Испачканные простыни. Глава 147
<предыдущая глава || следующая глава>
Возможно, все дело было в том, что он думал о необходимости закончить встречу хотя бы до семи. До начала матча оставалось совсем немного времени, и когда на экране высветилось имя Хэгана, у Тэхёна внутри все оборвалось. Хэган не стал бы звонить, не случись чего-то из ряда вон выходящего. За короткое мгновение в голове пронеслась тысяча мыслей.
— Честно говоря, ваше стремление свести к минимуму общение с прессой вызывает недоумение. В подобных случаях публика обычно…
— Секунду. Прошу прощения. Это... очень важный звонок, я обязан ответить. Я вас покину.
Адвокат средних лет, чья консультация обходилась в пятьсот долларов в час, недовольно нахмурился из-за внезапно прерванного разговора и поднял взгляд на Тэхёна. Тот ещё раз извиняюще кивнул. Юрист лишь пожал плечами и отложил ручку. В конце концов, если клиент по собственной инициативе тратит оплаченное время впустую, адвокату от этого никакого убытка. Наоборот, консультация затянется, а значит — принесет еще больше денег.
Самый модный ресторан в центре Лос-Анджелеса был переполнен, несмотря на довольно ранний час — всего пять вечера. Люди, потягивавшие коктейли в ожидании столика у входа, стилизованного под полутёмную пещеру, с любопытством косились на стремительно вылетевшего наружу Тэхёна.
Он замечал эти взгляды, но ему было плевать. Тэхён навалился плечом на массивную черную дверь, словно отрезавшую внутреннее пространство от внешнего мира, и с силой толкнул её. В лицо ударил уличный зной, резко контрастирующий с прохладой кондиционеров, и только тогда Тэхён, как ни парадоксально, смог нормально вдохнуть.
Отлично, здесь связь точно не оборвется.
— Хэган? У вас разве не тренировка сейчас? Что-то случилось?
Улицы в центре города в час пик казались ещё более безумными, чем обычно. Люди, так же как Тэхён, прижимающие к уху телефоны, галдящие стайки туристов, таксисты, высовывающиеся из окон машин в наглухо вставшей пробке и орущие что-то на непонятных языках.
В этом душном плавильном котле Тэхён вдруг остро осознал себя чужаком. Для человека, который всегда и везде чувствовал себя в своей тарелке, это было в новинку. Но, возможно, так и должно быть, когда стоишь на шумной улице, плотно зажав свободное ухо пальцем, лишь бы расслышать дыхание человека на другом конце света. Раньше он ничего не боялся, а теперь... теперь ему было страшно.
— ...Вам нечего мне сказать? — внезапно бросил эту фразу Хэган, после долгого молчания.
О чём именно он спрашивал — оставалось загадкой. С другой стороны, в этом был весь Хэган, абсолютно непредсказуемый. Тот самый человек, из-за которого пару дней назад Тэхён подскочил ни свет ни заря и схватился за телефон.
Тэхён сжал дрожащую левую руку в кулак. После визита к Минчолю два дня назад симптомы вернулись. Стараясь игнорировать эту предательскую дрожь — верный признак зашкаливающего напряжения, — он с силой втянул в лёгкие воздух, проталкивая наружу первые пришедшие на ум слова.
А те бесчисленные, кипящие где-то между сердцем и горлом слова, из-за которых он в последнее время лишился сна, так и остались невысказанными.
Знаешь, человек, которого ты всю жизнь считал братом и которому безоговорочно верил, прямо сейчас готовится предать тебя. И всё ради того, чтобы выполнить указку своего так называемого кровного брата, которого он нашел всего три года назад, наплевав на те пятнадцать лет, что вы провели вместе. Я даже не успел договорить, как адвокат оборвал меня на полуслове и спросил в лоб: так на кого мы подаем в суд?
Как думаешь, кто виноват больше? Чан Минсон, который поддался на уговоры старшего брата, или Чан Минчоль, который обвёл вокруг пальца своего глупого младшего братишку? Как ты их рассудишь?
Чем больше я пытаюсь распутать это дело за тебя, тем яснее понимаю: я не смогу сделать за тебя всё. В конце концов, осознать вину Минсона и решить, что с этим делать, предстоит именно тебе. Чтобы разрубить этот узел, мне неизбежно придется сделать тебе больно.
Именно это меня пугает. Только это.
— Так что порвите их сегодня всех на поле.
— И возвращайтесь ко мне поскорее.
Страшно осознавать, что при всем этом мое желание поскорее тебя увидеть — абсолютно искреннее.
Понятия не имею, как ты воспримешь всё это, когда вернешься после матча. Не знаю, как ты посмотришь на меня, когда я открою тебе правду. И всё равно чувствую себя идиотом, который не способен выдавить из себя ничего, кроме этой банальной фразы.
Тэхён беззвучно проговорил про себя название на розовой вывеске, скользнул взглядом по посетителям за панорамным окном и, выхватив в толпе знакомое лицо, шагнул внутрь. Место славилось лучшими свадебными тортами в округе, и заведение оправдывало свою репутацию: внутри было не протолкнуться от пар, пришедших на дегустацию перед свадьбой.
Издали Тэхён наблюдал за женщиной, которая с энтузиазмом что-то обсуждала с консультантом, и за Минсоном, безмолвно стоявшим рядом с ней, словно неприкаянный. Тэхён намеренно пропустил вперед несколько пар, и лишь когда Минсон с невестой направились к кассе, пристроился в конец очереди.
— Слышал? Торт номер три — хит продаж. Вкус классический, без излишеств, по-моему, отличный вариант.
— Ты вообще меня слушал? Я тут распинаюсь, а от тебя за всё время ни слова не добилась.
— Боже, как же с тобой тяжело. Ладно. Скажи на кассе, что мы берем его. Я отойду в уборную. Подержи сумку.
— Угу... иди, — с небольшой задержкой раздался поникший голос Минсона.
Выждав идеальный момент, Тэхён вынул руку из кармана. Бумажник, который он специально положил на самый край, без труда полетел на пол. Делая вид, что подбирает его, Тэхён отступил в сторону. Встретившись взглядом со стоящей позади парой, он виновато улыбнулся и жестом предложил им пройти вперед.
Он неторопливо поднял кошелек и снова встал в хвост очереди. Как и было задумано, их взгляды с Минсоном предельно естественно пересеклись. Вечно затравленные глаза Минсона при виде Тэхёна распахнулись от удивления. Чтобы развеять все сомнения, Тэхён снял солнцезащитные очки.
— О, Минсон. Неожиданная встреча.
Минсон, остолбеневший, словно увидел призрака, выдавил из себя неловкое приветствие. Тэхён сделал вид, что рассматривает интерьер кондитерской, давая ему время хоть как-то взять себя в руки.
Зрительный контакт длился всего мгновение, но для Минсона и это оказалось невыносимым — он опустил глаза. Его пальцы, выглядывающие из рукавов светло-голубого летнего пиджака (явно выбранного не им самим), нервно дернулись и тут же задеревенели.
— ...Ну... Не я, Наён выбрала.
И как только этот человек, не способный даже сказать, что они с будущей женой приняли решение вместе, умудрился заварить такую кашу?
Тэхён выдержал короткую паузу и переспросил, словно уточняя:
Тэхён уже собирался отвернуться, сводя на нет этот пустой разговор, как вдруг его взгляд зацепился за экран телефона в руке Минсона. Картинка была знакомой. Тэхён и сам смотрел это видео утром, поэтому узнал его мгновенно: интервью Хэгана после вчерашнего матча, в котором тот забил два гола. Тэхён непроизвольно уставился на Минсона.
Самой большой головной болью во всем этом деле было то, что Тэхён в упор не понимал мотивов Минсона.
Их с Хэганом связывало общее детство, и из-за своей неуклюжести и наивности Минсон всегда находился под безоговорочной защитой друга. Винить в этом одного лишь Хэгана было глупо: даже Тэхён, будучи абсолютно посторонним человеком, не мог заставить себя поверить, что эта непроходимая тупость — лишь притворство. Но одно не давало ему покоя.
Ладно, допустим, для Хэгана Минсон — это человек, которого он будет защищать в любой ситуации, даже если придётся пойти против всего мира. Но кем был Хэган для самого Минсона?
Было слишком много моментов, которые не вписывались в теорию о том, что он, подобно Минчолю, видит в Хэгане лишь дойную корову. Рядом с Хэганом он выглядел абсолютно расслабленным. Человек, который даже собственное выражение лица контролировать не умеет и палится на каждом шагу, просто не способен так виртуозно притворяться. Вопрос снова возвращался к исходной точке.
Что Хэган значит для Минсона? Неужели он настолько непроходимо туп, что готов так легко предать человека, который оберегал его всю жизнь? С чего вдруг такая слепая преданность родному брату?
