Испачканные простыни
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 56
Это прозвучало настолько решительно, что Хэган невольно повернул голову. Тэхён уже снимал свой пиджак со спинки стула.
— Вы пока примите душ. А я схожу домой и вернусь.
Хэган, провожавший его движения взглядом, высунул голову из-за морозильной камеры.
Тэхён, уже направлявшийся к выходу из кухни, замер и обернулся. Стоило их глазам встретиться, как последовал категоричный ответ:
— Да. Я не хочу кормить вас таким.
«Таким»? Хэган нахмурился, но Тэхён без колебаний развернулся и пошёл к выходу. Лишь перед тем, как закрыть за собой дверь, он добавил:
— Я скоро вернусь, так что идите в душ. Когда я позвоню в дверь, просто откройте.
Хэган простоял под тёплой водой довольно долго, но всё равно вышел из душа до того, как Тэхён позвонил в дверь. Взглянув на часы, он понял, что с момента ухода Тэхёна прошло около сорока минут.
Открыв дверь, Хэган принюхался. Судя по знакомому запаху мыла, Тэхён тоже успел помыться. Казалось, он принял душ совсем недавно, потому что, когда он прошёл мимо, Хэгана окутало волной тепла.
— Вы ведь ещё не принимали лекарство?
Хэган лишь неопределённо кивнул на этот уточняющий вопрос и закрыл дверь. Тэхён, который, побывав здесь один раз, уже уверенно направился прямиком на кухню и поставил на стол бумажный пакет. Похоже, он отказался от идеи готовить в пустом доме Хэгана и принёс всё с собой. Хэган подумал с некоторым раздражением, стоило ли так усердствовать, но в то же время ему стало любопытно, что же там внутри. Делая вид, что ему всё равно, он лениво подошёл и заглянул Тэхёну через плечо, но тут же опешил.
Он думал, что там будет от силы контейнер с супом, но из пакета один за другим появлялись свежие продукты. Яйца, рыба, тофу, куриная грудка, грейпфрут… Что это ещё за длинный овощ? Хэган растерянно гадал, уж не собирается ли тот готовить прямо сейчас, но Тэхён просто достал термос, налил в тарелку дымящуюся овощную кашу и подвинул её к нему.
Раз велят есть, придётся есть… С чувством неловкости Хэган взял ложку, но в итоге не выдержал и спросил:
Тэхён, убиравший продукты в холодильник, обернулся, держа в руке красный сладкий перец.
— А, это я вчера немного закупился.
«Какая, чёрт возьми, связь между вчерашними покупками и тем, что он складывает их в мой холодильник?» Должно быть, Тэхён уловил сомнение во взгляде Хэгана, который от удивления замер с ложкой в руке, но тот был полностью поглощён наполнением холодильника.
— Господин Хэган, продукты с истёкшим сроком годности выбросить?
Дверца холодильника закрылась лишь после того, как были выброшены полуфабрикаты, о покупке которых Хэган и сам не помнил, и помятый помидор. Тэхён, закатав рукава свитшота до самых локтей, неторопливо осмотрел кухню, и его взгляд наконец остановился на столе.
Обеспокоенный вопрос Тэхёна заставил Хэгана выйти из ступора.
Возразив, он принялся механически двигать ложкой. Лишь когда в тарелке осталась едва ли половина, он вспомнил, о чём хотел спросить Тэхёна. Стоило ему поднять голову, как их взгляды тут же встретились. Кажется, тот всё это время наблюдал, хорошо ли ест Хэган.
— Вы и для младшего брата так же старались?
Вопрос, похоже, застал Тэхёна врасплох, он лишь молча моргнул.
— Вот я и подумал, может, это вошло в привычку.
Пытаясь найти хоть какое-то объяснение, Хэган не мог придумать ничего другого. Даже для бывшего врача Тэхён был слишком уж привычен к заботе о ком-то и вкладывал в это чересчур много сил. Хэган предположил, что он так старательно ухаживает за больным, потому что уже делал это для кого-то раньше.
Овощная каша в тарелке почти закончилась. Хэган, избегая его взгляда, опустил глаза и положил ложку.
— ...Ну, не каждый станет поднимать такой переполох из-за чужой болезни.
Тем более, из-за обычной простуды.
Рука Хэгана, потянувшаяся к пакету с лекарствами на другом конце стола, была остановлена.
— Нет. Ничего подобного не было.
Тэхён сам придвинул пакет и начал по одному доставать лекарства.
— Когда мой брат сильно болел, я и сам был ещё ребёнком. Не в том возрасте, чтобы вот так за кем-то ухаживать. С тех пор он больше серьёзно не болел. И…
Тэхён говорил тихо и размеренно, но внезапно замолчал, погрузившись в глубокие раздумья. Молчание затянулось настолько, что даже Хэган, который потянулся было за водой, почувствовал неладное и посмотрел на него. Тэхён заговорил спустя некоторое время.
— Я не помню, чтобы когда-либо заботился о ком-то так долго, чтобы это могло войти в привычку, — Тэхён смотрел на стол, слегка нахмурив брови, и на его лице было незнакомое выражение. Такое, какое бывает у человека, не уверенного в правильности своих действий. Выражение задумчивости, совершенно не вязавшееся с тем Тэхёном, которого Хэган знал до сих пор.
Это замешательство передалось и Хэгану. Он несколько раз моргнул, и в этот момент его взгляд встретился с взглядом Тэхёна, который, казалось, закончил размышлять. Помолчав секунду, тот едва заметно улыбнулся.
