Глава 20. Конец представления в "Зодиаке"
— Именно я убила Эмму Де Вито, детектив. Поэтому обвинение выдвигайте только мне, — закончила рассказ Маргарет Флеминг. В глазах этой с виду покорной, услужливой женщины сверкали непоколебимая решительность и вызывающая дерзость.
Дэниэль, не слишком тронутый ее речью, перевел взгляд на Оливера, который отреагировал сразу — и ровно так, как рассчитывал Авери.
— Ни за что! Детектив, вы сами все слышали. Наши мотивы вам должны быть понятны. Что касается всех… Кхгм… Технических деталей, то мы расскажем все без утайки, но хотели бы сделать это в полицейском участке.
Оливер замолчал на пару мгновений, а потом сжал ладони в кулаки и неожиданно для всех упал на колени. В той атмосфере, что царила в банкетном зале “Зодиака”, глухой удар от падения произвел ошеломительный эффект. Многие вздрогнули от неожиданности, включая Дэниэля, — но вскоре он уже тер виски, в которых начала пульсировать возникшая от раздражения боль. Потому что Оливер Флеминг не просто сменил позу — он прижал руки к груди и вскрикнул:
— Не трогайте Анну! У нее вся жизнь впереди! Только подскажите нам, как ответить на вопросы полицейских, мы все сделаем! Она — единственное, что осталось у нас от Итана, не позволяйте ей пострадать!
— Прекратите и встаньте! — рявкнул Дэниэль. — Простите, но вы меня до чертиков достали. Я достаточно на вас насмотрелся и еще больше услышал. И я клянусь: после этой поездки мне понадобится полноценный отпуск. Вдали от людей. Я свою задачу почти выполнил и готов передать вас полиции. Но перед этим хочу задать последний вопрос вам, Оливер. Да встанете вы уже или нет?!
К Оливеру метнулась заметно успокоившаяся Анна и помогла ему встать. Когда управляющий “Зодиака” выпрямился, девушка его не отпустила и осталась рядом, крепко придерживая за плечи. Одновременно Анна, закусив губу, наблюдала за детективом, и по ее лицу легко было понять, что она не просто обдумывает услышанное — но и колеблется, принимая окончательное решение. Авери ее будто не замечал и вновь обратился к Оливеру.
— Итак, мой финальный вопрос. Господин Флеминг, какую цель преследовало нападение на моего помощника, и кто его совершил?
— Я, — его голос стал чрезвычайно тихим. — Я не видел иного выхода. Мы еще вчера поняли, что вы вот-вот догадаетесь, кто убил Эмму. Идея тоже была моя. Я надеялся, что ранение вашего помощника заставит вас остановиться. Мы… я же знал о том, что у вас произошло. То, чего не смог узнать тот детектив, нам рассказал господин Де Вито. Мы знали, что Итан… Что по его вине погиб ваш напарник. Я искренне сожалею, но это был единственный способ задержать вас. Разве не так?
Дэниэль вздрогнул всем телом, а его желваки заходили ходуном. Призвав последние крупицы стремящегося к нулю самообладания, он процедил:
Лиаму не требовалось дополнительных объяснений — он безошибочно понял, что Дэниэль обращается именно к нему. Два ловких движения, и Лиам уже держал детектива Авери в хитрой хватке, не позволяя ему дернуться с места, и очаровательно улыбался Оливеру.
— Господин Флеминг, от лица уважаемого детектива я благодарю вас за ответ. Вы на многое пролили свет. Жаль, что ваша честность так сильно усугубила ваше грядущее наказание. Будучи ослепленными местью, вы с вашей супругой заработали себе удивительное будущее. В какой-то степени мне жаль, что все так сложилось. Но вы не бог и не судья, чтобы вершить справедливость и выносить приговоры. Подумайте об этом. У вас будет много времени.
— Зато мне не жаль, — Дэниэль слегка подавил желание придушить Оливера Флеминга на месте, но его тело все еще оставалось напряженным. — Ваш сын получил по заслугам. Как суждено и вам. Так же, как господам Мендосе, Шилдсу и Де Вито. Который сейчас поднимет свою дорогую задницу со стула, даст ключи от комнаты, где стоит оборудование для заглушки связи, а потом расскажет полицейским максимально правдивую историю о том, как собирался отравить жену.
— А не покатиться бы тебе нахрен, ищейка?! Я тут хозяин и без тебя разберусь, что и когда мне делать. Я никуда не поеду и никакую связь включать не буду! Добирайтесь в город как хотите, если у вас вообще получится отсюда выбраться!
— Осмелюсь спросить от лица многих. Господин Де Вито, уж не предлагаете ли вы забрать ключи от интересующего нас помещения силой? — он посмотрел на Грейс. — Госпожа Лоран, если нам придется пойти на подобную меру, вы поможете нам отыскать необходимое место?
Грейс кивнула — а Пол громко расхохотался.
— Да кто вы такие?! Ну рискните, заберите!
Казалось, Пол Де Вито не просто растерял остатки напускной вежливости, интеллигентности и равнодушия. Зрители невольно исполненного им перфоманса были единодушны и мысленно окрестили владельца “Зодиака” сумасшедшим.
Пол Де Вито резко подскочил, схватился на ближайший свободный стул и с размаху ударил им по стене. Несчастный предмет мебели с треском разлетелся, оставив после себя нужное Полу Де Вито наследство: изогнутую ножку с торчащими в разные стороны обломками. Господин Де Вито несколько раз махнул ей из стороны в сторону и оскалился.
— Вперед. Кто первый? Можете по одному, или все сразу. А хотя нет. Я сам решу, кого уложить.
Подобно хищнику, заприметившему добычу, Пол Де Вито бросился вперед под женские крики разной степени громкости и тональности. Направление движения господина Де Вито сомнений не вызывало: ему успела так сильно осточертеть парочка журналиста и детектива, что Пол готов был не просто избить их, но и отправить в ад заодно. От потенциальных жертв Пола Де Вито отделяло расстояние в несколько футов и секунд. Пока он преодолевал их, Лиам и Дэниэль успели синхронно закатать рукава, Артур — загородить собой Еву, а Филипп Харгрейв с удивительной резвостью нырнуть за небольшой диванчик. Столкновение должно было вот-вот произойти…
Но на полном горестей пути уважаемого господина Де Вито возникло непреодолимое препятствие, известное миру как Карлос Мендоса. Если точнее, препятствие очутилось позади Пола: Карлос не меньше своего нанимателя был осведомлен о количестве свободных стульев в помещении, и полученное знание не помедлил применить на практике. Общее на двоих криминальное прошлое воплотилось в настоящем: когда-то именно Карлос учил Пола первым боевым приемам, одним из которых сегодня он и обрушил стул на его спину и затылок. Метко, быстро и достаточно тяжело для того, чтобы Пол без сознания рухнул рядом с Лиамом и Дэниэлем. О’Доннэлл проследил траекторию Пола и негромко рассмеялся.
— Эй, Авери, — он ткнул Дэниэля локтем в бок. — Бросить мир к твоим ногам я пока не могу, но как насчет одного бизнесмена для начала?
— Благодарим вас за помощь, господин Мендоса, — Дэниэль будто не слышал очередной глупости Лиама. — Вы как нельзя кстати.
— Да что там, — Карлос отмахнулся. — Честно говоря, давно хотел сделать нечто подобное. Помочь вам его обыскать?
— Давайте я, — Ева вынырнула из-за спины Артура и легонько ущипнула его за щеку. — Для меня привычное дело, да и справлюсь я быстрее.
Дэниэль сделал приглашающий жест рукой и уступил дорогу Еве. Первая попытка поиска ключа успехом не увенчалась: на пребывавшем в отключке теле желанного объекта не оказалось. Мозговой штурм и быстрое обсуждение привели компанию профессиональных и не очень сыщиков в кабинет Пола, где металлический предмет и дожидался момента, когда окажется востребованным.
С его обнаружением отель впервые за последние несколько дней оживился, а с прибытием десятка полицейских машин в отеле и вовсе поднялась суматоха. Если бы не звуки сирен, обилие одетых в форму людей и звон наручников, то атмосфера напоминала бы официальное открытие обновленного “Зодиака”. Которому, увы, состояться предстояло нескоро. Это понимали не только первые гости, по случайности втянутые в трагедию убийства, но и персонал. Многие горничные выходили в холл, где их ждали полицейские для дачи показаний, с аккуратными чемоданами. Их сложно было судить: сейчас никто не мог сказать наверняка, когда отель возобновит свою работу — и возобновит ли вообще. Несколько человек попытались спросить об этом Дэниэля, но тот лишь пожимал плечами и советовал следить за судебным процессом.
Впрочем, поинтересоваться об этом у Дэниэля получилось всего у пары человек: детективу Авери пришлось сопровождать полицейских с момента их прибытия и до тех пор, пока закованных в наручники подозреваемых — и уже признавшихся преступников, — не начали усаживать в машины. Среди них была и Анна, по сдавшаяся по доброй воле и наотрез отказавшаяся слушать все доводы Флемингов. Лишь тогда главный офицер оставил Дэниэля в покое, который длился до обидного мало: перед детектиом возникла Ева — и заключила его в объятия.
— Спасибо, Авери, — серьезно и торжественно произнесла она. — Я думала, что поездка окажется скучной, но она прошла великолепно.
— Ты благодаришь меня за то, что кто-то догадался убить человека, пока я был поблизости?
— Ты понимаешь о чем, дорогой Дэни. А еще за него, — она чуть повернула голову в сторону Артура и нежно улыбнулась. — Он чудесный.
— Мельникова, ты же понимаешь, что он успел в тебя влюбиться? И ты по привычке сбежишь, разбив ему сердце?
— Если я останусь, то сделаю еще хуже. Сейчас уж точно. Но я не прощаюсь, Дэни. Я всего лишь говорю “до свидания”. Интуиция подсказывает мне, что мы скоро встретимся.
— Ты еще не успела выйти из “Зодиака”, но запланировала новое ограбление?! Ева, может стоит тебя все-таки посадить? Ненадолго, для профилактики.
— Еще нет. Но реальность так непредсказуема, что я совершенно ничего не могу гарантировать. Но тебе и только тебе я обещаю. Ты удивишься тому, как скоро наши пути пересекутся. Да и тебе вскоре будет не до меня, правда?
— Все так, госпожа Келлер, — вместо Дэниэля ответил появившийся рядом с ними Лиам. — Нам с детективом многое надо обсудить.
— О чем и речь. Не буду вам мешать, мальчики. К тому же, мне стоит все-таки перекинуться парой слов с малышом Артуром. Воркуйте тут без меня.
“Парой слов” в представлении Евы Келлер оказался поцелуй, с помощью которого она напрочь парализовала Артура. Его душа еще болталась между небом и землей, когда Ева уже покинула вестибюль, исчезнув подобно призрачному видению. Но и пропажа любовного интереса из радиуса его гравитационного поля не привела Артура Стерлинга в чувство: в его голове порхали птицы и пели херувимы, а в сердце расцветал райский сад. Судя по физиологическим реакциям, Артур стремительно терял интеллектуальные показатели, но останавливать процесс ни Лиам, ни Дэниэль не собирались. Ведь с их умением ясно мыслить тоже произошло нечто странное: у Дэниэля от усталости — у Лиама от нерешительности. Которою ему все-таки удалось побороть.
— Дэни, — позвал он, смахивая с рукава Авери невидимые пылинки. — Я не шутил.
— Я не сомневался. Собирайся и поехали домой.
— Куда? — опешил Лиам. — К кому домой?
Дэниэль обреченно на него взглянул и покачал головой.
— Какой же ты идиот. Ко мне домой. Я вообще-то тоже не шутил. У нас накопилось много важных тем, место нужно подходящее. Да и тебе пока надо где-то остановиться. Шагай за вещами и поторопись. Я не горю желанием здесь задерживаться.
Десять минут спустя Лиам, Дэниэль и Артур шли к предоставленной им полицией машине. Дэниэль как раз открывал дверь переднего пассажирского сидения, чтобы сесть, когда услышал:
— Господин Авери, — позвал его Оливер и выпалил. — Отныне и навсегда я вас ненавижу. Вы не заслуживаете никого из тех, кто вас окружает!
Возможно, он хотел сказать напоследок еще что-то — но офицер затолкал его обратно в салон и огрел по спине небольшой дубинкой, чтобы охладить его пыл. Дэниэль видел каждое движение полицейского — и совершенно не испытывал жалости. Но уголки его губ чуть приподнялись.
Заслужил или нет — неважно. Главное — они выбрали Дэниэля. А он выбрал их. Раз и навсегда.