107)
Селин просматривал документы. Обычно это он делал в своём кабинете на экране запороленного коммуникатора. Но в этот раз ему пришлось посетить здание Императорского ГосАрхива. Связанно это было с тем, что документы сохранились в единственном экземпляре и до сих пор имели отметку «Совершенно секретно». И пришлось оставить кучу подписей в реестре допусков, разрешений, подписок о неразглашении. Всё оказалось очень серьёзно. Но папка была совсем тоненькой...
Из документов Главного Управления Архивным Делом (ГУАД Главархив) при Наркомате просвещения РСФСР
Гриф: «Особой важности. Единственный экземпляр».
Из записей профессора Анджея Левандовского.
Проект, который в японских документах именовался «KAGE» (影 — «Тень»), не был ни военным, ни научным в привычном понимании этих слов. Он был чем-то третьим, лежащим на границе между магией древних культов и самой передовой физикой начала XX века. Его корни уходили в эпоху Мэйдзи, когда Япония, распахнувшаяся миру, жадно впитывала не только европейские технологии, но и тайные знания, которые европейцы привозили из своих колоний.
Начало проекта принято отсчитывать с 1897 года. Именно тогда в императорской библиотеке Токио появился странный документ - рукопись на смеси санскрита и древнекитайского, найденная археологами в развалинах буддийского монастыря близ города Нара. Рукопись,получившая условное название «Сутра Лабиринта», содержала описания практик, которые ни один из буддийских наставников не смог идентифицировать. Там говорилось о «камне, который помнит всё», о «вратах, открывающихся только в особом состоянии сознания», и о «странниках между временами» - людях, способных проходить сквозь века, оставаясь неузнанными.
Рукопись была передана на изучение в Императорский университет, но настоящий интерес к ней возник лишь спустя несколько лет, когда на русско-японской войне произошло событие, которое официальные хроники обошли молчанием.
Первое полевое испытание. 1904 год. Порт-Артур.
Согласно мемуарам капитана Генерального штаба Ямамото Хидэо (изданным в Токио в 1932 году тиражом 300 экземпляров и сразу изъятым из продажи), в разгар осады крепости в его отряд был направлен особый агент - человек без имени, которого все называли просто «Советник». Ему было на вид лет пятьдесят, хотя держался он так, будто прожил несколько жизней.
- Он появлялся в самых неожиданных местах, - писал Ямамото. - Входил в палатки, где только что обсуждались секретные планы, и никто не мог вспомнить, как он там оказался. Однажды он пришёл к командующему ночью, когда тот был один, и сказал: «Завтра русские поведут атаку с южного склона. Ударьте отсюда». И указал на карте точку, которую наши штабисты считали неприступной. На следующий день русские действительно атаковали. Мы ударили, как он сказал, и выиграли сражение, потеряв втрое меньше людей, чем планировали.
После войны советник исчез. Ямамото пытался узнать о нём что-либо, но все следы вели в Токио, в закрытый отдел при императорской канцелярии, о котором даже он, офицер Генштаба, не имел права знать.
Официальное открытие проекта. 1907 год.
В 1907 году вышел секретный императорский рескрипт № 47/6, предписывающий «начать систематические исследования в области необычных возможностей человеческого сознания, с особым вниманием к феноменам, описанным в древних манускриптах». Руководителем проекта был назначен доктор физики Кимура Такао, выпускник Токийского университета, стажировавшийся в Германии у самого Макса Планка.
Кимура подошёл к задаче с европейской педантичностью. Он собрал группу из физиков, нейрофизиологов, буддийских монахов, знатоков древних языков и, что самое удивительное, трёх человек, которые утверждали, что видят «сны о прошлом». В документах они проходили как «сенситивы» и содержались в полной изоляции.
Именно в отчётах Кимуры впервые появляется слово «KAGE» - проект «Тень». Почему именно «Тень»? Сам Кимура объяснял это так:
«Те сны, которые видят наши испытуемые, похожи на тени. Они не имеют собственной субстанции, но повторяют форму того, что когда-то было. Изучая эти тени, мы можем восстановить форму. А восстановив форму - научиться с ней взаимодействовать».
К 1910 году Кимура пришёл к выводу, что ключевым элементом проекта должен стать не человек, а артефакт - тот самый камень, описанный в «Сутре Лабиринта». Поиски камня заняли три года. И, судя по документам, увенчались успехом.
Обретение камня. 1910 год. Маньчжурия.
В архивах проекта сохранилась лишь одна запись об этом событии. Она сделана рукой Кимуры и датирована 23 декабря 1910 года:
«Экспедиция вернулась. Объект доставлен. Он находится в опечатанном свинцовом контейнере. Сопровождавшие его офицеры выглядят… изменившимися. Двое не помнят, как они добрались из Харбина в Токио. Третий утверждает, что видел во сне русский город, которого никогда не было на картах. Капитан Куроки, возглавлявший экспедицию, подал рапорт об увольнении со службы. Он говорит, что камень «смотрит на него». Я приказал изолировать объект в отдельной лаборатории. Первое изучение начнётся через неделю».
