119)
Вэнс ворвался в кабинет Председателя без стука — такое позволено только в случае катастрофы. Лицо его было серым, руки дрожали. На планшете, который он сжимал, мигали красные индикаторы.
— Сэр, — выдохнул он, — у нас проблема. Космиты.
Председатель поднял глаза от бумаг. Взгляд его похолодел.
— Те самые. С корабля «Тихий Дон». Они совершили диверсии на трёх наших орбитальных станциях вблизи Марса. Повреждены системы связи, навигации и жизнеобеспечения. Все станции переведены в аварийный режим.
— Шестьдесят человек погибли. Около тысячи ранены. И это не всё. — Вэнс сглотнул. — Они перекрыли доступ к дальним окраинам Солнечной системы. Все корабли Земли, следующие за пояс астероидов, блокированы. Они выставили минное поле и систему перехвата. Ни один земной корабль не может пройти к внешним планетам без их разрешения.
Председатель медленно встал. Он вышел из-за стола, подошёл к карте Солнечной системы, висевшей на стене.
— Они что, с ума сошли? — проговорил он сквозь зубы. — Они понимают, что это объявление войны?
— Они называют это «актом справедливости». Говорят, что Земля грабит ресурсы внешних колоний и использует людей как рабов. Они требуют пересмотра всех соглашений по добыче ресурсов и признания их прав на колонии.
— Кто они такие, чтобы требовать?! — взорвался Председатель. — Горстка изгоев на ржавом корабле?!
— Сэр, — Вэнс протянул планшет. — Взгляните. Они транслируют обращение на все частоты.
На экране появилось лицо Босса. Он сидел в кают-компании «Тихого Дона», за спиной у него стояли Грон и Северо. Босс говорил ровно, без пафоса, но каждое слово било как молот.
— Граждане Земли, — начал он. — Мы, космиты, отвергнутые вами, объявляем о создании Свободного Пояса — независимой территории, включающей астероидный пояс, внешние планеты и их спутники. Ваши корабли не пройдут через этот сектор без нашего согласия. Мы не стремимся к войне, но мы готовы защищать нашу свободу. Ваша жадность и империализм закончились. Мы возвращаем вам ваш мусор — забирайте его и живите на своей планете, пока она не задохнется от ваших же отходов.
Председатель выключил трансляцию, сжав планшет так, что треснул экран.
— Они нам объявили блокаду, — сказал он ледяным тоном. — Немедленно собрать все военные корабли, какие у нас есть. И отправить их к Марсу. Чтобы разобраться с этими выскочками.
— Сэр, это невозможно, — осторожно ответил Вэнс. — У нас нет кораблей в ближайшем секторе. Все они приписаны к Земле или Луне. Дорога к Марсу перекрыта. Чтобы прорваться, потребуется как минимум три месяца на подготовку.
— Три месяца?! Да они за это время разберут все наши базы по камешку!
— Не все, сэр. Мы сохранили контроль над марсианскими колониями. Но без подвоза с Земли — топлива, воды, продовольствия — они долго не продержатся.
Председатель повернулся к окну. За ним был привычный серый пейзаж — сквозь облака совершенно не было видно города внизу. Ничего не изменилось. В пентхаусе небоскрёба других видов и не предполагалось. Но в космосе теперь всё изменилось.
— Что говорят СМИ? — спросил он, не оборачиваясь.
— Паника. Все ведущие издания вышли с экстренными выпусками. Я подготовил выдержки.
«The Financial Times»
Экстренный выпуск. Срочно!
«Марсианский кризис. Космиты перекрыли доступ к внешним планетам. Корпорация теряет контроль. Акции рухнули на 30%. Впервые за десятилетие поставки сырья из пояса астероидов полностью остановлены. Эксперты прогнозируют глобальный дефицит редкоземельных металлов в течение трёх недель».
«Космическая война? Группировка так называемых "космитов" — отщепенцев, потомков беглых колонистов — осуществила серию скоординированных атак на станции Корпорации в системе Марса. Наземные службы подтверждают гибель шести человек и тяжёлые разрушения. Космиты заявляют о создании независимого государства в Поясе астероидов и угрожают уничтожить любой земной корабль, который попытается нарушить блокаду».
Прямой эфир. Срочное заявление Министерства иностранных дел Российской Империи.
«В связи с последними событиями в космосе, мы призываем все стороны к сдержанности. Российская Империя не признаёт односторонних действий космитов и считает их неприемлемыми. Тем не менее, мы осуждаем попытки монополизации космического пространства какими бы то ни было корпорациями. Мы поддерживаем право наций на свободное использование космоса. Для защиты своих интересов и обеспечения безопасности россиян на Марсе и в дальнем космосе Император утвердил программу строительства нового флота Дальней космической разведки — пяти кораблей нового поколения, способных достигать самых удалённых точек Солнечной системы. Строительство начнётся немедленно. Командование флотом будет поручено опытным офицерам, имеющим опыт в дальних экспедициях, в том числе тем, кто ранее служил на кораблях типа "Дмитрий Донской"».
«Франция с беспокойством наблюдает за эскалацией марсианского конфликта. Мы призываем к дипломатическому решению, но признаём, что Корпорация, похоже, утратила контроль над ситуацией. Заявление Российской Империи о создании нового флота Дальней разведки выглядит как попытка перехватить инициативу. Не исключено, что Москва хочет получить доступ к тем ресурсам, которые Корпорация не может теперь защитить».
«Германия требует объяснений от Корпорации, которая всегда «кормила с рук» космитов. Кто разрешил космическим бандитам накопить такой военный потенциал? Как вышло, что блокада внешних планет стала возможной? Мы предлагаем создать международную коалицию для восстановления порядка в космосе — без участия частных компаний. Если Корпорация не справляется, пусть передаст свои полномочия ООН».
Председатель отшвырнул планшет.
— Они уже делят шкуру неубитого медведя, — процедил он сквозь зубы. — Российская Империя строит флот. Европейцы хотят отобрать у нас Марс. А космиты сидят в Поясе и смеются.
— Что будем делать, сэр? — спросил Вэнс.
Председатель помолчал. Потом повернулся и сказал:
— Нам нужен союзник. Китайцы не любят космитов, но и с Империей им не по пути. Свяжитесь с их космическим агентством. Предложите совместную операцию по уничтожению блокады. Мы дадим им доступ к нашим технологиям в обмен на корабли.
Предскедатель сел за стол, взял ручку и погрузился в работу. Вэнс кинулся выполнять указания, понимая, что теперь каждый час на счету.