Поздняя осень — Глава 87: Тяжелая битва
Чи Ван выдернул перышко дразнилки для кошки.
Чи Ван выдернул еще одно перышко.
Через две минуты Чи Ван отложил третью кошачью дразнилку, которая явно шла на выброс, и собирался потянуться за четвертой. Шуэсяохо, терпевшая долгое время, наконец, не выдержала: вытянула лапы и с размаху ударила Чи Ваня по ногам, по белой коже тут же побежали струйки крови.
Чи Ван прикрыл лодыжку и склонился перед мяукающей Шуэсяохо, признавая свою неправоту.
— Ваше Высочество, пощадите. Этот подданный купит вам сто новых, еще лучше, вам хватит их до 22 века.
Шуэсяохо мяукнула и потерлась хвостом о штанину, демонстрируя, что простила прислугу №1 за неуважительное поведение, затем вышла из комнаты, чтобы найти прислугу №2 Сюй У.
Чи Ван вздохнул с облегчением. Опьяненный любовью, он осмелился оскорбить Его Высочество Мяу. К счастью, Его Высочество было существом широких взглядов и простило ему грубость.
Он уже собирался взять следующую дразнилку, когда Дамэйню, молча лежавший на боку, внезапно встал и положил свою тяжеленную голову на его колени.
— Ваше Величество Король, что вы творите? — Чи Ван склонил голову и посмотрел в собачьи глаза, в которых смешались лесть и презрение.
Дамэйню покачал головой, и несколько капель слюней от куриных ножек упали на лицо Чи Ваня, компенсируя тот факт, что на ужин он съел меньше мяса.
— Что, хочешь убить своего самого верного слугу, пока Шуэсяохо нет на месте? — Чи Ван почесал два мясистых уха и заметил, что собака пристально разглядывает страницу интернет-магазина на его телефоне. — …Хочешь, чтобы я и тебе что-то купил?
Чи Ван держал собаку за подбородок и смотрел на Дамэйню. Тот напряженно пялился в экран, его глаза были в 0,01 миллиметре от выпадения.
— Хорошо, — Чи Ван вздохнул и сделал заказ более чем на две тысячи юаней: лакомства и десять новых огромных костей для чистки зубов. После оформления Дамэйню радостно и весьма точно ударил своим стальным хвостом по его травмированной лодыжке.
— Негодяй! — Чи Ван втянул прохладный воздух. Вся романтика, возвышенные мысли и поэтическое настроение… улетучились, оставив лишь острую боль.
Не успел он вновь утонуть в любви, как старый добрый друг, от которого долгое время не было ни слуху ни духу внезапно, напомнил о себе.
«Ангел красоты, никогда не наседающий на писателя: Посмотри на это»
Лу Чэнся прислала ссылку, он перешел по ней, чтобы проверить.
«Спасение Ганнибала: Неужели никто не замечает, что один великий популярный автор на самом деле плагиатит?
Не буду утруждать себя дополнительными доказательствами. Я просто обычный человек, которому противно от процветания вора. Это так обесценивает труд оригинального автора!»
Пост был опубликован неделю назад, он собрал более 9000 комментариев, почти доходя до 10000.
Множество прохожих, поедающих дыни, в свободное время наблюдали за ажиотажем и с интересом вели дискуссии. Чи Ван смотрел на «кровавую баню» в комментариях и ничего не чувствовал.
Когда он еще не был так знаменит, один из поклонников «отца-основателя» сетевой литературы обвинил его в копировании стиля.
До сих пор Чи Ван не понимал, как можно скопировать стиль гаремника в жанре хоррора.
Если бы персик можно было превратить в арбузные лозы, тогда Чи Ван, возможно, смог бы скопировать текст.
— С чего вдруг тебя стало волновать подобное? — Чи Ван откинулся на спинку стула и прикрыл глаза руками.
Хотя мухи не могут есть мясо, они все равно доставляют людям неудобство, когда время от времени высовываются и жужжат под ухом.
— «Staring in stars, watching the moon…»
Внезапная мелодия удивила Чи Ваня. Лу Чэнся, та, кто больше всего ненавидит звонить, в самом деле набрала его номер.
— Эй… — Чи Ван успел только позвать, когда Лу Чэнся на другом конце провода перебила его.
— Чи Ван, — Лу Чэнся понизила голос, — послушай, на этот раз все по-другому. Главный редактор собирается уйти, и сейчас руководство выбирает между мной и тем идиотом из головного офиса. Ты — мой самый талантливый подопечный, поэтому раз у него не получилось задеть меня, тот решил ударить через тебя. Он заплатил водяной армии и потратил немало сил на поиски хейтеров, что годами лезли к тебе. Они хотят сфабриковать доказательства плагиата.
— Ну и что? — Чи Ван никак не отреагировал и щелкнул по чернильнице на столе. — Что он использует, чтобы подтвердить ложное преступление, которое я не совершал? Эту водяную армию и парочку хейтеров, чьи мозги суше соевого молока?
— …Ты стал ругаться резче? — Лу Чэнся отодвинула телефон от уха. Если бы не уникальный голос Чи Ваня, она бы заподозрила, что на той стороне Ши Цюси.
— С кем поведешься, от того и наберешься, — Чи Ван подошел к окну. Луна, излучавшая мягкое сияние, постепенно скрылась за серовато-белыми облаками, не оставляющими ни пробела.
Воздух, казалось, нагрелся, вдалеке слышались неразборчивые человеческие голоса, и Дамэйню гавкал на них перед железными воротами, добавляя напряжения этой тихой ночи.
Голос Лу Чэнся раздавался подобно раскатам грома.
— Чи Ван, на этот раз нам предстоит тяжелая битва.
— Это и есть та тяжелая битва, о которой ты говорил? — Хуан Юн сжал пару медицинских перчаток, опустив уголки губ.
— О, дорогой брат, ты посмотри. Эти беспозвоночные черви превратили мою капусту в лохмотья, а кукурузу — в «голых генералов», как ты можешь быть таким бесчувственным?!
Ши Цюси хотелось пускать сопли.
Когда он проснулся утром и был еще погружен в сладость после признания, никак не ожидал, что придя в огород и теплицу, чтобы осмотреть свои владения, от увиденного чуть не упадет в обморок.
После чудовищного ветра и ливня прошлой ночью на растениях появилось множество неизвестных насекомых, которые один за другим уплетали зелень и извивались. Теплица была разбита, и внутрь затекло много воды, утопившей аппаратуру, разработанную Сюй У.
Теплицу затопило, вода не уходила. Ши Цюси долго копал, пытаясь вырыть водоканал, и только когда вода сошла, позвонил Сюй У, чтобы тот починил оборудование.
Ситуация на овощном поле тоже не была оптимистичной. Поскольку Ши Цюси не использовал пестициды, борьбу с вредителями приходилось вести вручную, без какой-либо химии. Но у него всего две руки, и он мог обрабатывать только одно растение за раз.
Изначально он хотел позвать Чи Ваня, но когда уже собирался постучать, внезапно услышал его телефонный разговор. Тот говорил довольно взволнованно, наверное, о чем-то важном, поэтому оставалось позвать только Хуан Юна.
— Ну ты даешь, парень! Ты говорил в спешке, поэтому я подумал, что у тебя проблемы с бандитами, и уже собирался прихватить бензопилу, — Хуан Юн вздохнул, усаживаясь напротив Ши Цюси и запихивая жуков в пакет. Он не забывал уничтожать и яйца, иначе толку от работы не было бы.
— Ситуация не терпит отлагательств, обсудили бы все, пока собирали, — Ши Цюси склонил голову и вытер пот со лба о плечо.
В мае в Аньлине не особо жарко, не говоря уже о том, что еще даже не полдень.
Хуан Юн, одетый в свитер с длинными рукавами, посмотрел на Ши Цюси и промолчал.
Этот парень, наверное, вспотел из-за спешки.
Они вдвоем отлавливали насекомых больше часа.
В течение этого времени Ши Цюси успел сходить до дома и взять несколько бутылок воды. Уходя, он мимоходом проверил кабинет Чи Ваня — свет горел, видимо, дело все еще не решено.
— Налил бы кипяток в бутылки и все, — Хуан Юн долго держал бутылку, прежде чем открыть ее.
Этот паршивец берет дорогую воду. «Нунфу Сяньцюань» ему не по вкусу, берет «Цяньсуйшань».
— Это не я покупал, а бледнолицый ученый, который оплатил аж десять коробок в интернет-магазине. Видимо, ждет не дождется искупаться в ней, — Ши Цюси глуповато улыбнулся, сверкнув белыми зубами.
— Нувориш или выскочка? — Хуан Юн вылил половину воды на почву, наклонился и продолжил ловить насекомых.
— Ни то, ни другое. Просто страсть к накопительству, хуже большеглазых воров, — Ши Цюси снова надел перчатки, схватил зеленого червяка и бросил его в пластиковый пакет на поясе.
«Большеглазые воры» — это белки: с приходом осени начинают изо всех сил делать запасы, иногда даже забираются в дома и крадут. Отбирают кукурузу, фундук, грецкие орехи и тому подобное. Когда их кто-то ловит, их глаза становятся черными и хрустальными. Со временем за ними закрепилось прозвище «большеглазые воры».
— Да ладно, разве его можно так назвать? У Чи Ваня маленькое лицо, на нем такие глаза смотрятся красиво, вот если бы у дяди Ли так было, то… — Хуан Юн фыркнул.
— Выглядел бы как орех пекан, на котором ножом порезали две щели! — Выпалил Ши Цюси и рассмеялся. Хуан Юн тоже усмехнулся, у мальца со сравнениями все в порядке.
— Что за чушь, ты посмотри, о чем болтают эти мерзавцы! — Дядя Ли схватился за грудь и затопал ногами, тетя Ван даже не шелохнулась.
Она не могла признаться, что это ее слова, а Ши Цюси только повторил.
— Ой, напугали! Когда вы успели прийти? Так напугали, что чуть не остался с одной душой вместо трех! — Ши Цюси вытаращил на них глаза и закричал. Дядя Ли, который шел спотыкаясь, быстро подошел и отвесил ему подзатыльник.
— Так и надо! Вот что бывает, когда не уважаешь старших, в следующий раз, когда будешь смеяться надо мной, будь осторожнее, иначе отправлю в горы! — Избив Ши Цюси, он уставился на Хуан Юна, который притворялся мертвым.
Сукин сын, уже не ребенок, не буду с тобой связываться только ради сохранения лица.
— Кхм, — Хуан Юн сухо кашлянул, опустил голову и продолжил сражаться с вредителями.
— Почему вы здесь? Тут надо спину гнуть, не для вас работенка, — Ши Цюси схватился за затылок, обидчиво приговаривая.
А старичок-то не ослаб с возрастом, чуть память не потерял от подзатыльника, голова гудит.
— Твой дядя хотел посмотреть на твой огород вчера вечером, все-таки шел дождь и дул ветер. Подумал, что с рассадой могло что-нибудь случиться, — тетя Ван присела возле грядки и посмотрела вниз на растения: ситуация действительно плачевная.
— Так и знал, что не справишься. Посмотри, действительно неприятности, — дядя Ли нахмурился и потыкал рукой в листья овощей и корни. — К счастью, корни глубоко зарыты, и саженцы не вывернулись.
— Вы двое не можете этим заниматься: у одного шейный спондилез, у второй грыжа поясничного отдела. Пять минут — и Чжу-цзы придет ко мне драться. Идите лучше домой, мне не нужна ваша помощь.
— Тогда приготовлю что-нибудь. Пока ты снаружи, некому готовить, пусть Сяо Чи и Сяо У придут ко мне. Ребрышки потушу, — тетя Ван махнула рукой и в спешке убежала домой готовить.
Узнав, что с теплицей тоже возникли проблемы и Сюй У ремонтирует оборудование, дядя Ли направился туда.
— Пойду посмотрю, может, помогу чем-нибудь Сяо Сюй. Когда старые и молодые работают, дело спорится.
Ши Цюси не смог остановить ни одного из них и сдался после нескольких слов.
— Оставь их, они просто рады, что могут помочь, — Хуан Юн похлопал Ши Цюси по плечу и утешил.
— А я и не пытался, в этой семье меня даже собака не слушается, — Ши Цюси пнул комки грязи.
— Выбирай выражения, звучит двусмысленно, — Хуан Юн ткнул в него пальцем.
— Я имею в виду, что в этой семье даже Дамэйню не слушается меня, не говоря уже о верховных правителях — матери и отце, — Ши Цюси вздохнул.
В последнее время он только и делает, что вздыхает.
Это нехорошо, это ускоряет выбросы углекислого газа и не способствует улучшению экологической обстановки на полях.
Будучи сознательным человеком, Ши Цюси решил исправиться: ради здоровья великой матушки-земли, даже если в будущем небо рухнет, он ни за что, ладно, постарается не вздыхать!