ФИНАЛ. Экстра 5. Часть 2. Чик-чирик и снова Чик-чирик/ 叽叽复叽叽: 蛇蝎点点
ФИНАЛ. Экстра 5. Часть 2. Фотосессия
Хэ Сяошань ни на секунду не поверил в его железную выдержку. Поэтому подскочил к нему и хотел схватить его прямо за член, но Цзянь Мин резко отпрыгнул, избежав опасной ситуации в самый последний момент, и уставился на него со злостью: “Ты что делаешь?!”
"Прекрати буянить! Выкинешь такое ещё раз, и лао-цзы сдерёт с тебя штаны и вы$бет прямо здесь!”
"Давай, сдирай! Когда одежды не останется - ещё не известно, кто кого вы&бет”.
"Хватит передразнивать меня, бесишь уже!”
"Это ты меня передразниваешь! Сам бесишь!”
Они продолжили препираться друг с другом пока выходили из туалета. Переодевшись в привычную повседневную одежду, они сделали одну серию парных фотографий, как влюблённые. После этого Цзяню-лаое было сказано смыть макияж и посидеть в сторонке - поиграть с котом. А батрака Хэ, с его кислым выражением на лице, утащила визажист, чтобы раздеть и обмазать маслом - Цзянь-лаое хотел получить эксклюзивные фото для своей личной коллекции.
"Это слишком “грязно”! Цзянь Сяо Мин, ты целыми днями только и думал, как бы меня обмануть, да притащить на эту порно-съемку? У тебя ни стыда, ни совести не осталось?” - Хэ Сяошань, с головы до ног блестел, как зеркало, смазанный маслом от загара. Одетый лишь в чёрные трусы-боксеры он сидел на большой кровати в фотостудии, от стыда прикрывая лицо руками, и тяжко вздыхал.
В объективе фотокамеры он был один, но за его пределами, если не считать самого Цзянь Мина, находились еще: фотограф, визажист и два ассистента по свету.
Средь бела дня, на глазах у всех, ему нужно было вилять бёдрами и изгибаться в талии, принимая соблазнительные позы - стыдобища невероятная!
"Не капризничай! Это я ещё не предъявил тебе за то, что другие тебя всего уже рассмотрели”, - Цзянь Мин стол рядом, снимая его на телефон, и уговаривал, как ребёнка.
"Разве это не я должен предъявлять тебе за это?!” - разозлился Хэ Сяошань.
"Лицо слишком покраснело - нанеси тонального крема. На шею и уши тоже немного”, - распорядился директор Лу, обращаясь к визажисту.
Цзянь Мин в открытую захихикал и сказал Тяньэ: “Посмотри, как твой отец покраснел. Сам уже немолод, а всё ещё смущается”.
"Да заткнись ты уже!” - уставился на него Хэ Сяошань.
"На груди... - директор Лу сделал паузу и неопределённо добавил, - капни ещё масла по обе стороны...”
Визажист нанесла немного масла на грудные мышцы Хэ Сяошаня.
"Не туда... - замахал руками директор Лу и очень выразительным взглядом посмотрел на Цзянь Мина. - Отойди, пусть его парень это сделает”.
"А? - Цзянь Мин отпустил Тяньэ, взял у визажиста, что с трудом сдерживала смех, масло от загара и смущенно спросил. - Куда нанести?”
Цзянь Мин поскользнулся и чуть было не упал в жирные объятия Хэ Сяошаня. Даже, многое повидавшие на своей работе, ассистенты фотографа не удержались и, отвернувшись, беззвучно сотрясались от смеха. Хэ Сяошань застонал и спрятал лицо в руках: “Цзянь Сяо Мин, я тебя до смерти ненавижу...”
Цзянь Мин, с трудом сдерживая улыбку и стараясь не смотреть на Хэ Сяошаня, нанёс несколько капель на одну “стратегически важную точку” на груди. Только он собирался капнуть с другой стороны, как Хэ Тяньэ, мяукнув, высоко подпрыгнул. Решив, что это что-то вкусное, он вцепился зубами в тёмно-красный торчащий сосок!
Хэ Сяошань истошно завопил: “Сынок! У твоего отца нет молока!”
Все, кто был в комнате, содрогнулись от смеха, особенно Цзянь Мин. Он отвернулся в сторону и колотил руками по стене: “Бах... ха-ха-хааа..!”
"Херли ты ржёшь, Цзянь Сяо Мин?! - закричал Хэ Сяошань, пытаясь оттащить от себя кота. - Быстрее убери его! Больно-больно-больно!”
После того как Тяньэ убедили отцепиться, у Хэ Сяошаня с двух сторон от соска заблестело четыре маленьких капельки крови. Он хотел было попросить у одного из ассистентов салфетку, чтобы вытереть их, но директор Лу остановил его: “Не нужно, так снимки получатся более эффектными”.
“Бах... ха-хаа-хааа..!” - Цзянь Мин снова принялся колотить по стене.
Хэ Сяошаня, чьё лицо пылало от стыда, а соски сочились маслом и кровью, фотографировали больше десяти минут. Наконец директор Лу опустил камеру, позволяя ему пожить спокойно: “Хорошо. Сделаем передышку на пару минут. Сяо Ван, сбегай в супермаркет напротив и купи баночку детской присыпки. Если её не будет, тогда возьми пакет муки. Сяо Чжан, а ты сходи в кладовую и принеси ту коробку с красками”.
Краски были принесены в мгновение ока, и директор Лу, смешав несколько цветов вместе, обмакнул в них палец, а затем мазнул по лбу и телу Хэ Сяошаня.
"А это нормально смотрится? - усомнился Хэ Сяошань. - Разве я не напоминаю какого-то африканского дикаря? Цзянь Мин? А, Цзянь Мин?”
Стоявший рядом Цзянь Мин, засмотревшись на его покрасневший и опухший от укуса сосок, вздрогнул от неожиданности: “Ааа? Что?”
Хэ Сяошань, проследив за направлением его взгляда, тоже покосился вниз, и, наконец-то, “поймав его с поличным”, ехидно ухмыльнулся: “На что это ты смотришь? Куда уставился?”
"Никуда я не уставился. - с серьёзным видом ответил Цзянь Мин. - Не майся дурью”.
"Я не маюсь, я спрашиваю тебя: я нормально выгляжу после того, как меня изрисовали?”
"Очень даже хорошо”, - он не удержался и снова покосился на директора Лу, испытывая к нему одновременно и уважение, и ревность: это мой мужчина, с какой стати ты делаешь его таким соблазнительным?!
- Разве это не ради того, чтобы сделать красивые эротические фотографии для коллекции Цзянь-лаое. - даже небеса не выдержали и заступились за самоотверженную преданность работе со стороны директора Лу.
Ассистент, убежавший купить детскую присыпку, пока ещё не вернулся, и директор Лу, ответив на звонок, отошёл к окну, чтобы поговорить. В замкнутом пространстве комнаты едва слышно, но всё же различимо, прозвучали обрывки разговора.
"Угу, случилось кое-что непредвиденное. В салоне нужно сфотографировать людей... Бульон я поставил вариться перед уходом. Ты пока овощи нарежь, а я приеду и пожарю их... Вернусь не позднее семи... Нет, не надо. Не приезжай. Здесь много народа. Будь послушным...”
Его тон был таким мягким и ласковым, что у Цзянь Мина мурашки побежали по коже, когда он это услышал. Толкнув локтем Хэ Сяошаня, он тихо прошептал ему: “Эй, только послушай, как этот директор воркует по телефону со своей второй половинкой. Ты хотя бы раз был со мною так же нежен, как он?”
"А ты когда-нибудь был нежен со мной? “ - парировал Хэ Сяошань, толкнув его в ответ.
"Быть нежным с тобой, равносильно тому, что “играть на цитре перед быком”*.
*аналогично: “метать бисер перед свиньями”, т.е. пустая трата времени
Эта парочка ещё какое-то время миловалась и пихала друг друга, а потом Хэ Сяошань, воспользовавшись моментом, когда ассистент и визажист зависли в своих телефонах, внезапно поцеловал Цзянь Мина.
"Ты чего? Совсем стыд потерял?” - уставился на него Цзянь Мин.
"Разве я не могу проявить нежность?”
"Фу, что за тошнотворная слащавость. Отвали!”
"У меня есть кое-что ещё более сладкое. Слушаешь?” - Хэ Сяошань притянул его к себе, заключая в объятия, и прошептал на ухо.
Цзянь Мина чувствовал, как тёплые руки обхватили его. Чуть склонив голову, он мог увидеть крепкую, лоснящуюся от масла, широкую грудь с тёмно-красными набухшими сосками. Скользнув взглядом ещё ниже, вдоль рельефных мышц брюшного пресса, мог наткнуться на внушительно-выпуклый бугорок, обтянутый чёрными трусами... Его лицо, которое он так долго старался сохранять невозмутимым, в конечном итоге вспыхнуло ярким пламенем: “Ты чего? Отпусти! Ты мне всю одежду маслом испачкал!”
"Ой, да какую ещё хрень ты можешь из себя выдавить?” - усмехнулся над ним Цзянь Мин.
"Я... мммм... не так давно тайком стащил из твоего шкафчика ту самую карту с двадцатью тысячами”, - прошептал Хэ Сяошань.
Стоило ему это сказать, как Цзянь Мин тут же шлёпнул его по голове: “Ты совсем офигел!”
"Тск, дай мне договорить!” - Хэ Сяошань обиженно потёр голову и снова сгрёб его в объятия.
"Ну и что хорошего ты купил в этот раз? Игровую приставку? Новый компьютер?”
"Я заказал пару колец. Их можно будет забрать в начале следующего месяца. Я хотел потом в подходящий момент сделать тебе предложение. Кто же знал, что ты опередишь меня сегодня. Я, когда услышал, как ты говоришь о свадебных фотографиях, так разволновался - ты со мной не посоветовался, ещё и колец нет! Что за спешка с этой фотосессией?”
Цзянь Мин с силой оттолкнул его: “А кто бы, бл@дь, знал, что ты купил кольца?! К тому же я боялся, что если ты узнаешь заранее, то откажешься от съёмки. Ты же, бл@дь, самый настоящий трус. Да и вообще, откуда мне было знать, хочешь ли ты в принципе провести со мной всю оставшуюся жизнь?!”
"Как я могу не хотеть?! Ты сам видишь, как у меня “всё стоит”. Да я из-за тебя с ума схожу! Ты безумно мне нравишься, Цзянь Сяо Мин! Я до смерти тебя люблю!”
"Как же ты бесишь меня, Волосатые Ноги! - глаза Цзянь Мина покраснели. - Ты не мог, когда получишь кольца, просто сделать мне сюрприз?! Обязательно было, чёрт возьми, сообщать мне об этом прямо сейчас?! Здесь куча народа, не понятно, что творится. На тебе даже одежды нет. Это же, бл@дь, совершенно не романтично!”
"Не романтично? - Хэ Сяошань посмотрел вниз. - Однако, ты вон уже какой твёрдый, даже упираешься в меня... ай!”
Директор Лу, положив трубку, поднял голову и увидел, что оба его гостя сидели, скрючившись и сжав ноги, по разные стороны большой кровати. Нахмурившись, один сказал ассистенту с визажистом: “У меня снова прихватило живот. Мне надо сходить в туалет”.
"Господин Цзянь, может пойти первым. А тебя, господин Хэ, я прошу потерпеть немного. - сказал директор Лу, подойдя к ним. - Это страдальческое выражение на твоём лице как нельзя лучше подходит под тему нашего следующего фотосета. Сяо Ся вернулся? Высыпайте на него половину присыпки из баночки. Сяо Чжан, неси ветродув”.
"Тогда я схожу первым, а ты, Волосатые Ноги, потерпи. Будь паинькой и слушайся директора”.
"Цзянь Сяо Мин, как же я тебя ненавижу...”
Бонус к экстре: Мини-сцена в одно предложение
"Сладкая Булочка, сегодня вечером не будем есть тушёную свинину. Приготовим пару постных блюд, а то от жира да мяса уже просто тошнит”
Послесловие автора
"Чик-Чирик и снова Чик-Чирик” я выпускаю, как памятный сборник, потому что мне кажется, что у этих двух людей всё ещё остаётся несколько незаконченных историй. Кроме того, мне хочется продлить то чувство счастья и радости, что я испытывала, когда писала о них. Как я каталась от смеха по кровати от того текста, что сама же и сочинила. Тот период жизни, в который я писала эту историю, на самом деле не был таким уж счастливым временем для меня. И я писала её, чтобы принести в свою жизнь хоть какое-то веселье. Именно поэтому всё печальное в этой истории было представлено в позитивном ключе: два человека, пережившие тяжёлые времена и имеющие глубокие шрамы, шумно и со скандалами живут вместе. Такого рода сюжеты лично мне приносят радость и утешение, и я надеюсь, что они подарят такие же положительные эмоции и читателям.
Изначально я планировала в экстрах со всей серьёзностью объяснить, почему они полюбили друг друга. Почему такой сильный и целеустремлённый человек, как Цзянь Мин, влюбился в несколько слабохарактерного, бесхребетного и при этом ещё и никудышного человека, как Хэ Сяошань. Но, по мере написания, я поняла, что всё и без слов понятно, а попытка серьёзным языком рассказать об этом, казалось, наоборот лишала эту историю чего-то. Хэ Сяошань, возможно, и не идеален, но, может быть, именно он и подходит Цзянь Мину больше всего. К тому же, только там, где есть какие-либо недостатки или изъяны могут возникнуть проблемы, противоречия, переломные моменты и личностный рост. Я люблю писать о несовершенных вещах, люди ведь в принципе не совершенны. Несовершенные люди в неидеальных условиях вынуждено терпят трудности, меняя друг друга и стремясь к счастью - мне нравятся именно такие, полные жизни и надежды, события.
"Давай расстанемся” - это аналогичная история о двух обычных, ничем не выдающихся парнях, чья совместная жизнь тоже шумная и полная суматох. Так как это маленькая весёлая история, поэтому я объединила их в один сборник. Надеюсь, что читатели, прочитавшие эту книгу до конца, получили двойное удовольствие.
Спасибо за прочтения. Желаю вам счастья и здоровья.
Примечание переводчика:
Что касается второй новеллы, о которой упоминает автор, “Давай расстанемся” - это малютка размером не больше десяти глав. Я читала её в автопереводе после первого прочтения Пташек. В ней наши герои встречаются в качестве камео.
Она уже есть в переводе (не моем, конечно).
Если кому-то будет интересно почитать, то спросите - я скажу, где именно. Но, сама я её в том переводе не читала и ответственности за качество перевода не несу