Случайная суррогатная мать для Альфы. Глава 281.
Острая еда, касторовое масло и…
— Ничего, — говорит она, быстро качая головой и осознав свою оплошность. — Прости, Элла, я не хотела тебя пугать… просто он… — она снова поворачивается к монитору, качая головой при виде того, что там отображается.
— Кора! — кричу я, резко приподнимаясь и хватая её за плечо. — Скажи мне! Сейчас же!
Синклер мгновенно оказывается рядом и его тёплая рука ложится мне на спину, пока он вглядывается в экран. Хэнк тоже с любопытством поворачивает голову к монитору.
— Ребёнок просто огромный, — благоговейно шепчет Кора. — Если эти замеры верны… — она качает головой, глядя на Хэнка. — В смысле… ты видишь то же, что и я?
Хэнк подаётся вперёд, вглядываясь, и его глаза тоже расширяются от изумления. Он выпрямляется и откидывается назад, скрестив руки на груди. — Она права. Ребёнок действительно крупный.
У меня перехватывает дыхание; я лихорадочно перевожу взгляд с экрана на врачей и своего истинного, а затем наконец останавливаюсь на собственном животе. О боже. Неужели он и правда такой огромный? Неужели моя догадка о том, что он размером с арбуз, оказалась верной? Неужели он настолько велик, что просто не сможет выйти наружу, и ему придётся сидеть внутри, пока я не лопну…
— Не паникуй, Элла, — говорит Хэнк, заставляя меня поднять взгляд на его спокойное лицо. — Пока ничего критичного. Просто… крупный ребёнок.
— Мягко сказано, Хэнк, — замечает Кора, взглянув на него. — Только мужчина мог бы сказать, что ребёнок весом в двенадцать фунтов* — и это ещё даже не на полном сроке — не представляет собой ничего особенного.
— Я просто хочу сказать, — спокойно и профессионально перебивает Хэнк, не сводя с меня глаз, — что размер ребёнка на данном этапе не несёт угрозы ни ему, ни тебе, а это самое главное. Многие женщины — даже миниатюрные, как ты, — рожали детей весом в двенадцать фунтов.
— Ага, — бормочу я, сердито глядя на свой живот. — Но уверена, что сам процесс доставил им мало удовольствия.
— Но ведь срок ещё не подошёл, — говорит Синклер. Я поднимаю взгляд и вижу, как он обеспокоенно хмурится, переводя взгляд с Коры на Хэнка. — Если ребёнок уже весит двенадцать фунтов, то через месяц он будет...
— Годзиллой, — не слишком утешительно бормочет Кора, не отрывая взгляда от экрана и водя датчиком по моему животу, чтобы оценить состояние Рэйфа. Я слегка пинаю её, и она бросает на меня насмешливый взгляд.
Я не обращаю на это внимания и, волнуясь, кусаю губу.
— Серьёзно, если он продолжит расти такими темпами, — тревожно спрашиваю я, глядя на врачей, — что это значит для нас через месяц?
— Что ж, — говорит Хэнк, серьезно глядя на меня. — Если ребенок станет слишком крупным для естественных родов, мы рассмотрим вариант кесарева сечения. Но, думаю, все в этой комнате согласятся, что естественные роды предпочтительнее. Кора? — продолжает он, передавая ей слово. — Что ты думаешь?
— Я думаю... — начинает она, бросив последний взгляд на экран, а затем посмотрев на нас с Синклером. — Честно говоря, ребята, мне кажется, этот «кекс» уже готов. Судя по тому, что я вижу на экране, ребёнок полностью доношен и готов появиться на свет. У меня не так много опыта в принятии родов у волчиц, но если бы ты была человеком, я бы сказала, что у тебя девятый месяц беременности и родить ты можешь в любую минуту.
— Согласен. Я изучал информацию о беременности у волчиц и выяснил, что шесть месяцев — это скорее крайний срок, чем просто ожидаемый период. Думаю, ваш ребёнок может родиться со дня на день, и, судя по результатам осмотра, у нас есть все основания ожидать, что роды пройдут благополучно. — Он широко улыбается, и Кора присоединяется к нему. — Поздравляю, Альфа и Луна. Вы скоро станете родителями.
Я выпрямляюсь и меня переполняет волнение — от предвкушения скорой встречи с малышом и от мысли, что беременность наконец подходит к концу.
— Правда? — выдыхаю я, глядя на них сияющими глазами. — Со дня на день?
— Ты отлично справилась, Элла: постельный режим в последние месяцы действительно позволил твоему организму восстановиться, а Рэйфу — подрасти. Думаю, ты сейчас так же полна сил, как и любая будущая мама, готовящаяся родить первенца. Можно с уверенностью смотреть в будущее.
Я поднимаю взгляд на Синклера; лицо моё сияет от счастья. Он кладёт широкую ладонь мне на щеку, склоняется и быстро целует меня в губы.
— Ты — чудо, Элла, — шепчет он, убирая прядь моих волос за ухо. — Я так горжусь тобой, милая.
На глаза наворачиваются слезы от внезапного счастья, от любви к моему истинному, к ребенку, к нашей будущей семье. Вся беременность была полна тревог, и подойти к её финалу счастливой, здоровой и уверенной в себе...
Это настоящее благословение. И я даже не знаю, чем его заслужила.
— Поздравляю, сестрёнка, — говорит Кора, беря меня за руку и широко улыбаясь. Я в ответ сжимаю её ладонь, а свободной рукой вытираю слезы. Синклер тем временем выпрямляется рядом со мной, не убирая уверенной руки с моей спины.
— Спасибо, — говорю я, смеясь от нахлынувшего облегчения. — Огромное спасибо вам обоим за заботу. Мы бы не справились без вас.
— Ну, мы ещё не закончили, — по-деловому отвечает Хэнк, внимательно меня разглядывая. — Элла, учитывая, что малыш уже полностью сформировался и готов к появлению на свет, тебе стоит подумать о…
— О чем? — спрашиваю я, когда он делает паузу, и с любопытством склоняю голову набок.
— Ну, ради твоего же комфорта, — продолжает он, — можно попробовать… традиционные методы. Чтобы ускорить процесс. Ребенок весом в двенадцать фунтов — это крупный малыш, и если он подрастет еще… — Хэнк ищет поддержки у Коры.
— Он прав, — говорит Кора, переводя взгляд с Хэнка на меня. — Нам бы не хотелось делать кесарево сечение, если можно обойтись без него. Конечно, в крайнем случае можно вызвать роды искусственно, но и для матери, и для ребёнка лучше всего, если организм сам запустит этот процесс. Впрочем, существуют народные средства, которые могут этому поспособствовать… — она начинает улыбаться.
— Какие? — хмурюсь я, пытаясь вспомнить.
— Можно принять касторовое масло, — медленно предлагает она, и улыбка становится шире. — Или поесть острой пищи. Или отправиться на долгую прогулку.
У меня загораются глаза при мысли о прогулке — боже, я так долго соблюдала постельный режим, что сама мысль о возможности пройтись кажется мне чудесной…
— Или, — продолжает она, и улыбка превращается в широкую ухмылку, — можно… заняться сексом.
— Что? — выдыхаю я, широко открыв глаза. Чувствую, как Синклер рядом со мной напрягается и замирает, словно статуя.
Кора медленно кивает и тихонько посмеивается, переводя взгляд с одного на другого.
— Ага. Пожалуй, это самый проверенный способ запустить роды. И, учитывая, что Элла здорова, а малыш уже готов…
Она пожимает плечами, вопросительно глядя на Хэнка.
— Не вижу причин этого не делать. — Хэнк кивает, прочищает горло и смотрит в окно — судя по всему, он очень хочет избежать встречи с нами взглядом. — Ага, — бодро говорит он, внезапно проявляя огромный интерес к белке, бегущей по стволу дерева снаружи. — Не вижу причин и дальше воздерживаться, если вы...
Но ему нет нужды заканчивать фразу, ведь мы с Синклером уже ушли.
ПП: *12 фунтов — это примерно 5,44 кг. Это действительно довольно крупный ребёнок (кто рожал, тот поймёт).