ТАЙНЫЙ ОГОНЬ

Алхимическое исследование:

Э. Дж. Лэнгфорд Гарстин

Тайный огонь алхимиков назывался ими «Всё во Всём», и, как считается, наряду с растворением Софической соли, он представляет собой величайшую сложность во всём искусстве. Без познания Огня ничего нельзя достичь, даже если будет известна Материя.

Что толку в факелах, очках, свечах

Коль нету воли к зрению в очах

ПРЕДИСЛОВИЕ

В предыдущей работе, озаглавленной «Теургия, или Герметическая практика», мы попытались в общих чертах описать Телестическое или Совершенствующее основание Алхимии, в её духовном аспекте. В настоящем кратком трактате мы поставили перед собой цель более конкретно рассмотреть один из великих принципов, лежащих в основе этого Искусства, чем это было возможно ранее.

При этом мы будем использовать те же методы, что и при более общем анализе, и, следовательно, повторим предыдущее заявление о том, что наше внимание сосредоточено главным образом на египетской, семитской и греческой системах, а не на священных и мистических писаниях Востока. Кроме того, из этих трёх систем Кабала была нашим основным руководством.

То, что Кабалистическая Традиция является чрезвычайно древней, неуклонно становится всё более и более очевидным, и в этой связи мы хотели бы отослать читателя к The Tittled Bible, доктора Моисея Гастера, чьи исследования, касающиеся связи между Титтлами и Устным Законом, представляют большой интерес и важность.

В то же время мы не хотим утверждать, что ценность этого Ключа в каком-либо смысле прямо пропорциональна его возрасту, ибо, напротив, по нашему твердому мнению, его ценность - это неотъемлемое качество, не зависящее от срока давности, но очевидное для тех, кто с ним знаком. И хотя некоторые называют Сфирот произвольными различиями и беспричинным умножением сущностей, мы считаем, что такая критика проистекает скорее из недостаточного знакомства с предметом, чем из какого-либо реального понимания.

Ведь слово «произвольный» - это утверждение, которое, как мы убеждены, требует значительных оговорок, так что предполагаемое «беспричинное умножение» вряд ли может возникнуть. В то же время Кабала имеет дело с Матезисом, или учением о Целом, а также с Онтологией, или учением о Частях или Единицах, примером которого является всё творение, явное, реальное или материальное бытие, как выражается Окен в «Физиофилософии», идеальное, неявное или духовное в состоянии определённости и ограниченности Формой, расчленённое и ставшее конечным. Таким образом, если идеальное, которое является объектом наших поисков, существует в неопределённой, вечной, единственной форме, то Реальное существует, ipso facto, в форме множественности.

Этот факт мы не можем позволить себе игнорировать, и, следовательно, считаем себя вправе воспринимать систему Сфирот с соединяющими их Путями имеющей некое реальное существование в вышеуказанном смысле. Ещё большая реальность, которую они могут обрести в результате изучения и дальнейшего познания, вряд ли входит в рамки нашей темы; однако, даже если они не сделают ничего большего, чем дадут нам ключ к исследуемому Искусству, то выполнят свое предназначение в той мере, в какой мы в этом заинтересованы.

ВВЕДЕНИЕ

Многие секреты тщательно скрывались древними алхимиками, и одним из самых ревностно скрываемых секретов был их Огонь. Он описывается как всё во всём, и, как считается, наряду с растворением (солюцией) софической соли, это самая большая сложность во всём Искусстве.

Терминологическая обскурность - обвинение, часто выдвигаемое против алхимических авторов, и было бы глупо отрицать справедливость таких утверждений. С другой стороны, сложности, возникающие из-за таких методов, в основном поверхностны, по крайней мере, в том, что касается настоящего ученика; ведь знакомство с так называемым «ревностным» стилем, принятым у различных авторов, в сочетании с, надо признать, некоторым проблеском понимания предлагаемой цели, позволяет внимательному и методичному читателю собрать воедино разрозненные подсказки, которые были намеренно разбросаны по различным частям их работ.

Нельзя винить мастеров Искусства и в том, что неумелый практик, воспринимая их рецепты и инструкции буквально, не достигает никакого результата; ведь снова и снова повторяется предупреждение не принимать тень за субстанцию, не воображать, что в препаратах аптекаря можно найти Первоматерию. Тем не менее, даже вооружившись некой подсказкой или интуицией относительно смыслов, которые лежат в основе написанных слов, продвигаться вперёд было нелегко; ведь всегда оставалось нечто существенное, без знания чего ничего нельзя было сделать. Однако эти оговорки у разных авторов в той или иной степени варьировались, так что многое можно выяснить путем тщательного сравнения; но, похоже, что, по крайней мере, в отношении двух пунктов существует полное единодушие. Это были секреты Огня и Солюции, которые, по сути, взаимно зависят друг от друга.

Поскольку, однако, без знания Огня ничего нельзя достичь, даже если Материя будет известна ученику, может быть любопытно посмотреть, какую информацию о нём можно почерпнуть из исследования нескольких доступных источников. Такое исследование, в силу ограниченности пространства, неизбежно будет более или менее поверхностным, поскольку для полного обзора потребуется объёмный том внушительных размеров. С другой стороны, несмотря на подобные ограничения, можно надеяться, что настоящая работа окажется полезной для некоторых, а сама её компактность может сделать её более приемлемой по сравнению с более пространными и многословными оригиналами.

Прежде всего, давайте уточним, что в нашем настоящем исследовании мы занимаемся Духовной, а не Материальной Алхимией. Мы считаем, что физическая практика невозможна для тех, кто не достиг определённого прогресса в теургии, и, более того, может оказаться опасной.

Читателю также не следует думать, что установление таких пределов для нашего исследования носит ограничивающий характер. Напротив, очевидно, что проблема, которую нам предстоит исследовать, является более важной из двух и бесконечно более значимой. И то, что философы относились к ней именно так, становится очевидным, когда мы начинаем всерьёз изучать их труды. Не то чтобы эта работа не рассматривалась с точки зрения физической трансмутации, отрицать это было бы абсурдом, но просто потому, что ссылки на дух и Духовное постоянно встречаются и в более материальных трактатах.

В связи с вышесказанным, прежде чем перейти к нашей основной теме, мы приведем выдержку из «Новой Жемчужины Великой Ценности» Петра Бония[1] из Феррары, отредактированной Янусом Лацинием, калабрийским монахом-миноритом. Он заявляет: «Наше Искусство более благородно и драгоценно, чем любая другая наука, искусство или система, за единственным исключением славного учения об искуплении через нашего Спасителя Иисуса Христа. Его следует изучать не ради выгоды, как другие искусства, а ради него самого; потому что оно само по себе обладает силой даровать золото и серебро, а знания более драгоценны, чем золото или серебро. Его можно назвать благородным, потому что в нем есть Божественный и сверхъестественный элемент, он - ключ ко всем благам, Искусство искусств, наука наук. Согласно Аристотелю, существует четыре благородные науки: Астрология, Физика, Магия и Алхимия - но Алхимия стоит выше их всех. Более того, это наука, которая ведет к ещё более великим знаниям; не существует ни одной отрасли человеческой мудрости, ни спекулятивной, ни практической, которая могла бы сравниться с ней. Естественно, говорит Аристотель (de Animal., 10), что мы более желаем знать немного о благородной и глубокой науке, чем досконально разбираться в какой-нибудь заурядной области знания. Наше Искусство освобождает не только тело, но и душу от оков рабства и привязанностей; оно облагораживает богатых, утешает бедных, приносит им облегчение. Действительно, можно сказать, что оно удовлетворяет все человеческие потребности и предлагает средство от всех видов страданий».

В основе этого Искусства везде лежат три принципа: Соль, Сульфур и Меркурий Адептов; и сразу же становится ясно, что, исходя из самой его природы, этот Сульфур, который, как мы заранее знаем, не является обычной Серой, будет представлять для нас главный интерес, хотя, естественно, невозможно рассматривать его в отдельности от других.

Несмотря на это, прежде чем приступать к детальному анализу многочисленных высказываний Мудрецов о Сульфуре, можно рассмотреть некоторые сведения, относящиеся к этому субъекту, которые можно найти за пределами чисто Алхимических писаний, дополняя их, по мере необходимости, ссылками на последние. Исходя из этих соображений, мы можем надеяться найти ключ к разгадке предстоящего нам лабиринта, некое руководство, позволяющее нам проникнуть в его туманные глубины.

С этой целью мы должны уделить определенное место Огню, рассматривая его в основных аспектах, таких как Божественный, Творящий, Духовный, Солнечный, Очистительный, Жертвенный, Крестильный и Элементальный, а также его символические формы, такие как Лев и Змей. В дополнение к ним мы также должны упомянуть Кундалини Шакти и её западный аналог, Спейрему.

И такой поиск, хотя на первый взгляд и является отходом от темы, явно алхимической, тем не менее находится в гармонии с ней. Ибо Великая Работа, хотя её по-разному называют Алхимией, Теургией или Йогой; Телестическим, Спагирическим или Сепаративным Искусством; Эзотерикой, Оккультизмом или Мистицизмом, по сути своей всегда одна и та же - стремление к единению с Высшим. Невозможно также провести различия между Мистиком и Оккультистом, что время от времени пытаются сделать, например, когда утверждают, что первый идет по пути Любви, а второй - по пути Силы и Знания. Ибо такие предполагаемые различия на самом деле чисто поверхностны: истинный Оккультист - в отличие от дилетанта, просто любопытствующего и ищущего только силы - по необходимости является Мистиком и, чтобы преуспеть в своих поисках, должен быть в той же мере движим силой Любви, что и искренний Мистик, который говорит, что он не Оккультист, и которого, опять же, следует отличать от тех, чей мистицизм является лишь маскировкой праздности или легкомыслия.

Мы надеемся, что нам простят эти замечания те, кому они покажутся слишком очевидными, а также те, кого они могут ненамеренно обидеть, но Алхимия и Магия в наши дни не в фаворе. И хотя в свете современных научных открытий первая является как бы кандидатом на реабилитацию, на вторую по-прежнему смотрят с опаской, несмотря на факт, который остается непризнанным, что многие Алхимические процессы не могут быть доведены до успешного завершения без помощи презираемой Магии.

И если после такого заявления нас спросят, почему мы не включили Магический Огонь в наш список основных аспектов Огня, которые предлагаем обсудить, мы поспешим заявить, что на самом деле не виновны в таком пренебрежении, как и надеемся показать в следующих главах.

ГЛАВА I

Исследуя Библию, мы обнаруживаем, что без всякой видимой необходимости изображать Его гневным или каким-либо иным, явления Бога смертным людям почти всегда происходили в Огне или Пламени, часто синонимичном тому, что называется Славой Господней. То же самое относится и к Его Ангелическим Посланникам во многих случаях, как, собственно, и описано ( Пс. 104, 4): «Ангелов Своих Он делает духами (ветрами или дыханиями), а Служителей Своих - пылающим Огнём». Такие случаи очень часты, например, когда Ангел Господень явился Моисею в пламени огня на Хориве (Исх. 3, 2), а Господь воззвал к нему из горящего куста (там же, 4), и когда Господь сошел на Синай в Огне (там же, 17, 18).

Явления Ангела Божественного Присутствия, Метатрона, и той Божественной Личности, которая представляла Бога, то есть Шехины, всегда были яркими - если не огненными - и окруженными Славой. И Господь, или Его Ангел, водил детей Израиля по пустыне в виде Огненного Столпа (Исх. 13, 21). Кроме того, Бог, по-видимому, явил Себя Исаии, Иезекиилю и святому Иоанну посреди Огня (Ис. 6, 4; Иезек. 1, 4; Откр. 1, 14), и второе пришествие Мессии ожидается некоторыми подобным образом (II Фес. 1, 8). Престол Божий - как пламя огненное, и колеса Его - как пламень пылающий, и огненный поток исходит пред Ним (Дан. 7, 9-10), а Слово Божие сравнивается с огнём (Иер. 23, 29): «Не подобно ли Слово Мое огню?», а Слово - это Вторая Ипостась, о чем свидетельствует проэма к Четвёртому Евангелию.

Поэтому неудивительно, что Огонь воспринимался не только как символ святости и справедливости Божьей, но и давал повод некоторым из древних вообразить, что Бог обитает в огне и что небесный мир - это прежде всего царство огня. Чтобы усилить это впечатление, огонь с небес часто падал на жертвы, приносимые Господу, в знак Его присутствия и одобрения. Было даже высказано предположение, хотя и совершенно бездоказательное, что таким образом было выражено принятие жертвы Авеля. По крайней мере, когда Господь заключал завет с Авраамом, огонь прошел через разделенные части жертвы и поглотил их (Быт. 15, 17); огонь упал на жертвы, принесенные при посвящении Скинии (Лев. 9, 24), на жертвы Маноя, отца Самсона (Судей 13, 19-20), на жертву Соломона при освящении Храма (II Пар. 7, 1) и во многих других случаях, которые было бы утомительно перечислять. Мы также воздерживаемся от указания примеров гнева Божьего, которые столь же очевидны, сколь и многочисленны.

Таким образом, подобные истории, идеи или описания, бытовавшие - и не только среди евреев - у восточных народов, в частности у персов, проявляли тенденцию к поклонению самому огню, или, скорее, принимая огонь за символ Бога и видимое проявление Его присутствия, они поклонялись Ему в огне или через огонь. Такой культ можно найти у ассирийцев и халдеев, а также в некоторой степени у египтян, откуда он распространился на запад через греков, которые принесли его в Рим.

Вне Востока мы узнаем в нём Весту, которой поклонялись в Трое и которую Эней привёз в Италию:

Manibus vittas, Vestamque potentem, Aeternumque adytis effert penetralibus Ignem. (Энеида ii, 296)[2].

И хотя именно Нума учредил орден весталок, эта практика действовала среди албанцев задолго до его времени.

Веста, конечно же, является восточным словом, и было даже высказано предположение, что оно происходит от древнееврейского ASh, Пепел, Огонь, корень которого можно различить в финикийском Astarte и Ashtoreth. В любом случае ивритская буква ש (Шин), которая является одной из трех Материнских букв этого алфавита, относится к элементу Огня. Кабалистически она является символом RVCh ALHIM, Руах Элохим, Духа Элохим, который колеблется на лице вод в Быт. 1, 2. В Гематрии эти два символа численно эквивалентны, поскольку Sh - 300, а общее число RVCh ALHIM - то же самое. И оно женского рода, как это видно по родам обоих слов, и усилено в Сефер Йецира, или «Книге Становления», 1, 9: «AChTh RVCh ALHIM ChIIM, Achath (женского рода, а не AChD, Achad, мужского) Руах Элохим Циим, Единая есть Она, Дух Элохим Жизни». Можно также отметить, что AShH, Ашах, - это Женщина, в то время как в других источниках слово означает Огонь, хотя обычно в значении жертвенного огня. Согласно Зоар I, л. 7оа, в Лев. 1, 17 следует читать «Женщина», а не «Огонь», что делает отрывок гласящим «Приношение есть женщина». Это следует воспринимать как символ союза мужского и женского начал, поскольку само жертвоприношение было мужским.

В любом случае обычай поддерживать постоянный и вечно горящий огонь в честь Бога или Богов был более или менее общим с самых древних времен, и Порфирий предполагает, что это происходило потому, что огонь был в наибольшей степени похож на Богов, не по сути, а по их обличию для смертных, причем яркость, которая была характерна в таких случаях, была подобна им самим, а Божественному Ореолу, Великолепию или Славе, которые они являли, окутанные ими.

Таким образом, можно представить, как зародилась практика поклонения огню, сначала в видении или в попытке описать такое видение, и как она изменялась в постепенном принятии символа за реальность - процессе, с которым мы прекрасно знакомы по истории религии, - кульминацией которого стала ложная магия, основанная на ошибочных аналогиях, и чудовищные, недостойные церемонии в отношении огня, почитаемого как реальная, экстремальная физическая форма Бога, включавшие ужасающие человеческие жертвоприношения ради умилостивления.

Тем не менее, пока такие глубины не были достигнуты, несомненно, и более того, совершенно очевидно, что возвышенная и чистая форма религии, использующая огонь как символ Божественности, существовала в древние времена и, более того, существует до сих пор; следы её можно обнаружить и в христианстве, хотя основное направление, конечно же, может быть найдено в религии Парси, которая является прямым потомком древней религии Персии, религии Зороастра. В первом случае, однако, мы всё ещё можем обнаружить её в Новом Завете, например, в Откровении святого Иоанна и в уподоблении Огню Святого Духа, который сошел на учеников в виде языков пламени (Деяния 2, 5); а также в огнях и ладане, используемых в англиканской, римской и греческой Церквях.

С другой стороны, переходя от общего к частностям и к соображениям, более соответствующим нашей основной теме, мы приходим к Философам Огня, Philosophi per ignem, или Теософам, как их еще называли, которые появились в шестнадцатом веке. Они также были известны как парацельсианцы, называемые так в честь Теофраста Парацельса Бомбаста из Гогенгейма, знаменитого врача и химика, который был одним из главных движителей этой секты, среди которых были такие выдающиеся люди, как Роберт Фладд, английский розенкрейцер, Освальд Кролл, Северин, Кунрат, Якоб Бёме и многие другие. За исключением Фладда, можно сказать, что никто из названных нами не был розенкрейцером; но о Парацельсе в «Fama Fraternitatis» (английский перевод Томаса Вогана, далее) сказано, что он прилежно читал их книгу «М.».

Все они учили, что человеческий разум - недостаточный проводник и что с его помощью истинная мудрость недостижима. Согласно их учению, единственным средством постижения истины является внутренняя иллюминация через ноэтическую или эпистемоническую способность непосредственного познания, и поэтому они искали божественный свет или огонь, через который можно обрести такое постижение. Это тот свет или огонь ума, о котором в «Божественном Поэмандре» Гермеса Трисмегиста говорится таким образом:

«Тогда, сказал я, кто ты? Я, ответил он, Поэмандр, Разум Великого Господа... и я всегда пребываю с тобой. ...и чему бы ты ни пожелал научиться, я научу тебя. ... И тотчас же, в мгновение ока, всё открылось мне; и я увидел безграничный Свет, всё стало Светом, и сладостным, и чрезвычайно приятным. И был я в дивном восторге от созерцания его. ... Затем из этого Света некое святое Слово сочеталось с Природой, и из него вылетел чистый и беспримесный огонь... взлетев ввысь. Он был очень светлым, резким и подвижным, и воздух, который тоже был Светом, последовал за духом и поднялся вместе с огнём. ... Тогда сказал он: «Я - тот Свет, который есть Ум Бога твоего... и то яркое и светлое Слово из Ума есть Сын Божий. . . . Восприми должным образом Свет в Ум твой и познай его ... (он) неисчислимый и поистине неограничимый орнамент или мир, и ... огонь охватывает или содержится внутри и через величайшую Силу должен сохранять свое место. ... И пусть тот, кто наделён Умом, знает, что он бессмертен... пусть (он)... обнаружит, разглядит и познает себя должным образом. Разве не все люди обладают умом? Внимай тому, что ты говоришь, ибо Я, Ум, прихожу к людям святым и добрым, чистым и милосердным, живущим благочестиво и религиозно, и Моё присутствие помогает им, и они сразу же познают все вещи... Но от глупых, и злых, и лукавых, и завистливых, и алчных, и убийц, и нечестивых, я удаляюсь, уступая место Демону возмездия».

Но в дополнение к этим более глубоким тайнам есть нечто таинственное и в чисто физическом пламени, « Кухонном огне» алхимиков, помимо его цветов и многообразных форм, таких как змеи, венки, спирали, звезды, искры и так далее; ведь что такое Огонь? Вряд ли достаточно ответить, что это эффект горения; что это тепло, свет и движение, сочетание химических и физических сил в целом, ибо это не является подлинным объяснением. Огонь, как и горение пламени, представляет собой большую научную проблему, но мы настолько привыкли к этому явлению, что большинство людей никогда не задумываются об этом.

То, что такие, казалось бы, неразрешимые проблемы были представлены даже этим самым материальным, обыденным проявлением Огня, было естественным для Философов Огня; этого следовало ожидать; было бы скорее странно, если бы это было не так, ведь это лишь физическое проявление их Арканного и Священного Огня, природа которого превосходила весь человеческий интеллект.

Разве мы не можем, таким образом, начать понимать нечто вроде удивления и величия их видения Тайного и Священного Пламени и симпатизировать их требованию смотреть на него другими глазами, а не глазами плоти, и указанию на то, что для химиков это мистерия, о которой, несмотря на всю их механистическую изобретательность, они хранили молчание? Разве не были они вправе просить анатомов и медиков описать ту искру или пламя жизни, которая одна, возгораясь в человеческой глине, оживляет её и делает живой? Ведь принцип жизни и ума ускользал и продолжает ускользать от самых проникновенных исследований Науки.

Неудивительно, что наши более примитивные предки, а также Маги и поздние Иллюминаты восприняли этот таинственный принцип как тип и образ, насколько его можно было выразить в видимом символе, Бога и Души или Духа. Напротив, если мы будем честны с самими собой, то не исключено, что даже признаем, что этот принцип предпочтительнее антропоморфных представлений, которые так долго господствовали в умах основной массы человечества.

ГЛАВА II

Пожалуй, одни из лучших выражений Философии Огня, которую мы рассматривали в предыдущей главе, можно найти в Халдейских или Зороастрийских Оракулах. К сожалению, они существуют лишь во фрагментарной форме в виде цитат в книгах различных авторов, в основном поздних платоников, но было установлено, что, хотя такие цитаты обычно туманно представляются как изречения халдеев, оракулов, богов и т. д., в свое время они существовали в виде единой поэмы. Дата или происхождение её неизвестны, но философ Порфирий считал её очень древней. В любом случае следует помнить, что халдейские Маги хранили свою оккультную мудрость в непрерывной устной традиции от отца к сыну, подобно тому, как Кабала передавалась в Израиле.

Эти Оракулы настолько полны величественного и возвышенного вдохновения и воображения - используя последний термин в его истинном смысле «способность видеть образы», в отличие от его обычного значения «спекуляция» - что мы процитируем многие из них подробно, с комментариями, которые могут оказаться необходимыми. Те, которые мы будем использовать, содержатся в основном в работах Порфирия, Прокла, Пселла, Дамаския, Симплиция, Юлиана и Синезия, а одна или две - анонимные. Основные их переводы содержатся в сборниках Кролла, Кори, Мида и Уэсткотта. Мы выбрали более поэтичные переводы с некоторыми изменениями, как наиболее подходящие для данной темы, и расположили их в порядке, довольно отличном от некоторых версий, с целью добиться большей последовательности. Они требуют внимательного изучения, поскольку являются плодотворным источником вдохновения и, как и многие мистические писания, содержат больше смысла, чем слов.

«Над Небесным Огнем есть Нетленное Пламя, всегда искрящееся; Источник Жизни, Фонтан всего Бытия, Первоначало всех вещей! Это Пламя порождает все вещи, и ничто не погибает, кроме того, что оно поглощает. Оно познаётся Само через Себя. Этот Огонь не может быть заключен ни в каком месте; он бестелесен и нематериален. Он охватывает Небеса. И из него исходит малая Искра, которая порождает весь Огонь Солнца, Луны и Звезд. Не старайся узнать о Нём больше, ибо это выше твоих сил, как бы мудр ты ни был».

«В Боге - Безмерная Глубина Пламени! Тем не менее Сердце не должно бояться прикоснуться к этому восхитительному Огню или быть им затронутым; оно никогда не будет поглощено этим столь сладостным Огнём, чей кроткий и спокойный жар создаёт Связность, Гармонию и Длительность Мира. Ничего не существует, кроме этого Огня, который есть Сам Бог. Никто не породил Его. Он не имеет Матери. Он знает всё, и ничему не может быть научен. Он Непогрешим в Своих замыслах, и Имя Его неизреченно».

Кабалистически говоря, это Макропрозоп, Необъятный Лик, который есть Кетер, Корона или Первая Сфира, первое проявление Айн Соф Аур или Безграничного Света. Он - весь мир Ацилут, или чистой Божественности, который находится над Небесным миром или Престолом - который называется Брия и включает в себя две следующие сефиры - место обитания того Священного Пламени, которое есть Руах Элохим.

Из этого Высшего и Невообразимого Источника изливается вся Милость и Благодать, так что когда Микропрозоп, Меньший Лик, смотрит вверх на Макропрозопа, Необъятный Лик, Поток проходит через него, и те, что ниже, смягчаются. О Нём говорят как о Хоа, Он, а не Атех, Ты, и Он вне всякого времени, пространства и формы. Элифас Леви метко сказал о Нём: «Он - Пространство, содержащее Вселенную, но Вселенная не является Его пространством».

Но продолжим:

«Ибо не в Материи Огонь Запределья впервые заключил силу Своих деяний, но в Уме; ибо Первый из Огненного Мира есть Ум Ума. Тот, Кто первым возник из Ума, облачил один Огонь в другой Огонь; связав их вместе, тем самым Он смешал Фонтанные Кратеры, сохранив при этом незапятнанным Блеск Своего собственного Огня. Отсюда - Огненный Вихрь, несущий вниз Сияние Вспыхивающего Пламени, проникающего в Бездны Вселенной; ибо оттуда вниз исходят все их чудесные лучи, в изобилии оживляющие Свет, Огонь, Эфир и Вселенную. От Него исходят все неумолимые громы, и окутанные вихрями и бурями Лона Всесовершенной силы Гекаты, Отцерождённой; и Тот, Кто объемлет Блеск Огня, и сильный Дух Полюсов, все Огненные пределы.»

Геката, конечно, та же богиня, что и Прозерпина и Диана, и связана с Луной и Исидой. Мистер Мид говорит, что она, похоже, была лучшим эквивалентом, который греческие мистики смогли отыскать в Эллинском Пантеоне для таинственной и внушающей благоговение Праматери восточной мистагогии. Она - невыразимая сила Отцовского Ума, говорит он, и наполняет все вещи Светом Разума. Она - Великая Мать или Жизнь Вселенной, Magna Mater, или Мать Богов и всех созданий. Она - супруга Ума. Можно сравнить с Великой Верховной Матерью Кабалы, Биной, которая есть Аима Элохим.

Здесь можно увидеть, какое огромное значение древние придавали непостижимому Уму, о котором мы ещё прочитаем в этих Оракулах. И нам вспоминается изречение Рабби в Зоар: «Мысль есть Принцип всего, что есть» (Зоар, часть I, л. 246 - La Kabbale, Franck), где о нём сначала говорится как о непознанном и замкнутом в себе, а затем он раскрывается и становится Духом, принимая имя Разума и более не замыкаясь в себе. Таким образом, на этой стадии:

«Ум Отца вихрем пронесся вперед в многократном рёве, охватывая непобедимой Волей Идеи всевозможные, которые, вылетая из того Единого Фонтана, исходили; от Отца были и Воля, и Конец; (которыми они всё же связаны с Отцом, согласно чередованию Жизни, посредством различных её переносчиков). Однако они были распределены по другим Разумам. Ибо Царь Всего прежде поставил перед Полиморфным Миром образ нетленный, отпечаток формы коего был послан через Мир, благодаря чему Вселенная воссияла, украшенная Идеями всевозможными, из коих Фонтан - Один, Единый и Единственный. Из него устремляются остальные, распределяясь и разделяясь по различным телам Вселенной, и несутся роем по её необъятным Безднам, вечно вихрясь в необозримом излучении. Они - Интеллектуальные концепции из Отцовского Фонтана, в изобилии приобщающиеся к сиянию Огня в кульминации беспокойного времени. Но Первичный, самосовершенный фонтан Отца изливает Первородные Идеи. Они, будучи многими, молниеносно возносятся в сияющие миры, и в них заключены Три Вышних».

Здесь ощущается огромная, вихревая, огненная жизнь, эманирующая те архетипические формы, которые были внутренними мирами, на которых основана вселенная. И если кабалистический мир Ацилут, чистой Божественности, является архетипическим миром, то мир Брия, состоящий из сефирот Хокма и Бина, Мудрости и Понимания, Отца и Матери, которые, как следует понимать, сами не являются Верховными, но вместе с Кетер образуют Три Высших - это Созидательный Мир, Престол, как мы уже говорили. В Откровении (12, 1) говорится, что река жизни вытекает из Престола Божьего, и это то же самое, что и кабалистическая река Нахар, вытекающая из Бина. Первичное движение творения также указано в названии Ангельского Чина, относимого к Кетер, - Рашит ха-Галгалим, Начало Вихревых Движений.

«Творец всего, самодействующий, образовал Мир, и в нем была некоторая масса Огня; и все это, самодействующее, Он произвел, чтобы Космическое тело могло быть полностью проявлено и не казалось мембранным. И он зафиксировал великое множество блуждающих Звёзд, не напряжением, трудоёмким и болезненным, но чтобы поддержать их стабильностью, лишенной движения, заставляя Огонь двигаться к Огню.

"И собрал он Семь Твердей Космоса, окружив небо выпуклой формой. Он создал семерицу блуждающих Существований, приостановив их беспорядок в правильно расположенных зонах. Он создал их шесть, а для седьмого бросил в их средину Огонь Солнца, в тот центр, из которого все линии равны. Чтобы стремительное Солнце могло огибать этот центр, стремясь к нему, как если бы в нём звучал Свет.

"Как лучи Света, струятся его Замки, простираясь до пределов пространства. Полнота Солнца пребывает в Надземных Порядках, ибо там существует Солнечный Мир и бесконечный Свет. А диск его находится в Беззвёздном, над Сферой Покоя, и он - центр Тройственного Мира. Солнце есть Огонь, и, будучи Раздатчиком Огня, оно также является Каналом Высшего Огня».

В этих разделах описывается вторичное творение, творение Элохим и Тетраграмматона Элохим, ибо Кабала имеет дело с другим и более первичным творением, чем то, которое здесь описано, а последнее - это Демиургическое творение гностиков, творение Йецира и Асия, двух нижних миров Зоар, Формативного и Материального соответственно, известных также как Микропрозоп и Его Невеста.

Мы также отмечаем различие между «Солнцем, видимым чувствами», как его называет Филон, и скрытым Солнцем, которое является «центром Тройственного Мира». В некотором смысле это Солнце - Микропрозоп, через Которого, как мы уже указывали, нисходит Божественный поток, а значит, Он - «Канал Высшего Огня». И если бы мы могли ещё немного расширить рамки, то сказали бы, что в этом и предыдущих разделах проводится различие между Умом в его более потенциальном аспекте и Умом оперативным, который является Формирующим Умом. Это «Сокрытый» и «Проявленный» огни Симона Мага, упомянутые в «Великом Оглашении», где он говорит:

«Сокрытые аспекты Огня таятся в проявленном, и проявленное порождается в сокрытом. ... И проявленная сторона Огня имеет в себе все вещи, которые человек может воспринять как видимые, или которые он не может воспринять на сознательном плане; тогда как сокрытая сторона - это все вещи, которые человек может представить себе как умопостигаемые, или которые он не может представить себе.» Поэтому он назывался Вечно Живым или Священным Огнем, и считалось, что он может быть как умозрительным и нематериальным, так и чувственным и материальным, в соответствии с планом его деятельности.

А чтобы никто не сомневался в том, что имеется в виду Второй Отец, пусть послушает следующее:

«Отец поспешно затворился, но не затворил Своего собственного Огня в Своей Разумной Силе. Все вещи происходят из этого единого Огня. Ибо все вещи Всеотец сотворил совершенными и передал их Второму Разуму, Который всеми расами людскими зовётся Первым. Ум Отца, восседает на субтильных проводниках, которые сверкают отблесками непреклонного и неумолимого Огня. Душа Всего, будучи сияющим Огнём, силой Отца остается Бессмертной, является Владычицей Жизни и наполняет многочисленные недра Лона Мира. Каналы в ней смешаны. Она совершает Деяния Нетленного Огня».

Здесь мы имеем Второй Разум, который есть Хокма, Мудрость, иначе называемая Аб, Отец, Вторая Сфира, которой приписывается Элемент Огня; и Бина, Понимание, которая именуется Аима, Мать, Великая Плодовитая Мать, Владычица Жизни, ранее упоминавшаяся как Геката. И в Каналах, которые столь часто упоминаются, разве мы не можем увидеть аналогию с Путями Древа Жизни Кабалы, которых, вместе с самими Сфирот, тридцать два?

Оракул продолжает:

«Но это - Мистерии, которые я раскрываю в глубокой Бездне Ума. Существует такой Огонь, проникающий сквозь потоки Воздуха, или даже Огонь Бесформенный, от коего исходит Образ Голоса, или же вспыхивающий Свет, обильный, вращающийся, вихревой, кричащий громогласно. А ещё есть видение огненно-пламенного Скакуна Света, а также дитя, несущегося на холке небесного коня, огненного, или одетого в золото, или нагого, или стреляющего из лука стрелами Света, и стоящего на спине коня. Но если медитация твоя продлится, ты объединишь все эти символы в образ Льва».

В вышесказанном мы знакомимся с высшей тайной Теурга, его Бесформенным Огнем, который является высшим secretum secretorum, в котором пребывает Голос, который не является Голосом, но есть само Слово Самопревосходящего Я, чей Апокалиптический Образ - Овен, Агнец Божий. В равновесии с ним находятся два других знака огненной троицы - Стрелец и Лев. Подробнее об этой Теургической Эпоптее мы узнаем из следующего.

«И, когда уже не видимы тебе ни Свод Небесный, ни Твердь Земная; когда Звёзды утратили для тебя свой Свет, и Светильник Луны был скрыт; когда Земли нет, и вокруг тебя Пламенные Молнии; тогда не призывай пред собою Видимый Образ Души Природы! Ибо ты не должен созерцать его, пока душа твоя не будет очищена Священными Обрядами. Ибо с тех пор, как Душа была уведена от Священных Сущностей, из пределов Материи возникли земные пёсьемордые демоны, никогда не являющие смертному взору истинного образа.

Поэтому сначала Жрец, управляющий Работами Огня, должен окропить их Водой громогласного Моря. И когда, после всех Фантомов, ты увидишь тот Святой и Бесформенный Огонь; Огонь, что сверкает и вспыхивает в сокровенных недрах Вселенной: Слушай Голос Огня».

Здесь имеется в виду Священный Транс, мантическое состояние, когда после Алхимической Солюции Душа или Дух, отстраняясь от низших средств передвижения, проникает в сокровенные миры. Поэтому предупреждение не пытаться приоткрыть Вуаль Исиды до тех пор, пока не будут успешно проведены необходимые очищения, ибо Она не должна быть легкомысленно профанирована. Не следует также увлекать душу иллюзорными и фантазматическими явлениями, которые преследуют ее при прохождении через Астральный Мир, «где во лжи покоится Бездна безверия, восхищаясь непостижимыми Образами».

Учитывая характер нашего дальнейшего исследования, было бы неуместно не вернуться к идее Трёх Высших, той Священной Триады, которая почти повсеместно представлена в религиях мира. Оракул подробно рассказывает о них следующим образом:

«Там пребывает Отцовская Монада, Монада расширяется и порождает Двойку. И рядом с Ним восседает Дуада, и блистает Разумными Частями; также правит всеми вещами и упорядочивает все, что не упорядочено. Ибо во всей Вселенной сияет Триада, над которой властвует Монада. Этот Порядок - начало всех Разделений.

Ибо Ум Отца сказал, что все вещи должны быть разделены на Три. Воля Его согласилась, и тогда все вещи были так и разделены. Ибо Ум Вечного Отца сказал: «На три», управляя всеми вещами Умом. И появились в ЭТОМ, в Триаде, Добродетель, Мудрость и Всеведущая Истина. Так возникла Форма Триады, будучи предсуществующей. Не Первосущность, но то, чем измеряются все вещи.

Ибо ты узнаешь, что все вещи склоняются перед Высшими. Первый путь священен, но посреди него другой, Третий, Эфирный, который лелеет Землю в Огне. И Фонтан Фонтанов и все Фонтаны. Матрица, всесодержащая. Отсюда обильно проистекает Порождение Многообразной Материи».

Если рассматривать эти изречения в свете того, что мы изложили ранее, то Три Высших - это три первых Сфирот, Кетер, Хокма и Бина, из которых первая - это Великий Лик, Отец Всего, Сам возникающий из Триадических Вуалей Негативного существования. Это Отцовская Монада, ибо Кетер - это число Один. Упомянутая Дуада, по-видимому, подразумевает следующие две Сфиры, Мудрость и Понимание, ибо они представляют собой Разумные Разделы или части, Элохим, управляющие и упорядочивающие, под властью Верховного, всю Вселенную. Таким образом, они представляют собой Добродетель, Мудрость и Всезнающую Истину, последняя из которых является Пониманием. Из них «обильно проистекает Порождение Многообразной Материи».

Прежде чем оставить тему Оракулов, мы осмелимся привести еще два изречения, относящиеся к Теургической части, а следовательно, и к нашей основной теме. Они таковы:

«Если ты направишь Огненный Ум на дело Благочестия, ты сохранишь гибкое тело.»

«Телестическая жизнь, посредством Божественного Огня, удаляет все пятна, а также все чуждые и неразумные природы, которые Дух Души привлекает из порождений.»

Огненный Ум - это то качество в человеке, которое является аналогом Божественного Понимания, Бина; то, что, согласно кабалистическому разделению Души, называется Нешама; в то время как гибкое тело, по-видимому, является тем, что чаще называют Тонким Телом. Телестическое, как мы уже указывали, означает совершенствование, и применялось к теургическим практикам. Такая жизнь, как мы узнаем, удаляет «все пятна, а также все чуждые и неразумные природы». Сравните это с высказыванием святого Фомы Аквинского: «Камень один, Лекарство одно, к которому мы ничего не добавляем, только при приготовлении удаляем излишества».

Можно было бы еще многое сказать об этой замечательной и вдохновляющей поэме, но это не укладывается в рамки предлагаемого нами исследования, и мы должны перейти к другим и более непосредственным соответствиям, отметив лишь мимоходом, что выбранные нами отрывки - это те, которые действительно имеют непосредственное отношение к нашей основной теме; и что весьма скудные примечания, которыми мы их снабдили, призваны обратить внимание читателя на те идеи, к которым мы будем иметь возможность в дальнейшем обратиться.

ГЛАВА III

Теперь мы обратимся к Очистительному Огню и его вспомогательному корреляту - Жертвенному Огню, основная цель которого, за исключением некоторых случаев умилостивительного характера, обычно неверно представляемых, как правило, связана с очищением и омовением духовной природы, символизирующим уничтожение нечистот и пороков души.

Порфирий в письме к Анебону (Ямвлих, De Mysteriis) говорит, что у него есть сомнения относительно жертвоприношений, какой пользой или силой они обладают в мире и для Богов, и по какой причине они совершаются, подходящие для чествуемых сущностей и выгодные для тех, кто приносит дары. Он также добавляет, что Боги требуют от толкователей оракулов строгого воздержания от животных субстанций, чтобы их не оскверняли испарения от тел; но сами они больше всего соблазняются испарениями от жертвоприношений животных.

Такие вопросы не могут не показаться вполне разумными, но Учитель Абаммон в своём ответе даёт понять, что они основаны на заблуждении, и тщательно разбирает поднятую проблему, подробно останавливаясь на различных видах жертвоприношений и целях, ради которых они совершались. Достаточно будет кратко изложить некоторые основные моменты, поскольку многие из них нас здесь не касаются.

Прежде всего он указывает, что высшие Божества нисколько не затрагиваются такими приношениями, и добавляет, что их цель «ни в коем случае не состоит в том, чтобы приносить их ради чествования, подобно тому, как мы чествуем благодетелей; ни ради благодарности за блага, которые Боги даровали нам; ни в качестве первого плода или дара в качестве вознаграждения за более ранние дары, которые Боги сделали нам», доходя до того, что «подношение чего-либо, принадлежащего к царству материи, чуждо и противно Богам надматериального мира». С этим можно сравнить (Ис., 1, 11- 14): «К чему Мне множество жертв ваших, говорит Господь? Я не радуюсь крови тельцов, или агнцев, или козлов. Кто потребовал это от руки вашей? Не приносите более напрасных жертв; фимиам для Меня мерзость; назначенные вами праздники душа Моя ненавидит». И (Амос 5, 22): «И хотя вы приносите мне всесожжения и мясные жертвы, не приму их; и мирных жертв от тучных животных ваших не приму». Также (Иер. 6, 20): «К чему Мне ладан из Савской земли и сладкий тростник из дальней страны? Не угодны Мне всесожжения ваши, и жертвы ваши не сладки». И наконец (там же, 7, 22): «Я не говорил отцам вашим и не заповедовал им в тот день, когда вывел их из земли Египетской о всесожжениях и жертвах».

Абаммон указывает, что истинный жертвенный огонь - это образ, иллюстрирующий процесс - или один из процессов, - который побуждает душу к высшему, ибо, как огонь трансформирует все твёрдые и тугоплавкие материалы в светящиеся и гибкие тела, так и наши характеристики становятся подобными божественным. Поэтому жертвенный Огонь возносит нас к Огню Богов, подобно тому, как Огонь поднимается к Огню, направляя и увлекая вверх те качества, которые тянут вниз и противостоят божественным и небесным сущностям.

Марсилио Фичино, итальянский платоник, утверждает, по словам Уайлдера, что Огонь, разжигаемый нами, больше похож на небеса, чем на то, что остается позади. Он состоит из света, который является бесплотным, самым могущественным из всех вещей и, словно живой, вечно движется, разделяя всё, но не разделяясь; поглощая всё в себя, но ускользая от любой чужеродной смеси; и внезапно, когда он полностью освобождается, возвращается к небесному огню, который скрыт повсюду.

«Как Боги рассекают материю электрическим огнём и отделяют от неё все нематериальные по своей сути вещи, но крепко удерживаемые и скованные ею, - говорит Абаммон, - и как они также развивают бесстрастные натуры из бесстрастных - так и тот огонь, который пребывает с нами, подражая действию божественного огня ... освобождает нас от уз порожденного существования, делает нас подобными Богам, а также делает нас пригодными для их приязни, а нашу материальную природу - близкой к нематериальной сущности».

Вот почему, говоря о наиболее подходящих жертвоприношениях, он говорит: «Человеческое существо повсюду священно». Изначально это никогда не означало, что нужно приносить человеческие жертвы, хотя, когда религии развратились, такие практики были введены из-за того, что невежественные или злонамеренные люди принимали символ за факт. Но это означало, что наиболее приемлемой жертвой для Высших Божеств везде является человеческая или материальная часть человека: его желания, похоти, страсти и так далее. Как сказано (Пс. 51, 17): «Жертва Богу - дух сокрушенный; сокрушенного и растерзанного сердца Бог не презрит».

Именно это имеет в виду Плотин ( Эннеады iii., 6, разд. 5), когда говорит: «Очистить душу - значит изолировать ее, не позволяя ей привязываться к другим вещам... возвышая её от вещей низших до умопостигаемых сущностей; также отлучить её от тела, ибо в этом случае она уже не настолько привязана к нему, чтобы быть порабощенной им, подобно свету, который не поглощается в вихре (материи)..... Очистить душу - значит... воспрепятствовать ей устремиться к низшим вещам или представлять себе их образы; это значит уничтожить те вещи, от которых она таким образом отделена, чтобы она больше не задыхалась».

Итак, мы можем заключить, что Жертвенный Огонь, по сути, был Очистительным Огнём, по крайней мере, в том высшем Теургическом смысле, который мы рассматриваем, и, следовательно, Спагирическим или Разделительным Огнём, действительно Телестическим или Совершенствующим по своей природе, и поэтому мы должны обратить наше внимание на тайну Крещального Огня, относительно которого, собственно говоря, у нас сравнительно мало данных.

Очевидно, что в Новом Завете обозначены две формы Крещения - водная и огненная, ибо Иоанн Креститель говорит (Матф. 3, 2): «Я крещу вас водою в покаяние, но Грядущий за мною сильнее меня. ... Он будет крестить вас Духом Святым и Огнём». Многие считают, что это пророчество исполнилось, когда Святой Дух сошел на учеников в день Пятидесятницы в виде огненных языков (Деян. 2, 3). Однако справедливо будет заметить, что отец церкви Ориген не придерживался этой точки зрения, поскольку в Проповеди на xxiv от Луки он говорит: «Апостолы были крещены Святым Духом после вознесения (Иисуса); но где и когда они были крещены Огнём, Писание не говорит». Это, естественно, поднимает вопрос о том, не подразумевается ли здесь три Крещения, но пока мы ограничимся двумя, а именно Водой и Огнём.

А святой Иерофей, касаясь этого вопроса, говорит (Книга святого Иерофея, Беседа 3, 4): «Теперь о Святом Крещении, сын мой, я со своей стороны говорю, что никто не может спастись, если не будет причастен Святому Крещению; но нам легко узнать от нашего Господа, что существует и Второе Крещение; ибо когда он хотел научить группу апостолов тайне этого Крещения, то сказал так: «Ибо Я имею креститься Крещением, которого вы не знаете»».

Здесь мы должны сообщить читателю, что Иерофей указывает на то, что это Крещение Огнём происходило с большинством людей после того, как они покидали физическое тело, и лишь немногие могли при жизни достичь той степени отделения, которая необходима для принятия этого Таинства. Цитата из изречений Иисуса не встречается в Евангелиях, если только, как предполагает г-н Марш, переводчик книги, она не является комбинацией Луки 12, 50 и Иоанна 4, 52. Однако она может происходить из какого-то другого сборника.

Иерофей продолжает: ««Если бы не было другого Крещения, кроме Крещения водой, разве не сказали бы апостолы: «Мы сами, Господь, видели, как Ты крестился»? Итак, очевидно, что Он говорил о Втором Крещении, которого достойны Божественные Умы в областях, находящихся над небесами; ибо там Умы достойные крещаются Духом и Огнём, а не водой. ... Итак, нам очевидно, сын мой, что водное Крещение - это Крещение тела, и что оно является лишь символом и образом славного и истинного Крещения, которого достойны все Божественные Умы в том месте, которое находится выше небес. Итак, будем надеяться на крещение в небесах, поскольку нам известно, что это, истинно и свято, есть великое и божественное Крещение. Первое крещение даёт покаяние, а то, что свыше, соединяет нас с Благом».

Итак, Иоанн крестил в Иордане, но есть и небесный Иордан, который един с Рекой Жизни, исходящей от Престола Бога и Агнца. А это, как мы уже показывали в другом месте, то же самое, что и Кабалистическая река Нахар, вытекающая из Бины, Великой Высшей Матери. Это река Духа, Руах, чьим символом является Огонь. И мы вновь напоминаем читателю, что буква ש (Шин), которая является одной из трех Материнских Букв еврейского алфавита и относится к элементу огня, является, среди букв, символом Руах Элохим, Духа Элохим, Духа Божьего, как он переведен в Быт. 1, 2, или Святого Духа, RVCh ALHIM и ש численно эквивалентны; и что они согласуются в своей наименьшей нумерации с NHR, Нахар, Рекой.

Предыдущие параграфы следует сравнить с тем, что Ориген говорит о Крещении Огнем (изд. Lommatzsch, v, с. 179 и далее): «Как Иоанн ждал на берегу Иордана тех, кто пришел креститься... так и Господь будет стоять в Огненной Реке с пламенным мечом, и будет крестить в этой Реке всех... кто еще нуждается в очищении». Пламенный Меч - знакомый символ Древа Жизни Кабалы, поскольку он обычно изображается в виде вспышки извилистой молнии, и таким образом охватывает десять сефирот (которые образуют Древо) в их естественном порядке. Сравните также (Зоар II, л. 247а): «После этого душа направляется к Огненной Реке, через которую должны пройти все души, чтобы очиститься. ... Если душа достойна и выходит из реки, её вновь облачают в одеяние и приводят к Первосвященнику Михаэлю, который приносит её в жертву всесожжения Древнему Днями, перед Которым она пребывает вечно». Об этой реке в Мидраше говорится, что «если даже ангелы купаются в этом огненном потоке, чтобы обновить себя, то тем более сыны человеческие должны жаждать этого очищения».

Мы не находим никакого фактического рассказа об Огненном Крещении в Книге Святого Иерофея, но в «Пистис София», Книга III, гл. 114, читаем: «Итак, кто примет таинство крещения, то таинство его становится великим огнем, чрезвычайно яростным и мудрым, который сжигает грехи и тайно входит в душу и поглощает все грехи, которые вложил в нее поддельный дух. И когда он очистит все грехи, которые ложный дух вложил в душу, он тайно входит в тело и тайно преследует всех преследователей и отделяет их по сторонам тела. Ибо он преследует ложный дух и судьбу и отделяет их от силы и от души, и помещает их по сторонам тела, так что он отделяет ложный дух и судьбу от тела в одну часть; душу же и силу он отделяет в другую. Таинство же крещения, напротив, пребывает посреди обоих, постоянно отделяя их друг от друга, чтобы сделать их чистыми и очистить их, дабы они не были запятнаны материей».

Этот огонь, как мы выясним позже (в Пятой книге), - Огонь, который Он пришел излить на землю (Лк. 12, 49), и Живая Вода - см. выше о Реке Жизни - о которой должна была просить самарянка (Ин. 4, 10-11 и 14); также и Чаша с Вином в Евхаристии.

Согласно Иерофею, это Крещение происходит после второго Восхождения, и после него ничто не мешает Уму стать во всём подобным Христу, по этой причине он отбрасывает обозначение «Ум» и называется «Христос», и считается достойным, божественно и свято, совершить единение с Благом. Но это объединение не является высшей стадией, как мы объясняли в нашей Теургии, ибо за ней находится то, что называется «смешением». Поэтому мы не должны удивляться, узнав, что Христос есть не что иное, как очищенный Ум, и что после объединения Христу больше не поклоняются, «но поклоняются тем Умам, которые признаны достойными объединения; и Христос больше не является их Главой, ибо Христос «Глава тех, кто спит, но для тех, кто пробудился, Христос больше не является Главой».

На первый взгляд, конечно, такие утверждения могут показаться некоторым весьма поразительными, но следует помнить, что они вырваны из контекста, который, естественно, невозможно привести здесь в полном объёме. Поэтому мы объясним, что Христос, как Сын, есть Микропрозоп, Меньший Лик, и его следует рассматривать как Совершенство Бытия в каждом из четырех миров; то есть как совершенный Микрокосм в каждом из них. Таким образом, на разных этапах этой замечательной книги описываются разные аспекты Вселенского Духа, и в этом кроется ключ к кажущейся непоследовательности и многим кажущимся противоречиям.

В рассматриваемую нами эпоху своей эволюционной истории Душа, преодолев мир Асия, материальный мир, и пройдя через различные стадии Йециратического мира, или мира становления, стоит на пороге Бриатического мира «и отправляется за пределы места Таинств, - говорит Иерофей, - будучи божественно и высоко вознесенной, чтобы увидеть Сущности, которые выше их»; И, возможно, она также видит Христа, готовящего путь перед ней - под которым подразумевается Христос Брия, бесформенного и творческого мира Элохим - а также другие Сущности, которые говорят ей: «Поднимись на высоту и займи свое место». С дивной торжественностью божественный Ум возвышается до (места), где он находит «видимость», то есть форму, - и не более; и говорит: «Нет видимости перед глазами моими»». (Иов 4, 16) «и она пламенеет свято и божественно, в духовном созерцании, чтобы прийти к Древу Жизни и соединиться с ним. Она делает это с божественным пониманием и мистическим осознанием значения своего путешествия; и так в славе (наиболее) прославленной, она прибывает к Сущности, которая называется « Вселенской ».»

Здесь мы должны отметить, что Вселенская Сущность не является Высшей, и мы не ожидали бы, что она будет таковой, если бы это был мир Брия, как мы утверждали. Но Иерофей говорит нам, что эта Сущность существует после отделения от Единого ( который есть Кетер) и до появления различий Формы (Йецира). Мы также отмечаем совпадение - если это не более того - используемых слов «постижение» и «понимание», которые так похожи на «Мудрость» и «Понимание», а именно Хокма и Бина, Сфирот, составляющих этот мир Брия, и далее желание Души соединиться с Древом Жизни, которое, согласно Откровению (22, 2), растет по обе стороны реки.

Теперь мы вернемся к ранее поднятому вопросу о тройном Крещении. На это, хотя и не названное как таковое, намекает святой Иерофей, говоря о Причастии, которое выше Единения. Но здесь, как и в «Пистис София» (Книга V, глава 143), порядок таков: Вода, Огонь и затем Дух, так что Ориген, похоже, ошибся в своем утверждении, ранее процитированном нами в начале этой главы. Опять же, в «Книге Великого Логоса», иначе называемой на первой странице Книгой Гнозисов Незримого Бога, мы получаем описание трех Крещений в таком порядке. Крещение Духом - это, конечно, Крещение «Пневмой» или «Руах», оба из которых означают Ветер, Дыхание или Воздух, и третье Крещение упоминается в таких терминах в различных аллегориях и рассказах о Мистериях. Например, в Шестой книге «Энеиды» души описываются как очищающиеся под воздействием ветров; и к этому отрывку сведущий комментатор Сервий добавляет: «Каждое очищение осуществляется либо водой, либо огнем, либо воздухом; поэтому во всех Мистериях вы найдете эти три метода очищения; они либо омывают вас водой, либо обеззараживают вас сульфуром (сжиганием), либо продувают вас ветром; последнее делается в Дионисийских Мистериях».

Немного ранее мы указывали на то, что огонь и буква Шин являются символами Руах или Духа, и может показаться, что мы противоречим сами себе, разделяя эти два Крещения. Но мы не виновны в такой небрежности, ибо как первое Крещение, Водное, по своей очищающей природе символизирует дальнейшее очищение Огнём, так и второе Крещение, Огненное, является прообразом и символом третьего Крещения, Пневмой, Руах, Духом или Воздухом, последней ступени в апофеозе Человека. Но это последнее нас сейчас не касается, и мы должны оставить эту тему, несмотря на её чрезвычайный интерес, и перейти к рассмотрению нашего следующего пункта.

ГЛАВА IV

Теперь мы переходим к рассмотрению Солярных аспектов огня, поскольку вполне естественно, что среди носителей тех представлений об огне, которые мы пытались изложить в предыдущих главах, Солнце должно рассматриваться как особый символ тех идей, которых они придерживались. И так было во многих случаях, особенно у египтян и персов, на которых мы в основном и сосредоточим наше внимание.

Ра и персонификация его различных форм, вместе взятые, являются величайшими из всех Богов египтян, и именно он должен считаться действительно Отцом Богов. Поклонение Солнцу в Египте чрезвычайно древнее и, похоже, практиковалось повсеместно, а в очень древний период поклонение Ра было связано с культом Херу, Бога-Ястреба, который персонифицировал высоту небес и, похоже, был символом и образом Солнца. Строго говоря, его культ, вероятно, самый древний в Египте, даже древнее, чем культ собственно Ра, но с практической точки зрения последний был самым древним из всех Богов Египта, поскольку первым актом творения было появление его диска над пучиной вод творения.

Эта идея, конечно же, почти идентична Кабалистической доктрине появления Великого Лика, «Головы, желанной всеми желаниями» из «Сифра де-Ценьюта» или Книги Сокровенных Таинств, которая является, так сказать, первым ограничением безграничного Света, хотя Солнце чаще всего типизируется шестой Сефирой, Тифарет или Красотой, которая представляет Микропрозоп, Меньший Лик. С другой стороны, аналогия вполне оправдана, ибо Великий Лик возник над Хаосом или Океаном, Водами Творения, Тоху Ве-Боху из Бытия 1, 2, поскольку это был фрагмент тех предыдущих миров, которые не могли существовать до тех пор, пока Голова, которая есть Кетер, или десять сефирот мира Ацилут, не была полностью приведена в порядок.

В любом случае Ра был скорее Макропрозопом, чем Микропрозопом, поскольку считался создателем и творцом всего, включая небеса и Богов. Он был Единым, самопорождённым, самосозданным и самопроизведённым. Он был богом нерождённых, живых и мёртвых. Он существовал вечно и будет существовать вечно. От него исходила вся жизнь и свет, и он был олицетворением правды, истины и добра.

На стенах царских гробниц XIX и XX династий в Фивах начертаны Семьдесят пять восхвалений Ра, которые действительно весьма примечательны. Было бы неуместно цитировать их здесь подробно, но выдержки из одной или двух могут оказаться интересными.

Ра описывается как «Созидательная Сила, которая расправляет свои крылья. ... Мировая Душа, что почивает на горнем месте своём. Ты - тот, кто защищает твоих сокрытых духов, и они имеют форму в тебе. ... Ты даешь дыхание душам в их местах, и они принимают его. ... Ты поднимаешь голову свою и делаешь смелым чело своё, ты, баран. ... Хвала тебе, о Ра, возвышенная Сехем (Сила); ты - Душа, возвышенная в дважды сокровенном месте. ... Ты - Душа, движущаяся вперед. ... Ты, о Ра, создал вещи, которые существуют, и вещи, которые не существуют, мёртвых, Богов и Духов. ... Ты - дважды сокрытый и тайный Бог, и души идут туда, куда ты их ведёшь, а тех, кто следует за тобой, ты делаешь вхожими. ... Ты - Древний. ... Ты - Душа в вышине. ... Ты посылаешь свет и обозреваешь сокровенные места. ... Ты - Владыка Душ, пребывающих в доме Обелиска Твоего. ... Воистину, ты - Владыка Душ. ... Ты - Владыка Света, и ты провозглашаешь то, что сокрыто, и ты - Душа, говорящая с Богами».

А в легенде о Ра и Исиде, которую можно найти в Туринском папирусе, титул гласит: «Глава Бога Божественного, самопроизведённого, создателя неба и земли и дыхания жизни, огня, богов, людей, зверей, скотов, пресмыкающихся и гадов, птиц воздушных и рыб, царя людей и богов, в форме Единого, для которого сто двадцать лет - лишь год; имена его многочисленны и неизвестны, да, даже боги не знают их».

В приведенных выше цитатах мы бы сделали акцент на аспекте Ра как Мировой Души, источника душ, дающего дыхание, которое есть Пневма, Руах или Дух, душам. Даже когда он описывается как Баран, египетское слово - Ба, которое также означает Душу. Отметим также, что Баран - это Овен, экзальтация Солнца, что согласуется с приведенным описанием: «Ты поднимаешь голову свою и делаешь смелым чело своё».

Но когда мы переходим к « дважды сокрытому месту», «Душе, которая движется вперед», «пребывающей в доме твоего обелиска», нам непреодолимо вспоминаются теории м-ра Маршама Адамса о связи между так называемой «Книгой мёртвых» и Великой пирамидой. И здесь мы снова затрагиваем телестическую сторону нашей темы, поскольку, по мнению м-ра Адамса, пирамида использовалась как Храм Посвящения, а Большая Галерея соответствовала Залу Двух Истин. Что это такое, как не « дважды сокрытое место», и кто такой Инициат, как не «Душа, движущаяся вперёд»; и разве «Дом твоего Обелиска» не является самой Пирамидой?

С другой стороны, « дважды сокрытый и тайный Бог» наводит на мысль о кабалистическом «Сокрытом в Сокрытом», а « Древний» напоминает «Древнего Днями». Дальнейшие параллели, мы не сомневаемся, также придут в голову вдумчивому и наблюдательному исследователю, но мы должны перейти к другим соображениям.

Нас, естественно, привлекает Магическая или Магусанская традиция, а также Мистерии Митры. К сожалению, сведения, которыми мы располагаем, весьма скудны, хотя в свое время этот культ был наиболее широко распространен по всей Римской империи. Это объясняется прежде всего тем, что секреты этих Мистерий ревностно охранялись, так что даже самые предприимчивые из Отцов Церкви не могли завладеть их тщательно скрываемыми обрядами и доктринами, чтобы публично разоблачить их и тем самым, пусть и неосознанно, сохранить что-то из их мудрости для потомков.

Однако полезно вспомнить, что Симон, который, как считается, был самым ранним гностиком-еретиком, назывался Волхвом, или Магом, и что, как предполагает мистер Дж. Р. С. Мид, между Эонами и Амшаспандами в Авесте может существовать определенная связь. Кроме того, до нас дошли зороастрийские или халдейские оракулы, по крайней мере, частично, и мы знаем, что они высоко ценились Порфирием, который, как и большинство философов Поздней платоновской школы, был посвященным в Митраистские Мистерии, где, как утверждалось, только и можно было обнаружить Arcanum Arcanorum.

Кроме того, большинство исследователей зендских и пехлевийских книг считают, что авестийская традиция имеет маздаистское происхождение, и Дармстетер предположил, что авестийский маздаизм - это развитие и попытка систематизации культа зороастрийских Магов.

Митра, даже в книгах Зенд, ставится почти наравне с Верховным, и в самые ранние времена считался Богом Света и Владыкой Небесного Света. Он не является Солнцем, но Солнце - его Колесница или Возница. Он также Тепло и Жизнь, и в некоторых случаях соответствует орфическому Эросу. Он - Агатодаймон, Добрый Дух, и дарует не только материальные блага, но и духовные. Митраизм, таким образом, был Мистерией Духовного Возрождения и Перерождения, и из одного ритуала, который сохранился до нас, мы можем видеть, что это была Магическая Религия, использующая Теургические Практики в качестве своей основы, а все остальное было лишь вспомогательным.

Зосима, один из самых ранних алхимических авторов, в трактате «Об асбесте» говорит: «И если ты высушишь его на солнце, то овладеешь тайной, которую никто не может передать, в которую никто из всех любомудров не осмеливался посвящать словами; но только с санкции своей собственной божественности они передавали это посвящение. Ибо это они назвали в писаниях главной из всех мистерий; Камнем, который не является Камнем, непознаваемым для всех, тем, что не имеет чести, но имеет величайшую честь, тем, что никто не может дать, кроме одного лишь Бога, единственной вещью во всех наших операциях, которая превосходит всё, что является материальным. Это средство, в котором заключена вся сила - Митраистская Мистерия».

Здесь мы имеем прямую аллюзию на наш Тайный Огонь, наш Негорючий Сульфур, ибо Порфирий сказал, что «сухая душа наилучшая», подразумевая, что похоть порождения увлажняет душу, делая ее водянистой, в то время как Огонь высушивает и осветляет ее. Это и есть Священный Живой Огонь, который нужно почитать и беречь в святилище сокровенной природы. Как говорит Прокл, опираясь, очевидно, на оракулы: «Итак, давайте воздадим хвалу Богу - станем подобными Ему. Давайте оставим Текучую Эссенцию и приблизимся к истинному Концу; давайте познаем Мастера, пусть вся наша любовь изливается к Отцу. И, когда Он призовёт нас, будем послушны; поспешим к жару и избежим холода; будем Огнём; пройдём свой Путь через Огонь. Мы имеем «быстрый путь» для нашего возвращения. Наш Отец - наш проводник, который «открывает огненные пути», чтобы мы по беспамятству не устремились в нисходящий поток».

Наверное, нет нужды указывать, что «Текучая Эссенция» это Река Порождения, то же самое, что и «нисходящий поток», божественные созидательные силы, обращенные к земле.

Символом этой силы, конечно же, является Змей, с которым нам предстоит разобраться более подробно чуть позже. Пока же отметим лишь, что Добрый Змей, Огненный и даже Солнечный, вновь появляется в Алхимии в виде Льва, ибо оба они едины, хотя стадии, которые они представляют, различны. Как мы уже говорили в нашей «Теургии» (глава 4): «В астрологии знак Льва является керубической эмблемой Огня, а форма знака - глифом змеи, а ивритская буква Тет, которой он обозначается в «Сефер Йецира» или Книге Становления (вероятно, самой древней книге Кабалы), означает змею и также является глифом змеи. ... Лев - это также астрологический дом Солнца».

Одна из ступеней митраистской инициации называлась Леонтика, или Ступень Льва, и в ней проводился медовый обряд. Вспомним, что в истории о Самсоне (Суд. 14, 8) «В туше Льва были рой пчёл и мёд». Буква Тет, к которой, как мы уже говорили, относится знак Льва, считается Основанием Вкуса, что якобы как-то связано с изречением Самсона (там же, 14): «Из сильного вышла сладость». Можно также отметить, что на высшей ступени, ступени Отцов, посвящаемые назывались Орлами или Ястребами, что напоминает о формах Ра и Гора.

Ограниченность пространства не позволяет подробно описать ритуал Митры, но любознательный читатель может обратиться к полному переводу, опубликованному в серии «Эхо Гнозиса» под редакцией Дж. Р. С. Мида. Мы лишь приведем два кратких отрывка из заклинаний и продолжим. Они взяты из первой и третьей инвокационных декламаций соответственно.

«О, Первоисточник моего происхождения; Ты Первосубстанция моей субстанции; Первое Дыхание дыхания, которое есть во мне; Первый Огонь, данный Богом для Смешения смешений во мне, огня во мне. ... Переведи меня сейчас... в силу Бессмертного Духа... чтобы я мог переродиться в Уме. ... Инициируй, и да вдохни в меня Святое Дыхание, дабы я мог воспринять Святой Огонь.»

«Услышь меня... О, Владыка, Который Дыханием Своим затворил Огненные Створки Небес; Двутелый; Правитель Огня; Творец Света; Держатель Ключей; Вдыхатель Огня; Огненносердечный, Чьё Дыхание даёт Свет; Ты, Который радуешься Огню; Краса Света; О Владыка Света, Чьё Тело - Огонь; Даритель Света, Податель Огня; Разжигатель Огня, Чья Жизнь - в Свете; Завихритель Огня, Который приводит Свет в движение; Ты Громовержец; О, Ты Слава Света, Возвышатель Света; Управляющий Эмпиреями Света; О, Ты Устроитель Звёзд!»

Одной из самых необычных и внушающих благоговение скульптурных символических фигур, которые мы находим в руинах Митреумов, является та, которую мистер Мид описал как «таинственный Эон, превосходящий Богов и людей. Он - Непреходящий, Владыка Жизни и Света - Аутозоон, Тот, кто дает жизнь самому себе, и является Началом и Концом всех жизней. Он - Зерван Акарана, Беспредельное Время, а также Бесконечное Пространство, Непостижимый и Невыразимый, Пантеос».

Следует помнить, что этот рассказ о статуе является гипотетическим, и, следовательно, её смысл мог быть несколько иным; но прежде чем обсуждать другие возможные значения, которые она могла иметь, следует описать общую форму, в которой она была найдена.

На теле, которое представляет из себя фигуру львиноголового человека (голова покрыта густой гривой), по всей поверхности изображены знаки Зодиака, а на груди - спираль или солярная эмблема. Ноги имеют разную форму, иногда человеческую, иногда звериную. Из плеч выходят две пары крыльев, одна из которых направлена вверх, а другая свисает вниз. Вокруг тела обвивается огромная змея, обычно в семь витков, а голова змеи лежит на голове изображения или нависает над ней, в одном случае загибаясь в пасть. В каждой руке по ключу, а в правой руке часто находится жезл или скипетр.

Это можно сравнить с замечательным орфическим культовым образом в Королевском музее в Модене, который, как утверждается, представляет рождение бога Фанеса-Диониса из мирового яйца. Позднее эта скульптура была использована в качестве митраистского символа, при этом, конечно, предполагалось, что она представляет рождение Митры. Здесь вся фигура человеческая, а над ней возвышается шар. Изображена только одна пара крыльев, а знаки Зодиака образуют овальную окружность. Змея обвивается вокруг фигуры, как и в предыдущем случае, а затвор, или солнечная эмблема, находится на груди. Левая рука держит длинный посох, а в правой - факел. Ноги - ноги быка, и они стоят в огне, а шар, возвышающийся над головой, покоится в огненном гнезде.

Хотя эти скульптуры вполне могли представлять Эон или рождение Фанеса-Диониса, или Митры, из Мирового Яйца, вполне возможно, что они были скорее образами Инициата, пробужденного человека, и, в частности, голова льва наводит на эту мысль, если вспомнить, что одной из высших ступеней была Леонтика. Кроме того, зодиакальные символы и эмблема Солнца на груди наводят на мысль о не имеющем смерти Солнечном Теле, и змея вполне может быть представлением Спейремы или Змеиной Спирали, которая теперь полностью пробуждена, а крылья указывают на духовную и изменчивую природу. Ключи, конечно же, являются ключами знания, символизированного факелом в другой фигуре. Посох, жезл или скипетр, естественно, означают власть.

Это, опять же, предположение, но в любом случае перерожденный человек - это истинный Микрокосм, образ Творца. С другой стороны, змея наводит на мысль - особенно в сочетании с солярными и зодиакальными символами, присутствующими в обоих примерах, - на ряд соображений, которые нам предстоит обсудить.

ГЛАВА V

На данном этапе нашего исследования мы должны провести некоторое исследование той таинственной силы, которая, как считается, обитает в человеке и которую так часто называют Змеиной Силой. Это Параклет Нового Завета, Спейрема греков и Кундалини в санскрите. Но прежде чем мы сможем разобраться с этим вопросом, нам следует напомнить себе, что человек должен рассматриваться как множественный, а не простой, как обладающий, по меньшей мере, тремя телами, а не одним.

Эти три тела соответствуют трём разновидностям Души, как у платоников, так и у кабалистов и прочих. В соответствии с намеченными нами линиями мы будем рассматривать только две названные системы. Здесь мы видим, что три части - это Нус, Френ и Эпитумия, которые соответствуют Нешама, Руах и Нефеш. Это, грубо говоря, Высший Ум, Разумный Ум и Животный Ум, включающий в себя страстную природу, и в главах I и II мы уже показали, как Высший Ум рассматривался древними философами. В Кабале они соответствуют трем нижним Кабалистическим мирам, о которых мы упоминали в главе II, - мирам Брия, Йецира и Асия, которые являются, соответственно, Созидательным, Формообразующим и Материальным мирами, и в продолжение этого мы лишь добавим, что Нешама сама подлежит тройному делению, таким образом, три ее части соответствуют Трём Высшим.

Три тела, упоминаемые в Новом Завете и соответствующие этим трем принципам, - это духовное тело, психическое тело и физическое тело, сома пневматикон, сома психикон и сома или саркс, которые в Упанишадах называются Причинным, Тонким и Грубым телами. Первое из них называется телом за неимением лучшего термина для его описания, поскольку оно принадлежит к Архетипическому Миру и, следовательно, практически не имеет формы. Однако можно сказать, что оно порождает остальные и, как утверждается, становится видимым для высокоразвитого визионера как яйцевидное сияние, подобное, таким образом, яйцу.

Внутри него, в более или менее полулатентном состоянии, находится та часть Созидательного Lux, или Света Логоса, которая является регенеративной силой в человеке, Параклетом, добрым змеем в яйце. Это Спейрема, или змеиная спираль, иначе Кундалини, круговая или кольцеобразная сила. Согласно некоторым школам мысли, она во время телестической работы подготовляет идеальную, архетипическую форму, содержащуюся в яйце, которую называют солнечным телом, поскольку она самосветящаяся, обладающая золотым сиянием, подобно солнцу.

К сожалению, хотя мы и знаем, что Спейрема играла определенную роль в Теургических Обрядах Мистериальных Школ древности, у нас практически нет данных, на которых можно было бы основываться, и поскольку в наши планы не входит излишняя спекулятивность в исследовании, мы получим лучшее представление о предполагаемых действиях этой силы, если посвятим некоторое время Восточным Школам, где Кундалини играет важную роль вплоть до наших дней. На самом деле это одна из немногих форм, в которых Тайный Огонь более или менее открыто упоминается, и если предположение, высказанное в предыдущем параграфе, частично верно, то это, по крайней мере, пример улетучивания фиксированного и фиксации летучего, что является функцией Сокрытого Сульфура алхимических адептов. И поскольку эта последняя функция станет предметом нашего рассмотрения на более позднем этапе, настоящее исследование представляется уместным.

В то же время мы хотели бы отметить, что этот вопрос в действительности настолько обширен, что невозможно представить его в полном объеме за короткий промежуток времени, имеющийся в нашем распоряжении, и что мы решаемся рассматривать этот вопрос только потому, что о нём написано так много ужасающей чепухи, что мы не хотим, чтобы нас неправильно поняли. За подробным и научным изложением предмета мы отсылаем читателей к книгам Shakti and Shakta и The Serpent Power сэра Джона Вудроффа (Arthur Avalon).

Для начала мы можем спросить себя, что такое Кундалини Шакти и почему о ней говорят, что она свернута в виде змеи? Какова природа этой силы и что такое Чакры? Почему эта сила находится в Муладхаре и почему, пробудившись, она должна подниматься вверх? Каков эффект от её прохождения в Сахасрару?

Прежде всего, представляется, что существует множество Шакти, ибо это слово означает Силу, и что Кундалини, таким образом, является лишь одной из нескольких других, составляющих Вселенную. Это ошибочное представление, поскольку Шакти, которая сама по себе есть Чидрупини, или чистое, блаженное Сознание, является также Матерью Природы и, по сути, самой Природой, рожденной из ее собственной творческой Мысли. Таким образом, она едина со всеми другими формами Великой Матери, которые можно найти в различных религиях: Божественное понимание, Бина или Аима Элохим в Кабале; Исида, Хатхор или Теф в Египте; Афродита у греков; Ашторет и Астарта; вавилонская Милитта, римская Юнона и так далее.

С философской точки зрения, эта энергия может рассматриваться как поляризованная в двух формах, а именно как статическая или потенциальная, которой является Кундалини, и динамическая, которой является Прана, причем последняя в теле является действующей силой. Но человек - это Микрокосм, и всё, что существует во внешней вселенной, существует и в нём, так что мы можем рассматривать процессы вселенской и человеческой эволюции как одни и те же для всех практических целей. Эти процессы начинаются с создания ума, после чего следует создание материи, которая может рассматриваться как включающая в себя четыре элемента древних - воздух, огонь, воду и землю, представляющие собой все большую плотность, пока не будет достигнута твердая форма. В целом эти этапы соответствуют шести дням творения, после чего Шакти больше нечего делать, и она снова пребывает в покое, как и до начала всех порождений. Иными словами, Она представлена в виде свернувшейся и спящей змеи, а в человеке Кундалини представляет собой, так сказать, Шакти, оставшуюся после творения, но по-прежнему рассматриваемую как целое, а не часть.

Итак, прежде всего, мы имеем эту огромную энергию, Великую Кундали (Махакундали), покоящуюся как Чидрупини Шакти в Сахасрара-чакре, или Точке Абсолютного Покоя, где она представляет природу Великой Матери в человеке и является аналогом Нешама из Кабалы, тогда как в самом теле есть Кундалини, остаточная Шакти, находящаяся в состоянии относительного покоя, свернутая в Муладхара-чакре, где она является статическим полюсом по отношению ко всем телесным силам, которые образуют динамический полюс. Они тоже Шакти, напомним, движущиеся вокруг этого центра относительного покоя, разница между ними и Кундалини Шакти в том, что они - дифференцированные и конкретные формы в движении, а она - недифференцированная, остаточная Шакти в покое. Таким образом, в теле мы находим явления двойной полярности магнита.

Упомянув о двух Чакрах, расположенных на разных концах шкалы, мы могли бы вкратце рассказать о всей их последовательности. Прежде всего, тело можно рассматривать как разделенное на две основные части, а именно голову и туловище вместе, и ноги. Центр между ними находится в основании позвоночника, а по всему туловищу проходит спинной хребет, который является осью тела, как гора Меру - земной осью.

В этом стволе находятся семь Лок, или областей, которым соответствуют семь Чакр, Центров или Лотосов. Это Муладхара, Свадистхана, Манипура, Анахата, Вишуддха и Аджна, самая верхняя - Сахасрара. Эта последняя является высшим центром проявления сознания в теле и, таким образом, обителью верховной Шива-Шакти. Если смотреть сверху вниз, то они соответствуют семи таттвам: Брахма, Авьякта, Акаша, Вайю (воздух), Теджас или Агни (огонь), Апас (вода) и Притхиви (земля), причем последняя соответствует Мулахдаре, поэтому говорят, что Кундалини, или остаточная Шакти, находится в этом месте в свернутом виде.

Эти семь главных чакр также соответствуют семи главным ганглиям (нервным узлам) тела, хотя и не являются таковыми. Работая вверх от Муладхары, эти ганглии соответственно являются Сакральным, Простатическим, Эпигастральным, Сердечным, Фарингеальным и Кавернозным, а Сахасрара соответствует Конариуму. Это, как мы уже указывали, не все чакры, которых, как утверждается, пятьдесят, что напоминает нам о пятидесяти вратах мудрости Кабалы.

В Свадистхане находится место соединения трех основных нади (каналов), Сушумны, Иды и Пингалы, из которых первая соответствует спинному мозгу, а две другие - левой и правой симпатическим цепям соответственно. Эти последние пересекают позвоночный столб с одной стороны на другую, образуя с Сушумной и двухлепестковой Аджной подобие Кадуцея Гермеса, который сам по себе является другой формой Древа Жизни Кабалы, с которым всё сказанное нами гармонирует, хотя для полного объяснения этого соответствия потребовалось бы слишком техническое обсуждение, и мы должны вкратце затронуть его в конце главы.

Итак, цель Кундалини-йоги - пробудить эту свернувшуюся и спящую силу с помощью Пранаямы и других йогических практик, чтобы она стала динамичной. После этого она немедленно устремляется вверх, к другому статичному центру в Сахасраре, Тысячелепестковому Лотосу, который, по сути, является ею самой, но в союзе с Шива-сознанием, или сознанием экстаза за пределами мира форм. Когда она спит, человек бодрствует в материальном мире, но когда она пробуждается, йогин теряет всякое осознание мира и входит в свое причинное тело, переходя таким образом в бесформенное сознание.

Этот процесс пробуждения Кундалини приходится повторять постоянно, чтобы действие стало совершенно естественным, когда она, в конце концов, возвращается по желанию йогина. И это постоянное повторение находит свою параллель в различных стадиях Алхимических процессов, не только очистительных, но и приумножающих.

Такова, вкратце, теория, лежащая в основе этой конкретной практики, насколько она может быть почерпнута из книг. Но хотя среди трудов по тантрической йоге есть много трактатов, посвященных пробуждению Кундалини, как и следовало ожидать, они написаны со значительными оговорками, и это искусство невозможно освоить без инструктора.

Тем не менее, среди людей Запада есть те, кто утверждает, что успешно использует эту силу и достигает состояния Мантейи, священного мантического транса Мистерий, где, однако, сохраняется полное самосознание и самообладание. Таким образом, существует некоторая разница в достигнутом результате, и, насколько можно судить по сравнению их трудов с восточными, есть разница и в используемом методе.

Это, однако, не касается данного исследования, поскольку мы не имеем дела с фактическими методами таких практик. Мы лишь предупреждаем ученика, чтобы он не занимался ими без посторонней помощи, поскольку они крайне опасны, если не выполняются под квалифицированным наблюдением. Из этого также следует, что при выборе учителя следует проявлять максимальную осторожность, поскольку не все, кто исповедует знания, действительно ими обладают.

Нет нужды добавлять, что тщательная предварительная подготовка очистительного характера также является необходимым условием, и что неочищенный человек, пытающийся прибегнуть к контактам, подобным указанным, подвергает себя риску, о котором нам не хотелось бы даже думать.

К рассмотрению этой Змеиной Силы нас подвели орфические и митраистские скульптуры, изображающие возрожденного человека с обвившейся вокруг него змеей. А если вспомнить, что во многих случаях она свернута в семь витков, то следует признать, что сходство с Кундалини весьма заметно, что подтверждает наше вступительное утверждение в начале этой главы, что она то же самое, что и Спейрема у греков.

Кроме того, в некоторых санскритских произведениях семь планет соответствуют Чакрам, а значит, есть соответствие и со Знаками, которые, как мы видели, располагались либо вокруг образа, либо были выгравированы на нем. А поскольку планеты соответствуют чакрам в порядке, начинающемся с Сатурна и Муладхары, исходной точки Кундалини, было высказано предположение, что здесь есть, по крайней мере, параллель с Чёрным Сатурном Адептов, так хорошо известным в Алхимической литературе.

Не желая вдаваться в какие-либо сложные или технические кабалистические объяснения, мы не можем оставить эту конкретную ветвь нашего исследования, не указав, что этот Добрый Змей имеет свой аналог в Кабале в Змее Нóга, Змее Мудрости, то есть том змее, которого Моисею было велено укрепить на столбе, чтобы народ мог исцелиться.

Десять Сфирот расположены в трёх колоннах, правой, левой и центральной, что аналогично нади, Ида, Пингала и Сушумна; и в то время как Кундалини, когда пробуждается, проходит вдоль последней, являющейся центральной нади, змей Моисея обвивался вокруг центральной колонны Сфирот. Опять же, если Кундалини Шакти - это форма Великой Матери, Афродиты греков, то Нóга - это название Сферы планеты Венера, которое является другим именем той же Богини.

Мистер Дж. М. Прайс в интереснейшей книге под названием The Apocalypse Unsealed провёл множество интересных параллелей между этой Кундалини или Спейремой и символизмом Откровения Святого Иоанна, показав, что это теургический трактат, имеющий большое значение. Эта работа показалась нам особенно интересной по той причине, что, основывая свои умозаключения главным образом на доктринах Упанишад и рассматриваемой нами форме Йоги в сочетании с платоновскими и родственными учениями, он приходит к выводам, почти идентичным тем, которые можно получить из чисто кабалистических соображений, что является по меньшей мере поразительно показательным фактом.

Наконец, мы считаем необходимым в интересах истины и справедливости сказать несколько слов о фаллических практиках и Кундалини, поскольку на эту тему было сказано так много вводящего в заблуждение. Есть некоторые, кто заходит так далеко, что утверждает, будто вся Кундалини-йога - это не что иное, как превращение тела в прославленный или обожествленный лингам; что потоки, с которыми приходится иметь дело, являются чисто сексуальными; и что результатом этого является онанизм в неслыханных масштабах. Как и во всех подобных ошибочных и вводящих в заблуждение утверждениях, за ними скрывается доля истины, способная убедить несведущих. Задействованные силы являются созидательными и, следовательно, связаны с сексуальными. Но они не являются сексуальными в общепринятом смысле этого слова, так же как и наши человеческие представления о сексе не могут быть приписаны Божественному. К сожалению, в связи с любым культом всегда можно найти искажённые формы, которые не имеют никакого отношения к чистому оригиналу.

Мистер Лидбитер говорит о школах Чёрной Магии, которые используют Кундалини для стимуляции сексуального центра, и то, что такие учения распространяются - часто под видом высокодуховных - столь же неоспоримо, сколь и прискорбно. Именно это имеет в виду мистер Прайс, когда говорит в The Apocalypse Unsealed: «Простой любитель псевдооккультизма только деградирует свой интеллект с помощью глупостей психизма, станет жертвой злого и фантазматического мира или погубит свою душу грязными практиками фаллического колдовства». Подобные заявления, какими бы правдивыми, к сожалению, они ни были, не могут и не должны восприниматься как осуждение теории и практики Кундалини Йоги в целом, и было бы несправедливо судить о любой системе по тем опошленным и искажённым формам, в которых она встречается. Поэтому мы безоговорочно утверждаем, что физические сексуальные практики в любой форме, а особенно попытки интроверсии сексуальных сил, например, попытки провести их вверх по позвоночнику и в мозг, никогда не были частью истинно священных мистерий и могут привести только к болезням, безумию, смерти и даже хуже, однако мы вынуждены отметить, что такое осуждение не относится к Кундалини Йоге. Тем не менее, мы вновь предупреждаем, что ни один ученик не должен пытаться экспериментировать с этими практиками без руководства опытного учителя, который сам освоил все тонкости этого предмета как теоретически, так и практически. В противном случае, несомненно, такие исследования окажутся крайне опасными.

ГЛАВА VI

В предыдущей главе мы рассмотрели некоторые аспекты нашего Тайного Огня, которые связывают его в нашем сознании с Исидой Природы, Афродитой и Венерой (к ним можно было бы добавить Рею, Церидвен, Герту и других). В то время как Афродита и Венера родились из Моря, Исида считалась первозданной бездной вод, из которой возникло все живое. Мы также говорили, что они соответствуют Сфире Бина, Великой Высшей Матери, и Она именуется Великим Морем. Не вызывает сомнений и тот факт, что различные изображения и скульптуры, представляющие Исиду с младенцем Гором на руках, послужили основой для создания фигур и картин христианской Мадонны с младенцем. Кроме того, католическая доктрина Успения Девы Марии имеет свою параллель в кабалистической доктрине экзальтации Малкут (Низшей Матери) в Бина, и совершенно очевидно, что Мария - это Mare, Море. Кроме того, характерный цвет Девы - синий, который почти повсеместно приписывается элементу Воды.

Но где же тогда искать идею Огня? Мы бы ответили, что она находится в воде, ибо как Якоб Бёме говорит нам, «водная матрица заключает Огонь» («Тройственная жизнь человека», глава 7, параграф 70), так и во II Книге Маккавеев, 1, 19-20, мы видим огонь, произведенный из воды, а в Сефер Йецира, 1, 10, говорится, что «из воды Он образовал Огонь».

Более того, согласно единственному чисто алхимическому трактату Кабалы, «Аш Мецареф», или «Очищающий Огонь», Сульфур относится к сфире Бина, и следует помнить, что Руах Элохим, чьим символом, как мы уже объясняли, является Огонь, также точно так же связан с ней.

Одной из многочисленных связей со всеми этими идеями, которые мы находим в трудах алхимиков, является использование Венеры в качестве символа, хотя, естественно, можно найти аллюзии на Афродиту, Диану и Бина; и Венера обычно интерпретируется как Медь. Но из уже высказанных нами соображений вытекает интересная догадка о связи между Венерой и Сульфуром, которую желательно рассмотреть самым тщательным образом, поскольку, как нам хорошо известно, авторы Герметического искусства были экспертами в использовании таких внутренних значений, применяя их, чтобы ввести в заблуждение и обескуражить непосвященных.

Прежде всего, символы Сульфура и Венеры во многом схожи: у первого это вертикальный треугольник над крестом, а у второй - круг над крестом. Но вертикальный треугольник - это символ огня, а круг - символ Солнца, которое является другим видом огня.

Но это можно считать несколько поверхностным, и поэтому мы должны посмотреть, нет ли подтверждающих доказательств, которые можно получить из реальных алхимических трудов. В качестве отправной точки мы можем взять самый древний из известных латинских трактатов на эту тему, который, кстати, оказывается намного старше своей латинской версии. Это Turba Philosophorum или «Собрание Мудрецов», и в пятьдесят первом диктуме мы видим, что Горфолькос (или Морфолей, согласно второй редакции) говорит о Медном Цветке, который также называли «водой нашей Меди, огненным ядом ... который далее они называли Этелией». Позже в том же диктуме он говорит: «Ибо все слова, которые вы найдете в любой книге человека, означают ртуть, которое мы называем водой серы, о котором мы также иногда говорим, что это свинец и медь, и копулированная монета».

В пятьдесят втором диктуме Иксумдрус, продолжая говорить о меди, добавляет, что «эта Этелия, о которой мы уже упоминали, и которую завистники называли многими именами, белеет и окрашивает, когда белеет; тогда истинные Философы называли ее Золотым Цветком». А чуть дальше в своем рассуждении он говорит, что «это ртуть, когда оно белеет, становится серой, которая содержит серу, и является ядом, имеющим блеск, подобный мрамору; завистники называли это Этелией, орпиментом и сандараком, из которых яд и чистый дух восходят с мягким огнём, и весь чистый цветок сублимируется».

Из этих замечаний мы видим, что и медь, и сера, по крайней мере, приблизительно отождествляются друг с другом через Этелию, ртуть и яд, а также сходятся в своей водной природе. Это, конечно, отсылает нас к Бина, Великому Морю, к Сфире, с которой, как мы уже указывали, соотносится Сульфур.

Нам могут указать на то, что и Сульфур, и Медь считаются Меркурием или ртутью, и это действительно очевидно; но, как мы надеемся установить позже, когда перейдём к рассмотрению вопроса о Камне, именно потому, что Медь можно рассматривать как Сульфур, она может с некоторой степенью точности быть названа Меркурием. А если нам скажут, что Орпимент и Сандарак - это наш Меркурий, то следует отметить, что последний - это Реальгар, и что Орпимент и Реальгар родственны друг другу: первый - это Три-сульфид Мышьяка, а второй - сульфид Мышьяка, содержащий около семидесяти процентов мышьяка и тридцати процентов серы. В обоих этих случаях в природе присутствует и сера, и то, что можно с полным основанием назвать «ядом». Поэтому мы можем предположить, что целью именования этих конкретных субстанций было указать читателю на некий сульфурный яд, и на более поздней стадии наше исследование будет включать в себя рассмотрение этого «териака», как его называют в других местах.

Но в заключение нашего исследования, Синезий в своей «Правдивой книге о Философском Камне» говорит нам, что кальцинации и отбеливания в совокупности означают вываривание природы до тех пор, пока она не станет совершенной; и добавляет, что «экстракция души или духа ... есть не что иное, как вышеупомянутые кальцинации (или отбеливания), поскольку они означают операции Венеры. Именно через огонь экстракции ... дух выходит нежно». Это согласуется с Turba, где Арислей в десятом диктуме говорит: «Поэтому варите её, пока она не лишится черноты, и не появится белизна». А Лука, более кратко, в шестьдесят седьмом диктуме продолжает: «Я свидетельствую, что отбелить - значит сжечь». Соломон Трисмозин в Splendor Solis (Четвертый трактат, разд. 2) указывает на то же самое, цитируя Старца, который говорит, что «тепло превращает все чёрное в белое». А если мы процитируем более современный авторитет, то миссис Этвуд в Suggestive Inquiry, комментируя утверждение в «Герметическом Триумфе», что «Камень Философов ... является чистым окаменевшим Духом ... приготовленным теми, кто отслеживает природу с помощью Лунарного Вулкана», указывая, что это также называется Дианой и является тайным, естественным, внутренним Огнём Адептов. Мы также полагаем, что читатель не удивится, обнаружив, что в Turba этот Огонь или Отбеливающий Агент часто прямо упоминается как Сульфур.

Тот факт, что Венера часто рассматривается как идентичная Сульфуру, а также отнесение последнего к Бина, имеет огромное значение для развития нашего основного тезиса. Таким образом, поскольку, по крайней мере, часть наших аргументов опирается на утверждение, что Сульфур соотнесён с Бина в «Аш Мецареф», прежде чем мы продолжим, следует выяснить, какие ещё причины могут быть указаны для такого соотнесения.

Мы можем начать с того, что Бина в Душе - это Нешама, высший из трёх основных аспектов Души, соответствующий Нус в платоновской системе. Тогда «Сульфуры - это Души», как говорит Дардарис в сорок третьем диктуме Turba, что свидетельствует о том, что наше соответствие вполне уместно. И если нам напомнят, что Нефеш, соответствующий Малкут, также является душой, мы можем ответить, что хотя это действительно так, тем не менее мы здесь в основном занимаемся высшим аспектом, и что в любом случае Алхимики единодушны в утверждении, что есть два Сульфура, один горючий и нечистый, другой негорючий и чистый, и только последний может быть описан как их Сокрытый Сульфур, или Тайный Огонь.

В другой форме Алхимической атрибуции Древа Жизни мы видим, что Олово относится к Бина. Поэтому, если это верно, мы ожидаем, что олово имеет сульфурную природу, и, в сущности, мы действительно находим его описанным так в «Аш Мецареф» (глава IV). Однако это вряд ли можно считать основанием для отнесения Сульфура к Бина, и мы упоминаем об этом главным образом для того, чтобы показать, что симметрия двух упомянутых форм тщательно соблюдается. С другой стороны, Кабалистические причины, подкрепленные внешними свидетельствами, найти не так уж и сложно.

Например, поскольку Сульфур - это Огонь, его правильно отнести к левой стороне, которая является стороной Бина, к которой также относится и Золото; а ChRVTz, Чаруц, один из десяти порядков этого металла, также отнесен к той же сефире и согласуется в своем наименьшем числе, 7, с GVPRIThA, Гофритха, Сульфуром. Нам сказано, что этот вид Золота нужно выкапывать, и то же самое сказано о Сульфуре, который «нужно выкапывать из Воды, чтобы из Воды получить Огонь», как в II Мак. 1, 19-22, и в Сефер Йецира, 1, 10, что соответствует природе Бина как Великого Моря.

Мы также напоминаем, что с этой Сфирой связан Руах Элохим, чей символ - Огонь, и отсылаем читателя к Герметическому предписанию «Внедри, поэтому, и сохрани в том море Огонь», которое встречается в Tractatus Aureus или «Золотом трактате» Гермеса Трисмегиста. Иреней также говорит о «сере твоей воды», тогда как Василий Валентин ссылается на «Огненную баню Любви». А Евдокс, упомянув еще один авторитет, весьма точно описывает стадию, когда «твоя Вода будет оживлена этой Огненной Сущностью, которая творит все чудеса нашего Искусства», ссылаясь позже на тот Сульфур, который является «их Целомудренной Дианой, которая моется в бане». Но Старец[3] - самый простой из всех, ибо он прямо говорит: «Наш Огонь - это Вода».

Можно было бы привести множество других подобных примеров, но их перечисление было бы утомительным, да и вряд ли они убедят тех, кто пока не желает принимать те доказательства, которые мы уже привели. Поэтому, опираясь на несколько иные основания, мы постараемся укрепить уже выдвинутый тезис, который в конечном итоге заключается в том, что наш Сульфур или Тайный Огонь связан с Нешама или Нус в той роли, которую он играет в Телестической Работе. Мы также советуем читателю, чтобы избежать ненужных повторений, помнить, что Венеру следует рассматривать не только как Медь, но и зачастую как синоним нашего сокровенного принципа. Как выражается Якоб Бёме в Clavis, «огонь любви... есть истинная душа человека, а именно истинный дух, который Бог вдохнул в человека для тварной жизни». Ибо сказано (Быт. 2, 7): «И вдунул в ноздри его дыхание жизни, и стал человек душою живою», и слово, используемое для обозначения дыхания, - Нешама, а для обозначения живой души - Нефеш-Чиа.

ГЛАВА VII

«Огонь, - говорит Томас Воган в Lumen de Lumine, - несмотря на всё его многообразие в этой подлунной кухне элементов, есть лишь одна вещь, происходящая от одного корня... (и) наш Тайный Огонь находится в корне и возле корня - то есть, в центре всех вещей, как видимых, так и невидимых. Он есть в воде, земле и воздухе; он есть в минералах, травах и зверях; он есть в людях, звездах и ангелах. Но изначально он пребывает в самом Боге, ибо Он - источник тепла и огня. ... Маги дают нам только два понятия, по которым мы можем узнать их огонь. Он, как они его описывают, влажный и незримый». Он объясняет, что это философская Веста, магический агент, в котором влага и тепло равны и уравновешивают друг друга. Это влажный, прохладный огонь, который философы называют своей баней из-за его влажной природы. «Но на самом деле, - добавляет он, - это не баня - ни море, ни роса, а самый тонкий огонь, исключительно естественный; но возбуждение его искусственно».

Таким образом, его следует признать Божественным Огнём, и Воган говорит нам, что это то, что евреи называют Lumen Vestimenti, Свет Облачения, самое первое вместилище влияний и производных сверхъестественного мира.

Это, конечно же, Сфира Хокма, Мудрость, вторая Сфира и первое вместилище инфлюэнций из Кетер, или мира Ацилут, высшего мира. Ей, действительно, приписывается элемент огня, уравновешивающий элемент воды в Бина. Этот Lumen Vestimenti также, согласно Зоар, является Одеянием Славы, которое ожидает Нешама в высшем состоянии. Это Чиа, живой принцип, который связывает Нешама с Йехида, высшим принципом всего, Божественной Душой или Самостью, соответствующей первой сефире, Кетер, Короне.

Сравните это с «Гимном Одеяния Славы» великого гностического поэта Бардесана, в котором прекраснейшим образом описано нисхождение души в царство материи и её конечное восхождение. Это произведение доступно для изучения в книге Дж. Р. С. Мида «Фрагменты забытой веры» и в томе X его серии «Отзвуки Гнозиса» и содержит много весьма наводящей на размышления символики. Оно слишком длинно для того, чтобы мы могли рассмотреть его в деталях, и содержит вопросы, которые не имеют отношения к нашему нынешнему исследованию, но один или два комментария могут оказаться не лишними, поскольку они подтверждают или, по крайней мере, основаны на идеях, сходных с теми, которые мы рассматривали.

Несколько строк, по которым будут сделаны наши замечания, таковы:

«Из дома нашего, что на Востоке,

Мои родители в путь, снарядив, отправили

Меня, сняв с меня светлую мантию,

Что из любви своей мне сшили,

И тогу пурпурную мою,

Что была отмерена и сшита под мой рост.

И заключили со мною договор,

«Коль ты сойдешь в Египет,

И принесёшь жемчужину ту,

Что в средине Моря

Пребывает у змея, дышащего громко,

(Тогда) надев обратно мантию свою,

И тогу, что поверх неё накинута была,

Ты унаследуешь царствие наше».

И я сошёл в Египет,

И забыл, что я сын царский,

И про жемчужину забыл,

Я погрузившись в глубокий сон.

Родители мои о том прознали и опечалились;

И написали мне письмо,

Которое Царь своей десницей запечатал.

В образе орла, царя всех птиц;

Оно слетело и приземлилось рядом со мной

И заговорило.

Я вспомнил, что я царский сын,

И моя свободная душа возжаждала

Своей природы естественной.

Я вспомнил о жемчужине,

И заклинать принялся того

Змея ужасного, громко дышащего,

И вырвав у него жемчужину,

Прямым путем направился я

К свету родного дома, на Восток.

И мантию, что с меня сняли,

И тогу, что была надета поверх неё,

Мои родители туда прислали.

И тотчас, когда я облачился,

Мантия предстала мне зеркалом.

И, отразившись в нём, себя я целиком узрел.

Затем заметил, что по всей мантии

Шевелились движенья знаний.

Будто собираясь заговорить,

Я видел, как они готовятся.

Слышал звук их голосов,

И ощутил в себе

Рост, сообразный его (отражения) трудам.

Оно устремилось ко мне,

Оно спешило, чтобы я мог принять его.

И я, раскинув объятья, воспринял его,

И красотою красок его себя украсил.

И тога моя расцвела.

И обернул её я вокруг себя, во всю ширь.

И облачился в неё я, и взошёл

К Величию Отца, пославшего её мне.

И был я с ним во царствии его.

И он пообещал мне, что до ворот

Царя Царей меня проводит,

И, принеся мой дар, мою жемчужину,

Я явлюсь с ним перед нашим Царём».

Это, конечно, не вся поэма, но ее эпитома, различные части которой взяты из начала, середины и конца целого.

Итак, в начале мы видим душу, собирающуюся спуститься из Высшего Мира, который описывается как Восток, напоминая нам о сорок первом из «Философских, кабалистических и теологических тезисов» Пико де Мирандолы: «Каждая добрая душа - это новая душа, приходящая с Востока», что основано на том, что Хокма, вторая Сфира, называется Высшим Востоком. Эта Сфира, как мы уже неоднократно отмечали, является Отцом, а вместе с третьей Сфирой, Биной, Матерью, мы получаем родителей из нашей цитаты.

Одежда, как мы видели, - это Lumen Vestimenti, Чиа, вторая высшая из трех частей Нешама, Высшей Души, соответствующая Хокма в Самости, а пурпурная тога - это сама Нешама, или Бина, причем пурпур - это, кабалистически, женский аспект, упоминаемый в I Мак. 4, 25, как «Пурпур Моря»; эта Сфира, конечно же, Великое Море. Это два из одеяний истинного «я», которых всего три, соответствующих трём перечисленным ранее аспектам.

Заметим, что в дальнейшем Мантия описывается как обёрнутая в Тогу, то есть высшее средство передвижения естественным образом облекается в низшее. Кроме того, она является зеркалом самости, содержащим все знания, которые она передает вновь восходящей душе, которая после этого увеличивается в росте.

Египет, куда спускается душа, - это, как обычно, материальный мир, а жемчужина - Гнозис, который имеет ту природу, которую можно получить только через опыт воплощения и преодоления змея, олицетворяющего страстную природу.

Письмо в виде орла - это летучая, духовная природа в человеке, связующее звено между высшей самостью и низшей, Нешама и Нефеш. Таким образом, это Руах, с помощью которого можно пробудить душу к воспоминанию о её истинной природе и сыновстве, откуда рождается та тоска по своему истинному достоинству, которая побуждает её к победе над змеем и обретению жемчужины.

Конечное обещание в конце поэмы, что душа выйдет за пределы Отца, напоминает об идеях, высказанных Святым Иерофеем, и о различии между Первым и Вторым Умом в Халдейских Оракулах.

ГЛАВА VIII

На первый взгляд, не имея того ключа к разрешению проблемы, который нами получен из предыдущих рассуждений, мы вполне могли бы быть поражены очевидным масштабом задачи, которая теперь стоит перед нами, особенно когда такие мудрецы, как Гермес, Барсений(?), аль-Рази, Розиний и другие, утверждают, что, не имея возможности наглядной демонстрации, только по Божественному вдохновению ученик может понять указания своих учителей.

Хотя это в значительной степени верно, тем не менее, по почти единодушному мнению Философов, такое вдохновение часто, если не неизменно, приходит через изучение, прилежание и молитву. И следует отметить, что второе не означает просто усидчивость, ибо, как говорит Теофил в двадцать втором диктуме Turba, никто не сможет полностью постичь инструкций Мудрецов, которые представлены в их книгах, без постоянного экспериментирования, а также чтения. Гебер также в эпилоге к «Исследованию Совершенства» пишет: «Поэтому пусть Разумный Мастер внимательно изучит Наши Книги, собирая Наши рассеянные по ним подсказки, которые Мы прописали в разных местах, чтобы не открывать их злонамеренным и невежественным людям; и пусть он проверяет свою Коллекцию вплоть до Знания, Исследуя и Экспериментируя с Примерами Искусных Работ».

Мы также не должны считать, что инструкции просто разбросаны по их произведениям, поскольку такой прием был бы слишком прозрачным и не смог бы долго противостоять изобретательности любопытных, несмотря на мнение, выраженное Нортоном в Ordinall, гл. 4. :

«Ты можешь видеть, лишь части Работ

Расположенных в Порядке, заданном старыми Писцами,

Как я уже говорил, Мастерами этого Искусства,

Каждый из которых раскрывал лишь часть:

Поэтому, ты воспринимаешь их так, как тебе хотелось бы,

Но не способен упорядочить их, и насладиться ими, как следует.»

И, как спрашивает Артефий: «Разве наше искусство не кабалистично и не полно таинств? И ты, глупец, веришь, что мы открыто раскрываем тайну ваем тайн, и понимаешь наши слова буквально; будь уверен, мы не ревнуем, но тот, кто воспринимает изречения философов согласно внешнему смыслу и значению, уже потерял нить Ариадны, и блуждает по лабиринту, и это принесёт ему столько же пользы, как если бы он выбросил ключ в море». В то время как Сендивогий в предисловии к «Двенадцати трактатам» заявляет: «Я хотел бы, чтобы искренний читатель был предупрежден понимать мои слова исходя из возможностей природы; пусть он учтет, что это искусство для Мудрых, а не для невежд; и что смысл философов имеет иную природу, чем та, которую могут понять витающие в облаках, или буквоеды-грамотеи, или погрешающие против собственной совести, или невежественные шарлатаны, которые, недостойно пороча самое похвальное искусство Алхимии, своими Белыми и Красными обманули почти весь мир.»

Поэтому неудивительно, что Мориен и другие утверждают, что мы не должны ограничиваться алхимическими писаниями, чтобы понять их, но предупреждают нас, что необходимо понимание и других отраслей знаний; и именно с учетом этого высказывания мы искали указания на их значения в других местах, а не в чисто алхимической литературе.

Что касается последней части наших трех причин вдохновения - молитвы, то Кирхрингий в своём комментарии к «Триумфальной Колеснице Антимония» Василия Валентина говорит нам относительно загадочных сочинений, каковыми вполне можно назвать эти Герметические трактаты, «если вы горите огромным желанием их познать, это и есть молитва». И хотя это не следует воспринимать как полное определение, кажется, что читатель, который до сих пор упорствовал вместе с нами, по крайней мере, в какой-то степени выполнил все три условия.

Одна из самых больших трудностей, с которой мы сталкиваемся, - это очевидное разногласие тех, кто исповедует Искусство, как в отношении терминологии, так и в отношении методов, которые, по их утверждению, оказались успешными. Как говорит Пётр Боний из Феррары: «Выражения, используемые различными мастерами, часто находятся в открытом противоречии друг с другом; более того, они так неясно сформулированы, что каждый из десяти читателей понял бы их в разном смысле. Только у самых изобретательных и проницательных людей есть шанс найти дорогу в этой непролазной чащобе противоречий и обскурных метафор».

Однако он сам относится к числу наименее ревнивых алхимических авторов во многих отношениях, и предупреждает нас, что мудрецы намеренно по-разному называют субстанцию, из которой изготавливается Камень, чтобы ввести в заблуждение невежественных и глупых. «В действительности, - добавляет он, - существует только одна субстанция нашего Камня; ничто другое на земле не содержит её; это то, что больше всего похоже на золото и из чего образуется само золото, а именно чистая ртуть, не смешанная ни с чем другим. ... Алхимическая Субстанция - хотя ее называют по-разному - это субстанция Природы. ... Если бы было иначе, то Искусство не могло бы подражать Природе».

Следует, однако, помнить, что субстанция - это не всё, ибо, поскольку ни одна материя не формирует и не совершенствует себя сама, а развивается и формируется под воздействием своего собственного агента, обязательно существует и активный принцип, который придает ей необходимую форму. И это, как мы узнаем, должным образом описывается как разумное влияние, которое называется Сульфур, и с его помощью ртуть приготовляется, развивается и формируется как в природе, так и в искусстве. Благодаря присущему этому Сульфуру свойству ртуть коагулируется, но, как мы увидим позже, существует два сульфурных принципа, внешний и внутренний, из которых последний является нашим таинственным внутренним, естественным агентом, с помощью которого, и только с его помощью, вся работа от начала до конца действительно осуществляется.

В некотором смысле, конечно, хотя мы и подчеркнули, что наш агент естественный, Магистерий можно рассматривать как искусственный процесс, без помощи которого действие Природы либо вообще не могло бы продолжаться, либо не было выполнено так быстро. Но движущий принцип и наш Вулкан, который возбуждает движение, несомненно, естественны, и только возбуждение одного из них другим может быть описано как нечто иное.

Теперь должно быть понятно, почему, хотя без Сульфура ничего нельзя получить, Камень, по мнению некоторых, изготавливается только из Меркурия. И мы отмечаем, что, хотя Гебер говорит, что все сделано из Меркурия, а Аквинат - что только Меркурий совершенствует нашу работу, а Арнольд - что вы получите все, что пожелаете, из нашего Argent Vive, все они так или иначе указывают на функцию Сульфура.

Например, Гебер продолжает, говоря нам, что на основании явных и открытых доказательств мы приходим к выводу, что наш Камень - это не что иное, как Foetent (то есть плодотворный) Дух и Живая Вода, которую мы называем сухой Водой. Аквинат более просто говорит, что в Меркурии мы находим все, что нам нужно, так что, работая с Меркурием и его сестрой, мы не добавляем ничего отличного от Меркурия. Арнольд, возможно, более тонок или использует слово «из»; тем не менее в своем Розарии он говорит нам, что всё порождается из Ртути и Серы. Рипли, однако, вполне понятен, поскольку в Medulla Alchimia он говорит об элементах Меркурия, которые должны быть разделены и снова смешаны, что и делает эликсир совершенным. Но Сендивогий, безусловно, наиболее откровенен в этом вопросе, поскольку, говоря о чистом и прозрачном Меркурии, он утверждает, что тот, кто знает красный Сульфур, который он содержит, имеет в своём распоряжении всё необходимое.

Но гораздо сложнее понять, почему нам почти повсеместно говорят, что ни одна натура не является совершенной и полной, если из неё не была удалена сера; что эта сера является одной из главных причин развращения и так далее; и что процесс трансмутации, следовательно, заключается в удалении этой серы.

Решение, однако, заключается в существовании нечистой, горючей серы, которая чужда субстанции нашего Камня, и которую не следует путать с нашим Ферментом или Вулканом. Она не является родной для тела и попадает в него только случайно, через контакт с нечистой, не правильно инспирированной или фиксированной землей.

Таким образом, становится ясно, что наша земля - это сера в нечистом состоянии; не физическая земля, разумеется, а наш Нефеш или Малкут, ожидающий трансмутации. Это и есть причина почернения, которое заметно на ранних стадиях работы, но при соблюдении режима огня она белеет, ибо, как мы видели, сжигать - значит отбеливать. Наконец, она краснеет и сама становится тинктурой или ферментом, истинной философской землей, которой окрашивают воду или ртуть.

Теперь должно быть понятно, почему Меркурий так часто называют Водой Сульфура, или Серой, содержащей Серу, Огнистой. Естественно, это также Плотная вода, из которой берут огонь, а из-за коагулирующего эффекта серы это Постоянная Вода, которую и Мундий в Turba, и Зосима определяют как Камедь, а Зимон добавляет, что это дух, заключенный в теле.

Мы воздерживаемся здесь от умножения имен этой Царской Эссенции, но нельзя обойти вниманием Магнезию. Ведь мы уже говорили, что Меркурий может быть коагулирован лишь Сульфуром, в то время как некоторые авторитеты однозначно утверждают, что это может быть достигнуто с помощью Магнезии.

Следует заметить, что этот термин часто используется либо как общее обозначение Первой Материи Камня, либо для описания этой субстанции во время Разложения. Описываются как Белая, так и Красная Магнезия, которые являются различными стадиями Софической Серы. Зосима также понимает под ней Molybdochalchos, то есть Чёрный Свинец, подразумевая, таким образом, ещё одну стадию. Это объясняет указание, приведенное в Turba, взять Свинец и Ртуть, которые интерпретированы как Медь и Постоянная Вода.

Согласно школе Демокрита, Магнезия - это Киноварь, которая, конечно же, является Сульфидом Меркурия и более известна как Вермилион. Интересно отметить, что в Византийской коллекции в безымянном фрагменте приводится следующее упоминание о фиксации Ртути:

«Ртуть получают подобным образом с помощью искусственной киновари, редкого вещества, которое встречается редко. Я имею в виду киноварь, полученную сухим путём и соответствующим обжигом. Это прежде всего та, которая называется высушенной и легко улетучивающейся, используемой при лечении душ. Став эфирным духом, она устремляется к верхним полушариям; она нисходит и восходит, избегая действия огня, пока, прекратив свою роль беглеца, не достигнет состояния мудрости. Пока она не достигнет этого состояния, её сложно удержать, и она смертна».

Сопоставьте это с Гермесом: «Возьми летающее летучее и повергни его, раздели и отдели его от ржавчины, которая удерживает его в смерти; извлеки его и отвергни от самого себя, чтобы оно жило и отвечало тебе, не улетая в вышние области, но воистину отказываясь летать. Ибо если после этого заточения ты избавишь его от уз и в известные тебе дни будешь управлять им, то он станет для тебя достойным спутником, и с его помощью ты станешь владыкой-завоевателем, украшенным им».

Или, опять же, наш Византийский фрагмент: «Пока тела не утратят своего телесного состояния и пока тела не примут своего телесного состояния вновь, желаемое не будет достигнуто».

А Олимпиодор, цитируя Марию, почти точными словами Менабда из Turba, говорит: «Пока ты не превратишь телесные субстанции в бестелесные и бестелесные в телесные, и пока ты не превратишь два тела в одно, желаемый результат не будет достигнут». В то время как Гебер утверждает, что «несовершенные тела не сводимы к Здравости и Совершенству, пока в них не будет произведено обратное действие; то есть Явное будет сделано Сокрытым, а Сокрытое - Явным; эта операция, или Обращение, производится путем Приготовления, поэтому они должны быть приготовлены. Излишества в них устраняются, а недостающее восполняется; и таким образом в них вводится известное Совершенство. ... (Даже) Совершенные Тела нуждаются в ... таком приготовлении, как то, посредством которого их части могут быть более Субтилированы, и они уменьшаются от их Телесности к фиксированной Духовности. Намерение этого состоит в том, чтобы сделать из них Духовное Фиксированное Тело, то есть гораздо более разреженное и сублимированное, чем оно было раньше».

Все это, конечно же, не что иное, как наша старая знакомая сентенция: «Улетучь Фиксированное и Зафиксируй Летучее», акцентированное, и более подробное, к нашему восхищению, тонкое описание того, что может и должно быть сделано, а именно очищение Руах, и его отделение от страстной натуры, чтобы он был приготовлен, и изволил отречься от кажущегося своего всемогущества, силы само-воления, и не мешал течь потоку из Нешама.

Таким образом, эта Магнезия - то же самое, что и наш Сульфур, и мы должны на мгновение вернуться к вопросу о Сульфуре Внутреннем и Внешнем, поскольку последний, хотя и не входит в состав Камня, не идентичен нечистой сере, которую мы недавно рассматривали.

Необходимо понять разницу между двумя нашими Сульфурами, поскольку в противном случае многое покажется непонятным и противоречивым, хотя на самом деле является вполне логичным и последовательным. Прежде всего, мы пришли к единодушному мнению, что ртуть и сера - это два наших первых принципа, первый из которых развивается благодаря второму, который, как нам сообщается, также является коагулирующим агентом. Более того, именно Сульфур тингирует и окрашивает Меркурий.

После всего этого кажется довольно странным столь же категоричное утверждение, что если Сульфур не отделяется от Меркурия, а остается смешанным с ним, то получается несовершенная форма; и что и Искусство, и Природа поступают аналогичным образом, придавая в одно мгновение ртути форму золота, оставляя серу отделённой.

Точность этого утверждения заключается, однако, в том, что коагуляция происходит благодаря фактическому присутствию в Меркурии его собственного совершенствующего агента, который является нашим Внутренним Сульфуром и Скрытым Золотом или Огнём Философов, несгораемым и обычно неотделимым от него.

Тем не менее, он не может быть активным без некоего внешнего импульса, который даёт Внешний Сульфур, приводящий его в действие, заставляя его насыщать, окрашивать, коагулировать и закреплять ртуть в Камне Философов. В этом процессе вся генеративная сила Внешнего Сульфура поглощается его аналогом внутри Меркурия, после чего первый, будучи больше не нужным, вычищается. Таким образом, мы имеем тайну двух Вулканов и Огней, которые породили столько путаницы. Одно и то же имя вполне уместно применить к обоим, ибо они имеют одну и ту же натуру, если не сказать - одну и ту же эссенцию, поскольку в противном случае один не мог бы по-настоящему сообщаться с другим в этом духовном порождении, так же как и в физическом. Этот факт позволил многим философам сбить с толку несведущих, оставаясь при этом ясным для посвященных; ведь когда различие улавливается, понять, о чём идет речь, довольно просто.

В то же время многие из них, как мы уже видели, использовали вместо серы различные термины, чтобы еще больше замаскировать их смысл, из которых, пожалуй, наиболее распространенными, помимо уже упомянутых, являются следующие. Семя, Сперма, Фермент, Териак, Мужчина, Тень Золота, Золотой Цветок, Ключ Мудрецов, Уксус Мудрецов, Ацетум, Витролеум, Золотое Дерево, Тело, Квинтэссенция. Некоторые из них, конечно, использовались и для обозначения других сущностей, но контекста обычно достаточно, чтобы сообразительный читатель смог их различить, и мы приводим их здесь в качестве примерного руководства.

Причина, по которой термины Яд, Териак и Отрава используются для обозначения нашего Семени, Спермы или Фермента, заключается в том, что, по общему согласию, ртуть должна быть соединена со своим телом и умерщвлена. Она должна быть убита своим телом, которое, таким образом, во втором, или даже в самом прямом смысле, является ядом. Но поскольку смерть ведет к исцелению и восстановлению во славе или перерождению, его также называют Териаком за его целебные свойства.

«Без Фермента Золота никто не сможет собрать Камень, чтобы развить тингирующую добродетель. ... Да будет этот медиум передан на твое преданное попечение». (12 Ключей Мудрости Василия Валентина)

Однако мы должны еще немного побеспокоить терпение читателя, чтобы задержать его в хитросплетениях двух наших главных сульфуров; ведь, как ему уже понятно из общего направления наших предыдущих глав, мы все время имеем дело с мистериями Перерождения, хотя по необходимости в этой части нашего исследования ограничены внешне химической терминологией герметизма.

Поэтому мы надеемся, что нас простят за то, что мы ненадолго уделим внимание идее Семени, Спермы или Фермента, которая, естественно, имеет большое значение в таком контексте.

Все они, как мы уже говорили, являются нашими сульфурами; и мы должны признать, что они используются как для внутреннего, так и для внешнего воздействия. Это, однако, не должно вызывать удивления, ибо по сути логично, что так и должно быть, поскольку наш Скрытый Сульфур - это тот, который пропитывает и коагулирует Меркурий, фиксируя и тингируя его в самое чистое Золото.

Однако, как мы уже отмечали, для достижения этого результата он должен быть приведен в действие своим собственным Внешним Вулканом, так что он является Мужским по отношению к Меркурию, но Женским в том отношении, которое он имеет к своему собственному активатору. Таким образом, он одновременно является Змеем и Яйцом, Активным и Пассивным, фиксированным и летучим.

Поэтому, хотя его можно назвать Ферментом по аналогии с закваской и тестом, он тоже должен получить новое качество, которым не обладал раньше. Ибо как обычная закваска не может заквасить тесто иначе, как с помощью пищеварительной силы тепла, так и наша внутренняя, философская закваска требует стимула в виде огня или серы.

ГЛАВА IX

Итак, на этом этапе мы предположительно готовы к утверждениям Хали, Мориена и Альберта Великого, что место является принципом сверхъестественного порождения, что также подтверждает Гермес, говоря: vas philosophorum est aqua corum, сосуд философов - это их вода. Ибо это, если принять во внимание чередование терминов, которое, как мы видели, происходит столь часто, согласуется с Воганом, который говорит об этой вещи, которую они называют своим сосудом, а иногда и своим огнём.

И когда он говорит нам, что в этом кроется весь секрет, он повторяет слова Марии, которая утверждает, что философы достаточно рассказали обо всём, что необходимо для работы, за исключением сосуда, который является божественной тайной, скрытой от идолопоклонников, и что без этого знания никто не может достичь Магистерия.

«Огонь начинает всякое движение, а движение - всякое порождение», - говорит Воган, а Василий Валентин утверждает, что огонь - это как бы ключ, который открывает, добавляя, что Вулкан - это Мастер и Открыватель всех Арканов, хотя и презираемый мудрецами этого мира, потому что, по собственной беспечности и глупости, они ничего не узнали о нём.

Фактически, это сама Соль Софии, ибо мы читаем во введении к Fama et Confessio Братства R∴C∴, что «эта соль - истинное зерно, семя не только этого мира, но и следующего; и это мистерия, которую сотворил Бог. Это живая вода, в которой обитает Божественный Огонь, и этот Огонь связывает части её с собой, коагулирует их и останавливает их течение. А соль - это вода, которая не мочит рук. Этот огонь - жизнь, и потому он препятствует смерти. Более того, он является таким предохранителем от неё, что само грубое тело соли препятствует разложению, куда бы она ни попала. Но если кто полностью познает силу этого огня, пусть мудро и эффективно избавится от него».

Все это находится в строгом согласии с тем, что мы уже выяснили, но Понтан в Epistola de Lapide Philosophico вводит нас еще глубже в саму суть нашей сущности. «Наш огонь, - говорит он, - минеральный, равномерный, постоянный; он не испускает паров, если только жар не слишком велик; в нём присутствует сера; он всё растворяет, прокаливает и сжигает; его можно найти искусственно и не платить за него; он берётся где-то ещё, кроме как из материи. ... Этот огонь не изменяется и не трансмутирует вместе с материей».

Здесь мы имеем, действительно, многое, что подтверждает наши предыдущие выводы, но также, что более важно в данный момент, многое, что будет представлять интерес, когда мы перейдем к рассмотрению режима или работы огня, а это исследование ожидает нас на следующем этапе. Ибо в Телестической Работе справедливо изречение Демокрита: «Lapis noster, hie est ignis, ex igne creatus, et in igncm vcrtitur, et anima ejus in igne moratur.» Наш камень - это огонь, созданный из огня и превращенный в огонь, и его душа обитает в огне; это следует сравнить с Халдейскими Оракулами, процитированными в Главе II.

Мы не будем сейчас снабжать читателя выдержками, взятыми наугад из работ мудрецов, а выберем те, которые помогут нам в дальнейших исследованиях; и с этой целью мы не можем сделать ничего лучше, чем воспользоваться прекрасно сформулированной диссертацией об огне, данной нам Сендивогием в «Новом Свете Алхимии», которая легко подводит нас к практике. Он говорит, что

«Огонь - чистейший и достойнейший из всех элементов, а его субстанция - прекраснейшая из всех; ибо он был прежде всех возвышен при сотворении вместе с престолом Божественного Величия. Эта природа - самая спокойная из всех и подобна колеснице: когда она запряжена, то бежит, а когда не запряжена, то стоит на месте. Он также неразличимо пребывает во всех вещах. В нём заключены причины жизни и понимания, которые распределяются при первом вливании в человека жизни, и они называются разумной душой, лишь благодаря которой человек отличается от других тварей и подобен Богу.

Эта душа была из того самого чистого огня, влитого Богом в витальный дух, благодаря которому человек, после сотворения всего сущего, был создан как особый мир или микрокосм. На этот субъект Бог, Творец всего сущего, наложил Свою печать и величие, как на самый чистый и безмятежный субъект, который управляется одной лишь волей и бесконечной мудростью Божьей. Поэтому Бог отвращается от всякой нечистоты; ничто нечистое, или смешанное, или испорченное не может приблизиться к Нему, поэтому ни один смертный человек не может увидеть Бога или прийти к Нему естественным путем. Ибо тот огонь, который находится в кольце Божественности, в котором заключены печать и величие Всевышнего, настолько силен, что ни одно око не может проникнуть в него; ибо Огонь не потерпит, чтобы к нему приблизилось что-либо смешанное, но является смертью и разделением всего, что состоит из смесей.

Мы сказали, что это самый покойный субъект; так оно и есть, в противном случае следовало бы, что Бог не может покоиться; но сам по себе он обладает самым покойным безмолвием, превосходящим всякое человеческое воображение. Пример тому - кремень, в котором есть огонь, но он не воспринимается и не проявляется, пока его не возбудят движением и не воспламенят в нём огонь, чтобы он мог проявиться. Так и Огонь, в котором заключено священное величие нашего Творца, не движется, пока не будет возбужден по воле Всевышнего, и таким образом перенесен туда, куда направлена Его Святая воля.

По воле Верховного Создателя вещей происходит самое яростное и ужасное движение. Вы можете видеть пример этого, когда какой-нибудь монарх мира сего восседает на своем месте; какой покой царит вокруг него, какая тишина, и даже если кто-то из его придворных двигается, то это движение касается только того или иного конкретного человека, в порядке, не требующем внимания. Но когда движется сам Государь, происходит всеобщее волнение и движение, и все, кто его сопровождает, движутся вместе с ним. Что же происходит, когда этот верховный Монарх, Царь Царей и Создатель всего сущего (по примеру которого созданы князья мира сего) движется в Своем собственном величии? Какое волнение! Какой трепет, когда вся гвардия этого небесного воинства движется вокруг Него! Но кто-то может спросить, откуда мы знаем эти вещи, ведь небеса сокрыты от человеческого понимания? На это мы ответим, что они явлены философам, которым неисповедимая Божественность внушила Свою Премудрость».

Читатель, вероятно, сразу поймет, что здесь много кабалистического символизма. Престол Божий, в образе которого представлен нам наш Огонь, - это Бриатический мир. А он состоит из Сфирот Хокма и Бина, Отца и Матери, Мудрости и Понимания, Чиа и Нешама, положительного и отрицательного аспектов Божественного Разума полностью посвященного и перерождённого человека, которые образуют, так сказать, Меркаву или Колесницу Йехиды, их синтез и Божественное Я.

Из них Чиа, как мы уже отмечали, является, так сказать, живым витальным принципом, так что они почти слово в слово соответствуют цитируемым нами «жизни и пониманию». Они образуют душу человека в её высшем аспекте, как говорит нам Сендивогий, благодаря чему человек отличается от других существ и уподобляется своему Творцу; а его огненная природа выражена в Руах Элохим, символом которого является буква Шин, Материнская буква элемента Огня.

И если учесть, что человек - это Микрокосм, то не увидим ли мы в последующих параграфах указания на природу нашего Вулкана, нашего возбудителя движения, и не поймем ли, что в нас самих, как искра в кремне, сокрыта не только эссенция, которую так тщетно ищут вне себя, но и средства, позволяющие привести ее из потенции в действие?

«Non igitur externus solis coelestis calor est, не внешний жар Небесного Солнца делает горячими глубины земли, - говорит Ван Нюйсмент, - но скорее внутренний жар земного Солнца; ибо тепло двояко, одно, из ревербераций, суть внешнее, другое, из влияний и проникновений, суть внутреннее, о котором я и говорю, и природа которого заключается в том, чтобы оживлять, приумножать, сохранять благодаря поддрживающей силе предельной влажности, заключённой в этом огне». Относительно этого внутреннего, самосовершенного и в то же время совершенствующегося источника энергии Воган говорит, что «Всемогущий Бог поместил в сердце мира, а именно в землю, как Он поместил и в сердце каждого из существ, огненную жизнь, которую Парацельс называет Археем, а Сендивогий - Центральным Солнцем».

Настолько поразительно единодушие этих авторов, настолько гармоничны их выражения, когда они, почти не скрываясь, касаются этой главной тайны своего Искусства, что у нас возникает желание проиллюстрировать это ещё раз, и мы надеемся, что читатель немного потерпит, поскольку в Anthroposophia Theomagica мы находим выдержку из автора, который, очевидно, неизвестен в других местах, некоего Георгия Венета, который в своей книге De Harmonia Mundi говорит: «Всё, что живо, существует благодаря своему внутреннему теплу. Поэтому считается, что тепловая субстанция, одинаково распределённая по миру, содержит в себе жизненную силу. Да, Зороастр свидетельствует, что все вещи были созданы из одного огня, из того самого огня, который Бог, обитатель огненной эссенции, как говорит Платон, повелел проявиться в субстанции неба и земли, на то время сотворенной грубой и бесформенной, чтобы она могла обрести жизнь и форму. После этого Фабрикатор сразу же произвел на свет Sit Lux, который в недобросовестном переводе заменен на Fiat Lux. Ибо Свет ни в коем случае не создается, но сообщается и принимается вещами, которые до этого были смутными, чтобы они могли стать ярче и прославиться в своих формах».

Здесь представлен Руах Элохим, который, согласно Бытию, вибрировал на поверхности вод, выходя наружу как Свет и истинный ферментативный принцип. Согласно Зоар, Хокма и Бина, вечно соединенные Отец и Мать, вместе являются Элохим, этим множественным существительным, состоящим из двух полов, Брия, огненным и светлым престолом Древнего Днями, и не только Венет использует Свет в качестве символа, ибо Иреней, в «Мозге Костей Алхимии», говорит:

«Нельзя настолько быть глупцом, чтоб думать.

Что вода по своему желанию способна вызвать

Внутри себя такие перемены великие, связать

Сульфур с Меркурием законами незыблемыми,

Проникая в её собственные пределы,

И многократно создавать металлы.

Нет, внутренний агент необходим здесь,

Иначе вещь пребудет неизменной;

Агент сей - форма, что материя желала,

Пока свою натуру сохраняла:

Форма сия - Свет, начало центрального тепла,

Который, облекаясь в материю, рождает семя.

Это семя, не сразу же, но вскоре

Начинает превращать материю,

Запечатлевая в ней сво характер,

И вот, материя живёт,

Сотрудничает с Формой, достигая цели.

К которой семя вживленное устремлено».

Но мы должны оставить эти самые общие описания нашего Тайного Огня и перейти к работе или практике, и поэтому будет хорошо отметить различные функции, которые огонь выполняет в этой работе. Не случайно было сказано, что золото должно быть семь раз опробовано в огне, и не следует думать, что упомянутые Солюции, Диссолюции, Разложения, Кальцинации, Сублимации, Осаждения и Коагуляции - это лишь повторение одного и того же процесса. Точные сведения о них, как мы прекрасно знаем, нигде не приводятся; тем не менее, из различных источников можно почерпнуть сведения о различных функциях огня, и это, по крайней мере, должно послужить нам ориентиром.

УПРАВЛЕНИЕ ОГНЕМ

(с титульной страницы «Золотого треножника» под редакцией Михаэля Майера)

Прежде всего необходим жар, достаточно сильный, чтобы размягчить и растворить, разрыхлить, так сказать, плотную, затвердевшую и твердую землю, раскрыв её для принятия воздействий, которыми предполагается управлять. Затем жар необходим, чтобы удалить черноту, сопутствующую предыдущему процессу, открывая доступ свету и прогоняя первоначальную тьму. Ведь огонь, как говорится, белит всё чёрное и краснит всё белое, под чем мы понимаем придание этому жизни.

Затем тепло, раскрыв субстанцию и оживив её доселе атрофированную природу, заставляет материальные части проникнуться Духовной Сущностью. Сама она имеет огненную природу, и хотя в разных формах может выглядеть по-разному, тем не менее она одна и единственная. Как говорит Иерофей: «Эссенция огня везде одна и та же; но если ты распределишь ее во (многие) материалы и разожжешь (во многих пламенах), она может показаться тебе, вероятно, столькими разными (пламенами), сколько она претерпела разделений: и если она разделена, разделение лежит (только) в материалах, но не в Эссенции; ибо число пламен (точно) так же велико, как (число) материалов, но во всех этих разделениях ты можешь видеть один и тот же Огонь.» И это проникновение, или одухотворение, и есть то самое, часто упоминаемое улетучивание Фиксированного.

«Отдели тонкое от грубого», — говорит Гермес, и ему вторит сонм Мудрецов. Это есть очищение от скверн через изгнание оных, сожжение нечистых, горючих сер, что явственно являет собой подлинную функцию нашего Огня.

Затем, после субтилизации материи, следует её возвышение, или сублимация, когда духовные частицы восходят действием тепла, которое также воздействует на фекалии, или caput mortuum — те осадки, кои, как нам велено, следует не презирать, но тщательно сохранять, делая их тоньше прежнего, проницая их и подготавливая к возвращению летучей, духовной части на позднем этапе.

Наконец, как нам уже известно, наш Огонь есть фермент или коагулирующий агент в финальном свершении Делания, сообщающий чистейшую форму нашего Философского Золота — Summun Bonum нашего Искусства.

Многое из сказанного применимо к следующей цитате из «Возрождённого Рипли» Иренея, что послужит нам превосходным введением в практику. Он изрекает:
«Наш Огонь есть истинная сера Золота, заключённая в твёрдом, сухом теле, но посредством воды освобождаемая через разложение оков тела, под коими удерживается; и после разделения стихий (того же тела) она является зримо в нашем Третьем Менструуме. Но путь к сему откровению — нелёгкий труд, требующий глубочайшего созерцания: ибо сие есть семя Золота, опутанное множеством уз и пленённое, словно в глубокой темнице; кто не ведает о двух первых менструумах, тот вовсе лишён возможности узреть сей Третий и последний. Однако тот, кто знает, как приготовить первую воду, соединить её с телом в должном пондусе, заключить в сосуд философски, доколе младенец не сформируется, и — что важнее всего — управлять огнём искусно, дабы питать внутренний жар внешним, и может ждать с терпением, доколе знамения явятся, — тот узрит, как первая вода станет действовать на тело, пока не отворит поры и не извлечёт частью тинктуру Солнца. Внемли совету: пекись не столько об атаноре, сколько о внутреннем Огне. Ищи его в доме Овна, извлеки из глубин Сатурна; да будет Меркурий посредником, а знамением твоим — Голуби Дианы».

Размышляя об этом, надлежит помнить, что наш Огонь есть Вода, а указанное тело — тело тонкое, и его не должно смешивать с физическим. Наш Огонь, или истинная сера Золота, является зримо, конечно, там, где ему подобает пребывать, и ждать явления его в ином месте — тщетно; отсюда легко постичь смысл трёх Менструумов. С внутренним Огнём мы уже вполне знакомы, а наставление искать его в доме Овна есть напоминание, что искать надлежит внутри — в первом доме небес, в самом алхимике. Сатурн есть аналог Соли и Свинца; это — Воля, мощное орудие (когда очищено) Ума, которым здесь является Меркурий. Что до Голубей, из «Aш Мецареф» мы понимаем, что они выражают служебные и подготовительные формы Природы, потому связь их с Дианой, которая есть Венера и, как мы надеемся, достаточно ясно показано, — Сульфур, вполне естественна.

ГЛАВА X

Теперь мы подошли к этапу, когда должны рассмотреть Операции Огня, которые, в общих чертах, трояки. Он есть, во-первых, таинственный растворитель; затем — агент, осуществляющий сублимацию; наконец — коагулятор.

Евдокс в своих Первом и Втором Ключах (которые, по сути, представляют две части единой операции — Растворения и введения в Сублимацию) говорит:
«Первый Ключ — тот, что отверзает тёмные темницы, где заключён Сульфур; он же умеет извлекать семя из тела и формирует Камень Философов через соединение духа с телом — серы с ртутью. Гермес явственно показал действие сего Первого Ключа словами: “В пещерах металлов сокрыт Камень, достопочтенный, цвета светлого, ум возвышенный и море открытое”. Сей Камень обладает ярким сиянием; он содержит Дух возвышенного происхождения; он есть Море Мудрых, в коем они удят свою таинственную Рыбу... Блюдись же не впасть в заблуждение здесь; ибо истинно, что в каждом деянии Мудрый Артист должен растворить тело духом... Упражняйся в познании сего Тайного Огня, коий растворяет Камень естественно и без насилия, превращая его в Воду великого моря Мудрых через дистилляцию, совершаемую лучами Солнца и Луны... Стихии Камня не могут быть растворены ничем, кроме сей всецело Божественной Природы; совершенное растворение не свершится иначе, как только после должного переваривания и гниения, каковыми завершается действие Второго Ключа Первого Делания».

Сравните это с описанием Томаса Вогана из его «Небесной Земли»:
«Раздели сущности оной не насилием, но естественным гниением, способным вызвать подлинное растворение соединения. Здесь обрящешь чудесную Белую Воду — влияние Луны, матери нашего хаоса. Она властвует в двух стихиях — земле и воде. Затем является семя, или приток Солнца — отца её. Оно есть быстрый, небесный огонь, воплощённый в тонкой, маслянистой, воздушной влаге. Оно несгораемо, ибо само есть огонь и питается огнём; чем дольше пребывает в пламени, тем славнее становится. Сии два минеральных семени — мужское и женское. Если поместишь их на их кристаллическое основание, обретёшь летучего Огненного Змея философов, коий при первом же взгляде Солнца извергает яд, пред коим ничто не устоит».

Не менее ясен Жан де Мён, утверждающий, что после гниения следует рождение — и это благодаря внутреннему, несгораемому Сульфуру, который нагревает или сгущает холод и сырость Ртути, которая от этого так страдает, что в конце концов соединяется с Сульфуром и становится с нею единым телом. Всё это — огонь, воздух и вода — содержится в одном сосуде. «В их земном сосуде — то есть в их грубом теле или составе — беру их, — говорит он, — и затем оставляю в одном алембике, где перевариваю, растворяю и возгоняю без помощи молота, щипцов или напильника; без углей, дыма, огня или бани; без алембиков софистов. Ибо имею Огонь небесный, коий пробуждает стихийный, сообразно тому, как материя жаждет обрести подобающую форму».

Подобные утверждения почти не скрывают истины, как призна́ет читатель, внимательно усвоивший предыдущие главы; тем не менее, осмелимся привести ещё одну цитату, затрагивающую определённые аспекты ещё откровеннее и одновременно иллюстрирующую использование некоторых рассмотренных нами терминов.

Василий Валентин в «Триумфальной Колеснице Антимония» говорит:
«Посему вразумляем всех и каждого: вся ядовитая скверна должна быть полностью удалена из Антимония, прежде чем он станет истинным лекарством или будет применён безопасно — иными словами, всякое своеволие, чувственность, глупость, алчность и непостоянство цели, всё, кроме единой добровольной веры, дабы исправить и усовершенствовать, должно быть изгнаны из ума того, кто вступает в радикальное растворение Жизни. Ибо оружия брани сей не плотские, как учит Апостол, но сильные через Бога на разрушение твердынь; ниспровергающие умствования и всякое превозношение, восстающее против познания Божия, и пленяющие всякое помышление в послушание Христу. И ради сего благое должно быть отделено от злого, твёрдое — от летучего, лекарство — от яда со всем тщанием, если надеемся через применение Антимония обрести истинную честь и пользу. Но лишь Огонь способен на сие, и Вулкан — единственный владыка всего. Что Вулкан Великого Мира оставляет сырым и несовершенным, то в Малом Мире должно быть исправлено иным Вулканом, созревающим незрелое, переваривающим сырое жаром и отделяющим чистое от нечистого. В возможности сего никто не усомнится; ибо ежедневный опыт учит тому же, и явлено сие в телесных аспектах цветов, рождённых Огнём. Через Разделение и Огонь, завершающий фиксацию, ядовитость устраняется, и злое претворяется в благое; посему Огонь есть Отделение Яда от Лекарства и Блага от Зла. Но сие не может быть истинно и основательно признано или явлено никем, кроме того, кто заключил нерушимый союз с Вулканом и учредил Огненную Брачную Купель, где Невеста очищается от всей скверны и обретает способность возлечь на брачное ложе с избранным Женихом».

После приведённых утверждений не может оставаться ни малейших сомнений относительно природы этого Растворения, которое тождественно Разделению и улетучиванию фиксированного. Некоторые авторитеты даже утверждали, что это и есть Сублимация. Хотя подобное утверждение в определённом смысле верно, оно вносит путаницу, ибо Сублимация — по крайней мере, безопасная — не может быть достигнута до предварительной подготовки: до тех пор, пока тонкое не будет освобождено из грубого так, чтобы выйти мягко. И эта перемена должна совершиться во «внутренних покоях» Гермеса, «глубокой темнице» Иренея, «тёмной темнице» Евдокса.

Следовательно, знание Тайного Огня — агента на этом и последующих этапах — умение приготовить и применить его в работе включает в себя всё искусство совершенствования. Неудивительно, что философы ревностно охраняли эту тайну, никогда не раскрывая её явно. Как выражается Евдокс:

«Тот, кто умеет возгонять Камень философски, справедливо заслуживает имени философа, ибо ведает Огнём Мудрых — единственным орудием, способным совершить сию сублимацию».

Однако для дальнейших указаний нам следует обратиться к Сублимации, а затем к Коагуляции, рассмотрев в итоге результаты этих операций.

Цитированный выше автор (Евдокс) обычно не отличается простотой изложения, но в его Третьем Ключе — слишком объёмном для цитирования здесь — содержатся важные замечания о данной части работы.

Разделение и очищение принципов нашей Ртути, как мы узнаём, происходит через совершенное растворение и прославление тела, а также через глубокий союз души с телом, в котором Дух выступает единственной связующей силой.

«Сие есть цель и суть операций сего Ключа», — говорит он.

После того как теург совершит Растворение и извлечёт из Камня источник живой воды, он должен помнить: эта внешне однородная субстанция содержит три природных принципа — Соль, Сульфур и Меркурий (дух, душу и тело), которые, хотя кажутся чистыми и полностью соединёнными, таковыми не являются. Дистилляция удаляет воду — то есть душу и дух, — оставляя тело в виде Caput Mortuum, которое, однако, не следует презирать, ибо оно также совершенствуется последующим действием нашего Огня. Это происходит в воссоединении или Коагуляции, ибо сила тонкого, как говорит Гермес, не станет цельной, пока не обратится в землю.

То же утверждает Трисмозин в Splendor Solis (Трактат V, ч. I, гл. II):

«Следующая ступень — Коагуляция, обращение Воды снова в Тело или Материю, дабы Сульфур, ранее растворённый Живым Серебром, впитал его и притянул к себе».

Посему сыны науки не должны пребывать в неведении: Огонь и Сульфур сокрыты в центре Земли, и её надлежит омыть её же духом, дабы извлечь Фиксированную Соль — Кровь Камня. В этом — суть таинства операции.

Читатель, надеемся, не был введён в заблуждение использованием терминов Огонь, Вода и Земля, но заметил, что Огонь иногда есть Вода, а Вода — Земля. Это различие важно, ибо противоположные природы огня и воды должны быть приведены к страстной взаимной любви, что после очищения легко совершится в их Земле.

С этой целью Землю следует неоднократно увлажнять её Водой, дабы сделать пригодной для порождения, которого мы ищем. Ибо, как Ева есть Дух, а Адам — Тело, они должны соединиться, чтобы произвести потомство.

По сути, эти противоположности едины по природе, но полярно различны. Они возносятся вместе, оставляя немного экскрементов, пока на позднем этапе работы не предстанут нераздельно соединёнными в более благородной и совершенной форме.

Из сказанного ясно: Сублимация осуществляет связь между душой и духом через теургические процессы Искусства, подводя нас незаметно к Коагуляции — воссоединению, когда эти двое должны вновь соединиться со своей Землёй; когда Руах, соприкоснувшись и проникнувшись Нешама, должен вернуться к Нефеш.

Касательно сего, Томас Воган в «Евфрате» наставляет:

«Возьми воду воздуха, великий растворитель, и ферментируй её с землёй; равно как землю с водой. Или, говоря туманнее: ферментируй Меркурий с Сульфуром и Сульфур с Меркурием. Знай же, что сила сгущения умножается теплом, особливо в местах, где семя не может испариться и где жар умерен. Но если место открыто, а жар чрезмерен — оно рассеется. Под землёй разумей не сей нечистый, скверный прах под ногами, но простейший чистый элемент — природную центральную селитру (salt-nitre). Соль сия фиксирована в огне и есть сера Природы, коей она удерживает и сгущает свой Меркурий. Когда сии двое — чистая земля и вода — встречаются, земля сгущает воду, а вода, напротив, утончает землю. Из них рождается третье — ни столь плотное, как земля, ни столь жидкое, как вода, но среднее, вязкое. Сие именуется Меркурием, коий есть не что иное, как смесь воды и соли».

ФЕРМЕНТАЦИЯ (БРОЖЕНИЕ)
(из «Книги источника Агнца»)

Это, конечно, и есть совершенный Меркурий — итог Искусства и Природы, который в «Аш Мецареф» справедливо соотносится с высшим принципом Кетер. Нет нужды добавлять, что термины, указывающие на плотность, следует трактовать как чисто относительные в одном смысле и метафорические в другом, ибо речь идёт о сущностях вне физического. В таком свете они — удивительно точные описания состояния, где противоположные качества сочетаются в арканной сущности без самопротиворечия.

Слова Coagulum (Коагулянт) и Молоко, часто используемые для выражения секретов Искусства на сей стадии, создают верную аналогию, но нередко вводят ученика в заблуждение. Ошибочные умозаключения подстёгиваются использованием слова «сычуг». На это обращает внимание Пётр Боний в «Новой Жемчужине», стараясь прояснить суть. И поскольку его замечания имеют непосредственное отношение к нашей последней цитате, мы осмеливаемся предложить читателю часть сокращенного перевода того, что м-р Уэйт хотел сказать по этому поводу, который звучит следующим образом::

«Мы говорим, что Коагулянт Мудрых есть то, что в предыдущих главах именовалось ферментом, телом, ядом или золотым цветком, сокрытым в Меркурии Мудрых при его возникновении. Сам же Меркурий зовётся Молоком. Коагулянт — то, что сгущает Меркурий, но оба суть едины по субстанции: Меркурий сгущает себя сам, и не сгущается инородными примесями...

ОГМЕНТАЦИЯ (УВЕЛИЧЕНИЕ) КАМНЯ

(из «Книги источника Агнца»)

Как коагулянт из молока обретает силу сгущения через переваривание, так и сей коагулянт в Меркурии Философов, возникший через переваривание, получает власть сгущать Меркурий. И как коагулянт обращает молоко в его собственной природе, так действует и коагулянт Меркурия. Сгущённый Меркурий более не летуч — он становится золотом Мудрых и их ядом.

Знай: сей коагулянт есть Ключ Мудрых, ибо, сгущая дух, он растворяет тело. Сгущение духа и растворение тела суть одно. Оттого Философы учат, что духи могут быть удержаны лишь водой их тел. Наша камедь сгущает наше молоко, — говорит аль-Рази, — а молоко растворяет камедь, после чего появляется утренняя краснота. Узрев, как вода сгущает себя, — говорит Старец, — я уверился в истинности учения. Сгущённую воду зовут мужем, сочетая её с женой, чьим сыном и корнем он является. Женой именуют молоко, мужем — сгущающее начало: активность — мужское, пассивность — женское. Первое есть фиксированная часть ртути, второе — её жидкая и летучая часть. Из смешения их рождается Камень».

Прежде чем перейти к детальному разбору результатов этих процессов, добавим: каждую операцию надлежит повторять многократно. Лишь через постоянные очищения, разделения, сублимации и коагуляции артист достигнет достойного эффекта. Эта идея символизируется Умножением (Мультипликацией) Камня, где через множество проекций (слово здесь не случайно) его сила возрастает до неисчислимой степени.

Дилетантские методы тут бесполезны — требуется упорство вопреки трудностям. Потому Мастера Искусства намеренно скрыли смысл под ревнивыми формулировками, дабы испытать способность и настойчивость ученика, подобно древним Мистериям, и удостовериться, что он обладает нужными качествами.

ГЛАВА XI

При обсуждении результатов или духовных следствий процессов Великого Делания читатель должен помнить: когда алхимики говорят о множестве веществ и методов, они подразумевают различные аспекты или стадии одного и того же. Поэтому далее мы будем исходить из того, что он усвоил эту идею и понимает: кроме чисто словесных и логических различий, Растворение, Сублимация, Дистилляция, Коагуляция, Кальцинация, Переваривание, Нагревание, Обесцвечивание, Истирание, Вливание и Окрашивание суть фазы единого режима Огня.

В определённом смысле то же относится к телу, душе и духу, хотя здесь различия более реальны.

Телом древние называли фиксированную природу, сопротивляющуюся жару; также говорили, что оно способно удерживать по сути бестелесное и летучее — Душу, стремящуюся улетучиться. Дух, напротив, есть связь между Душой и Телом, способная вернуть первую ко второму.

Кабалистическая система (Нефеш, Руах, Нешама) соответствует идеям алхимиков точнее, чем современная терминология, расплывчатая и обманчивая. Для кабалистов, как и для алхимиков, тело, душа и дух — не три сущности, но аспекты одной.

Среди наших Мудрецов дух, как соединяющий душу и тело, считается главенствующим в Магистерии от начала до конца; душа — субстанцией, пока летуча и бежит от огня; когда же обретает стойкость к пламени, зовётся телом. Это и есть фиксация, о чём говорит Гермес в Tractatus Aureus:

«Возьми летучее, ускользающее и утопи его в летучем... Извлеки и отринь от него самого, дабы жило и отвечало тебе — не улетанием в выси, но истинным отказом от полёта».

Сила тела, таким образом, подавляет душу, удерживая её, а дух соединяет обоих в неразрывный союз — венец Делания. Поскольку тело совершенствует и удерживает душу, сообщая ей и всему процессу бытие, а душа проявляет силу в теле через посредничество духа, тело и форма считаются одной вещью, а прочие два — субстанцией.

Пётр Боний утверждает, что в сублимации рождается душа через дух, возносящийся с нею к небесам, а в последующей коагуляции они фиксируются навечно.

Это совершается действием Сокрытого Камня, не постигаемого чувствами, но познаваемого умом — через откровение или вдохновение. Как говорит Локуста в седьмом диктуме Turba:

«Он есть создание возвышенное, невидимое и неосязаемое, постигаемое лишь разумом, коего Природа признаёт причастным Богу... Свет сего создания не нуждается в свете этого Солнца, ибо Солнце под ним, который тоньше и светозарнее. Сей свет, ярче солнечного, взят ими от света Божьего, ещё более тонкого».

Из сказанного, в сочетании с предыдущим ясно, что под телом нельзя разуметь физическое. Камень, сокрытый от чувств, но явный уму — сама форма и цветок золота — есть фермент, как мы уже видели. Он же — тело, удерживающее душу и позволяющее ей проявлять силу. Это не нечто новое или чужеродное, но явленное сокрытое духовное тело — Одеяние Света или Мантия Славы.

Кабалистическая максима гласит, что ни одна душа не может действовать без одеяния. Однако ясно, что подлинный движущий фактор в этих процессах — душа или Разум Артиста, указывающий цель различным элементам, координирующий, сочетающий, утончающий и фиксирующий, пока цель не достигнута, а Делание не увенчано успехом.

Больше добавить нечего, но читатель, возможно, найдёт вдохновение в анализе идей Плотина о душе, тем более что они почти полностью совпадают с кабалистической схемой, которая нас интересует прежде всего.

Он указывает, что неделимая часть души заключена в разуме, не разделяемом телами, тогда как делимая часть (которая, будучи единой, разделяется в телах, ибо изливает чувство повсюду) должна считаться иной силой души. Часть же, формирующая и производящая тела, есть сила третья. Однако такаяя множественность сил не нарушает изначального единства души.

Не вся душа входит в тело. Высшей частью она пребывает в умопостигаемом мире; низшей — в мире чувственном. Если низшая часть доминирует или, точнее, порабощена ощущениями и беспокойствами, она мешает нам осознавать созерцаемое высшей, ибо та глуха к преходящим удовольствиям и ведёт жизнь невозмутимую.

Нисхождение души в сей мир — добровольное устремление ради развития её сил и украшения низшего. Такие души нисходят для совершенствания вселенной, трудясь через актуализацию разума, который, оставаясь в них, украшает всё через управление душ, бессмертных и обладающих бессмертной силой.

Пробудившись от сна, обратившись от внешнего к внутреннему, мы осознаём притягательную красоту и врождённое благородство. Мы живём высшей жизнью, соединяясь с божественным. Углубляя таковое состояние, мы достигаем актуализации, возносящей над умопостигаемым.

Но, чтобы подняться к такому созерцанию, душа должна быть достойна благородством, освобождена от заблуждений, отрешена от объектов, пленяющих взоры мирских душ, должна погрузиться в глубокую медитацию и достичь тишины — не только телесных волнений и чувственного шума, но и всего окружающего.

Поскольку природа души столь божественна и драгоценна, мы можем быть уверены: через неё достижимо божественное. С нею восходим к Нему. Не ищем Его вдали; нет и множества посредников меж нами и Им. Чтобы достичь Его, мы берём в проводники божественнейшую и высшую часть души — ту силу, от коей она исходит и коей соприкасается с умопостигаемым миром.

Тот, кто достигнет сего, не усомнится в своём бессмертии, узрев себя в мире разума. Он увидит свой разум занятым не наблюдением за смертными объектами чувств, но мышлением о вечном через вечную способность. Он узрит все сущности умопостигаемого мира и станет сам умопостигаемым, сияющим, озарённым истиной, исходящей от Блага, что изливает свет истины на все умопостигаемые сущности. Тогда он вправе воскликнуть: «Прощайте! Отныне я — бессмертная божественность». Ибо он вознёсся к божественному и уподобился ему.

Потому Мудрецы, Философы, Пророки и Апостолы неизменно указывают на самого человека как на источник и цель, материю и лабораторию. Как говорит Алипили в Centrum Natura Concentratum:

«Весь мир земной не содержит столь великих тайн и совершенств, как Человек, преображённый Богом по Его образу. Желающий превзойти прочих в познании природы нигде не обретёт большего изобилия, чем в себе самом, ибо способен привлечь к себе Центральную Соль природы и в возрождённой Мудрости обладать всем. Сим светом он откроет сокровеннейшие тайны».

Василий Валентин в «Камени Огненной» столь же ясен:

«Все металлы и минералы имеют единый корень. Познавший истину не станет разрушать металлы, дабы извлечь дух из одного, серу из другого или соль из третьего. Ибо есть ближайшее место, где сии три — ртуть, соль и сера (дух, душа и тело) — сокрыты вместе в одной известной вещи, откуда их можно извлечь с великой славой».

Апостол Павел заявляет прямо:

«Сеется в тлении, восстаёт в нетлении; сеется в уничижении, восстаёт в славе; сеется в немощи, восстаёт в силе; сеется тело душевное, восстаёт тело духовное. Первый человек — от земли, перстный; второй человек — Господь с неба».

Примечания

[1] Прим. пер.: Здесь и далее моя транслитерация имени Petеr Bonus.

[2] Вымолвив так, своею рукой выносит он Весту, Вечный огонь и повязки ее из священных убежищ. Пер. С. А. Ошерова.

[3] Прим. пер.: Здесь и далее этим именем я обозначаю персону, известную в западном мире как Senior, то есть, Мухаммада ибн Умайла ат-Тамими. Из всех вариантов перевода и употребления слова Senior этот показался мне наиболее фактурным и почтительным.