Беременный ребёнком Короля Демонов. Глава 62.
Лоуэллу не нравилась идея спарринга, предложенная этим сварливым наследным принцем. Тот факт, что он это предложил, означал, что он хотела что-то доказать, и это уж точно не должно было быть поражением.
В любое другое время, может быть, но не перед Робином. Он не позволит себе проиграть у него на глазах. И тем более маловероятно, что Феликс будет к нему снисходителен.
Феликс был из тех людей, которые с одинаковой серьёзностью относились и к столетнему мастеру фехтования, и к новичку, когда дело касалось владения клинком.
— Во время спарринга нет риска получить травму. Скорее уж гораздо больше шансов споткнуться и пораниться при падении во время ходьбы.
Это было правдой и Лоуэлл на мгновение потерял дар речи, а затем разразился смехом. Слова были ни тяжёлыми, ни лёгкими, но они каким-то образом успокоили его.
— Тогда я буду наблюдать спокойно.
— Ты собираешься посмотреть спарринг?
В обычное время тренировки Феликса были единственным временем, которое они проводили порознь. Поэтому Лоуэлл обычно использовал это время, чтобы заняться делами, которые он не мог сделать, когда Феликс был рядом. Предполагая, что завтра будет то же самое, Феликс смотрел на него с удивлением.
Это довольно мило — видеть, как такой человек делает такое лицо.
Улыбаясь, Лоуэлл прислонил голову к груди этого симпатичного мужчины.
— Ты сказал, что делаешь это из-за меня.
— Тогда мне следует там присутствовать и увидеть это.
После этого Феликс некоторое время шёл молча. Как раз тогда, когда Лоуэлл начал задумываться над тем не сказал ли он что-то, что ему не понравилось, Феликс снова заговорил:
— На тренировочной площадке довольно холодно. Оденься теплее, чем обычно.
— Тренировочная площадка Великого герцогства впечатляет.
Лоуэлл сидел рядом с Робином, наблюдая за мужчинами, готовящимися к спаррингу. Он думал, что они приступят сразу, но, похоже, сначала надо было выровнять глубокий участок земли.
— Правда? Я не очень-то много знаю об имперских тренировочных полигонах.
— Они похожи, но проходят на открытом воздухе. В дождливые дни во время тренировки тебя просто разносит в щепки. Да, есть ещё крытая площадка, но обычно мы всё равно тренируемся на улице.
Это было возможно только в тёплой столице.
— Я хотел научиться фехтованию, поэтому раньше ходил на тренировки к рыцарям, но теперь я больше не могу этого делать.
Впервые с момента их знакомства Робин выглядел немного подавленным. После того как он влюбился в человека столь высокого положения, ему пришлось отказаться от некоторых вещей и фехтование было одной из них.
Лоуэлл коротко покачал головой, огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что окружающий шум затрудняет подслушивание, а затем мягко сказал в качестве утешения:
— Если бы вы сказали Его Высочеству, я думаю, он бы вас научил.
— Я знаю, но не хочу спрашивать. — Робин тут же оживился, словно и не был расстроен. — Технически мне не разрешено учиться фехтованию. И чтобы это стало возможным, ему придётся приложить дополнительные усилия. Он и так уже столько всего делает для меня, поэтому я не хочу добавлять ему ни капли проблем.
Это означало бы лишь заставить замолчать тех, кто был против, но при этом он хотел избежать даже малейшего бремени или неудобства для любимого человека... Лоуэлл прекрасно это понимал и не стал оспаривать это.
Вероятно, дело в его решимости остаться с наследным принцем.
Лоуэлл понимал, что не стоит идти ради такого самопожертвования. Вместо этого он сделал всё, что мог, не вмешиваясь в чужие дела.
— Я не могу претендовать на то, чтобы говорить от его имени, но могу ли я сказать что-то от лица человека, который тоже кого-то любит?
— Когда любишь кого-то, хочешь разделить его бремя. Больнее видеть как он тихо сдаётся и разочаровывается, ничего не говоря.
Накинув на плечи приготовленное рыцарем одеяло, Лоуэлл внимательно следил за реакцией Робина, который выглядел слегка шокированным, поскольку не ожидал, что Лоуэлл скажет что-то подобное.
— Раз уж ты здесь, в Никсе, почему бы не попробовать потренироваться ещё раз? Здесь никто не наблюдает и никто не знает кто ты, верно?
— Но я же всего лишь обслуживающий персонал, верно?
Робин отреагировал на предложение Лоуэлла с необычной нерешительностью. Лоуэлл непринуждённо рассмеялся.
— Это всего лишь формальность. В Никс всё не так, как в Фебосе — здесь всё не так строго. Ты просто помогаешь мне. Если скажешь, что учишься фехтованию, они поймут. Если кто-нибудь спросит, просто скажи, что так тебе велел Великий Герцог. Этого будет достаточно.
