Жуки в янтаре. Глава 148
<предыдущая глава || следующая глава>
– Какого черта! – закричал Исайя, придавленный массивным телом Микки.
Даже не поднимая головы, он понял, в кого попала пуля. Потому что с глухим стуком на пол рухнул Пустельга. Из спины фонтаном хлестала кровь. Судя по расположению раны и кровотечению, пуля, несомненно, прошла через сердце.
– Да что вообще… – Разум Исайи отказывался воспринимать происходящее – всё было настолько неожиданно, что в голове будто бы воцарилась белая пустота. Он даже не попытался сбросить с себя Мики, а просто уставился на всё ещё державшего пистолет Сэмюэля. – Зачем ты выстрелил? Неужели из-за наркотиков?
– Что? С чего бы это? – с недоумением на лице ответил Сэмюэль.
– Тогда что? Обвинение в убийстве?
– О чём ты? Какое мне дело, убивал этот тип кого-то или нет? Я и сам нескольких прикончил, – Сэмюэль усмехнулся, засовывая пистолет в задний карман брюк.
Он помог Микки, всё ещё лежавшему на Исайе, подняться и лишь затем нарочито спокойным тоном произнёс:
– Просто так вышло во время драки. Самооборона, так сказать.
– Что за чушь собачья! – не выдержал Исайя, никак не мог взять в толк его слова.
Микки, уже поднявшийся на ноги, протянул руку Исайе и сказал:
– То есть, дело было так. После завершения всей миссии Сэмюэль попытался заманить этого типа в порт Либерти, но тот что-то заподозрил, и завязалась драка. Тип выхватил пистолет, и Сэмюэлю, чтобы защитить себя, ничего не оставалось, как выстрелить первым. К счастью, Мартино устроит и труп, лишь бы ему передали тело.
– Что?.. – пробормотал Исайя с ошеломлённым лицом, наконец-то поняв, что задумали эти два агента ФБР. Головой он понимал суть их плана, но не был уверен, возможно ли такое провернуть и правильно ли это вообще.
Словно прекрасно понимая реакцию Исайи, Микки сам взял его за руку и, помогая подняться, сказал:
– Этот тип – снайпер из WD, который по заказу Честера Каллиши за последние семь месяцев убил семерых людей Мартино.
– Кодовое имя – "Сорокопут", – отрезал Микки, словно вбивая гвоздь.
Сэмюэль, будто только этого и ждал, отобрал у Исайи сумку, висевшую у того на плече, и вставил:
– Слишком уж он крупный для Сорокопута. Пустельга ему точно подходит, – добавил он, вынимая M24A2 из сумки Исайи. – Впрочем, если на то пошло, ты сейчас тоже совсем не похож на Сорокопута. Скорее уж на чёрного орлана.
Сэмюэль принялся тщательно протирать M24A2 полотенцем, которое достал из сумки. Вероятно, он собирался стереть все отпечатки Исайи с винтовки, затем оставить на ней отпечатки Пустельги и положить оружие в его сумку.
– …Думаешь, получится? – пробормотал Исайя, так и оставшись сидеть на полу. Кровь, натекшая от Пустельги, уже начала пропитывать его штанины. Он не пытался встать или уклониться от подбирающихся к нему ручейков крови. Микки насильно поднял его и прислонил к столу.
– Как я уже говорил, Мартино знает только, что нанятый Честером снайпер из WD. Больше ничего. Ни кодового имени, ни послужного списка. Знает лишь, что тот использует модифицированный пистолет под патроны KTW. Вот этот. – Микки вытащил М1911 из заднего кармана брюк Исайи. Он бросил его Сэмюэлю, и тот принялся стирать отпечатки и с этого пистолета.
– И что, если он просто принесёт этот пистолет, то всё?.. – пробормотал Исайя, прижимая руку ко лбу.
– Конечно, нет, – тут же подхватил Микки, словно ждал этого вопроса. – "Тейтон" – это офисное здание, так что на входе и в лифтах установлено множество камер видеонаблюдения. Учитывая дотошность Мэнни, он, скорее всего, лично сопровождал Пустельгу, который был там впервые. Нам без труда удастся заполучить записи с камер, где они вдвоём входят и выходят из здания "Тейтон".
– А если и Честер будет с ними, то вообще идеально, – сказал Сэмюэль, уже начисто протерев пистолет Исайи и вкладывая его в руку Пустельги. Он заставил того сжать пистолет несколько раз под разными углами, обеими руками. Затем Сэмюэль сунул пистолет, густо покрытый отпечатками, в задний карман брюк Пустельги.
Наблюдая за этой явной фабрикацией улик, Исайя всё ещё недоверчивым тоном пробормотал:
– И ФБР может так поступать?..
– Прости, но я – мафиози, – беззастенчиво ответил Сэмюэль, снова принимаясь протирать M24A2 Исайи, которую на время оставил.
Исайя посмотрел на стоявшего перед ним Микки.
– ФБР – это не благотворительная организация, – так же невозмутимо ответил Микки. Ему хотелось бы ответить так же нагло, как Сэмюэль, но, видимо, это было бы уже слишком. Затем Микки пожал плечами, словно говоря: "Ничего не поделаешь". – И моя задача как агента ФБР – защищать вас. Указанием сверху было не принимать во внимание ничего другого.
– Или есть другой, лучший способ? – спросил Микки, прерывая Исайю, который собирался что-то сказать. В его голосе не было напора, скорее, он звучал умоляюще. – Если есть лучший способ, скажите нам.
– Не обязательно лучший, – сказал Сэмюэль, продолжая протирать винтовку. – Можно и не очень хороший. Можно и худший. Если бы был хоть какой-то способ, мы бы выбрали его. Но его не было. Буквально, это единственный выход.
"А если я сам пойду к Мартино?" – Исайя не решился произнести эти слова вслух. Он и сам прекрасно понимал, что "способ", о котором говорили эти двое, был не таким. Наоборот, они искали способ избежать именно такой ситуации. Говорить об этом сейчас, зная всё, было бы лицемерием. Лицемерием по отношению к этим двоим, лицемерием по отношению к мёртвому Пустельге. И, прежде всего, лицемерием по отношению к Брану, который ради его спасения отказался даже от собственных мер предосторожности.
– У нас не было выбора, – сказал Микки несколько смягчившимся тоном, словно наконец почувствовав в выражении лица Исайи смирение. Он как бы просил понять их выбор. – Бран уже неоднократно предупреждал нас. Что бы ни случилось, защищать вас до конца.
– Да это и не предупреждение было. Открытая угроза, – цыкнул языком Сэмюэль, оставляя отпечатки Пустельги на отполированной до блеска M24A2 Исайи.
– Если мы отправим вас к Мартино, наш проект на этом закончится. Десять лет усилий пойдут прахом, – Микки попросил подумать об усилиях и времени всех людей, пожертвовавших собой ради этого проекта. – И конечная цель этого проекта – не просто сделать Брана боссом, а полностью реорганизовать криминальный мир Элой-сити, сделав семью Каллиши под его руководством центром. Этим мы хоть немного повысим безопасность жителей Элой-сити.
– Прозвучит холодно, но если мы можем сохранить всё это ценой жизни одного Пустельги, то, разумеется, так и следует поступить, не так ли?
Исайя ничего не ответил. Да и что он мог сказать? Вместо этого он посмотрел на Пустельгу, лежащего на полу. Из его спины всё ещё сочилась кровь. Его застрелили с близкого расстояния, прямо в спину, так что он, вероятно, умер, даже не поняв, что в него стреляли.
Исайя оттолкнулся от стола, на который опирался. Микки предусмотрительно отступил в сторону. Он подошёл к телу, опустился на колени и коснулся его щеки. Кожа всё ещё была тёплой, и, несмотря на ужасное состояние тела, выражение лица было на удивление спокойным. Глаза были открыты, и казалось, будто он в одиночестве предаётся приятным мечтам. Возможно, это оттого, что он умер, не осознав своей смерти, но скорее всего, это было сильное влияние принятого незадолго до этого Рогипнола, успокаивающий эффект которого вызывает мягкое, почти приятное расслабление.
Исайя закрыл Пустельге глаза. Это было всё, что он мог сделать.