Глава 14. Чик-чирик и снова чик-чирик/ 叽叽复叽叽: 蛇蝎点点
Глава 14
Цзянь Мин настаивал на том, что уродливого котёнка нужно назвать Тумао*, потому что он действительно был лысым.
* tū máo переводится как "лысый, плешивый, без шерсти и т.п." (Вы же помните, я вам обещала ещё одного Мао в их семье? Вот, получайте)
Хэ Сяошань, услышав это, остался недоволен. Он настаивал на том, что даже гадкий утёнок превратился в прекрасного лебедя, и поэтому хотел назвать его Тяньэ**.
**tiān’é - переводится как "лебедь"
Они долго препирались да спорили и в итоге решили, что каждый будет звать его, как хочет, тогда и ругаться больше не придётся.
Бедный малыш Тумао. Малого того, что он весь был в проплешинах, так ещё и кишел вшами***. На вид ему было лишь несколько недель, и они побоялись его купать. Хэ Сяошань снова и снова протирал его полотенцем, но так и не смог полностью отчистить. Кормить его приходилось раз пять-шесть на дню, а стоило отойти от него, как он начинал "мычать", словно плакал. Хэ Сяошань ничего не мог с ним поделать и носил его с собой: когда играл - клал себе за пазуху, а когда ложился спать - на подушку. Не прошло и нескольких дней, как Хэ Сяошань тоже подхватил вшей.
***не думайте, что я перепутала вшей и блох - автор имеет в виду именно вошь (в основе иероглиф 虱 [shī]), а не блоху (в основе иероглиф 跳 [tiào])
В тот день Цзянь Мин вернулся домой и, открыв дверь, тут же замер на пороге. На диване в одних трусах сидел побритый налысо детина, а в руках у него был котёнок, на которого он капал средство от вшей. Котенок в его ладони слегка подёргивался, посасывая один из пальцев руки, словно соску.
"Ааааа, Тумао и его папочка - плешивый осёл! - произнес Цзянь Мин, прикрывая нос. - Внизу тоже побрил?"
"Тьфу на тебя! - Хэ Сяошань повернул к нему своё разъярённое лицо. - Когда уже ты найдешь ему нового хозяина?"
"Я везде спросил, но никто из девушек, на которых я рассчитывал, никогда не растили настолько маленького котёнка. К тому же они весь день работают, и я боюсь, что они убьют его с таким уходом. Давай подождём, когда ему исполнится месяца два, тогда и вернёмся к этому вопросу".
"А ты не боишься, что я убью его своим уходом?“
"Ты прекрасно о нем заботишься. - Цзянь Мин прикрыл лицо портфелем и, приблизившись, поддразнил котёнка. - Тумао, молоко твоего отца вкусное?"
Хэ Сяошань поднял сыночка-котёнка и детским голоском ответил: "Не вкусное, мамочка. И меня зовут Тяньэ. Я хочу попить твоё молоко".
Хэ Сяошань обращался с Хэ Тумао, словно с драгоценным сокровищем, а тот 24 часа в сутки не слазил с него. Днём и ночью он, свернувшись в клубочек, жался к телу Хэ Сяошаня. На выходных два парня смотрели дома фильмы, сидя на диване. Хэ Тумао выбрался из-под майки Хэ Сяошаня, как скалолаз, забрался к нему на плечо и, издавая тихое "мяу-мяу-мяу-мяу" лапой в воздухе тянулся в сторону Цзянь Мина.
Цзянь Мин чихнул так, что "земля и небо сотряслись": "... убери, убери его!"
"Он же ластится к тебе. Можешь хоть немного погладить его", - защищал своего ребёнка Хэ Сяошань.
Цзянь Мин покрасневшими глазами посмотрел на Хэ Тумао. Хэ Тумао выглядел таким невинным и простодушным милахой, нежно урча и пофыркивая. Кровь Цзянь Мина мгновенно отхлынула, а рука, прикрывающая нос, после этого задрожала. Стиснув зубы и жертвуя собственной жизнью, он сгрёб котёнка в объятия. Он гладил его, наслаждаясь прикосновениями, а по лицу в этот момент струились слёзы.
Оу, на ощупь это было такое мокрое и нежное ощущение, что просто сводило с ума.
"Какие грехи я совершил в прошлой жизни..." - думал Цзянь Мин, заливаясь слезами.
Не прошло и месяца, как Хэ Тумао превратился в статного красивого подростка. Его плешивость полностью прошла, сменившись на тонкую, мягкую и белоснежную шерсть. У него были уникальные глаза - один голубого, а другой зелёного цвета - настолько красивые, что даже его отец при ходьбе мог споткнуться. Аллергия Цзянь Мина отчасти ослабла - главным образом, потому что он привык много плакать.
Он надел маску, взял в руки телефон и с разных ракурсов сфотографировал Хэ Тяньэ, а затем выбрал самое красивое и лучшее фото и выложил его в Моментах ВиЧата. Нашлись несколько девушек, которые наперебой захотели забрать котёнка и всю ночь напролёт спорили в комментариях. В итоге победу одержала одна мажористая богачка, пообещав шикарный трёхъярусный игровой кошачий комплекс вместе с домом, отделанный леопардовым принтом. Они договорились, что она приедет за котёнком на этих выходных.
Стоило Хэ Сяошаню услышать это, как он нахмурился: "На выходных? Так не пойдёт! Он ещё на "грудном вскармливании"!"
"Месяц исполнился, уже можно "отлучить от груди", - кратко ответил Цзянь Мин.
"На это нужно время. Когда "отлучу", тогда и вернёмся к этому вопросу!"
Прошло ещё пол месяца, и та девушка пришла напомнить о себе.
"Последние несколько дней у него понос. Вернёмся к этому вопросу, когда он поправится".
"У него снова вши. Вернёмся к этому вопросу через несколько дней".
"Посмотри, у него на заднице всё ещё остаются небольшие проплешины.
Подождём пока зарастут шерстью..."
Хэ Сяошань уже не мог найти оправдания и просто заперся в своей комнате, проходя уровни в игре. Хэ Тяньэ, уцепившись за его грудь четырьмя лапами, висел на нём, как коала.
"Хэ Волосатые Ноги! Ну мы же пообещали! Там уже всё купили: и кошачий игровой комплекс, и домик, и корм, и лоток. Полностью всё. А ты теперь хочешь отказаться? Думаешь, это нормально?" - Цзянь Мин снаружи стучался в дверь.
"Это ты пообещал, а не я", - пробубнил себе под нос Хэ Сяошань с мрачным лицом.
"Что ты говоришь?" - не расслышал Цзянь Мин.
"Я спросил, а ты сам-то хочешь его отдать?!"
Цзянь Мин снаружи замер на минуту, а потом с грустью произнёс: "Никогда не хотел".
"Тогда всё решено! - прорычал Хэ Сяошань. - Не отдам!"
"Да ладно тебе! Эта девушка разорвёт меня в клочья!"
"Пусть приходит разрывать меня! Готов померь у неё на глазах!"
"Аааа... - Цзянь Мин развеселился. - Тебе, бл@дь, сколько лет? Ладно, ладно! Не отдашь, так не отдашь! Будем считать, что теперь я должен ей услугу. В будущем буду пахать на неё в поте лица, эххх... Но давай договоримся, если ты всё-таки хочешь его оставить, то уже никогда не бросишь!"