Глава 51. Поразительный талант
Карма — штука беспощадная, и никто не не избежит гнева Небес.
Ся Сицин, который все свои двадцать пять лет жил в безмятежности, не задерживаясь ни на одном месте, никак не ожидал, что в один прекрасный день потерпит сокрушительное фиаско, тем более на глазах у Сюй Цичэня. Вырвавшись из объятий Чжоу Цзыхэна, он небрежно вытер губы:
— Это... как его... Чэньчэнь, ты всё не так понял, я сейчас всё объясню...
— Он, конечно, выслушает твоё объяснение, — Чжоу Цзыхэн поддел его подбородок, развернув к себе, а затем пальцем ткнул в сторону полуголого Сюй Цичэня, — А как же я? Мне ты ничего объяснить не собираешься?
Ся Сицин закашлялся от возмущения:
Выражение лица Чжоу Цзыхэна донельзя омрачилось. Он ослабил галстук, только что растепленный Сицином, окончательно сбросил пиджак и швырнул его на тумбу в прихожей. Ся Сицин, не потрудившись ответить, ласково, точно поглаживая щенка по спине, провел ладонью по его боку. Этот успокаивающий жест пришёлся Чжоу Цзыхэну очень по душе.
Сюй Цичэнь смущённо отступил на пару шагов, подхватил со спинки дивана плед и накинул на плечи. Лишь почувствовав себя немного увереннее, он попытался подобрать подобающие формулировки:
— Э-э... Так в каких вы отношениях?..
— Да ни в каких! — Умирающий от стыда Ся Сицин выпалил первое что пришло в голову, но тут же был схвачен Чжоу Цзыхэном за запястье.
— Правда ни в каких?.. — Лицо Сюй Цичэня выражало смесь крайнего смущения и замешательства, — Или это я слишком долго пробыл в душе и мне мерещится... Вы только что целовались?
И не просто целовались, а делали это невероятно страстно и глубоко. Чёрт, ну и невезение! Ся Сицин, фальшиво улыбаясь, потянул Чжоу Цзыхэна за руку, процедив сквозь зубы:
— Разве ты только что не просился зайти посидеть? Вот и сиди, — а затем он развернулся к Сюй Цичэню, — Я тебе всё нормально объясню, давай сначала присядем.
В итоге все трое уселись прямо на пол друг напротив друга. Предыдущая неловкая сцена плавно перетекла в ещё более неловкие переговоры, и атмосфера в коридоре стала непередаваемо напряжённой.
— Так какие у вас на самом деле отношения? — Сюй Цичэнь без лишних формальностей перешёл к делу.
— Это... — Ся Сицин и сам не знал, как ответить, — В общем, точно не то, что ты подумал...
Сюй Цичэнь чуть шире распахнул глаза:
— А что я, по-твоему, подумал?
— Именно те самые отношения, — он нарочно сделал особый упор на этих словах.
— Да ничего подобного! — Ся Сицин был готов от стыда откусить себе язык.
Хотя он вёл себя разгульно и любил подобные развлечения, о чём Сюй Цичэнь прекрасно знал, признаться при нём вслух, что они с Чжоу Цзыхэном просто вступили в мимолётную интрижку, Ся Сицин никак не мог, потому что ему не позволяла гордость.
— Но вы же только что... целовались, — последние слова Сюй Цичэнь произнес совсем тихо.
— Нашёл чему удивиться... Будто я первый раз с кем-то целуюсь, — Ся Сицин пробормотал это с таким видом, будто набрал в рот горячей каши, намеренно смазывая произношение и упорно отводя взгляд, — Не делать же партнёром каждого, с кем...
Чжоу Цзыхэн снова сжал его запястье. Его лицо заметно омрачилось:
— Хочешь сказать, ты и сейчас постоянно целуешься с кем попало?
— Вовсе нет! — Ся Сицин чувствовал себя несправедливо обвинённым, — Как ты вообще пришёл к такому выводу? Я целыми днями либо на съёмках, либо торчу дома за холстом, где мне вообще искать кого-то для поцелуев?!
Сюй Цичэнь хладнокровно проанализировал:
— То есть ты хочешь сказать, что после встречи с ним больше ни с кем не целовался? И после этого ты говоришь, что вас ничего не связывает?
Чёрт возьми, столкнуться сразу с двумя гениями логики за раз, это просто катастрофа.
— Вот поэтому я сказал, что связывает, — Чжоу Цзыхэн посмотрел на Сюй Цичэня, и тот глубокомысленно кивнул в ответ:
— Ну и отлично, думайте как хотите, — Ся Сицин сдался и махнул руками, принимая капитуляцию.
Сюй Цичэнь повернулся к Чжоу Цзыхэну:
— Я... — Чжоу Цзыхэн ответил честно, — Я пришел посидеть на пять минут.
Единственной странностью его ответа было то, что он выделил слово «посидеть».
— По... посидеть на пять минут? — Глаза Сюй Цичэня округлились, как медные монеты, — За пять минут разве можно...
(П/П В оригинале игра слов с иероглифом 坐 (zuo — «сидеть»). В разговорной речи и сленге может восприниматься созвучно с 做 (zuo — «заниматься сексом»). Из-за этой фонетической идентичности Сюй Цичэнь подумал о фразе «потрахаться пять минут» (做五分钟), тогда как Чжоу Цзыхэн имел в виду «посидеть пять минут» (坐五分钟)).
Ся Сицин чуть не сошёл с ума от этой парочки:
— ПО-СИ-ДЕТЬ! На заднице сидеть!
Сюй Цичэнь недоверчиво посмотрел на него и промолчал. Хотя Ся Сицин и лишился остатков лица, он всё ещё цеплялся за дух А-Q, радуясь, что здесь хотя бы только Сюй Цичэнь, иначе его легендарной репутации пришёл бы окончательный конец.
(П/П «Дух А-Q» (или «оптимизм А-Кью», 阿Q精神) — это известный фразеологизм и психологический термин, пришедший из китайской литературы. Проще говоря, это способность находить «моральную победу» в любом, даже самом полном и постыдном поражении, прибегая к самообману и психологическим защитным механизмам. Термин появился благодаря повести классика современной китайской литературы Лу Синя «Подлинная история А-Q»)
— У нас с ним правда всё не так, как ты думаешь. За пару минут и не объяснишь... В общем, сделай вид, что ничего не видел.
Сюй Цичэнь сохранял серьёзный вид, а его лицо выражало наивную честность:
— И я не просто увидел, я ещё пойду всем рассказывать.
Ся Сицин глубоко вздохнул, боясь, как бы у него не случился удар. Он схватил Сюй Цичэня за руку и притворился несчастным:
— Умоляю тебя, мой дорогой Чэньчэнь, не болтай никому, а особенно своему драгоценному парню! Он будет смеяться надо мной всю оставшуюся жизнь!
Услышав обращение «мой дорогой Чэньчэнь», Чжоу Цзыхэн едва не взорвался на месте, так что у него забилась жилка на виске, и он с силой разжал пальцы Сицина:
— Ты настолько боишься, что кто-то узнает о наших отношениях? — выражение его лица изменилось с поразительной скоростью: уголки глаз опустились, превращая его в обиженного щенка, которому не хватало только жалобного скулежа, — Я ведь абсолютно не против, почему ты скрываешь всё от сценариста Сюя? Неужели я настолько позорю тебя?..
Ся Сицин окончательно взбесился. Он с брезгливым видом скинул руку Чжоу Цзыхэна:
— Тебе и правда пора на съёмки, ты слишком хорошо играешь.
— Слушай, Цзыхэн, я вот что тебе скажу, — Сюй Цичэнь потянул актёра за рукав с самым сочувствующим и искренним видом, — Сицин только кажется ветреным, но на самом деле это не совсем так... Ладно, он действительно такой, но...
— Всё-всё, никаких «но», спасибо огромное! — Ся Сицин закрыл Сюй Цичэню рот ладонью на опережение, — Так, милый, уже поздно, тебе пора домой, а не то этот пёс Ся Чжисюй снова начнет доставлять мне неприятности.
Подталкиваемый им, Сюй Цичэнь поднялся:
— Пошли в гардеробную! Выбирай всё, что душе угодно, хоть весь гардероб забирай! — Ся Сицин подталкивал его за плечи к лестнице на второй этаж, а сам успел метнуть в Чжоу Цзыхэна убийственный взгляд.
Ну и бардак! Он сам загнал себя в ловушку.
Гардеробная Ся Сицина поражала своими размерами: два ряда рубашек были аккуратно развешаны строго по цветам, да и вся остальная одежда была организовна в идеальной цветовой гамме. Визуальный эффект производил неизгладимое впечатление. Сюй Цичэнь не удержался от вздоха: «Сразу видно — художник. Даже ОКР выглядит как произведение искусства».
Однако все эти вещи совершенно не подходили под его привычный стиль. Оглядевшись, Сюй Цичэнь заметил в самом углу спортивный костюм — бордовое худи и штаны. Он выбивался из общего ряда и явно не соответствовал обычному вкусу Ся Сицина, но выглядел очень удобным.
— В выдвижном ящике совершенно новое нижнее белье, бери любое, — донёсся снаружи голос Ся Сицина.
— Угу, — Сюй Цичэнь снял костюм с плечиков, неторопливо переоделся и вышел, потягивая длинные рукава, — Кажется, этот костюмчик мне немного велик...
Ся Сицин как раз дымил сигаретой, но, увидав на нём одежду, которую ему отдал Чжоу Цзыхэн, от неожиданности дёрнул рукой. Горячий пепел упал прямо на косточку большого пальца, заставив его вздрогнуть.
— Погоди... Чэньчэнь, из всей кучи вещей почему ты выбрал именно это? — Ся Сицин, покашливая, успел затолкнуть Сюй Цичэня обратно в гардеробную, пока Чжоу Цзыхэн ничего не заметил, — Она слишком велика для тебя, переоденься. Тут ведь столько всего!
— Вот в этой ты точно будешь красавчиком, надевай её. И вот эти чёрные брюки! Помню, у Ся Чжисюя есть похожие. Давай, братик подберёт тебе парный лук!
Сюй Цичэнь смерил его подозрительным взглядом, потому что Ся Сицин проявлял слишком уж подозрительное усердие. Ничего не понимая, он принял вещи:
Лишь тогда сердце Ся Сицина наконец успокоилось. Если бы Чжоу Цзыхэн увидел Сюй Цичэня в этой одежде, с его мелочным характером он бы точно закатил сцену.
Стоп, а с какой стати его вообще волнует, устроит он сцену или нет? Пусть устраивает!
В его голове словно уживались три человечка: двое самозабвенно пинали друг друга, изматывая ему все нервы, а третий судорожно пытался скрепить оборванные нити, и путал их между собой.
Услышав голос Чжоу Цзыхэна, Ся Сицин вынырнул из своих странных размышлений:
— Предыдущий комплект не подошёл по размеру, подожди ещё немного.
Чжоу Цзыхэн с улыбкой обнял Ся Сицина за талию, притянул к себе и прошептал прямо на ухо, словно собираясь сделать какую-то пакость:
— А пока можно тебя поцеловать?
Ся Сицин понял, что теперь до смерти боится его подобной улыбки и особенно этого умоляющего тона прямо над ухом. Голос Чжоу Цзыхэна словно пробивал током, вызывая приятную слабость во всём теле.
— Стал зависимым, да? — Ся Сицин выдохнул ему в лицо струйку дыма и загадочно улыбнулся, — Пользуйся моментом, пока есть возможность. Я с тобой разделаюсь, когда никого не будет рядом.
— Ты раньше тоже соблазнял меня на глазах у всех, — Чжоу Цзыхэн сквозь сигаретный дым поправил сбившийся воротник Ся Сицина, обнажавший ключицу, — Я думал, для твоей дерзости не существует подходящего времени.
Закончив, Чжоу Цзыхэн согнул указательный палец и костяшкой нежно провел по кадыку Ся Сицина. Этот жест разжигал желание сильнее, чем самый откровенный поцелуй.
Ся Сицин был впечатлён. Оказывается, Чжоу Цзыхэн обладал прирожденным талантом: стоило нажать нужную кнопку, как он начинал молниеносно учиться. Сейчас его умение флиртовать уже почти сравнялось с навыками самого Ся Сицина, и это тот самый чистый и невинный мальчик, который ещё недавно боялся слов «глубокая глотка»?
— Веди себя прилично, — Ся Сицин перехватил его пальцы.
По счастливой случайности именно в этот момент из гардероба вышел Сюй Цичэнь, с курткой в руках:
— Мне кажется, в одной белой рубашке будет прохладно. Можно я надену эту куртку?
В следующую секунду Ся Сицин осознал, что куртка в руках Сюй Цичэня — это та самая серо-зелёная ветровка, которую он тайком стянул у Чжоу Цзыхэна, когда притворялся пьяным! Чёрт, руки Сюй Цичэня были благословлены небесами.
— Эй, только не эту! — Ся Сицин выпустил ладонь Чжоу Цзыхэна, подошёл и обнял Сюй Цичэня за плечи, собираясь снова увлечь его в гардеробную, — Она слишком плотная, у меня есть получше...
— Да ладно тебе, пусть надевает эту, — внезапно донёсся сзади голос Чжоу Цзыхэна.
— А? — Сюй Цичэнь обернулся к нему, — Почему?
Ся Сицин потянул его за рукав, но Чжоу Цзыхэн уже договорил:
Ся Сицин обернулся и увидел, как тот усмехается уголком рта.
Сюй Цичэнь замер, инстинктивно выронив куртку из рук, и Ся Сицин успел подхватить её на лету.
— И после этого ты утверждаешь, что у вас ничего нет? — Глаза Сюй Цичэня округлились ещё сильнее, — Он уже оставляет свои вещи у тебя дома!
На его лице прямым текстом читалось: «Вы точно переспали».
— Именно так, у нас те самые отношения. Я же говорил, — с улыбкой подтвердил Чжоу Цзыхэн.
Ся Сицин окончательно капитулировал. Он сам навлёк на себя это, но забирая тогда куртку, он никак не мог предугадать подобного поворота событий. Сюй Цичэнь, будучи парнем сообразительным, мгновенно догадался:
— Так тот красный худи тоже был его? Я ещё подумал, почему он такой огромный, — Заметив молчаливое согласие Ся Сицина, Сюй Цичэнь окончательно всё понял и повернулся к Чжоу Цзыхэну, — Погоди-ка... Ты что, живёшь напротив?
Чжоу Цзыхэн слегка склонил голову:
«Чёрт...» Чувство, когда ты получаешь пощёчину за пощёчиной, Ся Сицин сегодня вкусил в полной мере. Сюй Цичэнь взглянул на него со скорбным видом:
— Сицин, мы дружим столько лет... Ты мне наврал! Ты скрывал это от меня!
Видя, как уголки губ Сюй Цичэня опускаются, Ся Сицин ощутил дикую головную боль:
— Да нет же, я не специально! Всё слишком запутанно, послушай...
— Не хочу слушать, — Сюй Цичэнь сделал вид, будто собирается уходить, — Я иду домой.
— Эй, да погоди, я правда не собирался тебя обманывать, — Ся Сицин пытался его удержать, но бесполезно, — Не сердись!
— Тогда пообещай, что придёшь на прослушивание, и я перестану сердиться.
Вот, что он на самом деле затевал. Ся Сицин мгновенно понял, что его обвели вокруг пальца.
— Обещаешь или нет? Если нет — я ухожу.
— Погоди-погоди... — Ся Сицин взъерошил волосы, — Я подумаю...
— Ну ладно. Если придёшь, я так и быть тебя прощу. И Ся Чжисюю ничего не скажу, не волнуйся, — Сюй Цичэнь, улыбаясь, спустился по лестнице, помахав Ся Сицину, застрявшему на пролёте, а затем улыбнулся Чжоу Цзыхэну, опиравшемуся на перила второго этажа, — Я пошёл, не буду вам мешать!
Чжоу Цзыхэн сиял от удовольствия.
Один лишь Ся Сицин стоял без тени улыбки. Едва хлопнула входная дверь, он развернулся и прямо посередине лестницы показал Чжоу Цзыхэну средний палец. Тот, чеканя шаги своими длинными ногами, медленно спустился вниз, попутно расстегнув пару верхних пуговиц на своей рубашке. В этой осанке и ауре читался законченный благородный мерзавец.
Ся Сицин дождался, пока тот ступит на одну с ним ступеньку, и отвёл взгляд в сторону. Ему не хотелось так быстро сменять гнев на милость, чтобы не выглядеть в чужих глазах слабаком. Он резко сунул куртку прямо в лицо Чжоу Цзыхэну:
— Забирай своё барахло и проваливай.
— Окей, — Чжоу Цзыхэн снял куртку с головы и с понурым видом направился вниз по лестнице.
Стоп, почему всё идет не по плану?
Чжоу Цзыхэн остановился у подножия лестницы и обернулся.
— Это моя куртка, — Ся Сицин, не глядя на него, вернул зажатую в пальцах сигарету в рот и невнятно пробормотал, — Попало ко мне, значит моё. Верни,
Его тон не оставлял места для возражений.
Чжоу Цзыхэн ухмыльнулся, развернулся и неторопливо поднялся обратно. Встав на ступеньку ниже Ся Сицина, он накинул куртку ему на плечи и попутно вынул сигарету из его губ.
Ся Сицин без лишних слов наклонился и поцеловал его прямо в рассеивающемся дыму. Его язык привычно скользнул по гладкому ряду зубов, устраивая бурю во влажном рту, словно это не он только что отказывался признавать их связь.
— Пять минут? — Ироничный тон Ся Сицина после влажного поцелуя приобрёл чувственные, соблазнительные оттенки.
— Про пять минут первым заговорил ты, — Чжоу Цзыхэн слегка прикусил его блестящую от слюны губу.
Парфюм, который Чжоу Цзыхэн нанёс для мероприятия, был очень насыщенным: в отличие от привычного свежего юношеского запаха, в этом аромате кожа переплеталась с плотным мускусом, окутывая их вместе с горячим поцелуем, проникая в лёгкие и разжигая бурлящие гормоны.
Звуки поцелуя эхом разносились на лестнице, становясь всё более влажными. Ладонь Ся Сицина прижалась к груди под чёрной рубашкой, чувствуя ритмичные удары сердца. Он слегка прикусил нижнюю губу Чжоу Цзыхэна, лаская пальцами его затылок. Его дыхание стало сбивчивым:
— Только на сегодня, — Чжоу Цзыхэн снова потянулся к его губам, но Ся Сицин не дал ему так легко получить желаемое и намеренно откинулся назад.
Он с улыбкой обхватил шею Чжоу Цзыхэна пальцами, а уголки его глаз слегка изогнулись:
Чжоу Цзыхэн склонил голову, прильнув губами к его запястью, и провёл языком по выступающей косточке. На мгновение его поднятый взгляд напомнил затаившегося гепарда, готового к броску: