<предыдущая глава || следующая глава>

Глава 13

Возглас Хэгана эхом разнёсся по ванной комнате. Он чудом успел поймать душевую лейку, которая едва не выскользнула у него из рук. Из-под полотенца донёсся спокойный голос:

— Испугались?

— Вы сейчас серьёзно?.. Зачем притворялись спящим?

— Сначала я действительно устал, а потом вы начали напевать себе под нос, и я упустил момент.

— Нет, когда это я?!

— М-м-м, вот так, когда шампунь наносили.

После такого подробного воспроизведения Хэгану нечего было сказать. Он был в шоке, растерян и, в конечном итоге, смертельно смущён. Жар поднимался снизу вверх. «Может, пока он ничего не видит, вырубить его и убежать?» — серьёзно задумался Хэган, но взгляд упал на повязку на правой руке Тэхёна, и он сдержался из последних сил. Даже посреди этого хаоса Тэхён спокойно прислонялся к бортику ванны. Хэган стиснул зубы и сжал покрепче душевую лейку.

— А, ладно! Если ещё раз меня напугаете, я правда не оставлю это так. В любом случае остался только кондиционер, так что ничего не делайте и сидите смирно. Поняли?

— А не могли бы вы ещё и маску для волос нанести перед кондиционером.

— …требований у вас, как у принцессы.

— Что?

— Говорю, закройте глаза получше.

Отработать долг оказалось непросто. Скрепя зубами, Хэган осмотрел стоящие рядом баночки.

— Зелёная — это маска?

— Да. А жёлтая — это кондиционер.

Боже, чего только не приходится делать. Морщась, Хэган нажал на дозатор зелёной баночки. Тэхён снова притих. Сложив руки на животе, он спокойно доверил Хэгану свою голову, как клиент в салоне.

На какое-то время в ванной воцарилась тишина, наполненная лишь шумом воды, — похоже, его окрик возымел действие. Чтобы не начать снова напевать, Хэган сжал губы и сосредоточился на мытье головы. В отличие от шампуня, маску приходилось тщательно смывать — хоть и казалось, что он уже всё смыл, но пришлось ещё раз поливать водой. Постепенно тело Хэгана наклонялось всё ниже.

— Можно я кое-что скажу?

Хэган так сильно сосредоточился, что даже вспотел. Потирая лоб рукой, в которой держал лейку, он бросил быстрый взгляд вниз. Тэхён всё так же спокойно сидел, сложив руки. Кондиционер был уже нанесён, оставалось только ополоснуть. Хэган, услышав вопрос, с видом благодетеля произнёс:

— Что?

— Каждый раз, когда вы так двигаетесь, ваша грудь касается моих губ, господин Хэган.

Потребовалось время, чтобы полностью осознать услышанное. Хэган посмотрел вниз: рука, поддерживающая затылок, наклонённая голова, мокрая футболка... и грудь.

Хэган отпустил голову, которую держал. На этот раз он даже не успел проявить свою ловкость, чтобы поймать лейку. Из-за подскочившего Хэгана лейка заплясала в разные стороны. Теперь промокли даже брюки, но ему было не до этого.

— Чёрт, а почему вы только сейчас это говорите?!

Хэган, который сначала закричал, замер, когда из-под полотенца послышались сдавленные смешки. От такого абсурда у него в голове всё побелело, и Хэган с трудом серьёзно произнёс:

— Вам что, наркоз во время операции выстрелом в голову делали?

Тэхён стянул полотенце и их взгляды встретились. На его гладком лице не было ни капли воды, и, как и ожидалось, он улыбался. И даже его глаза, которые сегодня толком не раскрывались, сощурились от смеха.

Обычно, когда в разговоре возникала пауза, Тэхён всегда смеялся, так что особого впечатления это не производило, но сейчас Хэган невольно замер. Может, потому что впервые видел такую искреннюю улыбку. На мгновение он даже забыл, почему так злился.

Придя в себя, Хэган почувствовал прикосновение к краю футболки. Тэхён, снова откинувшись назад, непринуждённо продолжил:

— Это была шутка. Вы так напряглись после того, как я упомянул про ваше пение.

Край футболки снова потянулся. Чуть сильнее, чем прежде.

— Я больше не буду шутить, так может, вы закончите ополаскивать?

Вздохнув, Хэган снова поднял лейку. Чёртовски трудно отдавать долги. С меньшим усердием, стараясь максимально не касаться лица и тела Тэхёна, он поливал его голову водой. Ещё три раза ополоснуть, и, казалось, волосы станут совершенно чистыми.

— Господин Хэган, почему вы не любите быть кому-то обязанным?

Рука в воздухе застыла. Впервые кто-то задал ему такой вопрос. Благодаря этому он задумался о том, какие мысли скрывались за поступками, которые он совершал инстинктивно, без раздумий. Быстро промелькнули лица людей, имена которых он уже не помнил. Общее у них было одно — сейчас никого из них не было рядом с Хэганом.

— Потому что у меня ничего нет.

— …

— Если становишься должным кому-то, нужно отдавать, а у меня нет такой возможности. И каждый раз видеть их и чувствовать вину — это отстойно.

Тэхён ничего не ответил. Может, так было и лучше. Хэган протянул руку и закрыл кран. Поставив лейку на место, он вышел из ванны. Вытащив из шкафчика полотенце, он бросил его Тэхёну.

— Всё? Я пошёл.

— Господин Хэган.

Тихий оклик заставил Хэгана обернуться. Тэхён, держа в руках переданное полотенце, поднял голову и произнёс:

— Я не такой.

Несмотря на то, что Хэган старался, чтобы вода не попала в глаза, вода стекала по лбу Тэхёна. Мокрые ресницы моргнули пару раз, и показались покрасневшие глаза. Открыв глаза, Тэхён сразу же нашёл взглядом Хэгана, стоящего в дверном проёме. На его лице, как ни странно, не было и тени улыбки, оно было серьёзным.

— Так что можете мной немного воспользоваться.

Хэган замер, а потом продолжил идти, словно ничего не услышал. Однако, даже выходя из комнаты, слова Тэхёна всё ещё звучали у него в ушах. Он слышал такое впервые в жизни.

* * *

Есть причина, по которой зарплату и бонусы, выплачиваемые клубом игрокам, называют «ценой тела». Во время сезона тело спортсмена должно использоваться исключительно для команды. За исключением коротких отпусков или международных матчей, у них практически нет личного расписания. Просыпаешься — идёшь на тренировку, там ешь, тренируешься, потом играешь. Приходишь домой — сразу готовишься ко сну. И так начинается новый день. Даже во время выездных игр расписание немного меняется, но в конечном итоге цикл «еда — тренировка — сон» остаётся неизменным.

Возможно, поэтому в межсезонье Хэган всегда чувствовал себя школьником на каникулах, не имеющим никаких планов. А после переезда за границу стало ещё хуже. Ни он, ни Минсон не знали английского, поэтому поэтому им нечем было заняться на улице. Хэгану было совестно вызывать переводчика в выходные, а друзей у него, собственно, и не было.

Даже Минсон, с которым он коротал время, после встречи с родным братом стал часто уезжать на несколько дней. В этой ситуации Хэган нашёл выход в способе, любимом людьми во всём мире со времён его изобретения. Им можно было наслаждаться лёжа, сидя и даже складывая бельё.

— Опять, опять эта херня.

Попкорн, брошенный в телевизор, упал вниз. Внизу уже лежала целая куча брошенного попкорна. Независимо от выражения лица Хэгана, Дэвид на экране пробирался сквозь воду.

Его загорелое тело то появлялось, то исчезало среди лепестков роз, явно специально разбросанных съёмочной группой. Вскоре камера приблизила Стейси, которая ждала Дэвида с маргаритой в руке. Судя по их выражениям, они сегодня снова хорошенько поругаются и дружно будут дисквалифицированы.

Этот Дэвид вчера уже получил предупреждение за то, что исчез с другой девушкой в запретной для съёмок зоне. В какой-то момент стало трудно понять, специально ли они подбирают людей, помешанных на сексе, или те, кого они приглашают, становятся такими, как только попадают туда.

— Может, в него вселился призрак умершего от недотраха...

Дают несколько сотен миллионов, если потерпеть всего месяц, — неужели это так сложно? Он похрустел попкорном, размышляя об этом, но осталось лишь неприятное послевкусие.

Хэган вспомнил свой первый секс. Это был его первый матч после дебюта в профессионалах. Он вышел на замену за 20 минут до конца и забил гол через 5 минут. Победный. В клубе, куда его притащили взбудораженные старшие товарищи он выпил всё, что давали, а потом поцеловался с журналисткой, которая, по её словам, давно присматривалась к Хэгану. Она была намного старше Хэгана и взяла инициативу в сексе на себя. На самом деле он слишком много выпил, поэтому толком ничего не помнил. Помнил только, что ей было очень больно.

Последующий секс был похожим. Хотя он уже не лез сразу членом, как в те времена, когда ничего не понимал, а старался ласкать языком и губами, женщины в основном с трудом выносили член Хэгана. Когда это стало повторяться, он предпочёл просто справиться сам в одиночку.

Кстати, когда был его последний секс? Выражение лица Хэгана странно изменилось.

<предыдущая глава || следующая глава>