Лоуэлл кивнул, увидев как улыбка Робина стала ярче.
Как и предупреждал Феликс, тренировочная площадка была большой и здесь было намного холоднее, чем в других помещениях. Для рыцарей, которые скоро согреются, благодаря активному движению во время тренировки, это было как раз к стати, но для тех, кто сидит неподвижно, было немного прохладно. Лоуэлл плотнее закутался сам и протянул Лоуэллу одеяло, которое попросил заранее.
— У тебя немного покраснело лицо. Я тоже с Фебоса, поэтому мёрзну быстрее, чем привыкшие к холоду жители Никса.
Лоуэлл чуть не сказал «Это ты добрый», но остановился, когда послышались бормотания, возвестившие о приходе Феликса и наследного принца. От их присутствия большая тренировочная площадка мгновенно наполнилась людьми.
Лоуэлл, мгновенно очарованный, забыл ответить Робину и полностью сосредоточился на каждом движении Феликса. Возможно, почувствовав жаркий взгляд Лоуэлла, Феликс, готовивший свой меч, мельком взглянул в его сторону и Лоуэлл непроизвольно улыбнулся.
Внезапно привлечённое внимание заставило его сердце биться в бешеном ритме и он не мог скрыть это волнение. Всё в нём было пропитано нежностью.
— Вы, должно быть, очень любите Великого герцога.
Робин произнёс это очень тих, словно смущённый Лоуэлл казался ему очаровательным. Лоуэлл покраснев, выпрямил спину, осознав, чно, вероятно, он был слишком очевиден.
Его лицо покраснело, но Лоуэлл не стеснялся своих чувств. Он не боялся показать это окружающим. Конечно, в голове у него крутилась мысль: «Раз уж я не могу запечатлеться, я должен показать свои чувства своими действиями». но для Робина он выглядел бесстрашным.
Не подозревая, что Роберт был тихо впечатлён, Лоуэлл сосредоточил своё внимание на тренировочной площадке, а точнее, на Феликсе. Робин также обратил своё внимание на наследного принца. В то время как другие могли видеть лишь совершенно иную внешность, Робин видел истину — живое воплощение красоты.
— Начинаем первый спарринг сегодняшнего дня!
Это был первый спарринг, и самый ожидаемый. Те, кто не знал правды, с нетерпением ждали насколько быстро Феликс победит этого нового рыцаря.
Даже после сигнала ни наследный принц, ни Феликс не пошевелились. Их взгляды были прикованы друг к другу и каждый наблюдал за реакцией другого. Первым пошевелился наследный принц.
— Он не такой медленный, как я ожидала.
За спиной Лоуэлла внезапно раздался голос Кэрис, которая обращалась к Тии.
— Похоже, они ещё только разогреваются. Его Светлость тоже двигается медленно.
Как и сказала Тиа, они проверяли друг друга на прочность, слегка сталкивая клинки. Уже сам характер столкновения, несмотря на низкую скорость, показывал, насколько сильными были удары.
— Фу, они даже не используют ауру меча, а всё равно так громко.
— У меня руки болят уже просто от одного взгляда.
Лоуэлл наклонился вперёд, слушая бормотание рыцарей, словно живой комментарий. По мере развития поединка темп ускорялся. Сначала Лоуэлл легко следил за движениями, но теперь он не успевал следить за клинками и его глаза, казалось, вращались хаотично, вызывая лёгкое головокружение. В одну секунду клинки сходились и расходились, а затем снова ударяли друг о друга.
— У них огромный диапазон движений! — восхищённо прошептала Тиа. Феликс и наследный принц использовали каждый сантиметр тренировочной площадки, постоянно меняя своё положение и маневрируя между ударами, чтобы сбить противника с ритма.
От телохранителей Лоуэлла и среди зрителей, окружающих тренировочную площадку, слышались удивлённые возгласы. Так называемый новичок не отставал от Феликса, а временами даже был с ним наравне.
Лоуэлл тяжело сглотнул. Теперь он почти ничего не видел из-за скорости их движений, но всё равно не мог оторвать от них взгляд.
И тут это случилось. Наследный принц увернулся от мощного удара Феликса, пригнулся и скрылся из виду. Внезапно сзади он высоко поднял меч. Клинок был направлен прямо в затылок Феликса. После такой внезапной атаки Феликс, казалось, не успел среагировать.
Лоуэлл не видел всей сцены целиком — он лишь мельком увидел момент, когда клинок наследного принца взметнулся вверх и ударил Феликса в шею, оставив небольшую рану.
В тот же миг Лоуэлл не смог сдержаться и вскочил на ноги.