Чистая случайность. Глава 15
Был вечер, когда мы наконец прибыли к воротам столицы. Через окно кареты я видела, как лучи заходящего солнца падают на высокие, отмеченные печатью времени стены города, придавая им суровую торжественность. Перед воротами стоял отряд охранников в доспехах, вооружённые мечами и копьями. Гордая военная осанка делала их воплощением доблести.
Очнувшись от своих задумчивых размышлений, я потянулась к занавеске и придержала её, открыв перед собой это великолепное зрелище. Один короткий взгляд пробудил во мне мечты о столице. В груди зашевелилось волнение, и, не в силах сдержаться, я поддалась желанию прочитать стих:
Тихо я пришёл, как в мечтах приходил тысячу раз,
Легко взмахнув рукавом, я украду одну принцессу…»
С громким стуком Глупышка швырнула свою чашку на маленький столик, прикрученный к углу.
— Какая наглость! — воскликнула она, нахмурив брови.
Ей удалось идеально передать тон своей госпожи, и неудивительно, ведь она долгое время была личной служанкой принцессы. Как жаль, что в её выражении лица не было ни авторитета, ни напористости оригинала. В целом, эффект был довольно блеклым. Невзрачное и ничем не примечательное лицо Глупышки жалко контрастировало с властными восклицаниями. Моя взвешенная оценка была такова: Глупышка, может, и говорила как знатная дама, но, увы, ей было суждено остаться служанкой.
Я вытерла пролитый на стол чай и обратилась к ней предельно искренне:
— Глупышка, тебе стоит показаться врачу.
— Почему? — удивлённо спросила она.
Она с тревогой посмотрела на меня, а я тем временем взяла свою чашку и неторопливо сделала глоток чая, наслаждаясь в полной мере тем, что держу аудиторию в напряжении. Затем я продолжил:
— Раздражительность и депрессия — это симптомы дисбаланса инь и ян. Меня очень беспокоит, что у тебя может наступить преждевременная менопауза. Мне было бы очень жаль, учитывая твой юный возраст и то, что ты ещё не замужем…
Раздался ещё один резкий хлопок, когда Глупышка разбила свою чашку вдребезги прямо у меня на глазах. Свирепое выражение её лица говорило о том, что она способна изуродовать меня осколком фарфора, который держала в руках. Я незаметно подползла чуть ближе к дверям кареты, готовая выскочить наружу и бежать, спасая свою жизнь, при первом же признаке опасности.
Внезапно карета остановилась. Через несколько мгновений Сяо Хэй поднял занавеску над дверью, и принцесса, склонив голову, вошла внутрь. Я заняла большую часть сиденья прямо у двери, поэтому ей было немного тесновато.
— Что ты делаешь? — спросила она, нахмурившись, — Ты сидишь слишком близко к двери. Будь осторожен, а то тебя вытряхнет наружу.
Я потянула принцессу за рукав и дрожащим пальцем указала на Глупышку.
— Она только что уничтожила императорское имущество! — воскликнула я, затем мой палец переместился на осколок чашки, который Глупышка всё ещё держала в руке, — И она замышляла изуродовать мне лицо!
Я похлопала себя по щеке с видом человека, которому только что чудом удалось избежать расправы.
— Моё прекрасное лицо, любимое всеми, кто его видит…
Принцесса напустила на себя невозмутимый вид, но явно сдерживала веселье. Улыбка дразняще зависла в уголках её губ, грозя в любой момент расцвести во всей красе. Схватив мой подбородок большим и указательным пальцами, она повернула моё лицо к себе и внимательно вгляделась.
— Уничтожение императорского имущества, говоришь? — Внезапно она наклонилась, приблизив губы к моему уху, и тихо произнесла, — Твоё лицо, несомненно, является императорской собственностью.
