая
США и Китай уже находятся в состоянии идеологического, технологического, торгового, экономического и геополитического противостояния, но пока не перешли к прямому военному конфликту.
Тем не менее, Тайвань остается ключевой точкой напряжения - для Китая это вопрос суверенитета, не подлежащий компромиссу.
Все стороны активно готовятся к потенциальной войне: наращивают расходы и разрабатывают военные технологии. Китай уже создал тысячи гиперзвуковых, крылатых и баллистических ракет, а также миллионы дронов.
Американская инфраструктура в зоне так называемой «первой островной цепи» (от Японии через Тайвань и север Филиппин до Борнео) остается крайне уязвимой.
На что стоит обращать внимание: изменение уровня поддержки США независимости Тайваня, возможная блокада со стороны Китая, прямые военные столкновения (случайные или намеренные), а также более скрытые формы давления.
Наиболее вероятный сценарий - действия, которые могут быть настолько постепенными и непрямыми, что их будет сложно сразу распознать. (Если не понимаете, о чем речь - почитайте «Искусство войны».)
Я оцениваю вероятность военного конфликта между США и Китаем по этому вопросу в 30–40%, с пиком риска около 2028 года.
4. Конфликт с участием Северной Кореи
Северная Корея – агрессивная ядерная держава, демонстрирующая готовность участвовать в конфликтах на стороне своих союзников против США.
Она уже обладает ракетами, способными нести ядерные боеголовки и достигать территории США, хотя пока их надежность ограничена. В ближайшие пять лет эти технологии, вероятно, значительно улучшатся.
Северная Корея тесно связана с Китаем и Россией и может выступать их прокси. При этом она активно демонстрирует свои военные возможности, но не склонна продавать такие технологии другим странам.
Вероятность военного конфликта с ее участием в ближайшие пять лет я оцениваю в 40–50%.
5. Южно-Китайское море: столкновение Филиппины–Китай–США
Между США и Филиппинами действует договор, схожий по логике с НАТО, и уже происходят столкновения с участием китайской береговой охраны.
Достаточно малейшего инцидента - столкновения кораблей, атаки на филиппинское судно, блокады или ракетного инцидента - чтобы США оказались обязаны вмешаться.
Однако крайне сомнительно, что американское общество поддержит такое вмешательство, что поставит руководство США перед сложным и показателем выбора.
Я оцениваю вероятность такого конфликта в ближайшие пять лет примерно в 30%.
Если смотреть на все эти сценарии в совокупности, вероятность того, что хотя бы один из них реализуется в течение ближайших пяти лет, на мой взгляд, превышает 50%.
Перевод: Грязный Базар