95)
Продолжение серии экспериментов по таргетированному усилению осознанности в REM-фазе (фаза быстрых движений глаз) с параллельной полисомнографией (ПСГ) и ЭЭГ-мониторингом.
Гипотеза строилась на работах Хобсона и МакКарли, постулировавших, что сновидение — это попытка коры головного мозга интерпретировать случайные сигналы, генерируемые стволом мозга в REM-фазе. Моя модификация заключалась в использовании акустического якоря — повторяющегося низкочастотного тона, синхронизированного с паттернами PGO-волн (pontogeniculo-occipital), что, по идее, должно было стабилизировать нарратив сновидения.
После введения в состояние, близкое к гипнагогии (переходу ко сну), и подтверждения входа в REM-фазу по данным ЭЭГ (десинхронизация альфа-ритма, появление тета-активности и пилообразных волн) был активирован протокол якорения. Субъективное восприятие соответствовало стандартной схеме — пространство лаборатории начало «растекаться», уступив место…
Вместо ожидаемого лабильного сюрреалистического ландшафта произошла резкая перцептивная кристаллизация. Все параметры ПСГ (дыхание, мышечный атония, ЭОГ) указывали на глубокий REM-сон, однако сознание регистрировало гиперреалистичную среду. Тактильные, обонятельные и проприоцептивные ощущения были неотличимы от бодрствования. Я стоял на гранитной набережной. Влажный, холодный воздух, запах угольной гари и Невы. Слуховой анализатор фиксировал скрип тележных колёс, отдалённый звон трамвая и речь — не современный язык, а дореволюционный русский. Временны́е рамки определил мгновенно: 1913 год. Это был не «образ» Петербурга, а его полная нейрокогнитивная реконструкция.
В контексте исследований Лабержа об осознанных сновидениях, я попытался изменить сценарий — сфокусироваться на поиске «маркера сновидения» (несоответствия). И тут я увидел его. Марку, с которым мы недавно встречались. Он был здесь, в костюме того времени, живым элементом этой реальности. Его походка, манера держать трость — всё было идентично.
Я совершил попытку интервенции, приблизившись и произнеся его имя. Здесь произошёл ключевой сбой. Его зрачки не среагировали на меня. Визуальная кора явно регистрировала его образ, но обратной связи не было. Он прошёл сквозь моё пространство, его плечо слегка коснулось моего, вызвав полное тактильное ощущение сукна и плотности тела, но для него меня не существовало. Я был чистым наблюдателем, «квантовым призраком» в отчеканенной реальности чужого сознания или, что вероятнее, в запредельно точной симуляции, генерируемой моим же мозгом. Очень интересные наблюдения в свете изучения корреляции между активностью веретенообразных вспышек в сонных веретёнах (sleep spindles) и консолидацией декларативной памяти.
Возвращение было резким, вызванным собственным скачком адреналина. На ЭЭГ — классическая картина К-комплекса, сигнализирующего о реакции мозга на внутренний стимул. Временной парадокс, однако, сохранился: субъективное время пребывания в состоянии составило около 20 минут, что почти идеально совпало с длительностью REM-эпизода.
1) Мозг способен генерировать не просто образы, а цельные, исторически достоверные миры с автономными агентами, чье поведение строится на глубоких энграммах памяти (отсылка к работам Тарта и его концепции «феноменологического мира сна»).
2) Феномен «невидимого наблюдателя» ставит под сомнение простую модель сновидения как внутреннего монолога. Это скорее погружение в параллельную симуляцию, где «я» существует в режиме «только для чтения».
3) Встреча с Марку указывает на возможный механизм проецирования эпизодических автобиографических воспоминаний в нарратив сновидения, но с полным отщеплением от источника.
Вопрос остаётся открытым: был ли это сон как продукт нейрофизиологии, или, в контексте гипотезы Каммрат о «расширенном разуме», я на короткое время получил доступ к информационному полю встреченного ранее посетителя, которое метафорически проявилось как Санкт-Петербург 1913 года? Требуются повторные эксперименты с контролем переменных. Но для этого мне необходимо более подробно поговорить в Марку...
"Записано диктофоном сразу после пробуждения, до наступления феномена быстрого забывания сновидений".