Случайная суррогатная мать для Альфы. Глава 287.
В главе присутствует описание естественных родов, что может показаться слишком болезненным для читателей с чувствительной психикой, однако, это одна из немногих книг, где процесс родов описан именно таким, какой он есть, а не так, будто всё в радужных пони ))
Я сжимаю руку сестры, стиснув зубы и постанывая во время первой потуги, когда дверь снова с грохотом распахивается. Я не открываю глаз — не могу смотреть. Честно говоря, в этот момент мне плевать, кто это — Хэнк, Роджер или мятежники, пришедшие нас убить. Меня волнует лишь та ужасная, разрывающая боль, что терзает меня, пока я пытаюсь подарить жизнь своему ребёнку. Я стону, откидывая голову на подушки и тяжело дыша, когда боль немного отступает.
Я слышу голос Хэнка и открываю глаза — он стоит рядом со мной. Я пытаюсь слабо улыбнуться, но выходит не слишком удачно.
— Привет, Элла, — тихо говорит он и его голос звучит теплее, чем обычно. — Ты отлично справляешься.
Я бормочу слова благодарности, а он переключает внимание на Кору, чтобы выслушать отчёт о моем состоянии. Я же перевожу взгляд на Роджера, который неловко стоит на другом конце комнаты.
— Роджер, — зову я, протягивая к нему руку и приглашая подойти ближе.
— Привет, Элла! — откликается он, чувствуя себя неловко. — С... с рождением ребёнка. Или как там это называется.
— Подойди сюда, Роджер, — требует он. Роджер вздыхает, опускает голову и, нарочно избегая смотреть на меня, подходит к брату.
— Что, — спрашивает Синклер, когда тот оказывается рядом, — ты из тех, кто предпочитает курить сигары в зале ожидания?
— Ага, — соглашается Роджер, бросая на брата сердитый взгляд. — Это мне гораздо ближе.
— Я хотела, чтобы ты был здесь, — говорю я ему, слабо и устало улыбаясь. — Хочу, чтобы ты познакомился с малышом.
— Конечно, я хочу познакомиться с малышом, Элла, — говорит Роджер и теперь его голос звучит мягче, когда он встречается со мной взглядом. — Просто... когда немного всё очистишь. Уберешь эту... слизь.
Я слегка смеюсь, но тут же стону, чувствуя, как возвращается боль.
Кора забирается на кровать: она тихонько ругается из-за отсутствия гинекологических стремян и мягкого матраса, мешающего ей толком разглядеть, что происходит.
Роджер пытается сдержать стон и отворачивается — и это, как ни странно, вызывает у меня смех в один из самых мучительных и тяжёлых моментов моей жизни.
Хэнк быстро занимает место Коры рядом со мной, а Синклер надёжной опорой замирает у моего изголовья.
— Процесс идёт очень быстро, Элла, — сообщает Хэнк, когда схватка заканчивается, а я тяжело дышу, пытаясь восстановить дыхание.
— Такое случается редко, даже у волчиц. Но сейчас ты уже должна быть на финишной прямой, — говорит он, похлопывая меня по колену и ободряюще улыбаясь.
Я улыбаюсь ему в ответ, но замечаю любопытную деталь: услышав эти слова, Кора слегка закатывает глаза. Понятия не имею, что это значит — неужели в их раю проблемы? — но, честно говоря, любой интерес к этому вопросу мгновенно улетучивается, когда боль накатывает снова.
Так повторяется несколько раз: я пыхчу и тужусь изо всех сил во время схваток, а затем отдыхаю, насколько это возможно, в короткие промежутки между ними. Я чувствую, как мой малыш движется внутри, продвигаясь к выходу.
Это тяжёлый, мучительный труд, но сестра подбадривает меня, а мой истинный не отходит ни на шаг, помогая мне держаться и не терять самообладания.
После того, как этот цикл повторяется, казалось бы, бесконечное число раз, Кора тихо ахает.
— Так, он почти здесь! — говорит она, и радостные нотки в её голосе действуют как бальзам на моё измученное тело.
Я смотрю на неё с надеждой,и она радостно кивает мне.
— Ещё одно сильное усилие, сестрёнка, и головка покажется, а дальше всё пойдёт как по маслу!
Я глубоко вдыхаю и с волнением смотрю на Синклера. Я счастлива, несмотря на боль, терзающую моё тело. Я жду следующей схватки и, когда она наступает и Кора даёт команду, тужусь изо всех сил, издавая при этом гортанный крик, надеясь, что это поможет мне преодолеть преграду и наконец увидеть его.
— Он здесь, Элла! Осталось еще пара потуг, чтобы вышло тельце!
Я нетерпеливо киваю и снова начинаю тужиться. Тужусь и тужусь. Когда схватка отступает, я откидываюсь назад, тяжело дыша, и смотрю на Кору в ожидании дальнейших указаний. Но вместо радостной улыбки я вижу, как она обменивается странным взглядом с Хэнком.
— Что? — спрашиваю я, пытаясь приподняться и постанывая от боли, пронзающей спину. — Что случилось? Где мой ребёнок?
— Что-то не так? — спрашивает Синклер и я чувствую, как он внезапно напрягается рядом со мной.
По его голосу я понимаю, как трудно ему сохранять спокойствие и неподвижность, позволяя врачам делать своё дело. Бездействие и перекладывание ответственности на других, какими бы профессионалами они ни были, никогда не были его сильной стороной.
Мой истинный хочет участвовать в процессе.
— Хм... — Кора медлит, — Всё хорошо, Элла, он почти родился, но...
Она и Хэнк снова колеблются и переглядываются, а затем смотрят вниз, на ребенка. Я пытаюсь приподняться, чтобы увидеть малыша, но сестра качает головой и наклоняется ко мне, мягко укладывая обратно на подушки.
— Пожалуйста, — умоляю я, не сводя глаз с Синклера.
— Пожалуйста, вы должны нам сказать.
Кора вздыхает, откидывается назад и я вижу, что она обеспокоена.
— Элла, за последние несколько потуг он не продвинулся ни на сантиметр. А это иногда служит признаком того, что...
— Есть опасения, — продолжает Хэнк, — что из-за крупных размеров ребёнок может... застрять.
— Застрять? — ахаю я, внезапно охваченная ужасом.
Синклер рядом со мной весь напрягается.
— Это часто случается, — торопливо говорит Хэнк.
— Многие женщины сталкиваются с этим, когда ребёнок крупный. Это называется дистоцией плечиков: похоже, его плечо застряло за твоей тазовой костью.
— Что? — выдыхаю я, сбитая с толку, ошарашенная и до смерти напуганная.
— Всё в порядке! — говорит Кора, хотя её встревоженный голос выдаёт обратное.
— Мы знаем, что делать в таких случаях...
Затем сестра перемещается по кровати так, чтобы оказаться у меня в изголовье.
Она подкладывает уверенную руку мне под плечо и тянет вверх.
— Давай, Элла, тебе нужно сменить позу до начала следующей схватки... Я переверну тебя на бок, чтобы сместить таз, а потом...
— Только не говори мне... — выдыхаю я, двигаясь вместе с ней.
Я смотрю в обеспокоенные глаза Синклера, понимая, что в моих отражается тот же страх. Я киваю ему, показывая, что всё хорошо, и молюсь в самой глубине души, чтобы это было правдой. Я посылаю мысленный импульс любви малышу Рэйфу, но в ответ не получаю ничего.
Он, вполне ожидаемо, отвлёкся. Я стону от боли, когда Кора поворачивает меня на бок, а затем, с началом новой схватки, начинает надавливать на живот чуть выше таза.*
— Хорошо, Элла, продолжай... — я слышу бормотание Хэнка, пока тяжело дышу, тужусь и кричу от боли. А затем, спустя несколько мгновений, — Никакого прогресса, Кора... Я буду резать...
— Хорошо, — слышу я дрожащий голос Коры, хотя глаза у меня крепко зажмурены. Я слышу рык Синклера и в тот же миг ощущаю холодное прикосновение металла к телу.
Его рука выскальзывает из моей и не знаю, куда он делся, а лезвие рассекает кожу ниже, ближе к ребёнку, и из моего горла вырывается протяжный, утробный крик.
Но вдруг давление в нижней части живота исчезает; я чувствую, как расслабляются плечи, и понимаю, что больше не нужно тужиться. Мучительная боль всё ещё терзает меня, но я открываю глаза и пытаюсь приподняться, услышав, как комнату наполняет детский плач.
Я судорожно вдыхаю воздух, пытаясь разглядеть его, и вижу крошечное тельце в окровавленных руках Хэнка.
Я тянусь к нему, но внезапно чувствую сильное головокружение и, так и не успев обнять своего ребёнка, обессиленно падаю обратно на подушки.
Привет, дорогие читатели! Спасибо за вашу поддержку и любовь к истории «Случайная суррогатная мать». Первая книга завершилась на 292-й главе.*
Однако, видя ваш энтузиазм и ожидание продолжения, мы решили представить вам новые события, происходящие после рождения Рэйфа. По совету редактора платформы, новые главы (вторая книга) будут публиковаться здесь же, так что вы сможете продолжить чтение. :)
Ха! 292 глава! Как же! Уж не знаю на какой именно платформе выкладывалась первая книга (а их, оказывается, две!), но там, очевидно, использовалась совсем другая нумерация и, судя по всему, на той платформе, где я беру главы сейчас, обе книги объединили в одну. При этом содержание глав то повторяется (опубликованы, две главы подряд с одним и тем же текстом, но последовательной нумерацией), то вообще отсутствует, поэтому я уже не уверена в том сколько же на самом деле глав должно быть к концу всей этой истории, потому что там, где должна была быть 292 глава, у меня, после удаления всех дублей, получилось 287 глав (то есть расхождение в нумерации уже составляет 5 глав и теперь я думаю, что я зря оставила «место» для 175 главы, так как по контексту потери куска текста там не ощущалось, так что, вероятно, там просто надо было выбросить её сразу и скорректировать нумерацию). Разумеется, теперь я уже не буду переделывать переведённые главы, сохраню текущую нумерацию и, как раньше, буду удалять дублирующие главы, если такие снова будут.
ПП: *Поясняю: В тексте описан приём Кристеллера, который, согласно описанию методики, выполняется, когда роженица лежит строго на спине. Вариант «выдавливания» ребёнка из положения «на боку» — это «модификация», которая, как и сам приём Кристеллера, согласно протоколам родовспоможения, во многих странах, ЗАПРЕЩЁН из-за его крайне высокой травмоопасности, как для матери (разрыв мотки, травмы промежности, отслойка плаценты), так и для ребёнка (травмы шейного отдела позвоночника, переломы, гипоксия). Применение приёма Кристеллера и его вариантов считается актом акушерской агрессии. Полагаю, автор добавила применение этого приёма в сюжет , чтобы добавить драматизма. Кроме того, в США этот приём не был запрещён законодательно, однако в протоколах родовспоможения он указан как «нежелательный». Думаю, именно это и стало второй причиной, по которой он появился в книге.