Провести черту 

<предыдущая глава следующая глава>

Глава 24. Боевая единица (2.6)

Когда Хион, посидев несколько минут в конференц-зале, вошёл в свой кабинет, он заметил Хейвена и его заместителя Лиама. «Интересно, они слышали разговор? Впрочем, даже если и слышали, ничего страшного».

Вернувшись на свое место, Хион открыл ящик стола, достал успокоительное и сунул его в карман. Несмотря на то, что во время тренировок в горах ему удавалось хорошо высыпаться, сейчас ему хотелось долгого сна, даже если придется прибегнуть к помощи инъекции. Хотелось забыться сном, чтобы сбежать от гнетущей пустоты.

— Вы плохо себя чувствуете? — обратился к нему Лиам. Он, кажется, заметил ампулу с препаратом, которую Хион достал из коробки.

— А, ничего серьезного. Это просто витамины.

Лиам с его четкими, выразительными чертами лица вполне мог бы сойти за красавца, если бы не находился рядом с Хейвеном. Жаль. Хион машинально сжал в кармане ампулу с препаратом.

— Вы плохо спите?

— Да, это немного заметно, правда? Я в знаю.

Лиам производил впечатление спокойного и собранного человека. Несмотря на то что Хион уверял его, что всё в порядке, Лиам снова осторожно поинтересовался его самочувствием. Обычно Хион довольно резко пресекал интерес и расспросы окружающих, но на этот раз он ответил более мягко. Причина этому — недовольное выражение лица Хейвена, который сидел за соседним столом.

Щелк.

Пока Лиам и Хион пытались найти нужные слова, дверь открылась, и в кабинет вошёл Шед. С серьёзным выражением лица он оглядел офис, затем встал в центре кабинета и начал говорить.

— Отлично, все на месте. Только что пришел приказ из штаба. Похоже, как только наступит новый день, нам надо будет выдвигаться.

* * *

Небо заволокло тяжелой, влажной дымкой. Ш-ш-ш... Ливень обрушился внезапно, словно хлестал по телу, заставляя двух людей броситься бежать. Плюх-плюх. Их шаги громко топали по лужам, а в ушах, словно эхо, звучал тоскливый, навевающий грусть звук.

— Наш учитель реально раздражает.

— И меня.

— А тебя почему?

— Потому что он раздражает тебя.

Смех одного человека в конце концов заставил улыбнуться другого в ответ. Под карнизом старого здания один человек присел, и другой сел рядом с ним.

— Запах дождя такой приятный.

— И мне нравится.

— Тебе тоже? Почему?

— Потому что он нравится тебе.

Когда разговор закончился, двое людей снова разразились весёлым смехом. Их смех был настолько громким, что не терялся среди яростных раскатов дождя, а, наоборот, эхом разносился по округе.

Зелёные сорняки, пробивающиеся из земли, были безжалостно затоптаны их обувью. Чёрные дождевые тучи, которые закрыли солнце, быстро рассеялись. И пока снова не выглянуло солнце, двое людей, сидя под навесом, продолжали смеяться, выжимая мокрую одежду.

Тук-тук.

Когда Хион вошёл в комнату, он сразу же сделал укол в руку и заснул. Однако он легко проснулся от короткого стука. «А, был ли он действительно коротким? Сколько времени прошло?» Он словно снова мог ощутить запах дождя, но не мог вспомнить ничего, кроме того, что было очень влажно. Этот сон тоже был чужим, принадлежавшим незнакомцу. Большинство Мендеров говорили, что это совершенно иное ощущение, чем когда они видят чьи-то воспоминания напрямую, и что в чужых снах они часто чувствуют беспомощность.

Однако Хион был другим. Чьи бы сны он ни заимствовал, он не испытывал чувство беспомощности. Иногда он пробовал конфеты, которые казались ему божественно вкусными, или переживал погодные условия, которых никогда раньше не испытывал. Иногда Хион думал, что это может быть даже приятно, если бы не усталость. Словно прогоняя туманное действие наркотика, расфокусированный взгляд Хиона на мгновение скользнул по пустоте.

Он потерял деньги. Единственный след того, что он когда-либо зарабатывал этим на жизнь, исчез. Очнувшись от действия лекарства, его захлестнули чувство пустоты и опустошения, и взгляд бессмысленно уставился на потолочный светильник.

Тук-тук.

Хион, наконец, сфокусировал взгляд на звуке и поднялся.

— ...Кто там?

В его временном новом доме не было ни бытовой техники, ни телевизора, ни даже помидоров. Сидя на одиноком матрасе в центре гостиной, Хион сделал глоток воды, потер лоб, чтобы прийти в себя, и хриплым голосом задал вопрос. Затем он направился к двери, его шаги все еще были медленными из-за действия лекарства.

— Твой бывший сексуальный партнёр.

Хион застыл, сделал шаг, потом посмотрел на часы и, выдохнув через нос, открыл дверь.

— Я... не думал, что уже так поздно.

Когда Хион открыл дверь, перед ним стоял Хейвен, одетый в повседневную одежду. Было три часа ночи, и до назначенного времени оставалось совсем немного времени. Вероятно, Хейвен подумал, что Хион ещё не проснулся.

Холодный предрассветный ветер обжигал щеки Хиона, но даже это не могло прогнать его туманную сонливость. Наконец, он отошёл в сторону, словно приглашая Хейвена войти. В конце концов, это был не его дом, и в нём почти ничего не было.

— Я ещё вещи не собрал.

Хион провёл пальцами по растрёпанным волосам, которые взъерошил ночной ветер, но в голове всё равно царила пустота. Упрекнув себя за то, что вчера не собрал вещи, а сначала принял лекарство, Хион открыл свой белый рюкзак. Так как всё сгорело в пожаре, включая гардероб Хиона, одежда, которую принёс Шед, бессистемно лежала на полу.