Что именно произошло в Маньчжурии, где был найден камень, кто его хранил до этого и как удалось его изъять - эти вопросы остаются без ответа. Дневники участников экспедиции бесследно исчезли. Сам капитан Куроки спустя месяц покончил с собой, оставив записку: «Я закрыл дверь, но она открывается изнутри. Лучше не смотреть туда. Простите».
1912 год стал для «KAGE» годом наибольших успехов и одновременно началом конца. Кимура, используя камень как резонатор, добился феноменальных результатов. Испытуемые - «сенситивы» - в состоянии изменённого сознания могли описывать события, происходившие за тысячи километров. Один из них, бывший буддийский монах по имени Тэндо, введённый в глубокий транс, описал падение метеорита над Сибирью, как будто присутствовал при этом в тайге.
Но главное открытие Кимуры касалось самого камня. В отчёте, датированном июнем 1912 года, он писал:
«Объект не просто усиливает способности сенситивов. Он сам является носителем информации. Мы провели серию экспериментов, в которых испытуемые, не имеющие никаких предварительных знаний о конкретных исторических событиях, под воздействием камня описывали эти события с точностью до мельчайших деталей. Камень “помнит”. Он помнит всё, что происходило в его присутствии. А присутствовал он, судя по всему, во многих местах и во многие времена».
Именно тогда у Кимуры возникла идея, которую он назвал «Лабиринтом». Согласно его теории, камень был ключом к особому пространственно-временному континууму - месту, где прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно. Войдя в Лабиринт с помощью камня, можно было не только наблюдать, но и перемещаться. Влиять. Менять.
Эта теория стала роковой для проекта.
Петербургская экспедиция. Осень 1913 года.
В сентябре 1913 года камень был тайно вывезен в Россию. Формальной причиной стал визит японской торговой делегации в Санкт-Петербург. Истинная цель была иной - Кимура планировал проверить возможности камня в условиях, максимально удалённых от контролируемой лабораторной среды. Кроме того, в Петербурге, по данным японской разведки, жил человек, который мог быть потомком древних хранителей камня. Его следовало найти и, если возможно, привлечь к сотрудничеству.
Экспидицию возглавлял всё тот же загадочный «Советник», знакомый ещё по Порт-Артуру. В документах проекта он значился под именем «Куратор» и был, судя по всему, единственным человеком, который умел обращаться с камнем без видимых для себя последствий. Именно он нёс камень в перстне, который никогда не снимал.
В Петербурге Куратор установил контакт с русскими исследователями. Но что именно произошло в тот день неизвестно. Документы проекта обрываются на записи, сделанной 14 октября 1913 года:
«Назначена встреча с заинтересованными лицами. Куратор уверяет, что присутствие камня в месте скопления людей с высокой сенсорной чувствительностью может привести к… неожиданным результатам. Он просит отозвать всех японских граждан с места встречи. Я отказал. Это слишком важный эксперимент».
Исчезновение. 16 октября 1913 года.
Из шести японских граждан, присутствовавших в в месте встречи, четверо исчезли бесследно. Двое вернулись, но их показания были настолько противоречивыми, что штаб проекта счёл их ненадёжными. Один из выживших утверждал, что видел, как Куратор «открыл дверь прямо в воздухе и шагнул в неё». Другой рассказывал, что в какой-то момент он оказался в городе, которого никогда не видел, среди людей в странной одежде, а потом - снова вернулся.
Камень исчез. Куратор исчез. Проект «KAGE» был заморожен императорским указом от 15 декабря 1913 года. Кимура Такао покончил с собой через неделю, оставив предсмертную записку, которая хранится в закрытом архиве Министерства обороны Японии. Её содержание неизвестно, но ходят слухи, что последними словами учёного были: «Мы открыли дверь. А за ней был не Лабиринт. За ней был тот, кто всегда там был».
Камень, однако, не остался в прошлом. Следы его (и Куратора) появлялись вновь и вновь - в Маньчжурии в 1921 году, в Харбине в 1927-м, в Сеуле в 1945-м, в Ленинграде в 1930-х. В 1992 году человек, похожий по описанию на Куратора, был замечен в Токио, на открытии мемориала павшим в русско-японскую войну. Он стоял в стороне от официальных лиц, опираясь на трость, и смотрел на морской залив. Подошедший к нему полицейский спросил, кто он и что здесь делает. Старик ответил: «Я жду. Скоро начнётся представление. И тем, кто помнит, нужно будет занять места». Когда полицейский отошёл, чтобы проверить документы, старик исчез.
В архивах японской разведки по сей день хранится папка с грифом «KAGE. Возобновление. 1947». В ней - всего один лист. На нём - набросок перстня с чёрным камнем и дата: «16 октября».
- Очень интересно. Но совершенно не понятно. – пробормотал Селин, закрывая папку…