Глава 50. Плоть и её желания
Проснувшись на следующее утро, Ся Сицин обнаружил, что Чжоу Цзыхэна снова не было. Он лежал на кровати, утопая в пижаме, которая была ему явно велика на пару размеров. Вся постель пропиталась приятным запахом Чжоу Цзыхэна. Взглянув на экран телефона, он обнаружил, что уже половина одиннадцатого утра, и пришли два новых сообщения.
Глава 49. Всё глубже и глубже
В объятиях Чжоу Цзыхэна, Ся Сицин чувствовал себя настолько умиротворённо, что мог бы просто уснуть. Но ему казалось, что это слишком странно: ведь Чжоу Цзыхэн был младше его на пять лет, когда-то такой наивный и глупый, что стоило его поддеть, и он сразу взрывался. А теперь что с ним стало?
Глава 48. Относиться с нежностью
Ся Сицин никогда не думал, что у него тоже может возникнуть к кому-то чувство.
Глава 47. Пистолет и роза
Ся Сицин никогда не отказался бы от такого захватывающего дела, как побег. Однако в глубине души он считал, что инициатором побега должен был быть он сам. Ладно, эти мелочи можно оставить как есть. Ся Сицин не заметил, что, когда речь заходила о Чжоу Цзыхэне, даже младший брат автоматически становился мелочью, которой можно пренебречь, ему просто хотелось пойти с ним, без всякой причины.
Глава 46. Ночной побег в лунном свете
— Я не хочу, — прямо ответил Ся Сицин на звонок Ся Сюцзэ, который буквально закатил ему отчаянную отрепетированную истерику.
Глава 44. Крик о помощи
По-видимому, тот не ожидал такого вопроса от Чжоу Цзыхэна. Рука Ся Сицина слегка дрогнула, и прозрачная жидкость выплеснулась из бокала на брюки, оставив тёмное пятно на ткани. Он мгновение поколебался, но затем осушил бокал до дна, обернулся к актёру и насмешливо изогнул губы.
Глава 42. Платить той же монетой
Все двадцать пять лет Ся Сицин жил крайне причудливой жизнью полной болезненного любопытства. Он вырвал собственное сердце из груди, оставив себе лишь глянцевую, яркую оболочку, и растрачивал года в сложном и пестром калейдоскопе мира. Он всеми силами пытался найти у других людей нечто подобное любви, чтобы отчаянно заполнить свое опустошенное тело. Он заглатывал ее с жадностью голодного зверя, но так и не мог заполнить эту кровоточащую зияющую дыру.