Глава 29. Аномалия
Страх — это физиологический инстинкт, но когда тебя доводят до нервного смеха, страх тоже утихает. По крайней мере, с Фан Хуайе сейчас было именно так. Среди ночи обнаружить за спиной камфорное дерево с трупом — это и впрямь пугало, но она также странным образом почувствовала в этом чрезмерном испуге нотку веселья.
Каждое явление этой твари сопровождалось потрясением, и Фан Хуайе почувствовала, что уже привыкла вздрагивать и тут же брать себя в руки. Только она собралась обернуться и позвать Фан Чжицуй и Фан Цинъюэ, как сзади ударил мощный луч света, осветив всё вокруг, и фарфор на лице трупа засверкал бликами.
Фан Чжицуй давно заметила дерево, и пока всё это происходило, успела вернуться в машину и включить дальний свет. Фан Цинъюэ подбежала к Фан Хуайе, ведя за собой Мэйтань, и встала рядом с ней под деревом. Она выглядела немного озадаченной.
— Не знаю, — покачала головой Фан Хуайе, — Подсади меня, мне нужно залезть на дерево.
— Что? — Фан Цинъюэ замялась. — Может, подождём Цуйцуй?
— Не нужно, я сама справлюсь, — тихо сказала Фан Хуайе.
— Но ты же не умеешь лазить по деревьям, — нахмурилась Фан Цинъюэ, — Это опасно.
— Я знаю, что ты беспокоишься. Но это моё дело, и именно мне нужно найти ответ.
— Ладно, — Фан Цинъюэ присела на корточки, — Забирайся мне на спину и лезь.
Фан Хуайе оглянулась: Фан Чжицуй как раз выходила из машины. Не раздумывая ни секунды, она наступила на спину Фан Цинъюэ, уцепилась руками за ветки над головой и, оттолкнувшись, взлетела вверх.
Труп висел не слишком высоко и не слишком низко, примерно в двух метрах от земли. Получив толчок от Фан Цинъюэ, Фан Хуайе в один рывок оказалась у его ног, потом ещё пару раз подтянулась, цепляясь за шероховатую кору, и добралась до первой большой ветви. Теперь она была примерно на уровне пояса трупа. Она выдохнула, собралась с духом и подняла голову, чтобы взглянуть трупу в лицо.
Свет с крыши машины почти не добивал сюда, и на фарфоровых чертах лежали глубокие тени. Смотреть трупу в глаза она пока не решалась, и потому скользнула взглядом по лбу, по подбородку, а потом стала рассматривать его руки. Что связывает этот труп со старой бабушкой, они пока не знали, но единственная зацепка, которую им удалось откопать, это кость.
По крайней мере, Фан Хуайе была уверена, что хозяин этой кости не может быть жив. На поминальном застолье она немало наслушалась деревенских стариков, да и сама бывала в деревне в детстве и в старшей школе, и никогда не слышала, чтобы у кого-то в деревне не было предплечья или лучевой кости.
Фан Хуайе закусила губу и потянулась к левой руке трупа, но расстояние не позволило ей его коснуться. Она попробовала дотянуться костью, но всё равно было далеко. Фан Чжицуй к этому моменту уже стояла под деревом. Ни слова не сказав о том, что Фан Хуайе необдуманно кинулась наверх, она сходила к машине и принесла телескопическую раздвижную дубинку полуметровой длины.
— Нажми на кнопку, чтобы выдвинуть её ещё на полметра, — напомнила Фан Чжицуй.
Фан Хуайе нажала на кнопку, тряхнула дубинку и та выдвинулась. На этот раз она дотянулась до цели, но почувствовала, как слегка дрожат её руки. Справиться со страхом она не могла, и оставалось только стиснуть зубы. Кончиком дубинки она осторожно коснулась левого предплечья трупа.
Откуда-то налетел резкий порыв ветра, развевая распущенные волосы Фан Хуайе, и несколько прядей закрыли ей глаза. Она мотнула головой, стиснула зубы и резко ткнула труп дубинкой. Труп закачался от удара, но там, где должно было быть правое предплечье, не было ровным счётом ничего.
Сцена была жуткой и неправдоподобной, и всё же Фан Хуайе захлестнула дикая, почти ликующая радость, словно она нашла зацепку, которую так долго искала.
