Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 74. Наступающий рассвет (6.4)
Зарядив пистолет и приставив дуло к своему виску, Хион, вспоминая надпись на голографическом планшете, оставленную Хейвеном, закрыл глаза вслед за Лиамом.
Самоубийство, которое он совершал десятки раз — в чужих снах. Он никогда и никому – даже Маку – не рассказывал, но на самом деле он больше всего боялся именно этого момента. Ведь даже во сне он оставался собой. Он осознавал ситуацию, он управлял своим телом. И направлять оружие на самого себя всегда было тяжело. Всегда было мучительно.
Но сейчас... Сейчас он хотел лишь как можно скорее выйти из сна Лиама. Только эта мысль крутилась в голове: «Скорее. Немедленно. Найти Хейвена.»
Как только Хион открыл глаза, его голову пронзила знакомая ложная боль. Он сжал зубы, подавляя её, и проверил время. Рука, сжимавшая браслет, была мокрой от липкого холодного пота, дыхание сбивалось, но это не имело значения. За окном уже медленно поднималось солнце. Глядя на постепенно светлеющее небо, Хион грустно улыбнулся.
Теперь он знал, где находится Хейвен. Солнце могло бы взойти и быстрее. Ему не терпелось вернуться. Не терпелось схватить этого ублюдка за грудки.
Но сначала нужно избавиться от этих проклятых бинтов и привести себя в порядок.
Единственный способ для Мендера покинуть сон цели — это смерть.
Стоило наступить утру, как в палату вошёл Петров. Хион, с совершенно невозмутимым выражением лица, молча кивнул. Он сидел, откинувшись на спинку кровати, и смотрел в окно. Лицо выглядело лучше, чем вчера, но в его настроении было что-то необычное, отчего Петров слегка склонил голову в недоумении.
Хион уже смотрел прямо на него.
— В палате торчать — пытка. Пошли выйдем, прогуляемся.
— Ага. Если беспокоишься — можешь пойти со мной.
Петров посмотрел ему в глаза, словно пытался что-то прочитать по выражению его лица. Хион надеялся, что тот не заметит ничего необычного в его настроении и не подумает, что он сегодня в приподнятом настроении или взволнован.
Молчание затягивалось, и Хион начал нервничать. Но, к его удивлению, Петров не стал задавать вопросы, а просто кивнул.
Обычно он бы дотошно расспрашивал о причинах или пытался вывести на чистую воду, но то, что он без лишних слов согласился, казалось странным. Однако, поскольку это было ему на руку, Хион, взяв одеяло, поднялся с кровати. Петров снял свою верхнюю одежду и протянул Хиону. Это было то, что Хейвен делал в белом лесу, и Хион, вспомнив его, коротко усмехнулся.
Когда Хион безмолвно накинул протянутую ему куртку, Петров встал перед ним и застегнул молнию до самого подбородка.
— Теперь не смейте больше получать ранения. И болеть тоже.
Еще несколько дней назад он бы раздраженно отмахнулся от таких забот, но сейчас не стал этого делать. В конце концов, все чувства, которые испытывал к нему Петров, были в основном чувством долга. Остальные же… Хион не хотел их разбирать. Именно по этой же причине он не хотел говорить о том, что произошло в его сне.
Хион сохранял молчание, и Петров первым открыл дверь палаты. Хион, облачённый в тёплую одежду Петрова, с невозмутимым видом стоял за дверью. Петров уже сделал шаг в коридор, собираясь продолжить путь, но вдруг остановился, заметив мужчину, который стоял перед дверью..
— Это что за стойка при отдаче чести?
Хотя тот не совершил ни единой ошибки, он даже не подумал оправдываться и тут же выпрямился, вновь отдавая честь.
— Хм. Нет, все равно не то. Угол какой-то странный.
Хион, молча наблюдавший за этим разговором, беззвучно рассмеялся. Петров был известен своей добротой и дружелюбием к коллегам, но то, что он придирался к каждой мелочи, означало, что он пытается отвлечь их, чтобы вывести его отсюда.
Не имея особого желания мешать, Хион просто слушал, а когда разговор достиг апогея, осторожно выглянул. Теперь Петров уже докапывался до того, как тот мужчина моргал.
— А что у тебя с глазами? Ты что, мне дерзить собрался? Из какого ты подразделения?
Те, кого отчитывал Петров, стояли спиной к двери палаты, выстроившись перед ним в шеренгу. Хион, воспользовавшись моментом, стараясь не шуметь, выскользнул за дверь и наконец-то смог выйти на лестницу, которая находилась в противоположном конце коридора.
— Капитан! — Петров снова оказался перед Хионом как раз в тот момент, когда тот ступил на последнюю ступеньку. Похоже, он завершил разговор сразу после того, как Хион вышел на лестницу, и теперь стремительно спускался вниз.
— В местах, где не было капитана, меня так отчитывали десятки тысяч раз.
Вместо ответа Петров лишь улыбнулся, затем ускорил шаг и махнул рукой, указывая направление.
В Уайт Форесте всегда шёл Хион впереди. Петров, будучи заместителем командира отряда, неизменно держался сразу за ним или же добровольно замыкал отряд, прикрывая тыл. Но сейчас он шел на два шага впереди, оглядываясь по сторонам и ведя за собой Хиона. Глядя на его широкую спину, Хион коротко усмехнулся: «Надежный».
— Я вообще-то без понятия, какого черта я тут творю из-за вас, капитан.
— Сколько ты от меня получил? Должен же ты хоть что-то сделать в ответ.
Глядя на его беспечное лицо, Хион усмехнулся. В месте, где особенно много людей, Хион в больничной одежде и куртке выглядел бы довольно броско. «Может, стоило переодеться». Хион, бросив взгляд на свои штаны, последовал за Петровым к заднему выходу.
Петров потянул Хиона за руку. Он двигался, прижимаясь к стене, словно пытаясь вести его по самым безлюдным местам, и это напомнило Хиону детство. Те самые воспоминания, которых ещё совсем недавно, казалось, не существовало.
— Капитан, — Петров внезапно остановился, развернулся к нему и протянул пистолет. — На всякий случай, возьмите.
«Собираешься бросить армию? Так просто отдаёшь оружие…» Ещё когда Хион предложил ему уйти отсюда, он подумал, что Петров не понимает его цели. Но сейчас было ясно — возможно, тот догадывается. Хион молча смотрел на Петрова, отказываясь от пистолета ради его же будущего, но тот лишь пожал плечами и тут же позвал его снова:
— Есть кое-что, что я давно хотел сказать.
Подул холодный ветер. Здесь была самая середина осени. С каждым порывом волосы Хиона взмывали вверх и вновь опускались. Петров, следивший за этим, тихо откашлялся.
Хион ощутил беспокойство. Поведение Петрова и внезапная суматоха в здании не давали ему покоя. Он быстро огляделся по сторонам, но, не заметив ничего подозрительного, снова сосредоточился на словах Петрова.
— Когда капитан входит в чужие сны и выходит из них... Я не знал, что это – необходимость.
Естественно, что Петров, будучи рядовым, этого не знал. Он и не должен был знать. В последний раз, когда Хион вошёл в его сон, его инстинкты оказались настолько неукротимыми, что в конце концов ему пришлось направить на себя пистолет прямо у него на глазах. Хион понимал, что это было жестоко по отношению к Петрову, но тогда у него не было выбора.
— Если бы я знал... Я бы не просил вас войти в мой сон, — сказав это, Петров протянул руку. — Верните мне мои жетоны.
Петров вёл себя так, будто знал, к кому направляется Хион. В то время как сам Хион не мог предвидеть ближайшее будущее. Он даже не думал о том, что бы хотел сказать Хейвену при встрече и что делать дальше.
Однако Петров вёл себя так, будто знал, что нужно делать. Хион молча посмотрел на него, затем достал из кармана его жетон и отдал Петрову. Тот смущённо улыбнулся.
Издалека доносились спешные шаги и обрывки разговоров. Петров мельком огляделся и указал в одну сторону. Затем его пальцы очертили в воздухе маленький крест. Хион знал, что означает этот знак.
— Вам лучше пойти туда. По крайней мере, до завтрашнего дня никто не узнает, что капитан покинул это место.
Несмотря на то, Петрову грозил трибунал, он махал рукой, словно просто провожал друга. Затем он первым развернулся и ушёл.
Он был прирожденным солдатом. Для него приказы значили больше, чем собственное мнение, а честь — больше, чем деньги. На первый взгляд мог показаться лёгким и непринуждённым в общении, но на самом деле был прямолинеен и лишён гибкости. Именно поэтому он смог подчиниться приказу задержать Хиона.
И всё же теперь именно он помог ему сбежать. Это наполняло Хиона странным чувством облегчения. Хотя он знал, в чём причина.
За всю свою жизнь у него никогда не было друзей. Он считал, что Шед был ему давним товарищем, но, в конце концов, тот был лишь надзирателем. А вот место друга, похоже, занял Петров.
Когда шаги людей стихли, Хион понял, что Петров остановил их. Он ускорил шаг, выходя из госпиталя. Будет ли это их последняя встреча, или же он снова сюда вернётся — неизвестно. Но сейчас он решил не задумываться об этом.
Впервые он делал не то, что должен, а то, что хотел.
А сейчас он хотел увидеть Хейвена.
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма