Русское Слово. Начало

Мы рассмотрим Русское Слово не просто как особую лексическую единицу нашего языка, но как целостную систему коммуникации, основанную на нашей традиции.

К этой теме я пришёл неожиданно. Полтора года назад я работал над принципами коммуникации для Сбера Тогда же выявил основной признак, который объединяет принципы под одним знаменателем — целостность. Я продолжил копать эту тему и планировал выпускать свод принципов целостных коммуникаций, но в процессе вышел на неожиданную тропу.

Я подумал, а что если отталкиваться не от коммуникаций, а от естественного для нас Слова? Не как на лексическую единицу, а как естественный для нас способ письменного общения. Тогда у меня собралась мозаика из нескольких составляющих: этики и рационального, русского и православного, обозначающего и обозначаемого по семантике.

Эту дорогу я буду проходить вместе с вами, и посты будут рассуждениями вслух с опорой на источники. Сразу скажу, что в нашем путешествии я буду исходить из аксиомы тесной связи русского и православного, поэтому буду часто обращаться к Священному Писанию и другим христианским текстам.

Потому что этика и ценности — это фундамент, на котором строится всё остальное. Даже наша «операционная и символическая система», алфавит, был придуман для того, чтобы перевести священные тексты с греческого языка на понятный для восточных славян. В цикле постов о Русском Слове начну именно с этого — какую основу имеет само Слово.

В начале было Слово. Но что оно значит?

Начинаем цикл о русском Слове с разбора значения самого Слова. Что это основная структурная единица языка мы знаем, но что оно обозначает в первоначальном смысле? Сегодня попробуем это выяснить, а заодно выявим первичные принципы.

Базовый контекст. В анонсе я писал, что буду обращаться к Священному Писанию. По моему убеждению, русский почти тождественно православному, это духовный корень, поэтому благоразумно опираться именно на него.

Обратимся к известной выдержке из Евангелия от Иоанна в русском переводе:

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог»

Что подразумевается под этим Словом?

При переводе с греческого, русским Словом назвали греческий logos, который означает не только слово, но и разум, смысл, закон, причину. Я объединил эти понятия обозначением замысел, так как в нём заложена причинность и смысл. На полях замечу, что в этом исследовании часто ловлю себя на мысли, что у многих тенденциозных обозначений есть более понятные нам понятия. Просто некоторые из них мы забыли или не знаем их полного значения.

Когда я размышлял о целостных коммуникациях, то одним из свойств фиксировал как раз целенаправленность: у каждого сообщения должна быть цель, оно не делается просто так, а создаётся для чего-то большего. И когда я вышел на тропу русского Слова, мои предположения трансформировались в замысел.

Зафиксируем первый важный принцип: у русского Слова есть замысел, это его неотъемлемая часть, заложенная в самой сути этого понятия.

Перейдём к следующей части выдержки из Евангелия. «И Слово было у Бога». В христианском смысле это символизирует неразрывную связь замысла с Создателем. А если переводить в повседневную практику, то я вижу тесную связь Слова с автором, оно авторское по своей природе.

Здесь особенно интересно, учитывая бум на нейросетевой контент. Интуитивно я чувствовал скепсис ко всей этой грамотно написанной, но бездушной белиберде, а благодаря этому наблюдение появилось и духовное подтверждение.

Занятно, что это свойство Слова противоречит концепции французского философа Ролана Барта, который в 1967 году написал статью с говорящим названием «Смерть автора», в той части, что после рождения текста автор «умирает», а дальше текст живёт своей жизнью в сознании читателей.

Убеждён, что в русском Слове и автор не «умирает», и текст живёт в сознании читателей. В пределе «смерть» автора может означать отказ и от авторства и ответственности. Но разве не благодаря великим произведениям всё ещё живы те самые великие авторы?

Запишем второй важный принцип: Слово всегда авторское.

Перейдём к третьей части, «и Слово было Бог». Здесь усилию связь Слова с автором не просто как его первопричину, а тем, что автор передаёт Слову часть своего духа и ценностей.

Сами знаете, как по-разному воспринимаются тексты разных авторов, да даже продуктов. И дело далеко не только в конкретных методологиях и правилах, по которым они написаны, а в духе, который они передают.

От одних текстов настроение смурное, другие передают ясность, третьи ощущаются тёплыми. Я вижу причину именно в том, какой именно дух передаёт автор в своём Слове. Может ли Слово быть нейтральным? Нет. Ведь у него есть автор, который автоматически передаёт Слову не только «букву» и суть своего послания, но и дух, ценности и этику.

Отмечаю третий принцип Слова: оно передаёт дух автора, субъективно и не может быть ценностно нейтральным.

А в следующем посте мы как раз затронем вопрос соотношения «буквы» и «духа» в русском Слове. Для меня этот цикл — большой эксперимент, поэтому буду особенно благодарен вашим реакциям и откликам