105)
Загородная резиденция Корпорации располагалась в таком месте, о котором не знал никто. Но это оправдано. В нестабильной международной обстановке иметь шикарную виллу на побережье, как в двадцатом веке, неприемлемо. Сейчас это старый советский бункер, переоборудованный в комфортабельное убежище, глубоко под землёй, в лесах Анголы. Сюда не вели дороги, только вертолётная площадка, тщательно замаскированная от спутников.
Багирцева привезли ночью, с завязанными глазами, хотя он прекрасно понимал, где находится. Но виду не подавал. В его положении лучше было казаться послушным. Председатель ждал в кабинете, отделанном деревом и камнем так искусно, что невозможно было поверить, что над головой больше тридцати метров бетона и грунта. Он сидел в глубоком кресле, перед ним на низком столике дымился кофе. Рядом, чуть поодаль, замер секретарь - бледный, напряжённый, с блокнотом наготове.
- Профессор! - Председатель не встал, лишь указал рукой на кресло напротив. - Присаживайтесь. Кофе? Коньяк?
- Кофе, пожалуйста. - коротко ответил Багирцев, садясь. Он не любил этого человека, но умел скрывать эмоции. Более того, он умел их использовать. Кофе принесли почти мгновенно. Хороший, крепкий, именно такой, как когда-то в далёком прошлом поставляла Британская Ост-Индская торговая компания.
- Оставь нас, - приказал Председатель. - Когда понадобишься, вызову.
Секретарь безропотно вышел, бесшумно закрыв дверь. Тишина стала плотной, давящей.
- Профессор, я не буду ходить вокруг да около. - Председатель отставил чашку и подался вперёд, сверля Багирцева взглядом. - Мне нужно оружие. Не обычное, не ядерное, не химическое. Другое. Психотронное.
Багирцев молчал, ожидая продолжения.
- Вы занимаетесь резервными возможностями человека много лет. Вы знаете о подсознании больше, чем любой другой учёный в этой стране. Я предлагаю вам перейти от теории к практике.
- К практике? - переспросил Багирцев, хотя прекрасно понял, о чём речь.
- Да. Именно к практике. Мне нужно устройство, которое позволит воздействовать на большие массы людей. Чтобы они подчинялись. Беспрекословно. Без сомнений, без колебаний. Как зомби, если хотите.
Багирцев усмехнулся. Он ждал этого разговора уже лет десять, но всё равно услышанное резануло. Когда-то очень давно, ещё молодым, подающим учёным он пытался продвинуть свои идеи через крупнейшие инвестиционные фонды тех лет, которые доживали последние свои дни, но имели огромные финансовые резервы. Но ни BlackRock, ни Vanguard, ни, тем более, State Street не заинтересовались возможностью создания подобного. И вот идеи заинтресовали Корпорацию.
- Вы понимаете, что просите? - спросил он спокойно. - Это не просто нарушение всех международных конвенций. Это вмешательство в саму суть человеческого. В свободу воли.
- Свобода воли это красивая сказка для философов, - отрезал Председатель. - Реальность такова, что через полгода, возможно, начнётся война. На Марсе. И если мы не будем готовы, наши колонии сметут. А вместе с ними и Землю, если на то пошло.
Багирцев знал о марсианских колониях. Знал о напряжении, которое росло между корпорациями, контролировавшими разные сектора красной планеты. Знал, что дело идёт к конфликту. Но чтобы настолько серьёзно...
- Почему именно психотронное? - спросил он. - Есть же обычное оружие. Есть тактика, стратегия...
- Потому что на Марсе нельзя воевать обычным оружием, - перебил Председатель. - Там каждый выстрел рикошетит в экологию. Там любая бомба может привести к катастрофе и убить тысячи своих. Нужно оружие, которое воздействует на людей, не разрушая инфраструктуру. Которое позволит захватывать колонии целыми, с работающими системами жизнеобеспечения. Это же элементарно. Вы же ученый. Понимаете?
Багирцев понимал. Более того, он видел логику. Холодную, циничную, но логику.
- У меня есть теоретические наработки, - медленно проговорил он. - Но до практического применения... годы. Хотя я и ищу финансирование своих разработок, но это не быстрый процесс.
- У нас нет десятилетий. Я понимаю, учёный будет изучать какое либо явление всю свою жизнь. - Председатель встал, прошёлся по кабинету. – Но у нас есть месяцы. Максимум полгода. Я дам вам всё: лаборатории, людей, деньги, любые ресурсы. Но через пять месяцев у меня должно быть работающее устройство.
Багирцев вдруг почувствовал холодок в груди. Неужели война так близко? Пересохшими губами он спросил:
- Потому что скоро все стороны конфликта будут иметь окно возможностей. - Председатель остановился, посмотрел на профессора в упор. – Я не хочу упускать своего куска этого пирога. Слишком много сил в этот проект вложено. Я про «Ковчег». Вы справитесь?
Багирцев молчал. В голове крутились цифры, формулы, схемы. И среди них - одна странная, не поддающаяся расчёту. Камень. Тот, что когда-то он увидел в странном сне на пальце старика в далёком двадцатом веке.
- Есть одна проблема, - сказал он наконец. - Психотронное воздействие на большие массы требует колоссальной энергии. И точной настройки на частоты мозга. Мы не знаем всех частот. Мы не знаем, как поведёт себя мозг разных людей под излучением. Могут быть побочные эффекты.
- Самые разные. От полного подчинения до... - Багирцев запнулся, - до разрушения личности. Люди могут сойти с ума. Могут впасть в кому. Могут умереть.
Председатель кивнул, будто ожидал этого.
- Допустим. Мы найдём, на ком тестировать. Добровольцы, преступники, враги. Не важно. Важен результат.
- Вы не понимаете, - Багирцев повысил голос, впервые позволяя себе эмоции. - Это не просто оружие. Это вторжение в то, что делает человека человеком. Если мы создадим такое, то обратной дороги не будет. Обладатели оружия станут богами...
- А мы уже не стали? - усмехнулся Председатель. - Профессор, вы наивны. Мы давно уже играем в богов. Просто делаем это аккуратно, чтобы никто не заметил. А теперь придётся играть открыто.
Он вернулся в кресло, отхлебнул кофе.
- Кстати, о побочных эффектах. Вы говорили, что ваши исследования связаны со снами. С необычными состояниями сознания. Это как-то может помочь?
Багирцев вздрогнул. Сны. Опять сны.
- Возможно, - ответил он осторожно. - Есть люди, которые видят... необычные сны. Прошлое, будущее. Если понять механизм...
- Вот и займитесь. - Председатель поставил чашку. - У вас будет доступ к любым испытуемым. К любым данным. Я прикажу снять все грифы секретности с архивов, которые вам нужны. Включая... - он сделал паузу, - включая материалы по проекту «KAGE».
Багирцев замер. Проект «KAGE». Тень. Он слышал о нём краем уха. Старые разработки, связанные с японцами, с тем самым стариком, с перстнем. Считалось, что все документы уничтожены.
- Откуда у вас доступ к «KAGE»? - спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
- Оттуда, - усмехнулся Председатель. - Не важно. Важно, что теперь он есть у вас. И вы сможете использовать эти наработки. Говорят, там были интересные вещи. Про сны, про воздействие на подсознание.
Багирцев почувствовал, как холодок пробежал по спине. Председатель знал про камень. Знал про старика. Знал больше, чем говорил.
- Я подумаю, - сказал Багирцев, поднимаясь. - Мне нужно время.
- Времени нет, - жёстко ответил Председатель. - Неделя на размышления. Потом… Либо вы с нами, либо... - он не закончил, но всё и так было понятно.
Багирцев кивнул и направился к выходу. В дверях он обернулся:
- Вы верите, что это остановит войну? Психотронное оружие?
Председатель посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
- Несомненно. Я верю, что это даст нам преимущество. А преимущество это победа. А победа это мир. Пусть и такой, какой мы захотим. Так было всегда. Вспомните историю. Порох. Ядерное оружие. Лазерные установки. Всегда кто-то, имеющий в руках дубину, диктовал условия остальному миру. Разве не так?
Багирцев вышел. В коридоре его ждал секретарь — молчаливый, напряжённый.
- Проводите профессора, - бросил Председатель вслед.
Они вышли к вертолётной площадке. В сером предрассветном небе кружил снег, холодный, колючий. Багирцев ждал машину, закрыв глаза, и попытался привести мысли в порядок.
Проект «KAGE». Старик с перстнем. И теперь - психотронное оружие для войны на Марсе. Всё это сплеталось в один тугой узел, который, казалось, затягивался всё сильнее.
«Камень!!! Вот что необходимо для создания опытного образца. Именно он будет резонатором. С его помощью можно воздействовать на человека. Если он воздействует на сны просто побывав рядом с кем-либо, то что будет, если пропустить через него энергию?»
- Стойте!!! Мне нужно поговорить с Председателем ещё раз.
- Это невозможно. Но вы можете написать ему записку. Я передам. – ответил секретарь.
Багирцев взял карандаш и неровным почерком написал несколько слов в блокноте…
Вертолёт поднялся в воздух, унося его от подземного бункера, от Председателя, от страшного выбора. Но в голове уже зрело решение.