Случайная суррогатная мать для Альфы. Глава 274.
Когда я открываю глаза, Синклера уже нет рядом, хотя за ночь он поспал от силы часов пять. Он уснул, едва коснувшись головой подушки, когда мы вернулись в постель. Я успела лишь перекусить печеньем «мадлен», которое тайком сунула в карман халата, но тоже быстро провалилась в сон.
Теперь я неспешно потягиваюсь в кровати, наслаждаясь возможностью раскинуть руки и ноги во всю ширь, ведь мне не мешает огромный мужчина-волк. Конечно, мне бы больше хотелось, чтобы он был здесь, но нужно ценить маленькие радости жизни, когда они нам выпадают.
Я на минуту заглядываю к малышу — он всё ещё спит, окутанный безмятежностью, а затем оглядываю комнату, размышляя, как провести день. И тут меня настигает лёгкий укол отчаяния при мысли о том, что... так будет начинаться каждый день в ближайшие три месяца. И что мой выбор, честно говоря, ограничен телевизором, чтением и тем, что удастся найти в телефоне.
Я вздыхаю, слегка ругая себя за то, что сетую на комфорт, о котором многие могли бы только мечтать. И дело вовсе не в том, что я предпочла бы бурные события последних месяцев: попытки отвоевать страну у безумного принца, стремление закончить войну, страх за жизнь Синклера и за собственную жизнь...
Нет, сейчас определённо лучше, но... чёрт возьми. Приходится признать: скука станет для меня проблемой. Я всегда любила вскакивать с постели и с готовностью встречать всё, что готовит новый день. Даже в детстве я вставала раньше Коры...
Я хватаю телефон, торопливо набираю номер и звоню ей.
— Кора? — выпаливаю я, как только она отвечает.
— Элла! — восклицает она, заставляя меня рассмеяться. Надеюсь, она не напугала до смерти кого-то из пациентов, когда закричала прямо посреди кабинета. Знаю, у неё сейчас полно работы: она принимает множество беременных женщин, чьё медицинское обслуживание прервалось из-за войны. — Как ты? Все в порядке?
— Все хорошо, — смеюсь я, радуясь её голосу. Устраиваюсь поудобнее, откинувшись на подушки. — Хочешь заглянуть ко мне? Поболтать?
— Ну да, — отвечает она так, словно это само собой разумеется. — Но сегодня не могу: у меня тут двойная смена. А вот завтра — может быть? Ты ведь не собираешься встречаться с Синклером?
— Нет, — вздыхаю я, и она смеётся, услышав нотки разочарования в моем голосе. — Отправляю его... ну, ты знаешь, управлять своим королевством. — Она снова смеётся, и я не могу сдержать улыбку. Нет ничего лучше, чем рассмешить сестру.
— Значит, он, должно быть, с Роджером, — предполагает она. — Тот уже несколько дней названивает Синклеру, умоляет заняться делами и жалуется, что без него мир вот-вот рухнет. — Почти слышу, как она закатывает глаза. — Будто это что-то новое.
— Знаю, — бормочу я, прикусив губу и чувствуя вину. — Это всё из-за меня: он уделял мне слишком много внимания...
— Нет, Элла, — строго перебивает Кора. — Ты — на первом месте...
— Ну, страна — тоже, Кора, — возражаю я. Но тут же оживляюсь, — Так что тебе придётся прийти и побыть со мной, чтобы он мог пойти спасать мир или чем он там занимается. И расскажи мне всё, что происходит у вас с Роджером. Не думай, что я не заметила: вы с ним появлялись в моей палате... слишком уж часто — и подозрительно одновременно.
Кора медлит с ответом, и я выпрямляюсь.
— Погоди, — добавляю я с тревогой. — Что происходит?
— Ничего, — она медлит. — Просто... с тех пор, как ты вернулась домой, он так занят, а я...
— А ты что? — спрашиваю я, сбиваясь с дыхания и начиная волноваться.
— Ну, я... провожу больше времени с Хэнком.
— Кто, чёрт возьми, такой Хэнк?!
— Твой врач, Элла, — говорит она так, словно это очевидно. Я морщусь, понимая, что мне и в голову не приходило спросить его имя и я просто называла его «доктор» про себя. — Ну, тот самый, что выхаживал тебя целую неделю и вытащил с того света? Тот, кого твой истинный нанял заботиться о тебе вместе со мной — твоим акушером-гинекологом?
— О, — произношу я, откидываясь на подушки и широко открыв глаза. — Погоди, так ты больше не встречаешься с Роджером?
— Я и не встречалась с Роджером, Элла, — лжёт она и в её голосе слышны спешка и смущение. Тут я слышу, как кто-то зовет ее — судя по всему, она сейчас занята. — Мне пора бежать — все расскажу позже. Пока, люблю тебя! Пока!
Я смотрю на экран телефона в своей руке, пока он не гаснет. Значит, Кора больше не увлечена Роджером? И она встречается с моим врачом?
Роджер кладет на мой стол очередную стопку бумаг, и я смотрю на нее с раздражением: ведь это означает, что я снова на несколько часов буду оторван от Эллы. Дело не в том, что я не хочу заниматься этой работой — я возглавляю этот народ, сшиваю его заново после того, как та позорная война разорвала его на части. Просто...
— Знаю, — бурчит Роджер, бросая на меня недовольный взгляд. — Ты отвлекаешься. Но ты обязан это сделать, Доминик! Не самое удачное время принимать бразды правления страной, когда твоя пара переживает тяжёлую беременность, но…
— Хватит, — отрезаю я, тяжело вздыхая и откидываясь на спинку кресла. — Давай просто перейдем к делу. — Он кивает, пододвигает ко мне бумаги и начинает объяснять их содержание.
Я действительно благодарен ему. Пока Элла была в больнице, Роджер взял на себя управление страной и укрепил мои позиции в тот момент, когда они были уязвимы. Он договорился о прекращении огня с людьми, сплотил альф и убедил их в том, что мир будет сохранен, а главное — пресёк любые попытки амбициозных выскочек захватить временно пустующий трон.
Честно говоря, я бы не справился без него. Брат очень меня выручил, и я знаю, что в ближайшие недели мне придётся найти способ как следует отблагодарить его. Но прямо сейчас эта бумажная волокита сводит меня с ума. Особенно когда весь мой мир находится в соседней комнате и жуёт мармеладных рыбок вперемешку с пшеничными тостами.
— Тебе нужно встретиться с ними, Доминик, — настаивает Роджер, скрестив руки на груди и возвращая меня к сути разговора. — С мэром и остальными главами человеческого государства. Они хотят личной встречи, и их требование вполне обоснованно.
— Ладно, — соглашаюсь я, уверенно кивая. — Они могут приехать сюда, в дом?
Роджер фыркает и вздыхает, глядя на меня с досадой. — Дом, не всё можно решить здесь… У тебя есть дворец, построенный как раз для таких встреч…
— А как же риски? — давит он, хмурясь. — Ты впускаешь в этот дом людей, которые считают всё наше племя врагами — перемирие перемирием, но всё же. Ты хочешь, чтобы они получили такой доступ к Элле и твоему ребёнку?
Я рычу при одной только мысли об этом, и Роджер кивает — вопрос решён.
— Я всё организую, — обещает он, — и прослежу, чтобы ты был в курсе дела...
— Как ты всё это успеваешь? — перебиваю я, внезапно заинтересовавшись. — За последние несколько недель ты выполнил работу за троих — как тебе это удаётся? Кто тебе помогает?
Роджер растерянно моргает, сбитый с толку резкой сменой темы.
— Что? Мне помогают — секретари, наши союзники с саммита. Какая разница?
— Это Кора? — требую я ответа, чувствуя, как во мне закипает злость. — Ведь она должна думать только об Элле... Я знаю, что в свободное время она работает волонтёром в той клинике для людей, но если ты заставляешь её заниматься ещё и этим...
— Это не Кора, — отрезает он, отводя взгляд и глядя на бумаги.
Я замираю, поражённый болью, отразившейся на его лице.
— Роджер, — говорю я, заставляя его снова посмотреть на меня. — Вы с ней...
— Просто забудь об этом, Доминик, — бросает он тоном, который редко позволяет себе в разговоре со мной. Затем он демонстративно возвращается к бумагам, хотя я вижу, что на самом деле он их не читает. Просто смотрит в одну точку, пытаясь взять себя в руки.
Я наблюдаю за ним какое-то время, но потом решаю оставить эту тему. В конце концов, его личная жизнь — это его дело, а они с Корой... ну, они ведь никогда не давали друг другу никаких обещаний, верно? И всё же... Признаюсь, мне стало очень любопытно.
Я решаю позже расспросить Эллу о том, что происходит между ними.
Уж кто-кто, а она точно сможет докопаться до истины.