Беременный ребёнком Короля Демонов. Глава 86.
Лоуэлл, теперь уже сохраняя спокойствие, задал вопрос, стараясь не позволить голосу дрожать.
— Отступите назад и приготовьтесь вернуться.
Рыцари быстро поняли, что Феликс вежливо просит их покинуть комнату. Они быстро отреагировали и удалились. Как только все присутствующие исчезли, Феликс подвёл Лоуэлла к кровати и усадил его. Хотя, во время чтения письма его переполняла холодная ярость, теперь он сдержал свои эмоции, чтобы поговорить с Лоуэллом.
— Это письмо от наследного принца. Это вопрос, который мне нужно решить в срочном порядке, поэтому мне нужно вернуться.
Он явно не хотел вдаваться в подробности, но Лоуэлл не собирался на этом останавливаться.
— Если ситуация настолько срочная, что ты уезжаешь в спешке, значит дело серьёзное. Если ты ничего не объяснишь, я буду чувствовать себя ещё более тревожно.
Когда Лоуэлл не показал никаких признаков нерешительности, взгляд Феликса слегка дрогнул. Понимая, что он не получит ответа, если не будет настаивать сильнее, Лоуэлл начал настаивать больше.
— Если бы мы были чужими людьми, я бы не стал так вмешиваться. Но мы теперь женаты. То, что волнует тебя, волнует и меня.
— Нет. Даже если мы женаты, это не значит, что ты должен вмешиваться в мои дела.
Феликс не хотел возлагать на Лоуэлла никаких дополнительных обязанностей. Он боялся, что Лоуэлл, такой хрупкий, может сломаться под тяжестью всего этого.
— Нет. Больше нет дел, которые принадлежали бы только одному из нас. Теперь мы делим всё поровну. И ответственность тоже. Ты бы поступил так же со мной, не так ли?
— Я говорю о нас. Нет необходимости втягивать в это других людей.
В его тоне не было столь привычной для Лоуэлла мягкости. Он ответил, проявив непреклонную позицию, не принимающую отказа, что полностью противоречило желанию Феликса защитить Лоуэлла, оградив от всего, как цветок в оранжерее.
— Разве ты не слишком слаб, чтобы разделить бремя герцога?
Лицо Феликса исказилось, словно даже произнесение этих слов причиняло ему боль.
— Если ты отказываешься позволить мне взять на себя ответственность только потому, что у меня слабое здоровье, то это равносильно тому, что ты говоришь, что я не имею никаких прав из-за этого.
Это было такое замечание, которое могло бы задеть за живое, но Лоуэлл не выказал ни малейшего признака эмоционального потрясения.
— Пожалуйста, не заставляй меня обижаться на то, что я родился с таким слабым телом. Забота о тебе — моя обязанность и моё право.
В решающие моменты всегда именно Лоуэлл оставался непоколебимым. Феликс прекрасно понимал, что в подобных ситуациях ему никогда не удастся победить Лоуэлла.
Хотя Феликс уже знал ответ на этот вопрос, он вопросительно вздохнул.
Он несколько раз постучал по изголовью кровати, прежде чем заговорить.
— Они планируют обвинить меня в государственной измене до конца года и вызвать в столицу. Я не знаю на каком основании они это сделают, но, возможно, скоро они даже обыщут герцогский замок. Если они ничего не найдут, то могут просто пытать рыцарей, пока не заставят их сфабриковать показания.
Именно это происходило и в оригинальной истории, поэтому Лоуэлл не был настолько шокирован, чтобы не прийти в себя. Тем не менее, было абсурдно, что, несмотря на вс, внесённые им изменения, аристократическая фракция прибегла к той же самой идее.
В оригинальной истории это сработало потому, что феликс и раньше устраивал беспорядки в столице. Теперь они, должно быть, действительно загнаны в угол. Даже если его оправдают за недостатком доказательств, они, вероятно, планируют сначала вызвать его и надеть магический ошейник, сковывающий движения.
Вероятно, представители аристократической фракции полагали, что после разоружения Феликса они смогут использовать его в качестве жертвы в ритуале.
А потом они будут сваливать всё, что произойдёт дальше, на Феликса. Дела идут не так, как им хотелось бы, поэтому они начали думать о краткосрочной перспективе.
Аристократическая фракция изначально тщательно продумала планы на случай, если что-то пойдёт не так. Но с учётом тонкого вмешательства наследного принца и действий Феликса, не оправдавших их ожиданий, их возможности сузились. А запущенные ими планы разрослись до таких масштабов, что их уже не удавалось реализовать.
Поэтому они пытаются во что бы то ни стало протолкнуть свой план. Очевидно, что они торопятся, чтобы у Феликса не было времени ответить.
Даже простое осознание этого было уже большим достижением. Лоуэлл не был уверен как фракция Императора отреагирует на меняющиеся обстоятельства, но если они предпочли придерживаться первоначального плана вместо того, чтобы корректировать курс, это на самом деле означало меньшее количество фактов, о которых нужно беспокоиться.
— Вероятно, они на самом деле не верят, что я совершил государственную измену. Они просто пытаются оказать на меня давление, думая, что у меня была какая-то тайная встреча с наследным принцем.
Увидев, что Лоуэлл погружён в размышления и молчит, Феликс предположил, что тот не может говорить из-за беспокойства, и добавил ещё одно объяснение.
— Я планирую тщательно проверить герцогский замок на предмет того, что может их зацепить, и устранить любой повод, который у них может быть для того, чтобы вызвать меня в столицу.
Это было явно сказано с целью успокоить Лоуэлла.
— Они и так уже действуют иррационально. Вероятно, они думают, что доставить тебя в столицу — уже само по себе послужит достижению их целей.
Феликс поднял бровь, услышав хладнокровный анализ Лоуэлла. По правде говоря, Феликс не считал этот принудительный вызов всего лишь уловкой, чтобы запятнать имя герцога и ослабить его власть.
— Это звучит более правдоподобно. Но получат ли они какую-то реальную выгоду, если просто пригласят меня?
Феликс ещё не знал подробностей ритуала и того, что его собирались принести в жертву, поэтому его суждение, естественно, немного отставало от суждения Лоуэлла.
— Я слышал, что чёрная магия влечёт за собой серьёзные последствия. За неё всегда приходится платить, не так ли?
— А что, если они планируют использовать тебя для этого? На данном этапе нет никакого смысла пытаться ослабить герцогство без веских оснований.
— Использовать меня? Чёрная магия и тёмная магия имеют сходство, но они так же существенно различаются. Трудно представить меня в качестве эквивалентной цены.
Ценность представляла не магическая способность Феликса, а его кровь.
— Возможно, есть совершенно другая причина.
Дело было не только в том, что Лоуэлл не мог поделиться своими знаниями с Феликсом. Он не хотел этого делать.
Император хочет воскресить мать Феликса.
Навязчивая привязанность императора к своей сестре. В этом заключался корень его ненависти к Феликсу.
Вероятно, он посчитал это достаточной причиной уже за то, что Феликс родился не от него. А потом, когда он увидел, что феликс совсем на неё не похож, и поверил, что она умерла от осложнений после родов, его ненависть только усилилась.
Это было отвратительно. Мать Феликса никогда не воспринимала императора кроме как в качестве брата.
Если бы не смерть более сильного наследного принца, эта пустая оболочка даже не добралась бы до трона.
Проклиная про себя императора, Лоуэлл пришёл к выводу.
— А что, если вместо того, чтобы останавливаться в герцогском замке, мы поедем сразу на Фебос? Попросите наследного принца придумать для этого вескую причину.
— Зачем? Если я сейчас заберу с собой рыцарей, это только даст им ещё более веское основание назвать это изменой.
Феликс не выглядел растерянным или смущённым. Он был просто удивлён, что Лоуэлл спокойно предлагал альтернативные варианты. Тем не менее, он быстро взял себя в руки.
— Если взять с собой минимальное количество персонала и сначала получить одобрение наследного принца, это можно сделать. И мы можем придумать столько предлогов, сколько потребуется. Что ещё важнее — сейчас самое время нанести удар с фланга. Поскольку они сосредоточены на нас, они оставят лазейки в других местах.
Поддавшись уговора Лоуэлла, Фелкс замолчал. Всё оказалось не так просто, как он думал.
— Если бы такая возможность была, я бы уже это сделал. Я знаю, что они планируют ритуал чёрной магии, чтобы подчинить себе императора, но мне не удалось точно определить место проведения или получить неопровержимые доказательства. Если мы совершим ошибку, это лишь покажет, что мы знаем их цель. Наследный принц тоже может оказаться под подозрением.
Лоуэлл не хотел потерять доверие, которое он завоевал, и не хотел раскрывать свой секрет. Но ради самого безопасного пути некоторые жертвы были неизбежны.
— Я знаю, где состоится ритуал.
В комнате воцарилась тишина. Феликс был слишком ошеломлён, чтобы даже спросить откуда он это знает.
— Если ты мне доверяешь, немедленно сообщи наследному принцу, что ты направляешься в столицу.
Непоколебимый взгляд Лоуэлла пронзил Феликса насквозь.
— Похоже, тебе придётся многое мне объяснить по дороге.
Феликс не пытася скрыть свою усталость, потирая глаза. Лоуэлл понимал, что делает это для того, чтобы разрешить ситуацию должным образом, но всё равно испытывал горечь оттого, что добавил бремени человеку, которому и без того было нелегко.
— Да. Но прежде, чем я объясню что-либо ещё, пожалуйста, пойми одну вещь — я ин разу не пытался причинить тебе вред.
— Давай проясним один момент. Лоуэлл... я не говорил, что хочу объяснений, потому что сомневался в тебе.