Моё лицо мгновенно вспыхнуло багровым румянцем. О, ты, демоница, ты, искусительница! Это было чистое соблазнение в его самой простой и бесстыдной форме. Пусть Будда сохранит меня, подумала я, прибегая к знакомой сутре. Всё чувственное — иллюзия, то, что иллюзия, и есть чувственное… Но с другой стороны, как я могла называться женщиной, будучи равнодушной к такой несравненной красоте?
Прежде чем моя внутренняя борьба смогла разрешиться, и прежде чем я смогла действовать в соответствии с результатами своих размышлений, принцесса отвернулась. Её выражение лица осталось таким же солнечным, но она крепче сжала мой подбородок.
— Любимое всеми, кто его видит? Кто же все эти люди?
Я усмехнулась и потянула принцессу к себе, чтобы она села рядом.
— Никто, на самом деле… это было преувеличение. Знаете, иногда говоришь: «там целое море людей», или «все приходят и уходят». Это примерно то же самое.
— Ох, — кивнула принцесса, словно её вдруг осенило, — В таком случае, ваше лицо, должно быть, действительно любимо многими. У вас не только целое море поклонников, но они ещё постоянно приходят и уходят.
Я не могла придумать, что на это ответить, и это к лучшему: чем больше я говорила, тем сильнее рисковала загнать себя в тупик. Я твёрдо и решительно решила промолчать. Однако в этот решающий момент Глупышка, молча наблюдавшая за нами из своего угла, вдруг встрепенулась. Она посмотрела на принцессу с видом потерянного ребёнка, наконец воссоединившегося со своей семьей.
— Ваше Высочество, — сказала она, глаза её блестели от слёз, — молодой господин Вэй… издевался надо мной!
Выдвинув это нелепое обвинение, она закрыла лицо обеими руками, выглядя до боли печальной.
Про себя я закатила глаза. Тебе бы следовало следить за своими словами, Глупышка. Будь осторожна с тем, что ты называешь «издевательством». Уличный хулиган пристаёт к проходящим мимо женщинам? Это издевательство. То, что я каждый день мысленно проделываю с принцессой? Некоторые тоже могут назвать это издевательством! Но зачем мне издеваться над тобой?
Прикрываясь широким рукавом платья, я взяла принцессу за руку. После недолгого колебания она согласилась, позволив мне делать всё, что я хотела. Её рука ощущалась тёплой и мягкой, это небольшое колебание, порождённое девичьей застенчивостью, лишь разожгло мою страсть. Как прекрасна жизнь, подумала я. Как бесконечно прекрасна.
Принцесса откашлялась и повернулась к Глупышке.
— Что случилось? — спросила она доброжелательным тоном, — Как он… кхм… издевался над тобой? Можешь рассказать мне. Не торопись, не нужно бояться.
Я беспомощно взглянула на небо. Что здесь происходит? Не нужно бояться? Неужели она приняла меня за какого-то бандита? Под рукавом я медленно, снова и снова, обводила по кругу ладонь принцессы, пока она, отвлёкшись, не остановила движения, крепко обхватив мои пальцы рукой.
Глупышка важно выпятила грудь, выглядя такой самодовольной, словно ей только что вручили Меч Императора.
— Он сказал мне, что я страдаю от дисбаланса инь и ян, и ложно обвинил меня в желании изуродовать его милое личико!
Красавчик, милое личико… Глупышка явно ещё не устала от этих эпитетов. Принцесса укоризненно взглянула на меня, а затем снова повернулась к Глупышке.
— Не опускайся до его уровня, — уговаривала она, — Ты же знаешь, что с такими, как он, спорить бесполезно.
О? Что это было? Принцесса постоянно отчитывала меня, а когда дело касалось Глупышки, щедро одаривала её добрыми словами и милыми улыбками? Кто из нас будущий принц-консорт? Во мне закипело чувство горечи, и, обидевшись, я попыталась вырвать руку из её хватки. Однако именно в этот момент принцесса утешительно сжала мою руку. Под рукавом она переплела свои пальцы с моими и едва заметно повернула голову ко мне.
— Ты такая мелочная, — прошептала она так тихо, что её едва было слышно.
Её пухлые красные губы слегка надулись, и это пленительное зрелище заставило моё сердце растаять. В тот момент мне показалось, что рука, переплетённая с моей, символизирует всё хорошее и прекрасное в этом мире — величественные реки и грандиозные горы, нежные весенние цветы и яркую осеннюю луну. Моя мелочная душа мгновенно наполнилась великодушием, и моё отношение к Глупышке сильно смягчилось.
— Хорошо, хорошо, — сказала я ей, — Признаю, я был неправ. Пусть принцесса будет свидетельницей, я клянусь никогда больше не издеваться над тобой… — Затем, почувствовав, что это звучит слишком странно и неловко, я добавила, — …над твоим интеллектом.
Глаза Глупышки в недоумении забегали по карете, и я воспользовалась её минутным замешательством, чтобы сменить тему.
— Принцесса, принцесса, почему вы внутри кареты? — спросила я прекрасную деву рядом с собой.
Наверное, потому что она скучала по мне и хотела меня увидеть. Скажи, что ты хотела меня увидеть!
Увы, красивые женщины часто бывают на удивление неромантичными, принцесса, казалось, совершенно не поняла моего прямого намёка.
— Столица сильно отличается от других мест, — сказала она, — Как старшая принцесса, я должна вести себя гораздо осмотрительнее и сдержаннее. Большинство надоедливых стариков, занимающих высокие должности при дворе, вероятно, узнают меня с первого взгляда. Если нам не повезёт встретить кого-нибудь из них, пока я буду красоваться на публике, они, несомненно, устроят скандал.
Она задумчиво посмотрела вдаль и медленно вынула руку из моей.
— За месяцы, прошедшие с моего отъезда, при дворе, должно быть, многое изменилось.
Должно быть, она испытывает какую-то отложенную тоску по дому. Я подумала и решила произнести пару утешительных слов:
— Империя наслаждается периодом мира и изобилия. Если и произошли какие-то изменения при дворе, я уверен, что они связаны лишь с интригами и ссорами между императорскими наложницами из-за благосклонности императора, — затем, вспомнив некоторые сплетни, которые мы слышали по пути в столицу, я добавила, — Хотя в последнее время ходят разговоры о том, что армии хунну атакуют нашу юго-западную границу. Интересно, кому из генералов поручено командовать нашей обороной?
Принцесса взглянула на меня, уголок её губ дёрнулся, но она ничего не сказала. На этот раз Глупышка отреагировала на удивление быстро.
— Конечно же, Третий принц-консорт! А кто же ещё?
Взгляд принцессы метнулся к ней.
— Ты отсутствовала при дворе всего несколько месяцев, но, похоже, забыла все правила этикета. Разве это твоё дело рассуждать о государственных делах?
Упрёк был достаточно мягким, но почему-то у меня возникло отчётливое ощущение, что принцесса недовольна замечанием Глупышки. Сама Глупышка выглядела довольно обиженной, казалось, она хотела возразить, но потом, похоже, передумала. Внезапно меня осенило: разве Третий принц-консорт не Чжао Ишу?
Мысль о его имени поразила меня гораздо сильнее, чем я предполагала. Принцесса же, однако, выглядела так, будто ничего необычного сказано не было. Она явно не собиралась продолжать обсуждение этого вопроса, поэтому мне пришлось оставить его в покое. У меня внезапно пересохло в горле. Я неуклюже налила себе чашку чая. В этот самый момент карета дёрнулась, моя рука задрожала, и чай выплеснулся через край чашки. Я уставилась на эту неуместную капельку жидкости, раздумывая о том, вытирать её или нет.
— Что случилось, молодой господин Вэй? — осторожно спросила Глупышка, — Почему вы вдруг так побледнели?
— Что? — Я подняла взгляд от чашки и заставила себя улыбнуться, — О, ничего, ничего. Просто я начал беспокоиться о нападениях на нашей границе, вот и всё.
Я снова взглянула на принцессу и продолжила:
— Но я уверен, что нет причин для беспокойства. Под командованием Третьего принца-консорта наши армии, несомненно, прорубят себе путь сквозь вражеские силы и быстро одержат победу.
Я неловко рассмеялась. Глупышка издала несколько натужных смешков вместе со мной, затем резко замолчала и крепко обняла себя за плечи.
— Пожалуйста, перестаньте смеяться, молодой господин Вэй. Каждый раз, когда вы смеётесь, я чувствую, как мимо проносится холодный ветер. У меня волосы встают дыбом.
— Прорубить себе путь сквозь вражеские силы… — повторила принцесса, погрузившись в размышления, — Редко бывает хорошо, когда достижения простого человека затмевают достижения его государя.
Теперь мне действительно нечего было сказать. Я рассеянно постучала чашкой по столешнице, но внезапно принцесса снова заговорила:
— Всю дорогу ты без умолку болтал, как сильно ждешь возможности своими глазами увидеть великолепие столицы. А теперь мы наконец приехали, но ты прячешься в карете?
Как ты думаешь? — подумал я. — Ты вошла, и мне больше нравится смотреть на тебя, чем на пейзаж. Но я не могла вымолвить ни слова, атмосфера была слишком гнетущей. Мне нужно было подышать свежим воздухом. Не говоря ни слова, я подняла занавеску над дверью кареты и вышла, чтобы сесть рядом с Сяо Хэем на сиденье кучера. Когда опустился занавес, я услышала, как Глупышка испуганно сказала:
— Что с ним не так? Ах да, наверное, это ранняя менопауза…
Я тяжело опустилась рядом с Сяо Хэем. Он был воплощением невозмутимости, даже бровью не повёл, увидев моё внезапное появление, и просто продолжил управлять каретой, как и прежде. Я ткнула его ногой.
Он не обратил на это никакого внимания.
Солнце почти скрылось за горизонтом, и сумерки постепенно переходили в полную ночь. Улицы были малолюдны. У расположенной неподалеку таверны одинокий жёлтый флаг дрожал на прохладном вечернем ветру. Копыта лошадей глухо стучали по каменным плитам улицы. Это была картина, которая напоминала о глубоком и всепоглощающем чувстве одиночества. Я ткнула Сяо Хэя в руку.
К моему ужасу, он внезапно повернулся и посмотрел на меня испепеляющим взглядом:
— Чжунлян! — рявкнул он, явно раздражённый.
— Что? — недоуменно спросил я, похлопывая себя по груди, чтобы успокоить волнение.
— Чжунлян! — он щёлкнул кнутом, — Меня зовут Чжунлян!
Что с ним было не так? Неужели и он , и Глупышка посчитали себя вправе на меня накричать, вернувшись на свою территорию? Чувствуя себя обиженной, я подняла руки в жесте оскорблённой невинности. Затем, внимательно всмотревшись ему в лицо, я задала ещё один вопрос:
По его смуглому лицу разлился подозрительный румянец. Он что-то пробормотал очень тихим голосом.
— Что? — Не расслышав, что он только что сказал, я наклонилась ближе и спросила, — Что?
(П/П У (乌) — китайская фамилия, буквально означающая «чёрный». Цзысун дразнит охранника «Сяо Хэй» («Маленький Чёрный») и «Да Хэй» («Большой Чёрный»), не подозревая, что его настоящая фамилия — У, то есть «Чёрный».)
Лошади, испуганные его восклицанием, ускорили шаг, вскоре их копыта зацокали по улице, сделав её более оживлённой. Уголок моего рта дёрнулся, но я сдерживала ухмылку: «У? Разве это не значит „чёрный“, как и „Хэй“? Что же его так раздражает? Тэнчжоу, о Тэнчжоу, должно быть, в тебе есть что-то такое, что провоцирует преждевременную менопаузу у неосторожных…»
@buhorg не знаю, что вы читаете сейчас, но мои большие благодарности вам :*