
Это был конец мая. Через пару дней мне нужно было сдать финальное эссе для Копенгагенского университета. Я вышел из библиотеки северного кампуса. Сел на лавочку. Медленно жуя сэндвич, я размышлял над тем, как Ларс фон Триер строит пространство «Меланхолии», поразительным образом напоминающее пространство «Жертвоприношения» Андрея Тарковского. По улице сновали велосипедисты. А впереди, за сквером, высились здания городской больницы – Righospitalet. Сам того не подозревая, я думал об одном триеровском пространстве, находясь физически рядом с другим.