— С телом что-то не так! — крикнула она вниз.
— Мы видим, — отозвалась Фан Чжицуй.
Фан Хуайе подняла взгляд на верёвку, почти прозрачную нить, с которой свисал труп, и глаза её чуть прищурились. В прошлый раз Фан Цинъюэ удалось рывком снять туфлю с трупа. Значит, его можно потрогать, пусть он появляется и исчезает, но он осязаемый.
Что если попробовать снять его с дерева? Идея могла показаться безумной, и по спине Фан Хуайе пробежал холодок паники. Страх и азарт одновременно. Она ухватилась за ветку и поднялась ещё немного вверх, добравшись до второй ветки. Теперь она была вровень с головой трупа. Ей буквально пришлось смотреть в это фарфоровое лицо.
Фонарик телефона пришёлся очень кстати. Фан Хуайе, с трудом превозмогая отвращение, тщательно осмотрела каждую черту фарфорового лица, не обнаружив ни шва, ни стыка, словно выросло само по себе. И глаза, странные и жутковатые человеческие глаза тоже казались естественными, а не вставными.
Смотреть трупу в глаза она так и не решилась, но поднялась ещё на несколько ступенек и наконец увидела тонкую нить, перехватившую шею трупа. Но подождите! Она навела телефон на нить и увидела холодный отблеск. Это была леска! Почему-то её сердце заколотилось. Она также была связана с прудом и ближе всего к смерти она оказалась, когда что-то её затянуло под воду, и она чуть не утонула.
Фан Хуайе прикоснулась кончиком дубинки к леске. Та была натянута как струна и почти не поддавалась. Она поочерёдно разжала пальцы, давая рукам отдохнуть, прислонилась к стволу и крикнула вниз:
— Фан Чжицуй, отойдите подальше.
Та уже давно догадалась, что она задумала, и в её голосе мелькнула тревога.
На этот раз Фан Чжицуй её не послушалась. Она хлопнула Фан Цинъюэ по плечу, оттолкнулась и взлетела на ветку куда ловчее и быстрее Фан Хуайе, в считаные секунды оказавшись рядом. Толстая ветка под ними едва выдерживала их вес. Фан Чжицуй заговорила первой, не дав ей и рта раскрыть:
— Ты хочешь спустить труп с дерева. Ты подумала о последствиях? Если в ту самую секунду, когда ты обрежешь леску, дерево вдруг исчезнет, что будешь делать? Упадёшь с трёхметровой высоты?
Взгляд Фан Чжицуй был укоризненным, что было редкостью для неё. Фан Хуайе поняла, что об этом и правда не подумала, и ей стало немного стыдно.
— Ну, насмерть же не разобьюсь? — неуверенно проговорила она.
— Конечно, нет, — холодно сказала Фан Чжицуй, — Покалечишься и не сможешь выбраться на шоссе. Будешь лежать дома, мучиться от боли и ждать конца. Выдержишь такое?
Фан Хуайе представила себе эту картину и содрогнулась. Это было хуже смерти. Фан Чжицуй, увидев это, немного смягчилась.
— Делай что задумала. Если что-то случится, я подхвачу тебя. Сама я не буду вмешиваться.
Возражать после таких слов было незачем. Фан Хуайе не хотела, чтобы Фан Чжицуй и Фан Цинъюэ рисковали, но это не значило, что нужно упрямо действовать в одиночку и не оставлять себе никакого места для манёвра. Она была уверена, что случись что-то из ряда вон выходящее, Фан Чжицуй успеет её поймать.
Фан Хуайе выдохнула, вытерла вспотевшую ладонь о куртку, снова сжала дубинку и, одной рукой держась за ствол, ударила по леске. Ножниц они не взяли. Единственным инструментом, которым сейчас можно было дотянуться до трупа, была эта дубинка. Все трое выскочили из дома в такой спешке, что никто не подумал ни о лестнице, ни о ножницах, иначе зачем столько лишних сложностей.
Но раз уж она забралась наверх, а труп мог исчезнуть в любой момент, возвращаться за вещами, потратив полчаса на дорогу, было нереально. Приходилось обходиться тем, что есть. Леска была тонкая и прочная. После нескольких ударов труп не шелохнулся, оставаясь неподвижным даже в большей степени, чем когда она задела правое предплечье. Фан Хуайе стиснула зубы и провела острым краем дубинки по леске ещё раз.
