
Слово «саровара» происходит от санскритского корня sri, «течь», и слова saras, «всё текучее или жидкое», из которого возникает значение «озеро, большой водоём, пруд, бассейн, резервуар»[1]. Таким образом, саровара означает «озеро или большой пруд, любой водоём, достаточно глубокий для лотоса»[2]. Возвращаясь к нашей диссертационной парадигме, саровара представляет собой превосходный пример естественного символа вмещения, особенно всего текучего, такого как раса-рати. Для Мукунды-девы четыре лотосовых пруда служат формами для души по мере её продвижения к окончательному спасению в Сахадже. Значительная часть его дехататтвы посвящена пониманию и реализации этих четырёх форм, и в этой главе мы внимательно рассмотрим, какое место отведено...

Мукунда-дева и «Амритаратнавали»

ДИССЕРТАЦИЯ, ПРЕДСТАВЛЕННАЯ ФАКУЛЬТЕТУ БОГОСЛОВСКОЙ ШКОЛЫ В ПОРЯДКЕ СОИСКАНИЯ УЧЁНОЙ СТЕПЕНИ ДОКТОРА ФИЛОСОФИИ ГЛЕНОМ АЛЕКСАНДЕРОМ ХЕЙСОМ

Тот, кого зовут освобожденным, — человек, который воистину понимает другие существа подобными его собственным конечностям. — Абхинавагупта

Перевод с персидского: Карл В. Эрнст (2013)

Ранее я указала, что характеристика переживания чуда у Абхинавагупты предлагает иную герменевтику, нежели привычная западная характеристика чуда как когнитивной эмоции. Вместо этого Абхинавагупта понимает чудо в терминах воли, говоря нам: «Повсюду, по сути, чудо есть лишь воля (icchā)»[1]. Развивая идею далее, он говорит нам: «Воля повсюду определяется как покоящаяся в собственном Я в форме наслаждения. Это наслаждение, поистине, есть переживание чуда»[2]. Чудо, с его свободой выбора, в основе есть способность чего-то желать; оно несет интенциональность, укорененную в «Я», наслаждающемся вкусом собственной субъектности.

Лорилай Бирнацки (2023)

Хайди Пауэлс, профессор кафедры азиатских языков и литературы Вашингтонского университета в Сиэтле (США).

1. Рамакина привязан Словом [к Богу][1] как паутинка [к ветви]. Погружённый в небо, непрестанно проживает опыт нерождённой калы[2].