Глава 74. Часть 3. Волки в паре бродят вместе / 狼行成双: У Чжэ
Глава 74. Часть 3
Бянь Нань заказал себе порцию маленьких пирожных и тарелку фруктов, а ещё чашку горячего какао: “Мне нравится этот вкус - такой густой, ароматный и сладкий”.
"Я хочу... - Цю И задумался, - кашу из пяти злаков”*.
*это не просто цельнозерновая каша, привычная для нашего понимания. Речь идет о жидкой каше, приготовленной из молока и перемолотых в муку зёрен
Бянь Нань высказал своё недовольство рисовой жижей, ведь каждый раз, когда он видел эту фигню - она совершенно его не привлекала: “Что может быть вкусного в этой рисовой размазне? Отец говорил, что, когда я жил со своей матерью, она всегда кормила меня рисовой кашей”.
"А ты помнишь её вкус?” - Цю И, улыбаясь, посмотрел на него.
"... не помню. - Бянь Нань тоже улыбнулся. - Честно говоря, я вообще ничего не помню, что было до того, как меня забрали домой. Мои воспоминания о матери начинаются с момента, когда я пошёл в детский сад”.
"Главное, ты помнишь, что было после этого”.
Какао и рисовую кашу принесли одновременно. Бянь Нань, желая попробовать её на вкус, сделал один глоток. На мгновение он обомлел, а затем подвинул чашку с какао ближе к Цю И: “Может поменяемся?”
"... тогда... дай мне хотя бы попробовать”, - беспомощно ответил Цю И.
"Так ты тоже раньше такое не ел? Тогда почему заказал? - Бянь Наню пришлось снова пододвинуть к нему рисовую кашу. - Позволю тебе попробовать глоток”.
"Хоть и не пробовал, но мне показалось, что это должно быть вкусно. - Цю И сделал глоток и, посмотрев на Бянь Наня, добавил. - Может просто ещё одну порцию закажем?”
А потом оба долго смеялись над этим. В итоге они попросили официанта принести ещё одну чашку.
Цю И, пока ел, присматривался к каше. Эта штука была приготовлена из клейкого риса с добавлением молока и примесью небольшого количества измельчённых грецких орехов и арахиса. Скорей всего её не сложно готовить.
"Когда буду дома - попробую сварить”, - сказал Цю И.
"Как же хорошо иметь парня-повара”, - улыбнулся Бянь Нань, щёлкнув пальцами.
Бянь Наню всегда казалось, что солнечный свет может замедлять время. В зимний безветренный день, завернувшись в плед, лёжа у берега озера и греясь на солнце - он чувствовал себя очень комфортно.
Поры кожи, слегка открывшиеся под солнечными лучами, дышали теплом.
Можно было не думать ни о чём, ни о чём не беспокоиться, просто неспешно болтать с тем, кто рядом с тобой.
"Вечно заставляешь жить меня как старик: сначала пьём чай у озера, потом валяемся на тёплой лежанке и едим кашу... - Бянь Нань прищурился, глядя на солнце. - Ты реально...”
"Тогда иди играй в теннис с Ло Ияном, юноша”, - улыбнулся Цю И.
"Ты ревнуешь”, - рассмеялся Бянь Нань.
"Я действительно хочу побыстрее состариться”, - Цю И потянулся.
"Почему?” - Бянь Нань повернул голову и посмотрел на него.
"Когда мы с тобой состаримся, то будем вместе греться на солнышке. Это будет означать, что все трудности, которые мы преодолели, уже остались позади”, - Цю И тоже повернулся к нему.
"Ты не боишься, что к тому времени твоя семья всё узнает?” - спросил Бянь Нань.
"Боюсь, - прошептал Цю И, - очень боюсь... но чувствую, что если стиснуть зубы, то всё пройдёт”.
"Я чувствую то же самое”, - усмехнулся Бянь Нань.
Они лежали так, пока солнце не начало садиться. Поднялся ветер, и воздух сразу стал холодным. Тогда они встали, расплатились по счету и не спеша побрели по улице.
Куда пойти поужинать они ещё не решили, и бесцельно бродили долгое время, пока не наткнулись на какой-то ресторан европейской кухни. Приглушенное освещение, тихая музыка и мерцающий свет свечей в этом месте - как сказал Бянь Нань: “это идеальное место чтобы “похулиганить”, грех не зайти”.
Поэтому они вошли внутрь, чтобы поужинать при свечах.
Но у “хулиганов” не было возможности “отвести душу”. В этот день влюблённые всего мира повыходили из домов, словно соревнуясь в демонстрации своих чувств. Ужин при свечах стал производить эффект Млечного пути - всюду было полным-полно людей.
Однако, после ужина, когда они уходили, их ждал небольшой сюрприз: оказалось, что за столиком позади них тоже сидели двое парней. И по их пристальным взглядам друг на друга в пламени свечей было видно, что они не просто два друга, которые пришли сюда отметить самый печальный день в году для всех одиноких холостяков.
Это открытие обрадовало Бянь Наня, и он всю дорогу постоянно посмеивался.
Цю И, который изначально ничего особенного в этом не увидел, не устоял перед его весельем и тоже невольно глупо хихикал вместе с ним.
Придя в кинотеатр, они “собрали целый урожай”: в зоне отдыха на диванах сидели три парочки, что сразу бросилось в глаза.
Они оба были слегка шокированы.
Бянь Нань раньше никогда даже внимания на это не обращал. Максимум, выйдя на улицу, он украдкой поглядывал на красивых девушек.
А Цю И вообще не осмеливался обращать на такое внимание, намеренно закрывая и сердце, и глаза, чтоб не видеть.
Сейчас, в День Святого Валентина, они словно приехали в город и встретили там своих земляков.
Когда они вошли в кинозал, и свет ещё не был погашен, Бянь Нань сразу же откинулся на спинку двухместного диванчика: “По хрену на инфракрасные камеры мониторинга и радио-контроль! Быстрее иди сюда и позволь молодому господину тебя поцеловать!”
Цю И сел рядом с ним и, повернувшись, чмокнул в губы. Когда Бянь Нань удержал его за затылок, чтобы продолжить, он улыбнулся и произнёс: “Подожди”.
"Да как так-то! Можешь относиться к романтическим отношениям более ответственно?” - Бянь Нань отпустил его.
"У меня есть кое-что для тебя. - Цю И открыл сумку и достал из неё металлическую коробочку. Положив её на руку Бянь Наня, он добавил. - Не знаю, понравится ли тебе”.
"Ё-маё! - растерялся Бянь Нань. - У тебя есть подарок?”
Бянь Нань взглянул на него, а потом склонился над коробочкой и открыл её. Увидев внутри двух маленьких поросят, обнимающих друг друга, он замер на секунду, а затем, держа коробочку двумя руками, зашёлся в смехе: “Да чтоб тебя, Цю Дабао! Даришь грёбаный подарок, так ещё и издеваешься надо мной!”
"Я просто люблю тёмное”, - тоже развеселился Цю И.
"Это ты так хочешь выровнять цвета кожи? - воскликнул Бянь Нань. - Не боишься, что при смешивании получатся зебры?”
Они оба ещё долго сдавленно хихикали, пока в кинозале не выключили свет.
Бянь Нань перестал смеяться и, немного помолчав, спросил: “Как же быть? У меня нет подарка для тебя”.
"Ничего страшного. - Цю И придвинулся к нему поближе. - Можно мне сейчас попросить у тебя один?”
"Проси. - Бянь Нань не раздумывая кивнул головой. - Что ты хочешь?”
"Можешь написать мне любовное письмо? - прошептал Цю И. - Только напиши на бумаге, чтобы оно было полно глубоких чувств, было трогательным и романтичным. Хотя бы на тысячу слов”.
"Бл@дь, - Бянь Нань на минуту остолбенел, а потом повернул голову и в свете мерцающего экрана посмотрел на Цю И, - ты издеваешься? Я даже когда сочинения на экзаменах писал, то тужился так, что прыщи вылазили, и всё равно не мог написать больше, чем восемьсот иероглифов”.
"Просто скажи: будешь писать или нет?” - произнёс Цю И.
"Напишу! - сквозь зубы выдавил Бянь Нань. - Напишу!”
"Похулиганим? - снова улыбнувшись, спросил Цю И. - Прямо сейчас”.
"Порезвимся! - всё так же сквозь зубы ответил Бянь Нань. Его рука резко оттянула одежду Цю И и скользнула внутрь. - Порезвимся!”