Труп по-прежнему неподвижно висел в воздухе, словно как каменное изваяние, зато у самой Фан Хуайе рука онемела до плеча, то ли от чрезмерного усилия, то ли от страха. Она понимала, что так нельзя, первый порыв — сильный, второй слабее, а на третий иссякает, и её решимость не могла длиться вечно. Она собралась с духом и надавила сильнее, пытаясь перерезать леску. На этот раз труп содрогнулся.
Фан Хуайе уже переводила дыхание, готовясь ударить снова, как вдруг из глубины трупа, смотревшего прямо на неё, донёсся скрежет, от которого свело зубы. Точно такой звук издавала в начальной школе одноклассница, скребя ногтями по доске. Фан Хуайе машинально отшатнулась и в тот же миг встретилась взглядом с двумя тёмными человеческими глазами.
Теперь они изменились и выпучились, белки залила красная сеть сосудов, и казалось, они вот-вот лопнут.
За спиной раздался голос Фан Чжицуй и вместе с ним леденящий треск.
Прежде чем Фан Чжицуй успела схватить Фан Хуайе и прыгнуть вниз, труп прямо перед ними разорвался в шее, и наружу хлынула кровь, брызнув на лицо Фан Хуайе.
Ветер налетал порывами. Когда красный туман рассеялся, Фан Хуайе безучастно моргнула. На уровне её взгляда теперь болталась только застывшая голова, которая продолжала смотреть на неё открытыми глазами с той стороны смерти. С шеи всё ещё капала кровь.
В мёртвой тишине был отчётливо слышен глухой звук каждого капли о землю. Крик вырвался из горла Фан Хуайе и разнёсся в ночи, её ладонь по-прежнему сжимала дубинку, а всё тело дрожало.
— Фан Хуайе! Фан Хуайе! — Фан Чжицуй сзади обхватила её за плечи и, навалившись, тревожно зашептала в ухо, — Успокойся, успокойся!
Фан Хуайе не могла сдержать слёз и вцепилась в ворот Фан Чжицуй, в её голове был полный хаос.
— Я не могу успокоиться! — она уже плакала навзрыд, — Как у трупа, который умер неизвестно когда, может быть свежая кровь?! Я понимаю, что может быть, оно каждый раз хочет, чтобы я так сильно боялась и не лезла в его тайну, но я ничего не могу с собой поделать! Я не знаю, что делать!
Такое не вынесет ни один нормальный человек. Лицо и одежда в крови, рассудок на грани эмоционального срыва. Фан Чжицуй обхватила её за пояс и силой стащила с дерева.
Фан Цинъюэ и Мэйтань стояли неправдоподобно тихо под деревом. Мэйтань лежала на земле и обнюхивала обезглавленный труп, а Фан Цинъюэ смотрела на туловище остановившимся взглядом.
Фан Хуайе размазывала слёзы по лицу, не переставая всхлипывать, и достала из кармана телефон. Ноги её не держали, и она опустилась на колени рядом с трупом, подняла правый рукав погребального одеяния и сделала несколько снимков со вспышкой. Потом она потрогала тело, ощутила ледяной холод и неожиданно вздохнула с облегчением.
— Теперь не боишься, — тихо сказала Фан Чжицуй.
— Боюсь, — дрожащим голосом ответила Фан Хуайе, со слезами на глазах, — Но я не могу вот так бросить зацепку, которую с таким трудом нашла.
Она не могла забрать голову, но нужно было зафиксировать информацию о нижней части, которую им всё же удалось добыть. Фан Чжицуй смотрела на неё со сложным выражением, иногда Фан Хуайе вызывала в ней нечто похожее на восхищение.
— Погоди, — сказала она вдруг, указав на труп, — Он становится прозрачным. Начинает исчезать.
Фан Хуайе тут же обернулась к дереву, но как и в прошлые разы, оно медленно растворялось. Не прошло и минуты, как всё исчезло без следа.
Тихое поле выглядело так, словно ничего и не происходило. Фан Хуайе опустила взгляд на телефон: только что сделанные снимки тоже пропали и остались пустые белые прямоугольники. Только кровь на лицах и одежде никуда не делась.
Снова подул тёплый ветер, но Фан Хуайе всё равно передёрнуло.