Моря здесь нет. Глава 4. Океаны (4)
Комната с окном размером с ладонь находилась в общежитии для сотрудников клуба и была настолько крошечной, что в ней едва помещался один человек. Однако иметь собственную «одиночку» уже считалось невероятной удачей. Остальные работники спали вповалку в большой комнате, укрываясь одинаковыми казенными одеялами, — о личных кроватях не шло и речи.
Поначалу я тоже спал вместе со всеми, но из-за ублюдков, которые по ночам распускали руки, меня переселили. Точнее, я не стал терпеть, и после пары устроенных мной разборок меня изолировали в принудительном порядке. Босс заявил, что впервые видит такого долбанутого психа, но увольнять не стал — просто запер в этой клетушке.
Любого другого на моем месте вышвырнули бы за дверь. Но босс, видимо, испугался, что в общей комнате со мной что-нибудь случится. Что эти твари, живущие хуже собак, попортят товарный вид «продукта» или пустят по кругу, превратив в половую тряпку.
Кто-то скажет, что мне повезло. Уж лучше так, чем каждую ночь отбиваться от похотливых животных, а по утрам просыпаться перепачканным чужой спермой. Даже общая комната была куда комфортнее подворотен, по которым я скитался в детстве, но для меня иногда подворотни казались милее.
Когда я лежу под драным одеялом и смотрю в распахнутое настежь окно. Когда закрываю глаза и начинаю задыхаться, поэтому не могу даже выключить свет и цепляюсь взглядом за крошечный прямоугольник ночного неба, жадно вдыхая свежий воздух.
Четыре глухие стены неизменно возвращали меня к воспоминаниям о том тесном ящике, где я прятался, боясь дышать. В тот день, когда весь мой мир рухнул, мне пришлось расстаться с человеком, который был со мной всегда. Перед тем как закрыть крышку, женщина успела прошептать напоследок:
В ее отчаянном шепоте таился двойной смысл: не попадись на глаза тем, кто ищет, и не выдай, кто ты такой. Эти слова сковали меня, как проклятие, а последнее ее напутствие прозвучало как суровое предостережение.
Слезы, застывшие в её синих глазах, были последним, что я увидел. Слезы, упавшие мне на губы, были солеными, как море, а в ящике, отрезавшем меня от всего мира, не было ни капли воды, ни луча света. Когда из-за нехватки кислорода я потерял сознание, пришлось бросить все силы на то, чтобы не захлебнуться рвотой от бесконечной тряски.
«Говорят, видели кого-то похожего на окраине города».
Неужели она и правда там? Хотелось сорваться с места прямо сейчас, но, к сожалению, я не мог просто так выйти на улицу. Работникам «Океанов» запрещалось покидать клуб без разрешения босса.
«Больше ничего не скажу, но то, что глаза синие — это точно».
Информация, которую я получил в обмен на поцелуй, была тем, что я так настойчиво пытался узнать у Тео в течение последнего года. Узнав, что он из банды, я ухватился за него, как за соломинку, и начал покупать у него сведения. Сначала я сомневался, но после того, как он несколько раз находил голубоглазых женщин, у меня появилась надежда.
Рано или поздно я ее найду. Я с самого начала понимал, что это будет непросто, поэтому ложные следы меня не огорчали. Я поставил на кон всю свою жизнь, чтобы найти этого человека, и сдаваться сейчас точно не собирался.
«Но зачем ты ее вообще ищешь?»
Я не мог объяснить, кем мы приходились друг другу, поэтому отделался расплывчатым ответом — мол, мы же договаривались без лишних вопросов. К счастью, Тео спрашивал без особого любопытства и быстро отстал. Будь он настырнее, я бы никогда не доверил ему поиски.
Цепочка мыслей привела меня к другому воспоминанию: ребенок, задающий этот вопрос. Его глаза, отливающие золотом, казались воплощением чистоты, но слова, которые он произносил, звучали высокомерно.
И это при том, что он был на голову ниже меня. С каким же естественным превосходством он смотрел свысока! Меня это даже не раздражало, скорее удивляло, а следующий его вопрос и вовсе застал врасплох:
«Что сделать, чтобы ты не боялся?»
Спросив это, ребенок уставился на меня изучающим взглядом, словно пытался разглядеть ответ в моих глазах. А когда я промолчал, забрался ко мне на кровать и настойчиво повторил:
«Спрашиваю, что мне сделать, чтобы ты не боялся?»
Именно с той ночи всё и началось — мы стали спать в одной кровати. Крепко сжимая мою руку своей крошечной ладошкой, он время от времени успокаивающе похлопывал меня по спине.
Я глубоко вздохнул и натянул одеяло до самого подбородка. Как и всегда, стоило мне вспомнить его ладошки, похожие на кленовый лист, как тревога отступала. Теплое тело и сладковатое дыхание.
Прошло несколько дней. За это время Ван Вэй вызывал меня ещё несколько раз, и я каждый раз реагировал примерно одинаково. Похоже, это его начало раздражать, потому что с его лица исчезла улыбка. Я же только надеялся, что вместе с улыбкой исчезнет и его интерес ко мне.
Я так и не нашёл времени сходить в то место, о котором рассказывал Тео. Он предложил, отправить людей и привести эту женщину прямо ко мне, но я не хотел, чтобы дело доходило до похищений. Во-первых, с ней так нельзя обращаться, а во-вторых, я прекрасно понимал, какую цену он заломит за такую услугу.
Сегодня точно нужно выбраться. Пришло время, когда тот человек должен был появиться, так что можно попросить его вывезти меня из клуба хотя бы на часок. Передам накопленные чаевые, расплачусь, как обычно, — а там посмотрим.
С этими мыслями я вышел на смену.
У стойки, как всегда, сидела Линлин. Заметив меня, она радостно подалась вперед. Сегодня на ней было бирюзовое ципао, а ногти выкрашены в синий цвет.
— Ты знаешь? Сегодня тот самый день!
— Тот самый? — машинально переспросил я, поправляя воротник. Сегодня было особенно душно, и горло сдавливало сильнее обычного.
Линлин кивнула и заговорщически понизила голос:
— День, когда приезжает VVIP-клиент.
Я уж думал, что-то интересное, а это всё про того же гостя, которого обсуждали в прошлый раз. Вроде как он приезжает покупать людей. Не знаю, как других, а меня эта новость совершенно не волновала.
— Опять подслушивала босса? — небрежно спросил я, но Линлин недовольно скривилась. Подперев подбородок рукой, всем своим видом показывая, что я испортил ей настроение. Это было так по-детски забавно, что я, поправляя манжеты, добавил:
— Влетит? Мне?! — Линлин фыркнула, как будто я сказал несусветную глупость. Впрочем, так и было.
Если бы это был кто-то другой, возможно, так бы и случилось. Но Линлин — совсем другое дело. Она была любимицей босса, и уж точно не получила бы нагоняй за такую мелочь.
— Странный ты… — протянула она, доставая сигарету и прикуривая её спичкой. — Бада, а ты совсем не беспокоишься?
Сигаретный дым растворился в воздухе, оставляя лёгкий сладковатый аромат.
— Конечно. Босс наверняка включил тебя в список «товара» на показ.
А вот это уже проблема. И дело не в том, какие извращенные вкусы у этого клиента. Просто я еще не был готов покинуть «Океаны». Мне нужно было вытянуть больше информации из Тео и гостей.
— Да какой же идиот захочет отдать за меня такую кучу денег.
А если такой и найдется — что ж, придется смириться. Выбора у меня всё равно нет, так что буду искать выход по ситуации.
— Не знаю, как по мне, тут только такие идиоты и ходят, — с едва заметным презрением сказала Линлин, затягиваясь сигаретой. Стряхнув пепел в пепельницу, она выпустила дым и пробормотала. — Бада, ты, кажется, говорил, что вырос на помойке?
— Не на помойке, а в подворотнях.
— Ну, одно и то же. В подворотнях тоже мусора хватает.
Логика была настолько абсурдной, что я едва не рассмеялся. Если бы это сказал Тео, я бы просто пропустил мимо ушей, но поскольку это была Линлин, пришлось отреагировать. Я кивнул, предлагая ей продолжать, и она, пристально разглядывая мое лицо, произнесла:
— Может, это из-за того, что ты родился на улице? Ты словно вообще ни к чему не привязан… Такое чувство, будто в любой момент можешь сорваться и исчезнуть.
Стоит ли поправить ее, что я не на улице родился? Хотя, в принципе, я там вырос, так что, возможно, и не стоит уточнять. А вот сказать ли ей, что Тео — тот, кто вечно сует нос не в свои дела, — как раз-таки родился в трущобах, хотя я еще подумаю.
— Тебя ведь зовут Бада, как море, а вода течёт куда угодно.
Линлин лениво взмахнула пальцами с зажатой сигаретой, рисуя в воздухе извилистые волны. Где она только нахваталась этих знаний? Иногда, узнав что-то новое, она обязательно пыталась привязать это ко мне. Удивительно наивная черта для такой девушки.
— Смотрю, ты подготовилась. Говоришь так, будто сама это море видела.
— А ты-то? Можно подумать, сам видел, — усмехнулась Линлин и посмотрела на монитор за стойкой. Выражение ее лица изменилось, и судорожно втянула дым, так что щеки впали.
Я не успел понять, в чем дело, как она процедила ледяным тоном, полным отвращения: