102)

Марку лежал в кровати, разглядывая потолок. Тот был изучен до последней пылинки. Но волновало его совсем не количество паутинок по углам. Марку перебирал варианты, как шулер колоду перед ответственной партией. Как подобраться к человеку так, чтобы он не захлопнул дверь перед носом, но при этом не заподозрил во мне интереса к его исследованиям? Багирцев был параноиком высшей пробы. Это было ясно ещё из первых докладов. Любой намёк на интерес со стороны спецслужб, и он уйдёт в глухую оборону или, что хуже, сбежит. А Шакалёнку нужен был доступ к его записям. И не только к документам. Даже к нему самому. К его пониманию того, что происходит с людьми, видящими сны. Не все сны, конечно. А только те, которые порой меняются местами с реальностью. Да и Селина подводить не хотелось.

- Итак, что мы имеем? – Марку не заметил, как стал потихоньку разговаривать сам с собой. Сны, даже если их не было в какую-либо из ночей, нервировали. Мысли вслух, даже шепотом, успокаивали:

- Вариант первый: научный интерес. Самый очевидный. Прийти под видом коллеги, заинтересованного в его работах. Но здесь сразу минус: я не учёный, не медик, не психолог. Любой профильный разговор выведет меня на чистую воду за пять минут. А Багирцев, при всей своей социальной глухоте, в науке собаку съел. Фальшивку раскусит мгновенно. Отпадает.

Марку помолчал, со всех сторон прогоняя это вариант в голове.

- Вариант второй: через семью. Подобраться к жене, войти в доверие, а через неё и к мужу. Но Маргарита та ещё лиса. Она мужа терпит, но использует по полной. Любой незнакомец, проявляющий интерес к её благоверному, вызовет у неё подозрения. Она сразу начнёт выяснять, что ему нужно, и, скорее всего, попытается либо отжать выгоду для себя, либо просто перекроет кислород. Слишком рискованно. И времени много уйдёт.

Шакалёнок поморщился. Этот расклад ему нравился не очень.

- Вариант третий: через пациентов. Багирцев, насколько знаю, иногда консультировал «особые случаи». Особенно людей с необычными психическими проявлениями. Феноменальная память, ясновидение, посттравматические синдромы с выходом за пределы нормы. Если бы попасть к нему как пациент... Но для этого нужно направление, история болезни, легенда. И потом. Он лечит? Или изучает? Изучает — да, но лечит ли? Сомнительно. А мне нужно не лечение, мне нужен разговор. Да ещё потом уйти не заинтересовав никого расспросами.

По потолку пробежала муха. Но так и осталась незамеченной. Мысли крутились вокруг одного канала, через который можно было действовать. Хлопотно, но тем не менее.

- Вариант четвёртый: через Вику. Самый человечный и, как ни странно, самый реалистичный. Вика была его дочерью. Пусть отношения у них были сложные, пусть она его ненавидела или презирала. Но, как говорится, кровь не водица. Хотя нет. Она же приёмная. Если я помирюсь с Викой и войду в дом как её друг, жених, да кто угодно, то Багирцеву придётся меня терпеть. Хотя бы из вежливости. А там... там уже можно будет подобрать момент. Проблема в том, что с Викой мы расстались некрасиво. Она что-то заподозрила, что-то почувствовала. Женщины в таких вещах редко ошибаются. Пришлось уйти в тень, прервать общение. Но сейчас, когда ставки выросли, когда сны становятся всё реальнее, а старик с перстнем появился неспроста... Вика могла стать мостиком. Я вспомню её лицо. Не красавица, но что-то в ней было. Какая-то внутренняя сила, которая заставляла держаться прямо даже тогда, когда мир вокруг рушился. Дочь Багирцева и Маргариты… Какой ад она, должно быть, пережила в детстве. И при этом осталась человеком. Почти. Но как к ней подойти? Сказать правду? Хотя бы часть правды? Что я в беде, что мне нужна помощь, что я не тот, за кого себя выдавал, но теперь хочу всё исправить? Женщины любят такие истории. Особенно если в них есть искренность. А я, чёрт возьми, был искренен. Мне действительно нужна была помощь. Только масштаб беды был таким, что Вика вряд ли поверила бы до конца. Сложно…

Марку посмотрел на часы. Половина одиннадцатого утра.

- Можно позвонить, договориться о встрече. Или прийти без звонка? Это будет выглядеть нагло, но в таких делах наглость иногда лучше вежливости.

Шакалёнок взял телефон, набрал её номер. Длинные гудки, потом тишина. Сбросила.