— Выходит, вы первый, господин Хэган.
Хэган только что осознал, что слова «Тэхён» и «первый» странным образом несовместимы. Возможно, потому, что тот всё делал так умело, будто занимался этим с рождения, и Хэган ни разу не видел его в замешательстве. Но раз уж он сам так говорит, глупо было бы допытываться, правда ли это… Впрочем, Хэган не понимал, зачем нужно было говорить о том, что он ни разу ни за кем толком не ухаживал, в такой слащавой манере. У Хэгана совершенно не было иммунитета к подобному, поэтому в такие моменты он мог лишь нервно почесывать шею. А когда и это не помогало, начинал язвить, словно капризный ребёнок.
— Тогда и это в список запишите.
Судя по тому, с какой готовностью тот парировал, Тэхён привыкнет к колкостям Хэгана гораздо быстрее, чем Хэган научится справляться с этой неловкостью.
— Кстати, раз уж заговорили. Сколько всего пунктов в вашем списке?
В блокноте, который Тэхён ему однажды показывал, каждая страница была пронумерована. Он объяснил, что записывает туда всё, что хочет сделать, и присваивает номер каждой новой идее.
— Сначала я так не планировал, но как-то само собой получилось.
— И сколько из них вы уже сделали?
— А что будете делать, когда выполните все?
Звучало легкомысленно, но когда эти слова произносил улыбающийся Тэхён, они казались полными уверенности.
— Я начал вести этот блокнот, потому что не знал, с чего начать. Думаю, когда закончу со списком, то пойму, чего хочу на самом деле.
Это не казалось пустым хвастовством, ведь Хэган уже успел его немного узнать. «Да, о ком это я беспокоюсь». Хэган перевёл внимание на пакет с лекарствами.
Тэхён начал объяснять, указывая на каждую упаковку. Он разделил таблетки на те, что нужно выпить сейчас, и те, что принимать в зависимости от завтрашнего самочувствия. Хэган кивнул, показывая, что понял все инструкции и будет им следовать, но Тэхён почему-то не собирался уходить. Не выдержав, Хэган спросил:
— Вы же увидели, что я принял лекарство. Может, уже пойдёте?
Тэхён, собиравший упаковки обратно в пакет, поднял на него взгляд.
— А когда господин Минсон возвращается домой?
Просят уйти, а он вдруг задаёт совершенно неуместный вопрос. Хэган ответил с раздражением:
— Хён уже давно съехал и живёт отдельно.
Упрекать Тэхёна в том, что он этого не знал, было бы глупо — это случилось всего две недели назад. Тем не менее, в его голосе проскользнули недовольные нотки, вероятно, потому что сам факт отъезда Минсона был для него неприятен. Чем больше он об этом думал, тем сильнее злился. Не желая продолжать разговор, он махнул рукой и направился в спальню.
— Хватит об этом. Я иду спать, так что и вы идите. Перед уходом выпейте лекарство, если нужно. В такую погоду простудиться — то ещё удовольствие для всех.
Вместо ответа послышались шаги. «Кажется, понял», — подумал Хэган. Он остановился у двери в спальню, потому что ему показалось, будто шаги, которые должны были удаляться, наоборот, приближаются. Обернувшись, он нос к носу столкнулся с Тэхёном. Для человека, который только что поставил другого в неловкое положение своим внезапным действием, вид у него был на удивление невозмутимый. Хэган даже не знал, к чему придраться в первую очередь.
— Оставить вас одного, господин Хэган. Я волнуюсь, что ночью у вас может подняться температура и вам станет плохо.
Слова лились так гладко, будто были заготовлены заранее. Хэган опешил. Он и так пошёл на огромную уступку, впустив его в свой неубранный дом и смирившись со стыдом, а тот теперь собирается остаться на ночь.
Не успел он договорить свою гневную тираду, как между его губ что-то проскользнуло. Он тут же попытался это выплюнуть, но Тэхён придержал его подбородок, не давая этого сделать. Это движение, лишённое всяких колебаний, тоже было частью его плана. Голос, которым он объяснял всё вытаращившему на него глаза Хэгану, был абсолютно спокоен.
— Не выплёвывайте. Это градусник.
Точно, он помнил, что в пакете, кроме лекарств, было что-то ещё. Поскольку Тэхён ничего не сказал, Хэган решил, что это для него самого, и не обратил внимания. Кто бы мог подумать, что он собирался так внезапно сунуть этот градусник ему в рот. Пока Хэган пребывал в шоке от такого непредсказуемого поступка, измерение температуры закончилось. Тэхён отпустил его подбородок, посмотрел на термометр и поднёс его прямо к глазам Хэгана.
— …У меня тоже есть глаза, знаете ли.
Бурча себе под нос, он выхватил термометр и ещё раз взглянул. «37.9 — это высокая температура?» Он никогда об этом не задумывался, так что не знал. Если у него и поднималась температура, он просто жил с этим. Кто вообще обращает внимание на какие-то там 37.5 или 37.9? Главное, что не 40.
— По медицинским стандартам для взрослых высокая температура диагностируется от 38 градусов. Вы сейчас находитесь на пороге этого значения.
Профессиональный тон заставил Хэгана замолчать. Заметив сомнение в его глазах, Тэхён нанёс решающий удар:
— Позвольте мне остаться всего на одну ночь. Я уйду рано утром.
И, отрезая потерявшему дар речи Хэгану все пути к отступлению, добавил:
— Вы же сказали, что господин Минсон съехал. Та комната ведь пустует, не так ли?