Моря здесь нет. Глава 3. Океаны (3)
— Спросил, не хочу ли я уйти с ним. Я ответил, что нет.
К счастью, я пока не был «товаром на продажу». Иначе у меня не было бы выбора, и я даже не смог бы притвориться, что отказываюсь от предложения.
К тому же по словам Линлин, когда Ван Вэй впервые поинтересовался ценой, босс заломил совершенно астрономическую сумму. Заявил, что я не продаюсь, да и вообще ценный кадр — наверняка решил воспользоваться случаем и сорвать куш. Естественно, Ван Вэя я не настолько интересовал, чтобы он отвалил такие деньги. Вот он и ограничивался тем, что заказывал элитный алкоголь и продолжал пускать на меня слюни.
— Повезло, что цена высокая, да? — сказал я, передразнив босса.
Тео внимательно посмотрел на меня. Его темно-карие глаза отливали медью — под стать волосам.
— Ну да... декоративные вещи всегда дорого стоят, — сказал Тео. — А точнее, заначка на черный день, — едва слышно добавил он.
Все, включая Тео, прекрасно знали, какое у меня положение в «Океанах». И, как сказала Линлин, все понимали, что босс только и ждет удобного момента, чтобы выгодно меня продать.
— Так ты правда не пойдешь с Ван Вэем?
— Ты же сам сказал, что те, кто уходит, либо пропадают без вести, либо становятся калеками.
Разве он не для того слил мне эту информацию, чтобы отговорить? Но Тео только усмехнулся в ответ.
— Ты бы и так не пошел, даже если бы я этого не говорил.
Он был прав. Ещё до его слов у меня и в мыслях не было следовать за Ван Вэем.
— Ну… В «Океанах» всяко лучше жить, — пробормотал Тео, глядя на меня.
Так думали не только работники «Океанов», но и те, кто оставался за его пределами. В конце концов, в этом городе сложно найти место лучше.
Расположенные на самом въезде в трущобы, «Океаны» были для бедняков работой мечты. Стоило сюда попасть, как решались все проблемы с едой, одеждой и крышей над головой. По крайней мере, можно было не бояться сдохнуть от неизвестной болезни. Здесь не приходилось пить помои от жажды или ловить крыс и тараканов от голода. Здесь человек, спящий рядом с тобой, не превращался к утру в труп, и не нужно было трястись от страха, что следующим трупом станешь ты.
Конечно, реальность немного отличалась, и финал тех, кто катился на самое дно, всегда был одинаков. Но даже короткая передышка приносила облегчение. Уж лучше сосать чужие члены здесь, за деньги, чем на улице, по принуждению. Поэтому у входа в клуб всегда ошивалось полно народу в надежде получить работу.
— Но с твоей-то внешностью можно подцепить нормального клиента и устроить себе жизнь.
Попав в «Океаны», некоторые начинали мечтать о большем. И хотя они понимали, что станут игрушками в чужих руках, все равно лезли из кожи вон, чтобы их заметили — только бы вырваться из нынешней жизни. Выбор далеко не самый разумный, но загнанный в угол человек часто принимает худшие решения. Да и не мне было их судить — мы все сидели в одной лодке.
— В любом случае, это не мне решать.
Мой равнодушный ответ заставил Тео кивнуть. Он прекрасно знал, что каждый работник здесь — собственность босса. Мы продали свободу в обмен на выживание, а значит, обязаны беспрекословно подчиняться.
— Да и море есть только здесь, — добавил я придуманную отговорку, на случай, если он продолжит допытываться. Хотя, по правде говоря, это и была одна из причин, по которой я оставался в «Океанах».
В клубе есть море. Для клиентов это слово означало меня, Баду, но для меня оно хранило суть настоящей стихии. Морские декорации, нарисованные на стенах волны… Стоит мне уйти отсюда, и я больше нигде его не увижу.
— Люди вообще почему-то любят море.
Тео кивнул, словно эта мысль все объясняла. На лице его промелькнуло удивление, но в целом ответ его устроил. Еще бы, ведь тоска по морю жила в сердце каждого простолюдина.
— Те, кто приходит сюда за товаром, тоже говорят что-то в этом духе.
Скорее всего, Тео имел в виду не элиту, а тех, кто приходил за бракованным товаром. Высокомерные богачи вели себя так, будто от одного взгляда на нищих можно подцепить заразу, поэтому обычные люди попадали в «Океаны» в основном через подземные ходы. Но из туннелей можно было мельком увидеть ослепительные интерьеры клуба, и некоторые спускались сюда только ради этого зрелища.
— Может, это из-за имени, что означает море, хоть по тебе и не скажешь, но есть в тебе что-то от романтика… — пробормотал Тео, медленно приближаясь ко мне.
Когда я инстинктивно сделал шаг назад, он оперся обеими руками о раковину по обе стороны от меня, запирая в ловушку. Пока я хмурился, недоумевая, что происходит, он коротко бросил:
Я резко вскинул голову и посмотрел на Тео. Он с гордым видом расплылся в самоуверенной, зубастой улыбке.
— А то. Я же профи. — В его хитром взгляде блеснул огонек.
В прошлом Тео состоял в печально известной банде и до сих пор знал все, что творится в преступном мире. Он носил униформу и строил из себя официанта исключительно ради развлечения. На самом деле он был одним из управляющих «Океанов». И так уж вышло, что из всего персонала об этом знал только я.
— Не торопись, — прервав меня на полуслове, Тео слегка склонил голову набок и постучал указательным пальцем по своим губам.
— Забыл? Оплата всегда вперёд.
Тяжело вздохнув, я сглотнул подступивший ком. Он выкидывал такие фокусы далеко не в первый раз, но сейчас его наглость почему-то особенно раздражала. И как ему только хочется целовать лицо, на которое совсем недавно кончили? С этой мыслью я потянулся к нему.
Капля воды упала с моих мокрых волос. Этот долговязый идиот покорно наклонил голову, когда я схватил его за воротник и потянул на себя. Карие глаза скрылись под веками, и мягкие губы коснулись моих.
По сбившемуся дыханию было ясно, что Тео возбужден. И что он только находит в этом простом действии? Пока я бесстрастно целовал его, Тео действовал куда активнее. Втиснув свое бедро между моих ног, он глубже протолкнул язык.
Несмотря на богатый опыт, иногда он возбуждался с пол-оборота, словно девственник. Терял самообладание, начинал спешить или напирал, будто не в силах оторваться.
Мы не оговаривали продолжительность, но я решил, что на этот раз достаточно, и отвернулся. Тео с явным сожалением потянулся следом и, возбужденно глядя на меня, сказал:
— Знаю, ты делаешь это через силу... но, может, хоть немного постараешься?
Догадливый. Сразу понял, что я даже не пытался сосредоточиться на процессе. Впрочем, в заявленную «оплату» моя вовлеченность и не входила.
— Считаю, что я достаточно постарался, — равнодушно ответил я и ткнул тыльной стороной ладони в его набухшую промежность. Тео вздрогнул и отшатнулся назад. Воспользовавшись заминкой, я выскользнул из его хватки. Он досадливо цыкнул языком:
— Ты что, девственник? Встает от одного поцелуя.
— Обижаешь. Честная реакция тела, между прочим, — Тео парировал без малейшей заминки, вытер губы и подмигнул. А затем медленно, с откровенным намеком облизнулся, будто вспоминая вкус поцелуя.
— Я тебе уже говорил? У тебя рот узкий, ощущения просто отвал башки.
«И что с того?» — хотел было повторить свой ответ, но Тео не дал мне договорить. Он, прищурившись, с явным сожалением протянул:
— Было бы неплохо, если бы ты пососал мне кое-что другое, а не только язык…
Его липкий взгляд скользнул по моему лицу. Можно подумать, ему некому отсосать — желающих хоть отбавляй. Это показное нетерпение выглядело просто смешно.
— Когда найдешь, так и быть, отсосу.
— В смысле? Тогда тебе придётся мне дать.
Вот теперь отвечать точно не имело смысла. Тео тут же снова нацепил свою фирменную наглую улыбку.
— Иногда ты меня удивляешь. Целоваться тебе не противно, но тело не продаешь, при этом деньги копишь, как проклятый. А может, это только мне так везёт?
Он говорил шутливым тоном, но в голосе слышалась затаенная надежда. Разумеется, я не стал отвечать, что, помимо него, целовался с бесчисленным множеством людей, а нескольким даже отсасывал.
— Если ты зубы заговариваешь потому, что инфа бесполезная, я тебя убью.
— И что ты сделаешь? Заставишь вернуть поцелуй? — Тео издевательски высунул язык и захихикал.
Я промолчал, продолжая сверлить его тяжелым взглядом, и он, наконец, примирительно поднял руки.
— Ладно, ладно. Не смотри на меня так.
«Надо было все-таки позволить влепить ему пощечину», — мстительно подумал я.
Тем временем Тео сунул руку в карман жилета, вытащил оттуда сложенную бумажку и протянул мне.
Когда он заговорил, его голос прозвучал абсолютно серьёзно: