Коррекция. Глава 51
< предыдущая глава || следующая глава >
Сухан едва успел поймать Чонмина, который пытался сбежать, и сунул ему в руку сложенный листок бумаги. На нем был записан номер телефона.
Чонмин, взглянув на записку, нахмурился, но ничего не спросил.
Только тогда Чонмин поднял взгляд на Сухана.
Чонмин не спросил «почему», но Сухан, казалось, только и ждал возможности объяснить:
— Я порвал со всеми омегами, которых знал до этого. Теперь в моем телефоне только родители, ты, Суын и несколько университетских друзей. И, разумеется, среди них нет ни одного омеги.
— Это значит, что все только начинается. Похоже, ты никак не можешь поверить в искренность моих чувств, так что я буду доказывать тебе это, шаг за шагом.
— Я же просил звать меня «хён».
Теперь настала очередь Сухана растеряться.
— Искренни вы или нет, сонбэ, для меня это не имеет значения. Я не встречаюсь с альфами.
— ...Вы спрашиваете, потому что не знаете? В конечном счете, альфы всегда выбирают омег. Их сладкий, манящий, дарующий успокоение феромон! У меня такого феромона нет. Посмотрите. Вы что, не чувствуете, какие у меня сейчас феромоны?
Не почувствовать было невозможно. С самого начала разговора Чонмин источал мощный феромон альфы. Сухан с новой силой осознал, что Чонмин — альфа. Прежде он никогда не позволял себе так откровенно высвобождать свой феромон.
Сильный феромон, способный защитить и обнять омегу.
— В конце концов, сонбэ, окажись перед вами человек с точно таким же лицом, как у меня, но будь он омегой, вы бы выбрали его. Зачем мне ввязываться в такую рискованную игру?
Едва услышав эти слова, Сухан схватил Чонмина за воротник. Напряжение между ними, казалось, можно было резать ножом.
— Думаешь, я не был в такой ситуации? У тебя же есть близнец. Твой брат — омега, и у него такое же лицо, как у тебя. Но разве я хоть раз сказал, что он мне нравится?
По правде говоря, Сухан был прав. Он ни разу даже взгляда не бросил на Ёнмина. Напротив, при виде него он лишь демонстрировал раздражение и досаду.
— Это потому! Вы же толком и не видели его! Поэтому вы так и говорите.
Чонмин мучительно зажмурился. Казалось бы, столкнувшись с таким яростным отпором, Сухан должен был отступить, но он лишь распалялся все сильнее. Причина была проста. В какой-то момент он осознал: Чонмин отталкивает его не из-за ненависти, а из-за страха.
— Кто такой Ю Шину? — Сухан произнес имя, которое так долго не давало ему покоя. В тот же миг Чонмин перестал дрожать и, мертвенно побледнев, уставился на него.
— Сон... бэ, откуда вы знаете это имя?
— Ты разве не знаешь, что зовешь его по имени каждый раз, как напьешься?
Чонмин зажал рот рукой и, пошатнувшись, оперся о стену. Он готов был сползти на пол. Сухан протянул руку, чтобы поддержать его, но Чонмин резким движением отбил ее, словно спасаясь от прикосновения чего-то мерзкого.
— Не может быть. Этого не может быть.
— Я знаю это имя уже несколько месяцев. Ты зовешь его каждый раз, стоит тебе выпить. Разве я мог не заметить?
О боже! Чонмин крепко зажмурился.
— Верно. Не касается. Но если это и есть причина, по которой ты не принимаешь мои чувства, тогда дело меняется.
— Ю Шину — альфа, и ты — альфа. Ты любил его... но он не смог этого принять и ушел. Вот к какому выводу я пришел.
Чонмин молчал, прислонившись к стене и пряча взгляд. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он не мог поверить, что совершил такую глупость.
Я думал, что давно его забыл, и все это время звал его имя в пьяном бреду?
Чонмину стало противно от собственной глупости.
— Да. Ваши догадки верны, сонбэ. Но я полюбил его не за то, что он альфа. Я... я просто его полюбил. Но у нас не сложилось. Такое ведь случается, правда? В любви, в отношениях... Люди расстаются, потом находят кого-то еще... Шину-хён... он больше не имеет для меня большого значения.
Но его глаза, говорившие это, выглядели печальными и измученными. Сухан, глядя на него, тяжело вздохнул.
Не может быть. Ты, должно быть, очень сильно его любил. Настолько сильно, что готов был пойти на все, чтобы помочь Суын...
Теперь все сходится. Я всегда задавался вопросом, почему он с такой готовностью взялся помогать Суын. Он просто проецировал на нее себя. Он сам не смог добиться своего, поэтому так отчаянно старался, чтобы хотя бы Суын смогла быть счастлива.
Теперь понятен и его страх. И то, почему он не верит в мою любовь».
Чжи Сухан вдруг возненавидел этого альфу, Ю Шину, которого он даже никогда не видел.
