Напиши свою любовь

«Твоя жизнь – это книга, сделай так, чтобы ее стоило прочитать.»

Летом хочется читать летние книги.

Нет, ну действительно.

Это не время читать что-то серьзное, отягощенное сплатом чужих гипетрофированных амбиций и эго «это очень высоко и интеллектуально». Я уже не помню откуда услышала об этой книге, кажется, от одного из книжных блогеров. Помню, мое внимание зацепила реплика, что главный герой там «что надо».

Очередная история попаданки?

На первый взгляд «Девушка из другой эпохи» Фелиции Кингсли кажется типичной историей попаданки (скажу честно — и на второй тоже). Главная героиня романа Ребекка Шэридан — архетипическая «старая душа» (хотя она предпочитает термин «винтажная»), запертая в теле студентки исторического факультета Университетского колледжа Лондона. В мире, где романтика стала дефицитом, ее приверженность эпохе Регентства — это своего рода побег от скучной реальности. Свое утешение она находила в невзрачном дневнике, где описывала вымышленную жизнь в эпохе Регентства. Контраст между суровой жизнью в ее каморке на Бетнал-Грин и мечтой о белом особняке на Чарльз-стрит подчеркивает глубину ее оторванности от реальности, а попытки найти «своего мистера Дарси» оборачиваются парадом дегенератов из Тиндера.

В этом плане в внезапное перемещение из портала магазина Hatchards в свою воображаемую семью в Лондоне 1816 года становится долгожданным счастливым эскапизмом.

Но в отличие от портала Литнет, где большинство попаданок заснув уже в первом абзаце, сразу же оказываются в другом мире, и все в этом мире почему-то принимают ее за свою, Кингсли хотя бы попыталась в своем романе создать правдоподобное научное обоснование подобному странному перемещению во времени. «Провайдером» коридора времени оказывается Гвенда Фэннинг — пожилая соседка Ребекки, по совметстительству профессор физики на пенсии. Видя одиночество Ребекки, от которого та прячется в сериалах про «Бриджертонов», она подстраивает ее визит на историческую реконструкцию «Возрождение Регентства» в старейшем лондонском книжном магазине, который по совместительству оказывается потралом времени.

Позже она объяснила Ребекке случившееся через теорию пространственно-временных парадоксов. Гвенда нарисовала линию времени на листе бумаги и согнула его так, чтобы две точки сошлись. По ее словам, они не переместились в пространстве (остались в Лондоне), но наслоились их временные координаты.

Понимая опасности эпохи Регентства, перед тем как отпустить Ребекку, она дале ей три строгих предостережения:

1. Не дать себя убить и не подвергать свою жизнь опасности (в 1816 году еще нет профессиональной полиции, а медицина бессильна против простейших для XXI века болезней).
2. Постараться не забеременеть.
3. Не влюбляться, так как влюбленный человек перестает соображать.

Угадаете, какой пункт она нарушила первым?))

Культурный шок эпохи Регентства: отсутствие белья и чувства такта у окружающих

Адаптация Ребекки в мире 1816 года и собственной «выдуманной» семье из дневника, которая внезапно оказалась реальной, оказаласьа полна как курьезных, так и весьма болезненных испытаний. Девушке из 21 века пришлось приспосабливаться к суровым бытовым реалиям эпохи Регентства, которые в романах всегда описывались гораздо романтичнее, чем оказались на самом деле.

Одним из главных потрясений Ребекки в новом мире оказалось странное отношение ее служанки к нижнему белью. Горничная Люси безжалостно сожгла ее современные трусики, сочтя их «безобразием, подходящим разве что продажной женщине» (женщины, как и настоящие шотландцы, под своими килтами белья не носили!). Ребекке пришлось привыкать к многослойному батистовому и шелковому белью, под которым, по правилам той эпохи, вообще не носилось закрытого нижнего белья. Когда у Ребекки начались месячные, та же заботливая Люси выбросила ее единственный «Тампакс» в камин, испугавшись за ее невинность. Вместо этого она навязала Ребекке громоздкую тканевую повязку на ремне, из-за которой та ходила «как утка», а сама повязка едва не развязалась и не выпала прямо во время глубокого реверанса перед королевой Шарлоттой.

Но самым главным шоком оказалось состояние местной медицины, где импотенцию доктора-садисты лечили вливанием в пациентов железа (спасибо, не раскаленного), а истерию у женщин лечили удалением клитора. А главным развлечением — показыванием муммии из живого человека на светском приеме.

Современная Золушка на новый лад

Надо отметить, что переместившись во времени, Ребекка не только обрела новую семью в лице дяди-опекуна Арчи, тетушки Кальпурии и дядюшки Элджерона, но и сказочное наследство. Она оказалась леди Ребеккой, дочерью покойного лорда Уильяма Шеридана, маркиза Леннокса. Ей принадлежало огромное приданое и загородная собственность, оставшаяся от родителей, благодаря чему мужчины в высшем свете выстраиваются в очереди и укладываются штабелями, готовые закрыть глаза на любые ее странности, мечтая заполучить одну из самых завидных невест Англии.

И тут мы наконец переходим к так называемым «принцам».

Мужской мир романа Кингсли представлен как коллективный «Генри». Это бесконечные ноунеймные персонажи на балах (нумеруемые героиней соотетственно Г1 — Г4) — не более чем взаимозаменяемая масса потеющей аристократии. Их дыхание напоминает о гниющих отбросах лондонских низов, а их манеры ограничиваются наступанием на ноги партнерше во время кадрили.

Единственной адекватной альтернативой этому гигиеническому кошмару становится Ридлан Нокс. Именно «пират» становится единственным мостом между прошлым и современным сознанием Ребекки, ведь он, как и она, является социальным аутсайдером, привыкшим выживать вне системы.

Непревзойденная харизма Ридлана Нокса: архетип «опасного незнакомца»

Образ Ридлана Нокса в данном романе представляет собой типичный архетип «опасного незнакомца». Бывший пират, захвативший более 40 судов, ныне — капер на службе Короны с рыцарским титулом. Эта «легализация бунта» создающая образ харизматичного аутсайдера, но с неограниченными ресурсами. Нокс имеет репутацию общественного изгоя, но наделен правами аристократа, что делает его идеальной проекцией авторской «хотелки»: обладать силой, при этом не теряя статуса.

Особое значение имеет физиологический контраст. В то время как типичные кавалеры (Г1 — Г4) вызывают у героини соматическое отторжение, Нокс транслирует «модернистский» магнетизм. Его главным преимуществом перед кллективными Генри оказывается оборудованная душем ванная комната (привычка каждый день мыться осталась еще со времен служения на флоте), а главным плюсом по сравнению со своим братом Чарльзом является его пренебрежение мнением света, совпадающее с внутренним ощущением самой Ребекки, которая чувствует себя «девушкой из другой эпохи».

Ключевой акт сближения главных героев происходит не в танце на балу, а в моменте интеллектуального «раздевания». Нокс — единственный, кто дешифрует истинную личность Ребекки буквального с первого взгляда. Его наблюдательность (фиксация леворукости, анализ чернильных пятен) работает сильнее эротического влечения: он видит в ней не дебютантку с богатым приданым, а тайного творца детективных смыслов. Символизм «чернильных пятен» здесь критичен. Нокс замечает аллергию у леворукой Ребекки на дешевый купорос и дарит ей дорогие чернила из Шанхая, не смазывающиеся и вызывающие раздражения на коже. Сцена в кабинете Нокса (Нокс, конечно же, по случайному стечению обстоятельств оказывается соседом Ребекки), когда Ребекка проникает туда через окно, является кульминацией скрытой динамики их отшношений в течение всей книги.

Он, как и сама Ребекка, является «человеком из другой эпохи». У него слишком передовые взгляды буквально на все — как на вопросы личной гигиены, так и на свободную любовь, и равноправное положение женщины, которая может самостоятельно зарабатывать себе на жизнь, печатаясь в журнале. Конечно, неудивительно, что они так быстро нашли общий язык. Нокс принимал все странности Ребекки, позволяя ей оставаться сложной, потому что сам был таким — именно поэтому концепция любви вне времени предначертанных друг другу людей из разных веков так необычайно притягательна.

ТОП лучших цитат Ридлана Нокса

Вместо заключения

Заявленная лихо заркученная детективная линия, конечно же, оказывается довольно прямолинейной, созданной как будто только для того, чтобы главные герои проводили вместе побольше времени, но это работает! В отлчие от других любовных романов, здесь, хотя бы, есть интересный сюжет. 16-летней мне (чего уж там, 20-летней мне тоже) ОЧЕНЬ бы понравилась эта книга (чего уж там, ну люблю я пиратов. С детства). Потому что это история гребаной Золушки, которая получила все то, о чем даже не могла мечтать, когда, казалось бы, ждать было совсем не от куда.