Война из-за ведра, или Шутка ценой в 2000 жизней

Человечество, знаете ли, любит повоевать. Хлебом не корми. И обычно поводы для этого выбираются с размахом, с пафосом. Елена Прекрасная (ну, тут понятно, шерше ля фам), Гроб Господень (религия - дело святое), нефть (черное золото, все дела), или хотя бы «жизненное пространство». Мы привыкли думать, что войны начинаются из-за чего-то важного, великого, или, на худой конец, очень дорогого.

Но история - дама с весьма специфическим чувством юмора. Она смотрит на все эти крестовые походы и мировые конфликты, хихикает в кулачок и говорит: «А слабо устроить резню из-за старого, рассохшегося, гнилого дубового ведра?». И итальянцы XIV века дружно отвечают: «Вызов принят!».

Устраивайтесь поудобнее, наливайте себе кьянти (или что там у вас, чай с лимоном тоже пойдет), потому что сейчас мы отправимся в солнечную Италию 1325 года. Где Ренессанс еще только просыпается, а Средневековье все еще активно размахивает мечом. Добро пожаловать в Эмилию-Романью, на «Войну из-за ведра» (La Secchia Rapita).

Чтобы понять всю глубину этого маразма, нужно немного погрузиться в контекст. Италия того времени - это не единая страна с пиццей и Колизеем. Это лоскутное одеяло из городов-государств, которые ненавидели друг друга так искренне и самозабвенно, как могут ненавидеть только ближайшие родственники при дележе наследства.

Главная линия разлома проходила между двумя политическими группировками: гвельфами и гибеллинами. Названия звучат как имена гномов из «Властелина колец», но на деле все было серьезно. Гвельфы топили за Папу Римского. Мол, Папа - главный, он наместник Бога, всем целовать перстень. Гибеллины топили за Императора Священной Римской империи. Дескать, Император - крутой светский мужик, а Папа пусть в церкви свечки жжет и в политику не лезет.

И вот у нас есть два соседа. Болонья - упитанная, богатая, университетская, самодовольная. Оплот гвельфов. Здесь едят лучшую колбасу в регионе, варят вино и смотрят на всех свысока. Модена - поменьше, победнее, но злая. Оплот гибеллинов. Моденцы считают болонцев зажравшимися снобами и при любом удобном случае показывают им фигу через границу. Их отношения - это 100 лет взаимных набегов, угона скота, отжима замков и сотворения мелких пакостей. Атмосфера накалена до предела. Не хватает только последней капли. Или, в данном случае, последнего ведра.

В один прекрасный (или не очень) осенний вечер 1325 года группа моденских солдат решила, что скучно жить без приключений. Воспользовавшись тем, что болонский гарнизон, видимо, ушел на сиесту или дегустировать вино, моденцы пробрались прямо в центр Болоньи. Они дошли до ворот Сан-Феличе. Посмотрели вокруг. Угнать лошадей? Шумно. Украсть золото? Опасно. И тут их взгляд упал на городской колодец. А на цепи болталось оно. Ведро. Обычное деревянное ведро. Дубовое. С железными обручами. В нем даже воды не было, скорее всего. Но моденцы решили: «Это трофей!». Они отвязали ведро, наполнили его (по одной версии — водой, по другой — монетами и трофеями, ну камон, какие монеты в ведре у ворот?), и гордо утащили его к себе в Модену.

Утром Болонья просыпается. Люди идут умываться.
- Джузеппе, а где ведро?
- Не знаю, Луиджи, вчера висело...
Новость доходит до городского совета. «Они украли муниципальное имущество! Это символ нашего суверенитета! Мы не позволим этим деревенщинам так с нами обращаться!» В Модену отправляют послов. Ультиматум суров:
- Верните ведро. Сейчас же. И извинитесь, мерзавцы.

Моденцы, глядя на перекошенные лица болонцев, просто кричат чаечкой. Ведро выставляют на главной площади. Чтобы каждый мог подойти и плюнуть в сторону Болоньи.
- Хотите ведро? Придите и заберите.
Это был вызов. И Болонья приняла его.

