Глава 3.4. В том году выпало 162 дождя
Глава 3.4
На станции метро Даньшуй был непрерывный поток туристов, приехавших на выходные, но Юньцзе, стоило ей немного принарядиться, уже выделялась среди толпы. Сегодня на ней было короткое розовое платье, подол которого едва прикрывал колени. Волосы послушно ниспадали до ключиц. На ногах были видны кожаные балетки бежевого цвета с закруглёнными носками, в которых она расхаживала взад-вперёд. До семи вечера оставалось всего пять минут, и она внимательно высматривала силуэт Сюйхая. Её взгляд больше не был холодным и равнодушным, как раньше, а стал выжидающим и нетерпеливым. Ах, хотя особый макияж сегодня не требовался, но может ей всё-таки стоило нанести немного тонального крема - вдруг забеспокоилась она.
Какой-то пёс-корги с привязанной к его спине ярко-красной розой сорта Каролла медленно приблизился к Юньцзе. Когда она заметила его, выражение её лица смягчилось и теперь обрело ту же нежность, что и розовый цвет её платья. Она осторожно взяла розу и огляделась по сторонам, догадавшись, что это однозначно подстроено Сюйхаем.
"С Днём рождения!" - перед ней эффектно появился, изначально где-то прятавшийся, Сюйхай.
"Спасибо", - чуть смутилась Юньцзе, а румянец, появившийся на её лице, после этого не развеялся, а скорее от ярко-красного цвета розы Кароллы перешёл к нежно розовому цвету платья, что было на ней.
"Куда мы пойдём?" - спросила Юньцзе.
"Иди за мной, скоро увидишь", - уверенно произнёс Сюйхай, после чего, спрятав за спину левую руку, показал Чжэньюю, ожидающему в стороне, знак "ОК". Чжэньюй тут же позвал корги, и Дуду послушно вернулся к нему. Стрелки часов в это время показывали ровно семь, и всё шло по плану, словно слаженное вращение шестерёнок в механизме. Чжэньюй проводил взглядом уходящих Сюйхая и Юньцзе.
Сюйхай повёл Юньцзе к чёрному ходу старшей школы Сиу. Поздним вечером на территории кампуса было так необычайно тихо, что возникал вопрос: а не оживут ли каменные скульптуры животных, и не придёт ли в движение бронзовая статуя отца нации на спортивной площадке. Хотя Юньцзе была не из робких, но это был первый раз, когда она в свой День рождения вечером пробиралась на территорию кампуса.
"Зачем мы пришли сюда?" - чуть нахмурившись, спросила Юньцзе.
"Ничего не спрашивай. Скоро сама всё узнаешь", - ответил Сюйхай.
"Но там ведь заперто. Как мы туда попадём?"
Перелазить через стену, чтобы попасть на территорию кампуса или покинуть её, было частью личных тренировок Сюйхая. Он ловко взобрался на стену у задних ворот и исчез в тени деревьев, где сгущался сумрак. Юньцзе колебалась: она сегодня была в платье - как ей лезть через стену?
Через секунду от верха стены вниз медленно опустилась алюминиевая лестница. Это было похоже на сцену, когда главный герой спасает главную героиню в любовной истории. После того, как лестница заняла устойчивое положение на земле, сверху показалась половина туловища Сюйхая. Он протянул Юньцзе руку и спросил: "Do you trust me?"* Это была фраза из фильма "Титаник". Юньцзе улыбнулась и протянула ему правую руку. Её волосы развевались, будто их обдувал лёгкий морской бриз.
*Ты мне доверяешь?
Вдвоём они прошли через пустынный коридор чёрного хода, мимо кабинета биологии, где стояли скелеты, и через безмолвный внутренний двор-сад. Бронзовая статуя, скелеты и каменные животные - все они смиренно оставались на своих местах. Юньцзе чувствовала себя так, словно отправилась в ночное круизное приключение. Она не опасалась отсутствия цели, потому что человек рядом с ней был словно маяк, а его свет - подобен солнечному.
Когда они дошли до самого верхнего этажа, где располагались классы для мальчиков, Сюйхай спросил Юньцзе: "Ты готова?"
"Дай мне руку и закрой глаза", - спокойно и с нежностью произнёс Сюйхай.
Юньцзе доверчиво протянула ему свою руку, как и в прошлый раз, когда их преследовала троица хулиганов из другой школы.
"Пока светит солнце, я не потеряюсь", - подумала Юньцзе.
С лязгом Сюйхай толчком распахнул железную дверь на крышу. Сначала в кромешной темноте трудно было различить контуры лица Юньцзе, но теперь её лицо озарил тёплый мягкий свет. Юньцзе медленно открыла глаза. По периметру крыши были развешаны разноцветные пузырьки светодиодной гирлянды, а в центре стоял небольшой белый круглый столик и два стула. Мерцающие огоньки гирлянды переливались разными цветами от синего до жёлтого, а потом становились оранжевыми. Юньцзе вспомнила тот день, когда они с Сюйхаем, сидя на лужайке, обсуждали своё любовное соглашение. Тогда закат тоже был такого же розовато-оранжевого цвета, который она хотела сохранить с помощью любовного соглашения. Юньцзе была так растрогана, что на мгновение лишилась дара речи.
"Не знаю, понравится ли тебе такое? Но я действительно вложил в это всю свою душу", - на редкость застенчиво произнёс Сюйхай.
"Нравится! Мне очень нравится! Спасибо!" - ответила Юньцзе.
Сюйхай довольно улыбнулся и потянул её за руку к белому круглому столику. Как джентельмен, он отодвинул стул, чтобы она могла сесть первой. Юньцзе невольно огляделась по сторонам, на её лице читалось удивление и любопытство: "Как ты один всё это сюда принёс?"
Сюйхай почесал затылок: "Разумеется, мне кое-кто помог".
Стоило Юньцзе это сказать, как Сюйхай тут же окликнул кого-то в стороне. Издалека появился невысокий полноватый официант. На голове у него был высокий поварской колпак, а одет он был в белый двубортный поварской китель с чёрной отделкой. В своих двух коротких и толстых руках он нёс по серебряной тарелке, и на его лице читалось явное недовольство тем, что его заставили это делать.
"Хунъюань?" - удивилась Юньцзе, с трудом сдерживая смех. Его излишне строгий наряд был довольно забавным.
Официант поставил перед ними серебряные тарелки и произнёс: "Господин, барышня, здравствуйте! Это ваши блюда на сегодня! Поздравляю барышню с Днём рождения!"
Юньцзе приосанилась и улыбнулась в знак благодарности. Сюйхай же похлопал Хунъюаня по плечу, словно хваля его за хорошую работу, но Хунъюань так и остался с "кислой миной" смотреть на него.
Но, когда крышки с тарелок были подняты, внутри оказалась лишь лапша на говяжьем бульоне.
"Я же вел тебе приготовить что-нибудь изысканное. А это что такое?" - Сюйхай сердито уставился на Хунъюаня, словно собирался съесть его.
"Я... у меня дома была только лапша с говядиной", - как ни в чём не бывало ответил Хунъюань.
Увидев это Юньцзе ещё больше развеселилась.
"Сюйхай, не мучай его, пожалуйста. Сегодня я и так уже очень счастлива. Поэтому не важно, что именно мы будем есть. - затем она повернулась к Хунъюаню и участливо произнесла. - И тебе, Юань, тоже спасибо!"
Наконец-то кто-то искренне поблагодарил его, и тогда Хунъюань улыбнулся. Он продолжил следовать логике, что в доме есть только лапша с говядиной, и произнёс: "Пожалуйста. Господин и барышня, на гарнир могу предложить малосольные корнишоны и тофу со "столетними яйцами". Чтобы вы хотели?"
"Всё хотим! И то, и другое хотим!" - распорядился Сюйхай.
"Слушаюсь. Мы немедленно приготовим это для Вас".
После того, как Хунъюань удалился, Сюйхай признался, что они с Чжэньюем очень любят их домашнюю лапшу с говядиной.
"Правда? Тогда в следующий раз возьми меня с собой", - сказала Юньцзе, и Сюйхай, естественно, согласился. Светящиеся по периметру школьной крыши пузырьки гирлянды в этот момент как раз сменили свой цвет на оранжевый. Юньцзе увидела Сюйхая озарённого мягким ореолом, и ей очень захотелось войти в этот ореол и запечатлеть это мгновение.
Чжэньюй бесцельно брёл по дороге, таща Дуду за собой. Он прошёл через несколько разных перекрёстков и переулков Даньшуя, пока, в конце концов, не оказался в парке неподалёку от своего дома. Он посмотрел на часы: стрелки, пока он на них не смотрел, тайком успели приблизиться к 20:41. Скорей всего не тайком, а просто вселенная, как и ожидалось, плавно продолжала функционировать независимо от него - подумал Чжэньюй.
Образ Сюйхая и Юньцзе, идущих рука об руку по станции метро, всё ещё был жив в его памяти. Часы на станции тогда показали 19:00 - эта картинка тоже ясно стояла у него перед глазами. Чжэньюй внезапно ощутил себя лишней деталью, ненужной деталью единства Сюйхая и Юньцзе.