124)
Председатель стоял у окна, сжимая в кулаке распечатку. Его пальцы побелели от напряжения. Тишина в кабинете была неестественной.
Вэнс стоял у двери, готовый в любой момент ретироваться. Хотя бы на пару минут, пока приступ ярости у Председателя пройдёт. Но что-то подсказывало ему, что это бесполезно. И бежать было некуда — он отвечал за этот провал.
— Объясни мне, — медленно проговорил Председатель, не оборачиваясь, — как так вышло, что три конвоя, отправленных с интервалом в две недели, все были перехвачены? Как космиты узнали маршруты, графики и состав грузов?
— Сэр, у нас есть основания полагать, что произошла утечка информации. Кто-то передал данные космитам. Мы проводим расследование, но…
— Но?! — Председатель резко обернулся. Глаза его горели ледяным огнём. — Мы потеряли три корабля! Три! С топливом, с оборудованием, с вооружением! А теперь марсианские колонии остались без снабжения! Через месяц они начнут предъявлять претензии!
— Мы пытаемся организовать новый конвой, с изменёнными маршрутами…
— Которые космиты тоже узнают, потому что у нас где-то здесь сидит «крот»! — рявкнул Председатель. — Найди его! Вытащи из-под земли! И уничтожь!
Вэнс вышел, оставив Председателя одного.
Гориясный сидел за своим столом и слушал, как за дверью снова скандалят женщины. Жёны его заместителей. Они уже третью неделю не давали никому покоя. С утра до вечера они собирались у здания администрации и требовали отправки на Марс. Кто-то кричал, кто-то плакал. Они угрожали, что уйдут сами, если их не отправят. Гориясный понимал, что это до добра не доведёт. Но и поделать ничего не мог.
— Достали, — вслух бурчал он, стоя у окна и массируя виски. — Как же они меня достали. Моя собственная жена тоже требует. Во сне она, видите ли, видит красную планету. Что там у неё шикарный дом. Что они должны лететь. На Марсе нет ни воды, ни воздуха, ни нормальной жизни. И жить придётся в подземелье каком-нибудь. Чертовы бабы...
На площади перед зданием колыхалась толпа . И основная часть были женщинами. Они держали плакаты: «Марс ждёт нас!», «Мы хотим домой!». Сюрреализм. Как можно променять родную планету на далёкую колонию, которая ещё не обжита?
— Кто вы такое, — прошептал он, — Вы же не просто женщины, вы чьё-то тупое оружие. Но чьё?
Он вспомнил свои разговоры с Корпорацией. Председатель обещал им Марс. Обещал свободу, ресурсы, новый мир. Только теперь Гориясный начинал понимать, что за этим кроется что-то ещё, что-то более страшное. Манипуляция сознанием. Психотронное воздействие.
— Что мне делать? — спросил он в пустоту. — Завтра… Завтра я решу, что делать.
Марку сидел на нарах и смотрел на стену. В камере было тихо. Только где-то за дверью были слышны шаркающие шаги надзирателей. Он уже не злился на Селина. Но тоска разъедала его изнутри.
— Я здесь уже две недели, — сказал он, обращаясь к стене. — Две недели без движения. Без новостей. Без снов...
Он встал, подошёл к решётке. В коридоре было пусто. Он позвал надзирателя.
Из глубины коридора донёсся голос:
— Скажи полковнику Селину, что я хочу с ним поговорить. Срочно.