Я должен был встретить его первым. Тогда бы я любил его и никогда не причинил бы ему такой боли.
— Я чувствую то же самое. Я люблю тебя не потому, что ты альфа. Я... Я люблю человека по имени Шин Чонмин.
Дрожащий голос Сухана по капле проникал Чонмину в самое сердце.
Нельзя, — твердил он себе, но в душе уже зарождалась предательская надежда. — Нет. Нельзя. Эти чувства... они мне не дозволены. Я не хочу снова ступать на этот мучительный путь.
Чонмину отчаянно хотелось сбежать. Умчаться туда, где нет Чжи Сухана. Скорее, пока тот не успел взломать наглухо запертую дверь его души.
Чонмин оттолкнул Чжи Сухана и бросился к выходу, но тот успел его перехватить.
— Посмотри на меня! Не на Ю Шину, а на меня! Неужели ты не можешь дать мне шанс? Я клянусь, я все сделаю правильно.
— Я же сказал, я не омега! Я не могу родить ребенка! И не могу создать истинную связь и быть запечатленным! Разве не поэтому вы сами спали с омегами?
— Это была моя ошибка. Мне следовало раньше во всем признаться. Но теперь все будет не так. Я больше никогда так не поступлю.
— Сонбэ... Спать с омегами — это не преступление. Вы альфа, это естественно. Но проблема в другом... Посмотрите на Суын. Она не может вслух признаться в любви человеку, которого любит. Даже несмотря на то, как они близки! А мы с вами? И так ясно, чем все кончится. Это будет мучительный путь. Так что очнитесь, прошу вас!
— Шин Чонмин! Это ты очнись и выслушай меня!
Чонмин снова попытался его оттолкнуть, и Чжи Сухан окончательно потерял терпение.
— Слушай внимательно. Я знаю, что ты альфа! И я мучился из-за этого. Мучился так, как ты и представить не можешь. Еще бы! Ты альфа, и я альфа! Черт побери! Но что я могу поделать? Чем больше я думаю, тем сильнее меня влечет к тебе, к твоей этой... правильности. Я ревную и прихожу в ярость, вспоминая того альфу, что завладел твоим сердцем... И да, твой феромон? Не знаю, какого ответа ты ждешь, но для меня твой феромон слаще, чем феромон доминантного омеги во время течки.
Сухан, не выпуская воротника, притянул Чонмина вплотную к себе. Их тела полностью соприкоснулись. Ощутив твердое возбуждение Сухана, Чонмин вздрогнул, его зрачки расширились.
Чонмин в панике попытался оттолкнуть его, но Сухан дернул его на себя и впился в его губы. Чонмин отчаянно сопротивлялся, сжимая губы, но Сухан силой заставил их раскрыться. Ноги у них запутались, и Чонмин, потеряв равновесие, осел на пол.
Сухан рухнул следом, не прерывая глубокого поцелуя. Лишь когда феромон Чонмина наконец оказался полностью поглощен феромоном Сухана, рука, державшая его за воротник, разжалась, и Сухан мягко привлек его к себе.
Они долго целовались, обмениваясь своим жаром. Резкие феромоны, до этого столкнувшиеся в противоборстве, слегка смягчились, но все еще отторгали друг друга. Впрочем, это касалось только феромонов. Сухан нежно погладил Чонмина по щеке.
— Ты — стопроцентный альфа. У нас с тобой почти одинаковый рост, ты много тренируешься, у тебя прекрасно развита мускулатура... и, что важнее всего, ты сильный. Я много раз видел, как ты в больнице помогал омегам, попавшим в затруднительное положение. Ты выглядел очень надежным. И именно такой ты мне нравишься, Чонмин-а.
— Я же просил звать меня «хён».
Чонмин несмело, но крепко вцепился в край одежды Сухана.
— Я... я до сих пор не знаю... Понимаю, это глупо, но у меня уже был... опыт. Я ничего не могу поделать со своим страхом.
— Я знаю. Но я очень постараюсь, чтобы тебе больше не было страшно. Поэтому... и ты, пожалуйста, постарайся полюбить меня.
Чонмин не мог с ходу пообещать ему это. Да и Чжи Сухан, вероятно, не ждал немедленного ответа. Чонмин крепко зажмурился, ощущая их феромоны, которые отчаянно отказывались смешиваться. Он был уверен, что в их истории счастливого конца быть не может, но сердце, уже сдвинувшееся с мертвой точки, было готово рвануть вперед, навстречу чему-то новому.
Шину не принял его, потому что он был альфой. Тогда Чонмин отчаянно хотел стать омегой. Но Сухан говорит, что любит его, несмотря на то, что он альфа. Быть может, это... чуть ближе к свету? Если ему больше не придется подавлять себя, если он сможет принять ситуацию такой, какая она есть, и быть вместе с ним... Ему хотелось верить, что это и есть счастливый конец.