— ...А вы... э-э... какими судьбами здесь?
Вопрос Минсона выдернул Тэхёна в реальность. Он моргнул, словно смахивая с ресниц остатки размышлений, и нацепил на лицо привычную, дежурную улыбку.
— Приехал за свадебным тортом для друга.
Минсон и так не блистал красноречием, а в присутствии Тэхёна и вовсе терялся. Стоило Тэхёну замолчать, как разговор тут же иссяк. Делая вид, что рассматривает витрину, Тэхён позволил Минсону помариноваться в неловком молчании ещё немного, а затем внезапно заговорил:
— Скажу по секрету: изначально мой друг вообще не планировал заказывать торт здесь. У них была бронь в другом месте... И торт они забрали ещё с утра пораньше.
Подчеркивая конфиденциальность, Тэхён резко понизил голос, чтобы никто вокруг не услышал. Минсон слегка отшатнулся, но всё же подался вперед. Выражение его лица стало настороженным. Тэхён продолжил полушёпотом:
— Но когда торт переносили на стол, его случайно испортили.
— Задняя часть прилично помялась. Её, конечно, можно было подправить, так что они даже думали просто повернуть торт целой стороной к гостям и сделать вид, что всё нормально. Но я послушал их и вызвался съездить за новым. Время ещё есть.
— Да и потом, как ни маскируй изъяны, если жених и невеста знают, что торт испорчен ещё до начала церемонии — осадок-то останется, верно?
Глаза Минсона, прикованные к лицу Тэхёна, испуганно забегали. Тэхён, не отрывая от него пристального взгляда, спросил:
Его кадык дернулся — так же медлительно и неуклюже, как и он сам.
— Считаете, нужно было оставить испорченный торт и продолжать как ни в чем не бывало?
— Вы бы так и поступили? Сделали бы вид, что ничего не произошло, обманывая всех вокруг... и самого себя?
Шея Минсона пошла красными пятнами. Сгорая от стыда, он переминался с ноги на ногу, не в силах выдавить ни звука. Но Тэхён не был Хэганом. Он не собирался жалеть его и отступать. Подобно режиссеру, холодно оценивающему игру актера в роли лицемера, он лишь внимательно следил за бегающим взглядом Минсона и прислушивался к его прерывистому дыханию.
— Но ведь это в любом случае ложь, разве нет?
В конце концов, Минсон так и не ответил — кассир крикнул, что подошла его очередь. Слегка вздрогнув, но с явным облегчением, Минсон поспешно метнулся к кассе. Тэхён не сводил с его спины цепкого взгляда.
Оформляя заказ, Минсон заколебался, словно порываясь обернуться, но Тэхён не стал его окликать, избавляя от мук выбора. Он просто проигнорировал его, подошел к другому сотруднику, назвал имя, на которое была оформлена бронь, и забрал огромную коробку.
Невеста Минсона всё ещё не вернулась. Переминаясь у двери и нервно поглядывая в окно, он бросил на приближающегося Тэхёна полный страха взгляд.
— Ну, Минсон, мне пора. Я бы с удовольствием дождался вашу невесту, чтобы поздороваться, но друг ждет.
Тэхён попрощался с ним как ни в чем не бывало.
Он даже улыбнулся в ответ побледневшему и отвесившему неуклюжий поклон Минсону. Толкнул плечом розовую дверь, и подвешенный над ней крошечный колокольчик издал приятный звон. Услышав его, Тэхён обернулся, словно внезапно о чем-то вспомнив:
— Говорят, у торта номер три ужасные бисквиты. Со временем они отмокают и превращаются в кашу. Когда друзья узнали, что я еду сюда, умоляли ни в коем случае его не брать.
— И пусть выбрала ваша невеста, но окончательное решение за вами. Думаю, вам стоит об этом знать.
Минсон, всё еще красный как рак, не проронил ни слова. Оставив его без ответа, Тэхён вышел из кондитерской. Как только дверь за ним закрылась, едва уловимая улыбка мгновенно исчезла с его губ.
Тэхён зашагал вдоль усеянной магазинами улицы, но вдруг резко остановился. Он даже немного подождал, но, как и в течение последних трех минут, ничего не произошло. И тогда он просто зашвырнул роскошный трехъярусный торт прямо в коробке в мусорный бак под знаком парковки. Сделал это, прекрасно зная, что Минсон наверняка провожает его взглядом со своим фирменным идиотским выражением лица.
Минсон сам растоптал свой последний шанс. Больше Тэхён жалеть его не станет.