Коррекция. Глава 31
< предыдущая глава || следующая глава >
Его тело было тяжёлым, но вместе с тем ощущалась странная лёгкость, поэтому Шину без труда приподнял веки. Он сел и огляделся, пытаясь понять, что происходит. В дверном проёме валялись пустые бутылки, а пьяные сонбэ спали вповалку, полностью отключившись. Среди них был его одногруппник, который и вовсе уткнулся лицом в собственную рвоту.
Похоже, он пил всё, что наливали ему сонбэ, пока не отключился прямо здесь.
К счастью, ему удалось занять удачное место — в комнате, где он очнулся, больше никого не было. Он был укрыт тонким одеялом, а одежда на нём была та же, что и вчера. Шину осмотрелся, пытаясь понять, не натворил ли он чего, но в комнате было тихо и пусто.
Несмотря на то, что это была выпивка, которой угощали старшие, он, похоже, выпил слишком много. Он не из тех, кто много пьёт, но вчера почему-то алкоголь шёл легко. Причину он знал без слов.
Он приехал сюда, чтобы отбросить всё, но вновь осознал, как по-идиотски цепляется за Ёнмина… Когда он в очередной раз убедился, что никогда не сможет избавиться от этих чувств, он попытался заглушить отчаяние алкоголем, прежде чем окончательно сломаться от собственного ничтожества. Это и стало ошибкой — часть воспоминаний будто вырезали из плёнки.
Схватившись за ноющую голову, Шину сделал глубокий вдох и замер.
Он отчётливо почувствовал на себе феромоны Ёнмина, и в них, до тошноты смешавшись с его собственным запахом, чувствовался ещё один, едва уловимый аромат. И в тот же миг в голове прокрутился вырезанный из плёнки кадр. Сцена, которая не являлась ему даже в самых смелых снах, показалась такой реальной, что Шину вскочил на ноги. Неужели!..
Он выбежал из комнаты в поисках обладателя феромона, но его нигде не было. Отталкивая сонбэ и одногруппников, которые пытались его остановить, он в панике искал Ёнмина, пока не наткнулся на Чонмина, убиравшего мусор.
— А, хён… Хорошо спалось? — с улыбкой поприветствовал его Чонмин.
Шину схватил его за плечи, и улыбка тут же исчезла с лица Чонмина.
— А, Ён… Ёнмина… Ёнмин… Я вчера вызвал ему такси и отправил домой. У него течка…
— Да, я всё время был с ним. Он такой непослушный. Когда-нибудь это доведёт его до беды. Надо бы с ним серьёзно поговорить.
— Т-тогда получается, я с Ёнмином не встречался?
— Нет, конечно. Я же говорю, я постоянно был рядом.
— Понятно… — Шину выдохнул, с облегчением или нет, он и сам не понял, и провёл рукой по волосам. Наблюдая за ним Чонмин протянул ему бутылку прохладной воды, которую приготовил для себя.
— Хён, ты вчера, кажется, перебрал. Отдохни. Я закончу с уборкой и тоже пойду.
Чонмин молча смотрел, как Шину бредёт обратно в комнату. Его руки начали дрожать. Как только Шину скрылся из виду, Чонмин бросился в туалет, рывком поднял крышку унитаза и согнулся пополам.
Его стошнило. Он ничего не ел, но всё его тело содрогалось в приступе отторжения. Для альфы быть «объезженным» другим альфой, вызвало не только сильнейшее физиологическое отвращение, но и нанесло огромную психологическую травму.
Пусть это и был тот, кого он любит, но он был альфой, который овладел им, подчинил себе. Отвращение и психологический шок от этого терзали Чонмина.
После долгого приступа рвоты Чонмин выпрямился и вдруг почувствовал влагу между ног. Осторожно стянув брюки, он увидел алую кровь. Из-за узла Шину где-то внутри образовалась рана, и теперь оттуда понемногу сочилась кровь. Он уже подложил салфетки, но их нужно было сменить.
— …Нельзя, — разрывая туалетную бумагу, он заплакал. Сколько бы он ни твердил себе не плакать, слёзы лились сами собой.
Хорошо, что Шину ничего не помнит. Нет, как же мучительно, что он ничего не помнит.
Эти два чувства яростно боролись в душе Чонмина.
Но если Шину вспомнит и испытает такое же отвращение, как и я, то это будет ещё больнее. Так что лучше уж пусть не помнит.
Пытаясь мыслить позитивно, Чонмин нажал на смыв. Он молился, чтобы всё это исчезло, словно ничего и не было.
После той студенческой поездки время текло спокойно. Словно затишье перед бурей.
— Ты знаешь, что мама с папой сейчас ищут тебе кандидата для помолвки?
— Хотя нет. Точнее, устраивают смотрины. Говорят, от желающих обручиться с тобой нет отбоя. Из-за этого, представляешь, у них на меня совсем времени не остаётся! У мамы с папой.
Похоже, это и вправду было затишье перед бурей. Чонмин со вздохом закрыл книгу.
— Сказали, что обручат тебя сразу после выпуска.
— …Этого не будет. И я поговорю с родителями. Попрошу их больше внимания уделять тебе, а не мне.
Ёнмин, довольный ответом Чонмина, широко улыбнулся, воскликнул:
— Хён, ты лучший! — и крепко обнял брата. Сладкий, приятный феромон омеги окутал Чонмина.
Для Чонмина этот запах, несмотря на то, что это был феромон брата, был предметом зависти, жгучей, невыносимой зависти… Это ничтожное чувство держало его в своих тисках и управляло им. И так, наверное, будет всю жизнь.
Он спускался вниз, чтобы сказать родителям, что пока не думает ни о чём подобном и чтобы они прекратили поиски, как вдруг увидел неожиданного гостя.
Ёнмин, следовавший за Чонмином выглянул из-за его плеча, узнал незваного гостя и тут же сбежал по лестнице, чтобы поздороваться.
Просто поразительно, как они оба могут так обыденно общаться после того, что случилось в медпункте.
Чонмин хотел было вернуться в свою комнату, но мать поманила его рукой, и ему ничего не оставалось, кроме как спуститься.
Сегодня был выходной, но даже если бы и не был, Ким Джухвану нечего было делать в их доме. Если бы он пришёл с родителями, это было бы ещё понятно, но сегодня он был один, что вызывало ещё большее недоумение.
— Ну что ты так говоришь, Джухван ведь в гости пришёл. Мог бы хоть поздороваться для начала, — упрекнула его мать, и Чонмин тяжело вздохнул.
— Мам, у Чонмина сейчас плохое настроение.
— Он расстроился, когда узнал, что вы с папой подыскиваете ему пару для брака. Вот и спустился, чтобы высказать вам всё.
Хоть это и правда, но зачем же так прямолинейно? Чонмин снова вздохнул.
— Ох, не волнуйся. Мы с папой найдём тебе хорошего человека. И никто не говорит, что нужно жениться сразу. Просто встретишься, и если человек тебе понравится, можно будет объявить о помолвке. А если нет — найдём другого. Это не принуждение. Просто ты ни с кем не встречаешься, вот мы и беспокоимся.
Мать крепко сжала его руку. Разумеется, ни она, ни отец не знали, что у него было несколько омег и он даже пытался строить с ними отношения. Не было нужды им рассказывать, да и отношения те не заходили так далеко, чтобы о них объявлять.
Но что важнее, обсуждать всё это здесь… а точнее, в присутствии Ким Джухвана, было как-то странно и неловко. Возможно, из-за его взгляда.
— Давайте поговорим об этом позже, мама. Думаю, сначала стоит уделить внимание гостю.
— Ох, прости, совсем я растерялась. Извини, Джухван-а.
— Ничего страшного. Я случайно подслушал ваш разговор, и, возможно, моё предложение поможет немного облегчить ваши заботы.
— Я пришёл, чтобы передать это, — и он положил конверт прямо перед Чонмином.
— А что это? — полюбопытствовал стоявший рядом Ёнмин.
— Немного неловко признаться, но отец решил с опозданием устроить вечеринку в честь моего поступления в университет и дня рождения. Она пройдёт в приватном зале отеля «Каллас».
— Ого, вот это да! — ахнул Ёнмин.
Приватные залы в «Калласе», отеле международной сети, были недоступны для аренды или проживания никому, кроме политических и деловых деятелей мирового уровня. Никто, кроме посвящённых, не знал, что там происходит и кто его посещает. Недаром говорили, что земля, на которой стоит отель, — это не территория Кореи, а земля американской штаб-квартиры.
— Я пригласил много людей. Кто знает, может, там сонбэ встретят свою судьбу.
Под «многими людьми» он, конечно же, подразумевает альф и омег. Чонмин почувствовал недоброе и не спешил брать приглашение.
— А мне тоже можно пойти? — с блеском в глазах спросил Ёнмин.
— Класс! Чонмин-а! Пойдём! — Ёнмин потянул брата за руку, упрашивая его.
Но Чонмин всё равно не мог принять приглашение. Он не хотел ни поздравлять Ким Джухвана с днём рождения, ни тем более идти на его вечеринку.
— Кстати, не знаю, получил ли председатель то, что мой отец отправил ему на днях, — как бы невзначай бросил Джухван, глядя на мать близнецов.
Женщина на мгновение задумалась, а затем её лицо просияло.
— Конечно! Твой отец очень помог председателю, он оказал ему огромную услугу. В этот раз мы чуть не попали в опасную ситуацию.
— Рад это слышать, — Ким Джухван улыбался женщине, но его взгляд был прикован к Чонмину.
Ха, так вот как ты решил поступить?
Чонмин, со скрежетом стиснув зубы, выхватил приглашение из его рук, крепко сжал его и вернулся в свою комнату.