Резонансная похоть. Глава 38.
Коуки много раз обсуждал свой карьерный путь с родителями. Хотя его решимость и поддержка брата в конце концов заставили родителей уступить, было ясно, что они так и не смирились с этим. В глубине души они всё ещё желали, чтобы он ушёл из полиции и возглавил семейный бизнес.
Ну, с этим ничего не поделаешь. Единственное, что я могу сделать, это доказать им своими действиями, что я серьёзно настроен, а не делаю это просто по прихоти.
Когда Коуки подтвердил свою решимость, слегка раздражённый голос Аманэ перебил его:
— Я говорю о твоей истории похищения.
До приезда матери и брата они обсуждали важное событие, изменившее его жизнь.
— Тебе было шесть лет, когда тебя похитили ради выкупа.
— Преступник был сотрудником начальной школы Альфа, в которой я учился. Позже я узнал, что он не был постоянным сотрудником, а лишь временным работником, заполнившим вакансию на шесть месяцев. Ему было чуть больше двадцати, и мы несколько раз разговаривали в школе… Я не помню, о чём мы говорили, но, вероятно, это была светская беседа. Я просто помню, что он показался мне добрым парнем в очках. Скорее всего, он с самого начала знал, что я третий сын семьи Шутоу, и подошёл ко мне, зная это.
— Значит, к тому моменту ты уже был целью. Но в школе были учителя и другие ученики, и тебя сопровождал человек, верно?
Аманэ уточнил, и Коуки кивнул.
— Да, меня возили в школу и обратно. Но тогда я ненавидел, когда меня сразу после школы сажали в машину, когда мне ещё хотелось играть. Поэтому я прятался по всей школе, создавая проблемы для персонала, который должен был меня сопровождать. Оглядываясь назад, я понимаю, что виновник, должно быть, наблюдал за моей «игрой в прятки после школы».
— А, понятно, — понимающе сказал Аманэ.
— В тот день я спрятался в кладовке с чистящими средствами в задней части класса. Но вдруг дверь открылась снаружи. Я испугался, но, увидев его, почувствовала облегчение. Он сказал: «Все тебя ищут», и, поскольку меня нашли, я вышел из кладовки. Когда я шёл впереди него по коридору, он вдруг закрыл мне нижнюю половину лица сзади… и я потерял сознание.
— Он закрыл тебе рот и нос тряпкой, пропитанной хлороформом, верно?
— …Вероятно, так и произошло. Когда я проснулся, я оказался в маленькой, тусклой и пустой квартире, с связанными руками , ногами и с кляпом во рту.
— Комната, должно быть, была подготовлена к похищению. Как долго тебя там держали?
— Три дня. Мои воспоминания об этом времени смутные. Мне не давали никакой еды, только маленький пакетик молока раз в день, который я должен был пить через соломинку. Это было единственное питание, которое я получал. Когда мне нужно было в туалет, он меня развязывал. Но я был так слаб от голода и долгого лежания на полу, что даже не мог думать о побеге или сопротивлении.
Представляя себе эту трагическую ситуацию, Аманэ сочувственно нахмурился.
— Преступник всё больше раздражался, поскольку переговоры о выкупе шли неважно. Он кричал что-то вроде: «Не стоит меня недооценивать!» и «Как такие привилегированные альфа-самцы, как вы, могут понимать страдания человека, борющегося на самом дне!» Он кричал в телефон и пинал стены. Думаю, он чувствовал, что полиция намеренно затягивает переговоры и что расследование приближается к нему. Чем больше он чувствовал себя загнанным в угол, тем опаснее становился. Я начал опасаться, что меня могут убить. А потом однажды он наконец вытащил нож.
— Мясной нож длиной около 20 сантиметров. Он прижал лезвие к моему горлу и сказал: «Если я убью тебя, твоя семья будет страдать вечно. Иди к черту, Альфа!»
— Возможно, он решил, что если не получит выкуп, то просто убьёт меня, а потом покончит с собой. Я никогда не забуду холодное ощущение лезвия на моей шее и то, как кровь застыла в жилах, когда все потемнело.
Позже из показаний преступника стало ясно, что он не питал личной неприязни ни к семье Шутоу, ни к самому Коуки.
Похититель вырос в бедной семье Бета с матерью-одиночкой. Он не смог поступить в желаемый университет и был вынужден довольствоваться временной низкооплачиваемой работой. После работы в подпольной компании его физическое и психическое здоровье ухудшилось и он уволился в течение года. С тех пор он перебивался случайными заработками. Его мать, единственная оставшаяся у него родственница, заболела и умерла, потому что он не мог оплатить её лечение. Он впал в депрессию и был вынужден посещать психиатрическую клинику, работая неполный рабочий день. Когда он наконец начал выздоравливать, он подал заявку на временную должность в начальной школе «Альфа» и ему посчастливилось получить работу.
Впервые за долгое время у него появилась достойная работа. Хотя это была лишь временная должность, ему сказали, что контракт может быть продлён, если он будет хорошо работать. Поэтому он работал с надеждой в сердце. Однако, по мере того как он все больше знакомился с привилегированной обстановкой школы «Альфа», у него начали появляться сложные эмоции.
Роскошные условия, сравнимые с пятизвёздочным отелем. Форма, разработанная ведущими дизайнерами. Изысканные блюда, приготовленные личным поваром. Лимузин-сервис. Эти дети жили в мире, где все это было нормой.
Тем временем он был здесь, чтобы служить им.
Хотя все они были людьми, разница была разительной.
Просто потому, что они родились Альфами, им были даны все преимущества, они легко шли по жизни по элитному пути, с гарантированным блестящим будущим. День за днем его зависть росла, пока не стала неуправляемой.
Тогда он узнал, что один из детей в школе происходит из известной семьи Шутоу.
«Я знал, что похищение — рискованное дело. Я также знал, что шансы на успех невелики. Но поскольку у меня и так не было прекрасной жизни, я подумал, что стоит рискнуть и поставить на шанс один на миллион изменить ситуацию. Даже если я потерплю неудачу, я хотя бы смогу дать отпор Альфам. Они считают себя особенными и непобедимыми. Неважно, кого я похищу; это не обязательно должен быть именно этот ребёнок. Я просто подумал, что если уж я собираюсь совершить преступление, то похищение ребёнка из более известной семьи произведёт большее впечатление.»
По-видимому, так сказал преступник...