«Что еще нужно собрать? Есть ли что-то важное?» Хион, чей ум был затуманен, внезапно понял, что Хейвен не сказал ни слова, войдя в дом. Иногда он говорил вежливо и обходительно, а иногда молчал, пока Хион не начинал разговор. Но на этот раз Хион был слишком занят, чтобы заговорить с ним.

Ещё недавно его вещей было бы явно недостаточно для одного рюкзака. Только денег в шкафу хватило бы, чтобы заполнить целый чемодан. А теперь весь его мир умещался в одном рюкзаке. Сидя на краю матраса, Хион застегнул молнию и, на секунду застыл, бездумно глядя в пустоту.

— Чёрт! Ты меня напугал!

В поле зрения Хиона, где раньше был только потолок, теперь оказалось его лицо. В его глазах отчетливо отражался оливковый оттенок. Зеленые глаза — редкость. По крайней мере, Хион видел такие впервые. Когда они занимались сексом, этот яркий и четкий оттенок в его глазах очень нравился Хиону.

Это, конечно, не зависело от того, нравится ли ему сам человек, но, тем не менее, не зря внешность Хейвена соответствовала вкусу Хиона. Вместо того чтобы как обычно улыбнуться, Хейвен слегка взял Хиона за подбородок и осмотрел его, а затем взял его руку и закатал рукав. Следы от укола на его белом запястье были все еще яркими.

— Это не витамины.

Шурх.

На плечи Хиона легла тёплая куртка. Неизвестно, из чего была она была сделана, но тепло распространялось по всему телу. Хейвен, севший напротив Хиона, который все еще был без сил, помог ему надеть куртку, молча проталкивая руки Хиона в рукава. Подняв молнию до самого верха, Хион стал выглядеть так, словно был готов к суровой зиме

— …Это витамины.

— Капитан, присядь. Думаю, минут пять у нас есть.

Ответ Хиона на слова Хейвена прозвучал с заметной паузой.

— Капитан, говоришь.

— Тогда, может, звать тебя Ноа?

— Называй капитаном, как обычно.

Хотя после слов Хиона последовала долгая пауза, Хейвен ответил, словно это был обычный разговор. Когда Хейвен встал и посмотрел на растрепанное одеяло, Хион медленно посмотрел на часы, затем потер тяжелые веки ладонью.

— И снова мы вдвоем.

Хиону показалось, что он слышит этот низкий голос, обращенный в никуда, но ничего не ответил. Проблема была в этом чертовом препарате: казалось, он утягивает тело куда-то на дно. Неприятное ощущение. Будто нет никакой возможности выбраться. Хион, уткнувшись лицом вниз, лишь тер лицо руками, пока перед ним вдруг не возникла кружка с горячим напитком, от которой шел легкий пар.

— Пей.

Однако Хион не взял кружку, а лишь поднял голову. За окном всё ещё стояла тёмная ночь, и Хейвен, стоя спиной к единственному тусклому источнику света на потолке, словно был окутан тенью.

Помедлив, Хион все же взял кружку. Пропустив большой палец в кольцо ручки, он обхватил горячую поверхность ладонью и сделал пару глотков. Напиток был теплым, но вместо того, чтобы прийти в себя, Хион подумал, что сейчас вполне может снова уснуть.

В то время мужчина напротив продолжал молча наблюдать за ним. Легкий аромат чая был ему незнаком. «Тот, что был до этого, наверняка уже кончился. Значит, Хейвен принес новый?» Сделав еще несколько глотков, Хион немного встряхнул головой и поставил кружку на стол.

— Допей всё.

Хион снова посмотрел на Хейвена, но его лицо оставалось скрытым в тени. Вглядываясь, Хион вдруг подумал, что может, дело не в тени, а в том, что на лице Хейвена просто нет никакого выражения?

— Зачем?

— Еще несколько глотков.

Кажется, Хейвен наконец-то слегка улыбнулся. По крайней мере, Хион так подумал. Сделав ещё пару глотков, как велел ему Хейвен, Хион свернулся калачиком на матрасе. Он хотел лечь, не думать ни о чём и просто лежать. Опустив голову, он положил её на колени.

Внезапно на лбу Хиона оказалась тёплая рука. Рука Хейвена, придерживающая его лоб, была настолько велика, что накрывала его брови и веки, но для Хиона это было хорошо.

Понимая, что он выглядит изможденным, Хион ожидал, что Хейвен, возможно, отпустит какую-нибудь двусмысленную шутку про секс, но мужчина просто продолжал поддерживать его голову. То, что он, обычно такой настойчивый, не предпринимал никаких других попыток сблизиться, давало Хиону странное чувство облегчения. Это было странно.

Хион некоторое время сидел с закрытыми глазами, прежде чем наконец пришёл в себя и встал. Возможно, в чае был кофеин, или это было из-за Хейвена, но Хион ощущал, как постепенно выходит из состояния лёгкой полудрёмы. Он надавил пальцами на шею и поднялся.

— Пойдем.

Хион поднял рюкзак с пола и небрежно закинул его на одно плечо. Следом поднявшийся Хейвен встал перед ним, словно намеренно преграждая дорогу, и молча смотрел ему в лицо. «Вот черт, это именно то лицо, которое мне нравится.» Даже в этот момент Хион не мог не подумать об этом, а Хейвен, казалось, уже что-то решил, слегка кивнул головой. Когда Хион вышел за дверь, которую тот любезно придержал, прохладный ветер приятно коснулся его щеки.

<предыдущая глава следующая глава>

Оглавление