Вот тут начинается самое безумное. Болонья - город богатый. Они не стали мелочиться и объявили мобилизацию. Собрали:
- 30 000 пехотинцев
- 2 000 тяжёлой кавалерии (рыцари в доспехах, на боевых конях).
Итого - 32 000 человек. Чтобы вы понимали масштаб: это больше, чем в некоторых битвах Столетней войны. Это армия, которая могла бы завоевать половину Италии. И вся эта громадина идёт отбивать старое деревянное ведро. Папа Римский даже благословил поход, мол, эти гибеллинские выскочки из Модены заслужили урок.

Модена, увидев эту орду, слегка напряглась. Они наскребли всё, что могли:
- 5 000 пехотинцев
- 2 000 кавалерии.
Итого - 7 000. Расклад - почти 5 к 1 в пользу Болоньи. Казалось бы, исход предрешён. Болонцы шли будто на пикник. Уже представляли, как ворвутся в Модену, заберут ведро, разграбят винные погреба и вернутся героями. Но моденцы были не так просты. У них был опытный командир и немецкие наёмники - профессиональные головорезы, которые умели убивать.

15 ноября 1325 года. Местечко Запполино. Болонцы расслаблены. Их много. Они уверены. Моденцы бьют первыми.

Немецкая кавалерия врезается во фланг болонцев. Те дрогнули. Огромная толпа превращается в неуправляемое месиво. Началась паника. - Нас окружили! - Их слишком много! (Хотя их было в 4 раза меньше) - Я не хочу умирать за ведро! И 32-тысячная армия побежала. Забег олимпийского уровня. Моденцы гнали их до самых стен Болоньи. Резня была страшная.

Около 2000 человек погибло. Две тысячи мужей, отцов, сыновей. За кусок дерева с железной ручкой. Но моденцам было этого мало, они решили втоптать гордость Болоньи в грязь. Устроили скачки вокруг осаждённого города. Прямо под носом у болонцев, которые сидели за стенами и скрипели зубами. «Смотрите, неудачники! Мы тут катаемся на лошадках, а вы ничего не можете сделать!» Перед уходом они взяли ещё одно ведро, просто потому что могли.

Модена вернулась домой с триумфом. Болонья зализывала раны и не могла понять, как так вышло. Война угасла. Был заключён мир. Болонья заплатила контрибуцию. Вернула пленных. И попросила одно: - Верните ведро. Пожалуйста. Это дело принципа. Модена ответила: - Нет. Ведро - наше. Мы его в бою добыли. Это теперь священная реликвия.

И не вернули. Более того, повесили в главной башне города рядом с кафедральным собором. Под самый потолок. Чтобы каждый видел символ моденской доблести и болонского позора.

Шли века. Рушились империи, люди летали в космос, изобретали вакцины и интернет. А ведру хоть бы хны. Серьёзно. Если вас занесёт в Модену, кстати, город Феррари и бальзамического уксуса, зайдите в ратушу (Palazzo Comunale). Там, в специальной комнате, хранится то самое ведро. Старое. Изъеденное. Рассохшееся. Одна из главных достопримечательностей региона. Болонцы иногда (иногда!) в шутку требуют его вернуть. Студенты пытаются устраивать пранки. Но моденцы охраняют трофей строже, чем золотой запас.

Морали здесь никакой нет. Но есть ирония. Две тысячи парней остались лежать в поле у Запполино. Их имена забыты. Их могилы заросли травой. Никто не помнит, кто там был гвельф, кто гибеллин, и какого чёрта император лучше папы. В XVII веке поэт Алессандро Тассони написал сатирическую поэму «La secchia rapita» («Похищенное ведро»), Антонио Сальери написал оперу на этот сюжет. А ведро, символ борьбы за власть между папством и империей, висит. Целое. Невредимое. И как будто говорит: «Всё ещё воюете? Ну-ну…».

Так что, когда в следующий раз захотите поссориться с соседом из-за забора, который залез на пять сантиметров на ваш участок, или хамом, занявшим приглянувшееся вам место на парковке, вспомните про ведро. И подумайте: а стоит ли? Думаю, нет. Итальянцы со мной согласились бы. Viva la secchia!